Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
13 декабря 2017, среда, 12:15
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

19 августа 2003, 13:10

Первее языка

Пора, кажется, сформулировать сквозную тему моих статей[1]: внезнаковые аспекты языка. Всюду, где только можно, я отлавливаю хоть что-то, близкое к этой теме. Особенно если к ней подходят те, кто не значатся специалистами в лингвистике: ведь строгой наукой лингвистика остается лишь постольку, поскольку имеет дело со знаковым аспектом языка, иные же его аспекты, похоже, не поддаются строго научному описанию. Но из того ведь не следует, что они вовсе не заслуживают внимания (пускай и не научного) ? в том убеждает хотя бы статья математика А. Звонкина ?Язык и два интеллекта?[2]. Ее автор намечает, помимо, быть может, своего намерения, нелингвистический и вообще несемиотический подход к проблеме слова, и, что замечательно, ?виной? его подходу не отвлеченные размышления о природе слова, а необходимость решить вполне конкретную педагогическую проблему. Много лет А. Звонкин обучал дошкольников разным математическим премудростям. Одна из них ? понятие множества. Чтобы детям уяснить, как это понятие ?работает?, предлагалась стандартная методика. По этой методике признаки предметов следует обозначить начертаниями: буквами или простейшими геометрическими фигурами. Вот тут и возникла проблема: дети никак не могли взять в толк, какую сущность обозначает та или иная фигурка или буква. Это, замечает автор, ?согласуется с наблюдениями психологов, утверждающих, что детям в этом возрасте трудно- ?оторвать признак от предмета?-они, конечно, могут сказать, что он красный, но само по себе понятие ?красный?, без красных предметов, лишено для них определенного смысла и потому ни в каком знаке не нуждается. Знак должен заменять собой нечто ?весомое?, реально существующее?. Выручил автора один из его учеников. Однажды он ?как-то очень философски заявил: ?Я, кажется, все понял. Вы хотите, чтобы мы придумали значки для слов?. С этого мгновения все пошло как по маслу. В самом деле, возьмем слово ?красный? ? подчеркиваю, не понятие-не класс красных предметов, а именно слово как таковое. Это слово почти конкретная вещь (курсив мой ? Б.Ц.)-В том, чтобы слову сопоставлять знак, нет ничего удивительного- его можно записать буквами, как обычно- Но если слово- часто встречается, то почему бы не придумать для него более простой значок (своего рода иероглиф)? И такие значки мгновенно были придуманы?. По стандартной методике, предполагающей знаковый принцип соотнесения, позицию знака занимает начертание; позицию обозначаемой сущности, по-ученому говоря, денотата ? классификационный признак. Сохранив тот же знаковый принцип, автор ?с подачи? своего подопечного заменил ?всего лишь? денотат: взамен понятия поместил в эту позицию слово. И в этом уже проявилась альтернатива семиотическому подходу ? согласно ему, слову подобает место в ряду знаков, а никак не в противоположном ряду! Такая альтернатива была оправдана: в детском возрасте вещность слова важна не меньше, чем его знаковость. Слово ощутимо на слух и на язык, его можно пробовать на зуб, во рту перекатывать ? так чем же оно не вещь?! Но тем самым не отвлекается ли ребенок от знаковости слова? Ведь знак по самой своей онтологии есть то, что не он сам. Обращение с вещью как со знаком ? это уразумевание сквозь нее[3]. А коль я задерживаю внимание на ее собственной реальности, на ее вещности, то, стало быть, она для меня ни коим образом не знак. Но, во-первых, слово в стандартную методическую схему автор ввел не взамен понятия, а в дополнение к нему. ?Вместо цепочки ?признак ? знак ? класс предметов? возникает цепочка ?предмет ? слово ? знак ? класс предметов?. Появление в этой цепочке лингвистического объекта ?слово? позволяет разорвать порочный круг, когда знаки вводятся (по стандартной методике ? Б.Ц.) как средства для усвоения понятия класса, но смысл самих знаков остается непонятным до тех пор, пока понятие класса не усвоено? Так почему же ?позволяет разорвать?? А потому, во-вторых, что ?работа по абстрагированию, которая оказывается не под силу ребенку шести-семи лет, уже была проделана им же бессознательно в возрасте полутора-двух лет, когда он учился говорить. Вводя слово в качестве промежуточного объекта, мы как бы пользуемся готовыми результатами проделанной ранее работы-будем говорить, что процесс абстрагирования имеет языковую поддержку? (курсив мой. ? Б.Ц.). Соображения эти имеют значимость более, чем педагогическую. Дело в том, что физическое и психическое развитие отдельного человека как бы копирует в уменьшенном временном масштабе развитие всего человечества как вида. Говоря по-ученому, онтогенез изоморфен филогенезу. И вот что из этого принципа следует. Ни по каким историческим памятникам и документам нам не узнать, как на самом деле рождался язык. Зато дитя есть живой свидетель этого праисторического таинства. Потому как преднаходимый язык, согласно этому принципу, он усваивает не пассивно, а так, как если бы в его рождении сам же участвовал. Так вот, наблюдение за этим живым свидетелем-участником позволяет уточнить, что за реальность первично подлежит ?