Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
17 декабря 2017, воскресенье, 19:17
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

07 июня 2004, 06:51

Недоросли на Кавказе

Часть первая: Курс молодого бойца

Помнится, несколько месяцев назад на столичной пресс-конференции одна видная правозащитница старой закалки в ответ на навязший на зубах вопрос: “А что Вы, мол, как о Чечне, так только о преступлениях “федералов”, а о том, что творят боевики, – ни слова?” -- неожиданно сорвалась и возвысила голос: “Вот ведь привязались – боевики, боевики. В конце концов, чтоб не рассуждать в сто первый раз об ответственности государства, я вам вот что скажу: что там делают федералы - я своими глазами наблюдала, а боевики – хотите верьте, хотите нет, но сколько раз бывала в Чечне во вторую войну, а ни одного живого боевика в глаза не видела…”

Слова эти неожиданно заставили меня призадуматься. Ведь как ни крути, а сам я в этой Чечне в последние несколько лет бывал часто. Настолько, что однажды, промозглым московским утром глядя с тоской на стену дождя за окном, моя в принципе сдержанная супруга - настоящая жена офицера - пробормотала с обиженной дрожью в голосе: “Нет, ну ты посмотри на этот ливень… Вот ведь гадость. А в вашем-то Грозном, небось, солнышко светит!” “Да, -- завиноватился я, – однако, доездился”. В общем, был я в Грозном не раз, не два и не три. И отнюдь не только в Грозном, и не только на Севере. Шали, Шатой, кто же вам считает? Так вот, я тоже ни одного боевика за это время не встретил. То есть тех, кто воевал в первую войну, а на вторую не пошел, не захотел мараться – таких, конечно, встречал. Но вот боевиков последнего разлива, участников второй военной кампании – ни разу не доводилось.

Вообще-то странно все это. Согласно федеральным сводкам, боевиков этих уже который год 1500 единиц. Причем, наша бравая армия чуть ли не каждый день рапортует о потерях в рядах противника. Но выходит очередная реляция – и снова боевиков полторы тысячи. Знать, ряды их столь регулярно пополняются. Или, вернее, они просто размножаются клеточным делением. Спрашиваешь местных: “Да сколько же их на самом деле?” Те либо жарко доказывают, что “тьмы, и тьмы, и тьмы”, а оружия у них столько, что “могли бы всю Россию в один день завалить, но не хотят проливать кровь мирных граждан и затаились, ждут правильного момента”. Либо устало пожимают плечами: “Да их уже и не осталось, на самом деле, настоящих боевиков. Так, пара сотен человек по горам бегают. Остальные все у кадыровцев”.

И к тем, и к другим суждениям я относился с определенной долей скептицизма. Но 9 мая, ровнехонько в День Победы, восемь месяцев отпрезидентствовавший в свое удовольствие Ахмад–Хаджи Кадыров погиб в результате теракта на грозненском стадионе “Динамо”. Силовые структуры в республике - что федеральные, что местные - парализовало минимум на сутки. О том, чтобы закрыть город, никто даже не подумал. Военные, милиция, кадыровцы – все расползлись с улиц города и окрестных дорог, как тараканы, а прикованные долгом службы к блок-постам сидели, не высовываясь, тише воды, ниже травы. Пресловутые же боевики не то что не заняли город (хотя, видит Бог, у них были для этого все шансы), но вообще никак о себе не заявили. Даже не обозначили присутствие. Одноногий Басаев оповестил мир о своей ответственности за взрыв на Параде Победы и пригрозил подобной участью Путину – но так поздно и неубедительно, что в это не поверил никто, ни вне Чечни, ни, тем более, в ее пределах. Так, может, и правда - весомой силы в горах не осталось?