процессу абстрагирования?. Говорить с пониманием сказанного, замечает А. Звонкин, человек научается прежде, чем усваивает абстрактные категории. Так не следует ли из того, что ?восхождению? ума от называемого словом предмета к его (предмета) признаку у человека предшествовало подобное ?восхождение? в пределах самого слова: от слова-вещи ? к слову-лексеме? Первое ? то, что здесь и теперь исходит из уст и приходит на слух. Второе ? то, что безотносительно ко времени и пространству занимает определенную позицию в языке. Реально, в прямом смысле, только первое (res, realia ? это и значит: вещь) и, как любая реальность, ни по какому конечному набору признаков идентично не воспроизводимо. Например, ?красный?, произнесенное мною и произнесенное кем-то другим (или мною же, но повторно) суть разные слова-вещи. Но, будучи разными вещами, они при этом лексически тождественны: всеми, говорящими на одном языке, они воспринимаются как одна и та же лексема. Так вот, ?восхождение? детского ума от слова-вещи к слову-лексеме ? это, по моей гипотезе, как бы репетиция его дальнейшего ?восхождения? от вещи внесловесной к ее понятию. Взрослый человек (как и представитель взрослой культуры) от слова-вещи к слову-лексеме ?восходит? умом автоматически, так что слово для него по преимуществу значит; а что оно ?веществует? ? то загнано на периферию его сознания. У младенца же (и у представителя архаической, то бишь младенческой культуры ) эта автоматика еще не отлажена. Привычно ему обращаться со словом как с вещью. Лексическое же его ?измерение?, позволяющее разуметь сквозь слово, ему только предстоит освоить. Но как при этом не расстаться с тем, что уже привычно? Издревле опробованный для того способ у культурологов значится как ?медиация?, оно же опосредование. Те же культурологи единогласно утверждают, что медиация невозможна без медиатора ? объекта (неважно, существующего ?на самом деле? или только в качестве ментального образования), служащего посредником между объектами, подлежащими медиации. Суть этого похожего на тавтологию утверждения та, что ?превратить? две сущности в одну всякому сознанию (не только архаическому) удается не иначе, как за счет их опосредования некой третьей сущностью, обладающей хоть какими-то свойствами этих двух.[4] Ее-то и называют медиатором. Так же и я покамест назову такое состояние слова, для какого, по моей гипотезе, в детском (и в архаическом) сознании находится позиция между словом-вещью и словом-лексемой. Названием ?медиатор? я указываю только на эту его позицию, на то, где оно есть. Попытаюсь же теперь по его ?месту? определить, что оно есть. Попытка, стоит предупредить, заведомо успешная ? по той простой причине, что всем и без того уже известно, как такое слово называется. Другое дело, что название это мало что говорит о его сути. А чтобы эту суть хоть как-то уяснить ? для того, полагаю, и стоит общеизвестное понятие о таком слове ?дедуцировать? из его медиативной позиции, как бы ничего о нем не зная заранее[5]. А этой позицией предполагаются по крайней мере два свойства. Во-первых, слово-медиатор, поскольку оно не лексема, не функционирует, с одной стороны, в качестве знака; с другой же, от вещей внесловесных детский (и архаический) ум его отличает как вещь, ?наделенную? смыслом ? а иначе как бы ему открывался феномен языка? Слову-медиатору присуща, стало быть, внезнаковая выразительность. Суть ее та, что к выраженному им смыслу оно не пропускает сквозь себя, (как это подобает знаку), но являет этот смысл самим собою, своей собственной реальностью, то бишь вещностью. Нечто сходное с этим соображением нахожу у А. Звонкина. ?На мой взгляд, огромную роль в процессе овладения языком-играет так называемая ?невербальная?, то есть попросту животная коммуникация. Язык мимики и жеста, взглядов и интонаций, которым мы владеем инстинктивно, как биологические существа-именно этот язык лежит в основе-процесса овладения языком (вербальным. ? Б.Ц.)- Впрочем, если вы задумались о том, как обычные дети научаются понимать смысл слов ?я? или ?да?, то, пожалуй, и вы пришли к каким-то сходным выводам. Без жестов тут явно не обойтись?. Так, может, и слово, прежде, чем стать ?нормальным? языковым знаком, действует как артикуляторный жест ? то есть смысл оно выражает постольку, поскольку своей артикуляторной динамикой и энергетикой ему подражает? Подобное вызывается подобным ? таков, как известно, принцип симпатической магии. Позволительно поэтому дать слову-медиатору уточняющее название: магема. По своей ?материи? будучи словом, verbом, функционирует магема на манер как раз той самой невербальной коммуникации. Коей служит, как известно, первая сигнальная система. Понятно, почему она ? система: все ее элементы запрограммированы в генетическом коде. Вербальный же, человеческий язык (а его издавна принято считать второй сигнальной системой) генетически не предопределен ? его системность коренится в культуре, а не в природе. Но системность ? знаковая, та, что доступна изучению в рамках науки лингвистики. Которая имеет дело, повторю, лишь со словом-лексемой. Безотносительно же к последней лексически тождественные слова-вещи никакой системы не образуют. Так что же получается? Чтобы их распознавать как ?