***

Я - журналист на вольных хлебах. Акын – “что вижу, то пою”. Печатаюсь, где придется. Там, где напечатают. О Чечне - в основном в западных изданиях. От них, случается, и езжу в маленькую, но гордую республику - когда-то "нэзалэжную", а теперь “навеки с Россией”. С одной стороны, посылать меня туда безопаснее, чем своих, иностранных корреспондентов. Я гораздо менее соблазнителен для торговцев человеками – дешевле стою, да и внешность у меня, человека по происхождению южного, сугубо кавказская – от местного не отличишь. Так что – командировка за командировкой. Пока Бог миловал. Аэропорт - что дом родной. Вот и на этот раз…

В половине третьего дня уже был на месте – в соседней с Чечней, еще более гордой республике. Встретил меня у самолета один местный общественник (назовем его Аслан). Человек довольно занятный, неординарный, но без тормозов. Мало того, что сам всегда готов ехать в самое пекло, так и других за собой тянет. Он пару раз моих коллег - русских да иностранных - в такие места с ночевкой возил, что даже у меня волосы дыбом становились. При этом с ментами не договаривается, федералам не платит, на постах скандалит. Эдакая мина замедленного действия. Сам я с ним как-то ездил в Чечню – по незнанию и по тяжкой необходимости. До сих пор это вспоминаю не без дрожи. Но вообще, мужик он неплохой. Когда предложил встретить меня и пару часов поболтать за чаем, я согласился - от него порой очень интересные вещи услышать можно…

Так что едем мы с Асланом к нему домой, и он мне объясняет, что вышел на него один американский журналист, который хочет делать сюжет про боевиков и про кадыровцев. Они, замечу в скобках, сейчас все кадыровцами интересуются – у самих-то давно не было корсаров, перевербованных, аки сэр Фрэнсис Дрейк, на королевскую службу… И он, Аслан, этого журналиста обещал в Чечню свезти и показать ему и тех, и этих. Вот журналист к нему и приехал. Причем, приехал еще позавчера, но в Чечню они так и не выбрались, потому что журналист по-русски ни бум-бум, а переводчик наотрез отказывается ехать в то село, где Аслан готов представить иностранного гостя и боевикам, и кадыровцам. Село это действительно очень и очень неприятное. Горы. Густой лес. Что ни день, то бомбежки. Да еще с иностранцем… Кто ж этого переводчика осудит? Так что, слово за слово, предлагает мне друг-Аслан прокатиться с ними вместе, потолмачить. И сам, мол, материала наберешь, и дополнительный заработок не помешает – “аглицьку-то мову трошки разумиешь”. Не помешает, да... А, с другой стороны, жить еще не надоело. Но, с третьей стороны, – и самому интересно, что это за боевики такие. “Покажи мне, - говорю, -- своего журналиста-камикадзе, а там будем посмотреть”.

Приезжаем мы к Аслану домой. А журналист-то оказался знакомый. Зовут парня… ну, скажем, Стивен. Работает на одну американскую газету, там вполне популярную, а здесь – мало кому известную. В Москве Стивен уже пару лет. По-русски говорить за это время толком не научился. Нэ трэба - переводчики у них хорошие. Напоминает это персонажа незабвенного Фонвизина – “не барская это наука”, – ну да ладно… Знакомы мы вполне шапочно. Так, встречались на пресс-тусовках. Но тут бросается он ко мне, будто я ему брат родной. “Сижу тут двое суток, как идиот. Уже сегодня в Москву должен был вернуться, а не написал ни строчки. Из редакции звонят, шеф орет благим матом. Не сделаю материал – выгонят. Помоги! Ну что тебе стоит? Про тебя все говорят – ты отсюда не вылезаешь”. Ну, это преувеличение: “Он там не был, он там бывал”. А коллегу жалко. Просто в заложники попал, прости Господи…

- Стивен,

-- говорю, -- ты хоть понимаешь, куда собрался? Жить надоело?

- Но мне Аслан сказал: безопасность гарантирует.

- Безопасность тут никто гарантировать не может. А Аслан и безопасность – это, извини, какой-то оксюморон получается. Он под этим словом что-то другое имеет в виду. Как ты, вообще, на него вышел?