одно и то же? слово, т.е. иметь системное о них представление, надобно в каждом из них открыть лексическое ?измерение? ? а чтобы его открыть, пред тем надобно уже мыслить их в системе! Так, может, выход из этого порочного круга как раз и дает все то же слово-магема? А коль оно так, то не присуща ли ему особого рода системность ? сверхприродного происхождения, но не совпадающая с ?обычной? языковой? Положительный ответ равнозначен постулированию второго свойства у слова-магемы: оно есть виртуальная вещь. Плохо для меня то, что ?виртуальность? ? модное слово, из-за чего до неприличия поизносился его первоначальный смысл. Так что сперва придется мне этот смысл ?отреставрировать?. Понятие виртуальности в определенном смысле тоже медиативно: это нечто среднее между потенциальностью и актуальностью. Потенциальное ? то, чего здесь и теперь (актуально) нет, но что вообще может быть; в том смысле ?вообще?, что оно может быть как чем-то одним, так и чем-то другим (третьим- пятым-десятым). Виртуальное же ? то, что может быть только этим и не чем другим; уникальная конкретность того, что может быть, его этость (термин схоластов) ? она, можно сказать, актуальна даже в потенции. А это и значит: виртуальна. Ради большей ясности обращусь к этимологии. ?Virtu? в точном переводе ? это способность (не совсем то же, что ?potentia?, то бишь возможность). Отсюда слово ?виртуоз?. Делать что-то виртуозно не получится у того, кто это делает впервые ? необходима выучка. А коль она есть ? то уж независимо от того, занят ли он этим делом сию минуту. Т.е. она есть как бы прежде ее актуализации в деле. У скрипача-виртуоза в ?памяти? его рук отложились определенные навыки ? потому он и виртуоз. Он их ?добыл?, конечно, благодаря тому, что пред тем занимался на скрипке не один раз и даже не сто. Зато, например, с десятитысячного разу эти навыки удерживаются в его руках уже не зависимо от того, занят ли он в данный момент игрой или нет ? важно только, что в очередной раз они обязательно проявятся (если, конечно, с ним не случится никакой беды). Вот теперь я, надеюсь, вплотную подошел к понятию виртуальной вещи. Это вещь, всегда и всюду готовая здесь и теперь явиться (актуализоваться) во всей ее этости ? потому как последняя присуща ей прежде самой актуализации и даже безотносительно к оной. Потенциальная этость ? вот, пожалуй, кратчайшее определение виртуальности. Так оно годится, вроде бы, и для слова-лексемы? В качестве этого, а не какого другого слова оно ведь просто ?есть? в языке ? и тоже безотносительно к тому, присутствует оно или нет в речевом акте. Да, в этом отношении она виртуальна: она всегда и всюду готова актуализоваться в речи, ибо ее этость тоже припасена в потенции языка. Но этость ? чисто лингвистическая, а никак не вещная и, в этом смысле, не реальная! Это следует хотя бы из того, что состоит лексема не из звуков, а из фонем ? единиц, определяемых конечным набором звуковых признаков, стало быть, реальности не причастных. Произнесем ли фонему ?а? в слове ?красный? сжато или протяжно, прорычим фонему ?р? или прокартавим ? в том и другом произнесении (а также во многих прочих) они все равно будут узнаны как фонемы ?а? и ?р?[6]; именно как фонемы, хотя в просторечии они ?звуки?. Но то же верно и насчет лексемы как целого. Как бы ни овеществили (реализовали) ту же лексему ?красный?: фальцетом или басом, шепотом или в полный голос, пискливо или с хрипотцой ? лексическое ее качество будет одним и тем же. А все эти голосовые реалии ? благодаря каким она и является этой вещью ? не припасены в системе языка[7]; они, говоря по-ученому, экстралингвистичны. Магема же виртуальна именно как вещь: те самые ее реалии которые ?экстра?, то бишь опричь лингвистики, явны слуху даже тогда, когда ее не воспроизводят устно. Магеме, иначе говоря, присуща виртуальная слышность. А это ведь значит, что все ее голосовые ?овеществления? меж собой со-гласуются как причастные некой единой системе. Детективная часть моего текста подходит, слава Богу, к концу. Достаточно уже ?улик?, чтобы опознать магему как слово поэтическое. В самом деле, как раз поэтическому слову свойственно: 1) выражать смысл не сквозь себя, а именно постольку, поскольку оно задерживает внимание на своей собственной реальности; 2) сохранять свой интонационный облик (свою слышность) даже и тогда, когда его не ?приподымаем? устами над ?содержащим? его бумажным листом. А что второго свойства я не измыслил по своему произволу ? в том можно убедиться, коль обратить внимание на еще один порочный круг. Смысл поэтического текста (не абстрактный, а именно этот смысл) неотъемлем от его звучания ? но чтобы самому это звучание верно воспроизвести, надобно пред тем понимать: что он сказывает. Выход из этого круга, известного под названием ?герменевтический?, возможен благодаря той самой виртуальной слышности: мы слышим стихи ? тем самым их и понимаем ? не прибегая к ?услугам? своего голоса. А по мысли философа Ханса ? Георга Гадамера, основателя нового направления в герменевтике[8], ?услуги? эти тому, кто ими воспользуется, медвежьими будут ? т.е. медведь тому на ухо наступит. ?Меня хорошо поймет тот, кому приходилось слушать в авторском исполнении-стихи ? особенно любимые, те, что как бы сами звучат внутри нас. Предположим, что автор читает хорошо-Но и в этом случае слушатель испытывает нечто вроде шока. ?Почему скандировка, система ударений, модуляция и ритм, с которыми он читает свои стихи-расходятся с тем, что звучит во мне? Я готов допустить, что он расставляет ударения правильно, с верным чувством звуковой структуры собственного произведения ? и, тем не менее, во всем этом-что-то уродливое, заслоняющее, как мне кажется, нечто для меня существенное?. Выдвигаемый мной тезис состоит в том, что произведение художественной литературы предназначено для ?внутреннего уха?. ?Внутреннее ухо? улавливает идеальный языковой образ ? нечто такое, что услышать невозможно?[9]. Согласен я насчет того, что он идеальный, и что языковой (о чем позже пойдет речь). А вот что его ?услышать невозможно? ? в том позволю себе усомниться. Да, он идеальный ? но лишь в том смысле, что реальности моего голоса (как и того, который слышу с эстрады) с ним никогда точь-в-точь не совпасть. Зато я достоверно знаю, притом знаю на слух: с чем ей не совпасть. Стало быть, это слышная идеальность ? она же, по моей терминологии, виртуальная слышность. Недаром ведь те, кому стихи приносят на суд, предпочитают их оценивать ?с листа?. Они, стало быть, знают (хотя бы и безотчетно), что у написанного на листе есть собственный голос ? если, конечно, и вправду оно поэзия. А вправду или нет ? критерий как раз этот самый: слышность того, что на листе. А ежели текст, притязающий на поэтичность, этого донельзя простого критерия не выдерживает, то уж не оправдать ему своих притязаний ни затейливым ходом мысли, ни ?высоконравственным? пафосом, ни даже ?яркими образами?. Но как же все это соотносится с бытованием магемы (коль его считать бесспорным) в детском и в архаическом ментальном обиходе? Как-то, видимо, соотносится. Один из признаков поэзии, пусть и не самый для нее главный, это непредсказуемость речевых ходов ? подчас даже в пределах одного слова, почему и называют такое слово неологизмом. Ну, так по этой части примеров речи ?от двух до пяти? можно набрать столько, что будь книга Корнея Чуковского с одноименным названием вдесятеро больше, в ней и тогда бы для всех набранных не хватило места. Все дети в этом возрасте, по крайней мере, психически здоровые дети, прирожденные филологи, то бишь любословы. Так ведь и для поэта ? коль и вправду он поэт ? слово не средство (неважно, чего: достижения славы, обретения ?материальных благ?, просвещения ?толпы?, самовыражения или просто ?излияния души?), но бескорыстно любимое существо. Непредсказуемость свидетельствует о том, что слово субъекту речи предстает как встреченное им впервые: куда его слово поведет, или куда ему вести слово ? того он и сам не пред-скажет. Любословие, напротив, есть чувство того, что слово ему плоть от плоти свое. Каким же образом новое может быть своим и, наоборот, свое ? новым? А таким, что человек в возрасте от двух до пяти при-глашен к праисторическому таинству ? так как же ему слово не полюбить, коль его рождению он сам гортанно-губно-небно причастен?! Но и поэт-профессоинал ? он тоже с общеизвестным словом обращается так, будто своими устами, да и всем своим ?нутром? впервой его рождает. Есть поэзия ухоженная, поэзия-искусство ? институт речи, ?специализированной? по части ?эстетического наслаждения?. Институт сравнительно недавний, время его появления в истории так или иначе прослеживается. А есть поэзия, ни по какому ?ведомству? не ?пристроенная?, данная роду человеческому как слово в его магическом качестве ? данная прежде всяких институтов, прежде даже института магии. Поэзия, если угодно, дикорастущая. Не в том, однако, смысле, что произрастает она опричь культуры ? нет, опричь только ?сознательной? ее ?части?. По мысли А.Звонкина, наряду с интеллектом ?сознающим?, посредством которого ?мы решаем математические задачи, пишем программы, классифицируем, разбираемся в инструкции по пользованию пылесосом?, человеку присущ интеллект ?бессознательный?. ?С его помощью мы решаем очень похожие задачи, но в другой области ? языковой?. В психике отдельного человека есть, стало быть, что-то, неподконтрольное сознанию, на свой собственный лад умное ? недаром А. Звонкин его величает интеллектом. И в культуре как в совокупной ?психике? человечества всегда наготове к извержению ? виртуально ? залегает магма культурно-бессознательного[10]. В определенном смысле оно тоже на свой лад умное[11]. Его ?