- Ну, только он и предложил с боевиками и кадыровцами меня свести. Все остальные отмахивались.

- Отмахивались, потому что еще с ума не сошли. Им здесь работать. А как он предполагает это устроить?

- Говорит, поедем в село N – у него там какой-то кадыровец знакомый, который раньше у боевиков был, а потом его, вроде, прессовать стали, и он пошел к Кадырову под амнистию. И готов все рассказать – про нелегальные тюрьмы, про то, как людей пытают...

- Ага, сейчас, расскажет он тебе. Вот увидишь: как приедем туда, так выяснится, что кадыровец этот из села уехал. Может, на свадьбу, может, на похороны. Может, по партзаданию. Впрочем, что это я – “как приедем”? Я пока еще никуда не еду. Ну, с кадыровцами понятно. Скажи, что с боевиками?

- Ну, боевики сами к вечеру подтянутся.

- К вечеру? Ты что, там ночевать собрался? Тогда встречи тебе гарантированы – и с боевиками, и с кадыровцами. Всерьез и надолго.

Не буду пересказывать дальнейший разговор, изобилующий такими словами, как “фактор риска”, “похищения”, “торговля людьми” и “мироощущение непуганых идиотов”… Так или иначе, компромисс был найден. Состоял он в том, что рано утром мы поедем в Грозный. Там, в университете, я возьму пару интервью, за которыми, собственно, и приехал. А дальше выдвинемся в село N. Пробудем в нем максимум три часа. С кем поговорим – с тем поговорим. И срочно делать ноги, от греха подальше. Аслан нашей договоренности не обрадовался, бормотал что-то про гарантии безопасности, про то, что все контролирует, но выхода у него не было. Выезжать должны были в 7 утра.

Точность – добродетель определенно не чеченская, и когда к 8 тронулись, я испытал неслабое облегчение. Облегчение, правда, омрачалось тем, что, несмотря на мои жесткие настояния, Стивен наотрез отказался сбривать свою черную короткую бороденку..

- Брось дурака валять! Незачем бородой на постах да на дорогах светиться. Она у тебя что, “атрибут национальной гордости”? Примут за ваххабита – и пиши пропало. Лучше с головой и без бороды, чем вовсе без головы. Не согласен?

- Согласен, Максим, согласен. Но сбрить никак не могу. Она мне нужна для Ирака.

- Для кого???

- Ну, для Ирака! Командировка у меня следующая – в Ирак. Так я перед ней бороду отращиваю. Там без бороды – никак нельзя. Как отсюда вернусь, сразу на самолет – и в Багдад.

Значит, для Ирака? Ну, что тут скажешь… Господи, храни раба твоего… и наставь на путь истинный. В Ираке отстрел журналистов за последнее время стал национальным видом спорта.

***

Прямой дорогой в Грозный можно доехать всего за час. Но с иностранцем кто же прямой дорогой поедет, когда там федерал на федерале сидит и федералом погоняет? То есть Аслан, может, и ломанулся бы, да кто ж ему даст? Так что потащились мы за семь верст хлебать своего сомнительного киселя дорогой обходной, длина которой с лихвой компенсируется малочисленностью и незлобностью постов.

Но, похоже, это был не наш день. Обычно сонные и равнодушные стражи порядка, требующие паспорт только у водителя, да и то через одного, тут неожиданно решили проявить бдительность – видимо, какое-то очередное и внезапное усиление. Может, ревизор к ним какой приехал, черт его душу знает… Только, здрассьте-пожалуйста: “Багажник открой! А это что за сумка? Куда едем? Три пассажира? А их документы?” К счастью, еще на выезде я начал читать Стивену краткую версию “курса молодого бойца”, и как раз к тому времени, как мы добрались до первого поста, первая ступень им была успешно освоена: “Блокнот спрятать. Диктофон под сидение. Голову опустить, глаза закрыть, сделать вид, что спишь крепким сном”. Под аккомпанемент моего зверского шепота начинающий путешественник “заснул” столь убедительно, что сочувственные стражи порядка решили его не тревожить: “Ладно, проезжайте”. И так на каждом посту… Когда, приближаясь к третьей вынужденной остановке, Стивен сам, без напоминаний, швырнул что положено нам под ноги и картинно засопел, я почувствовал нечто сравнимое разве что с удовлетворением преподавателя младших классов, выводящего в дневнике заядлого двоечника заслуженную твердую тройку: “Может, и доедем. Бог милостив”.