ум? как раз и дает о себе знать в поэзии дикорастущей. Так что из моих суждений совсем не следует, что всякий человек в раннем детстве способен сочинять стихи прежде, чем усвоил родной язык, а всякий древний человек ? прежде, чем язык в сообществе ему подобных впервые появился. Тому и другому поэзия дана, можно сказать, задарма, так что просто нет нужды что-то поэтическое сочинять. Нужда в том возникает, когда лексическое ?измерение? слова привычно уже настолько, что его значение становится как бы объективным, а потому отчужденным от лично моего говорения ? стало быть, и от того смысла, какого лично я своим говорением взыскую. Преднаходимый язык, как ни парадоксально, чем привычнее в качестве инструмента коммуникации, тем более чужд экзистенциально. Но вот, так сказать, ответный парадокс: к языку, который лишь значится тебе родным, на самом деле природниться можно не иначе, как за счет отчуждения от него слова -- за счет его (слова) ?перемещения? из общеязыковой системы в такую, где оно с другими словами воистину со-гласуется. Это и называется: ?сочинять стихи?. Понятно тогда, что стихотворение как раз и есть такая отдельная от общеязыковой система, в какой смысл причастного ей слова становится слышным -- притом слышным не зависимо от того, ?схвачено? ли слово устами или ?покоится? на бумаге. Эта система, с одной стороны, является речью. Но речью ? виртуально слышной. А поскольку виртуально, то она же ? язык. Речь, которая сама себе язык ? речь, какою принцип ее порождения и понимания, т.е. язык, сполна себя изрекает. Такова поэзия, ?добытая? искусством. А как насчет дармовой? Что это за системное целое, в какое слово-магема входит, не будучи искусственно (посредством искусства) со-чиненным с другими подобными ему словами? Да не что иное, как само это слово! Будучи словом, оно же сполна завершенная речь и, подобно речи, со-чиненной поэтом, оно же ? само себе язык! А почему бы и нет? Во-первых, феномен слова-речи языкознанию известен как исторический факт. Язык на ранней стадии его развития словами небогат. Зато у каждого смысловая емкость такова, что его перевести на язык современный удается не одним словом, а предложением ? и чем точнее перевод, тем более такое предложение развернуто. Предложение на современном языке складывается из нескольких отдельных слов. Исторически же оно возникает как результат расчленения одного слова. Обособляющиеся члены, конечно, не остаются неизменными: они все обмениваются меж собой своими частями, при этом одни растягиваются, другие сжимаютсяv и в результате оказываются членами уже не слова, а предложения, т.е. самостоятельными словами. Смысл расчлененного слова между ними распределяется функционально, или, как говорят лингвисты, синтагматически: какому-то одному новообразованному слову достается роль сказуемого, какому-то другому ? всего лишь предлога. Бытование слова ?на правах? завершенной речи прослеживается в истории. А на ?правах? языка? Исторических фактов на этот счет нет, да и не может быть ? рождение языка из слова, коль и вправду имело место (и время) быть, то уж в праистории. Что, конечно, непроверяемо. Зато оно ? и это уж во-вторых ? припоминаемо. И не чем иным, как, опять же, поэзией-искусством. В праисторическом таинстве рождения языка поэт самолично участвует. Уже этому поэтическая речь обязана своим бытованием ?на правах? языка. Но ведь и ?на правах? ? слова! Под стать тому, прежде всего, структурное ее качество. Почему поэзию принято записывать стихами? Обдумав этот обычай, филолог Е.В.Невзглядова приходит вот к какому выводу: запись стихами указывает на специфичную для поэтической речи монотонию: равномерное по каждому стиху распределение голосовых акцентов.[12] Но ежели никакое слово в стихе не выделено за счет других интонационно, так, наверное, и в образовании смысла они все участвуют тоже на равных правах. В связи с этим стоит уточнить ранее сказанное насчет истории языка. Распределение смысла у архаического слова между образованными из него словами происходило, видимо, не по одному лишь функциональному принципу. Альтернативный принцип лингвисты называют парадигматическим. Я же его назову принципом соборности ? понятие это хотя и богословское, но тут оно мне кажется как нельзя более подходящим. Суть его та, что значения новообразованных слов различаются как равноправные варианты того смысла, какой прежде (до членения) выражался единым словом. Функционально смысл распределяется, ?идя навстречу? нуждам человека в общении с себе подобными. Соборно ? тоже ради общения, но с сущностями сверхчеловеческими, т.е. для нужд словесной магии, из нее же впоследствии и образуется поэзия. Дело в том, что древнее слово можно перевести как предложением, так и перечнем взаимоуточняющих синонимов. Так вот, когда его читаешь подряд, впечатление такое, будто и вправду перед тобой поэзия! Несомненно, во всяком случае, что по тому же принципу соборности живет и современная поэтическая речь: будучи сама себе язык, она развертывается как смысловые приключения (и переключения) одного слова. Грамматикой и синтаксисом она подчас вовсе не отличается от речи обиходной. Как поэтическая она узнается исключительно по интонации ? она слышится не так, как проза. В-третьих, о способности слова быть речью и даже языком косвенно сказывает сам язык. Сказывает такими выражениями, как ?слово Божье?, ?Слово о полку Игоревом?, ?свободное русское слово? у Ахматовой. В первых двух ?слово? метонимически означает речь, в третьем ? пожалуй, что язык. Но значения таких вот формул, ныне понимаемые как переносные, некогда были прямыми. Подобными выражениями, стало быть, тоже припоминаются те события в жизни слова, речи, языка, о каких человек свидетельствует и в каких участвует на заре истории и собственной жизни. Воистину, ?В начале было Слово?! И Слово, конечно же, поэтическое ? то есть делающее. Греческое ?пойесис? в точном переводе означает не что иное, как делание. Коль и вправду этим Словом, силою этого Слова и его смыслом (что у Бога одно и тоже) создан мир природных существ, то уж тем более оно так применительно к ?миру? слов. Так, значит, поэзия ? имею в виду поэзию дикорастущую ? она, выходит, первее языка? Это было бы верно, если бы язык целиком сводился к предмету лингвистики, т.е. ко ?второй сигнальной системе?. Но коль в этом вся его суть, то всякая устная речь не меньше, а больше, чем язык. ?Второй сигнальной? определенно ей не хватает. И эту нехватку она восполняет реалиями сверхсистемными ? которые ?экстра? лингвистики. Прежде всего голосом. ?Интонация ? душа предложения. В ней мы передаем так много, как, может быть, и не хотим передать. Этой мимикой души владеют настоящие поэты. Фиксировать ее на письме трудно. Многие интонационные явления относятся к экстралингвистическим и не рассматриваются учеными, потому что письменная речь не способна их удержать, они неотъемлемы от звука голоса и слишком свободно крепятся к логико-синтаксическому каркасу речи.? [13] Итак, собственно языку ? при условии, что он весь сводится к предмету лингвистики ? принадлежит лишь то в устной речи, что от нее остается после ее перевода на бумагу. А что в ней есть ?экстра? лингвистики ? того уж не записать! Исключением из этого правила является речь поэтическая, т.е. виртуально слышная. ?Оттенки смысла, которые в живом общении выражаются звуком голоса, непосредственно (а не описательно) возникают в письменном тексте?[14] -- таково несомненное ее отличие от речи обиходной. Но ведь из того следует, что реалии ?экстра? лингвистики она приобщает к языку. Или ? возвращает языку? Не есть ли голосовая выразительность свойство не только устной речи, но и самого языка, присущее ему виртуально, поэзией же ? актуализуемое? Оно ?экстра? по отношению лишь к науке о языке. А не к самому языку![15] ?В стихотворении язык возвращается к своей основе, к магическому единству мысли и события, пророчески взывающему к нам из сумрачных глубин праистории?.[16] Но ведь эту свою магическую основу, в поэзии достоверную, язык припоминает и в обиходной речи. Помимо поэзии она собственной реальностью убеждает в том, что ?звук и смысл-связаны нераздельно?.[17] И вот чем эта связь удивительна. Тональность, подобающую отклику на ту или иную ситуацию, мы ?придаем? слову спонтанно. Как будто не мы, говорящие, а само слово знает: каким тоном в данной ситуации должно ему сказаться. Но кто же дает ему это знание? Да не кто иной, как все тот же язык ? тот, который ?первее языка?. Далеко же меня унесло в сторону от статьи А. Звонкина. Самое время к ней вернуться. Тем более, что и ее автора изумляет та же спонтанность. ?Мы многие вещи делает бессознательно, не умея объяснить того, как именно мы это делаем-Одно из таких неосознанных умений ? умение говорить. Оно, однако, выделяется... тем, что-требует решения интеллектуально-логических задач. Когда-то не меня произвела очень сильное впечатление статья по лингвистике. Вся статья, более десяти страниц, была посвящена объяснению смысла слова ?даже?. Оказывается, смысл этого слова можно описать в виде четырех логических утверждений, достаточно сложных самих по себе и к тому же взаимосвязанных. Таким образом, каждый раз, когда мы употребляем в речи слово ?даже?, мы в доли секунды решаем сложную логическую задачу ?в четыре действия?-Пожалуй, наиболее удивительно, что с этим столь же легко справляются умственно отсталые дети. Попробуйте дать такому ребенку какой-нибудь тривиальный силлогизм, и он с ним не справится. А вот слово ?даже? употребляет свободно и вполне грамотно?. Но ведь и взрослому человеку сказать же что-то осмысленное удается, как правило, без особых усилий собственной мысли. И тоже благодаря тому, что язык это сказанное осмыслил вместе с ним. А подчас даже и вместо него. Воистину, ?он есть всеоблемлющая предвосхищающая истолкованность мира и в этом смысле ни чем не заменим?.[18] Все, что ни сказывается, самим по себе сказыванием уже причастно смыслу ? хотя, быть может, и не тому, какой говорящий индивид от себя лично хотел сказать. Напрашивается поэтому такое соображение: слово ?заряжается? смыслом прежде, чем становится знаком ? ?заряжается? уже оттого, что на слуху и на устах оно присутствует. То есть оттого, что ?припоминает? себя в качестве магемы.

1. См. например: Цейтлин Б.М. Кос(т)ность языка // ?Человек? ¦ 1 1996, 121v133

2. Звонкин А. Язык и два интеллекта //Знание-сила. 1991. ¦ 8.

3. Такое понимание знака нахожу и у А. Звонкина. Для часто повторяющихся слов его подопечные придумали значки. Причем ?их конкретный вид стал уже как бы и безразличен: дети очень быстро научились смотреть сквозь них? // Там же.

4. О медиации (и, соответственно, о медиаторе) подробно написано в монографии: Пелипенко А.А., Яковенко И.Г. Культура как система. М.: Языки русской культуры, 1998. С. 67v73

5. У меня это было не ?как бы?: поначалу необходимость слова-медиатора я ?вычислил?, исходя из культурологических предпосылок ? и только потом сообразил: что оно есть.

6. Так оно в русском языке. А, например, в армянском и в албанском гортанная и раскатистая ?р? суть разные фонемы. Также фонематически (стало быть, лингвистически) различаются долгая и краткая ?а? в монгольских, балтийских и семитских языках.

7. Если, конечно, язык сводить к предмету лингвистики. Насколько это правомерно ? о том речь пойдет несколько позже.

8. Так издревле называют искусство интерпретации текста (необязательно словесного).

9. Гадамер Г.-Г. Актуальность прекрасного. М.: Искусство, 1991. С. 134.

10. В примечании 4 указана монография, где вводится и подробно разъясняется этот термин.

11. А именно в том смысле, что обеспечивает культуре самосохранение.

12. ?Волна и камень? // Звезда. 1998. ¦ 6. Более развернуто содержание этой статьи изложено в

монографии: Невзглядова Е.В. Смысл и звук. СПб., 1998. Эти работы многое прояснили в моем понимании поэзии, что я и отметил в своей рецензии ?Голос на бумаге? // Новое литературное обозрение. 2000. ¦ 46.

13. Невзглядова Е.В. Цит. соч.

14. Там же

15. В пользу этого соображения укажу на существование таких языков, где фонемы различаются, помимо ?обычных? признаков, интонационными. Например, во вьетнамском у каждой гласной шесть интонаций ? и все эти шесть вариантов суть разные фонемы..

16. Гадамер Г.-Г. Цит. соч. С. 142.

17. Невзглядова Е.В. Цит. соч.

18. Гадамер Г.-Г. Цит. соч. С. 29.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

12:09 «Яндекс» и Сбербанк подписали соглашение по новому «Яндекс.Маркету»
11:51 Полпреду Николаю Цуканову предложили стать помощником президента
11:34 ФСБ не нашла никаких призывов в речи Собчак о статусе Крыма
11:31 В России установят обязательные квоты для российских вин
11:07 Два участника теракта в Буденновске получили 13 и 15 лет колонии
10:45 В московской ячейке ЕР призвали не дать оппозиции участвовать в выборах мэра
10:35 50 миллионов лет назад в Новой Зеландии водились стокилограммовые пингвины
10:31 Социологи предсказали рекордно низкую явку на выборах президента
10:23 На развитие госпоисковика «Спутник» выделили еще четверть миллиарда рублей
09:57 Источники рассказали об отказе Сбербанка и Alibaba от создания СП
09:40 Транзит российского газа восстановлен после взрыва на австрийском хабе
09:39 США пообещали вернуться к вопросу Крыма
09:21 Украина задумалась об остановке поездов в РФ
09:17 Объявлены лауреаты премии «Большая книга»
09:08 На Олимпиаду поедут более 200 спортсменов из РФ
12.12 21:22 Саакашвили вызвали на допрос в качестве подозреваемого
12.12 21:11 Путин перечислил условия успешного развития России
12.12 20:50 Задержанного после взрыва в Нью-Йорке обвинили по трем статьям
12.12 19:46 «Хамас» провозгласило третью интифаду
12.12 19:38 НАСА прекратило переговоры о закупке мест на «Союзах»
12.12 19:23 Оргкомитет ОИ-2018 допустил появление россиян под национальным флагом
12.12 19:00 Рогозина не устроил отчет госкомиссии по крушению «Союза»
12.12 18:50 Пожар после взрыва на газовом хабе в Австрии полностью потушен
12.12 18:39 Директор ФСБ объявил резню в ХМАО терактом
12.12 18:21 Россия приостановила работу посольства в Йемене
12.12 18:16 МОК дисквалифицировал шесть хоккеисток и результаты сборной РФ
12.12 18:03 МВД РФ обвинило боевиков из Сирии в звонках с угрозами взрывов
12.12 17:59 НАТО продлило полномочия генсека Столтенберга до 2020 года
12.12 17:43 Суд отказался снять с Telegram штраф за нераскрытие данных ФСБ
12.12 17:32 Генпрокуратура РФ подготовила французам запрос по делу Керимова
12.12 17:23 СМИ сообщили о намерении ЕС продлить санкции против России
12.12 16:50 Бомбившие боевиков в Сирии самолеты ВКС прибыли в Россию
12.12 16:38 «Первый канал» решил частично транслировать Олимпиаду
12.12 16:25 Киев пригрозил осудить Поклонскую за военные преступления
12.12 16:18 Пчелы сибирских старообрядцев помогут в исследованиях опасной болезни
12.12 15:55 Суд заочно арестовал владельца «Вим-Авиа»
12.12 15:42 Варвара Караулова решила просить Путина о помиловании
12.12 15:29 Глазьев поддержал создание крипторубля ради обхода санкций
12.12 15:22 ЕСПЧ присудил россиянам 104 тысячи евро за пытки в полиции
12.12 15:04 СМИ рассказали об инструктаже Кремля по сбору подписей за Путина
12.12 14:43 «Яндекс» назвал самые популярные запросы за 2017 год
12.12 14:28 Европа осталась без российского газа из-за взрыва на газопроводе
12.12 14:22 Прочитан полный геном вымершего сумчатого волка
12.12 14:14 Песков подтвердил включение твитов Трампа в доклады для Путина
12.12 14:00 Минобрнауки РФ поддержало обучение школьников «Семьеведению»
12.12 13:55 «Сколково» и «Янссен» поддержат проекты по диагностике и терапии социально-значимых заболеваний
12.12 13:51 ФБР признало право генпрокурора не сообщать о встречах с Кисляком
12.12 13:44 Песков признал «большое волнение» Кремля из-за Саакашвили
12.12 13:37 Новый препарат замедляет развитие болезни Хантингтона
12.12 13:26 Минспорта финансово поддержит решивших не ехать на ОИ-2018
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.