Часть вторая: Институт благородных девиц

В город мы попали уже около одиннадцати. Солнце палило совсем по-летнему, и после трех часов в душной машине – местные почему-то панически боятся сквозняков и, если где-то есть окно, можете не сомневаться, что оно будет закрыто, а иногда и забито наглухо – чувствовали мы себя несколько несвежими и некондиционными. И когда вблизи замаячило знакомое кафе возле рыночной площади и Аслан предложил притормозить (“Ну, чаю, там, кофе выпьем”) - я не смог устоять перед соблазном.

- Ладно, Стивен. Вылезаем из машины. Идем прямо в кафе. Садимся тихонько. Кофе, сигарета, и едем дальше. По сторонам особо не глазей. От нас ни на шаг.

Спекшийся коллега благодарно закивал, вылез за мной из машины и, конечно, стал вертеть головой, как заведенный. Вокруг, и правда, было на что посмотреть, особенно с непривычки. Развалины – развалинами, но толпы народу, девушки в узких длинных юбках на высоченных каблуках, валютчики с пачками тысячерублевых бумажек, разноцветное барахло на лотках – короче, загляденье. Но пялиться на это, будто ты в зоопарке, – дело нехорошее и чреватое тем, что сам, неровен час, окажешь в клетке. Только я изготовился своего заграничного протеже одернуть очередным напоминанием об особенностях национальной охоты, как он хлопает меня по плечу и орет на всю Ивановскую на присущем ему английском наречии:

- Нет, ну ты посмотри! Да здесь жизнь! Да я и не ожидал…

Английский язык на улицах Грозного – штука гораздо более редкая, чем звук выстрелов, и производит несравненно более сильный эффект. Однозначно, “посильнее “Фауста” Гете”. На секунду мне показалось, что на нас смотрит вся рыночная площадь. Деловитые прохожие приостановились. Стоп-кадр.

- Быстро в машину!

– прошипел я. А может, даже и не прошипел, а просто затолкал на заднее сидение незадачливого экстремальщика.

- А кофе?

- Кофе отменяется.

- Да что случилось-то? Ты чего психанул?

- Что случилось? Ты бы еще выскочил на середину площади и прокукарекал: “Здравствуйте, добрые люди! Я тут из Америки приехал. Давайте знакомиться!” И если ты думаешь, что это я психанул, мы сейчас разворачиваемся и едем в обратном направлении.

В широко распахнутых глазах Стивена забрезжило понимание.

- Слушай, так я это что, по-английски сказал? А ведь нельзя было, да? Нет, ну точно нельзя! Какой же я болван! Ну, прости. Не прав. Просто загляделся, забылся. Я больше ни слова…

Так или иначе, и Аслан за парня вступился. И самому мне его стало жалко. Ладно, думаю. С кем не бывает? И сам я, помнится, когда-то… Впрочем, об этом лучше не вспоминать. В общем, сменил я гнев на милость, и мы выдвинулись в сторону Чеченского государственного университета. И даже на полдороге, на какой-то не столь многолюдной улице, перекусили на скорую руку. Кофе с бутербродом, и правда, очень хотелось, а наученный горьким опытом Стивен виновато пялился на столешницу и рот открывал только с целью потребления пищи.

***

В грозненском университете у меня есть знакомые на паре гуманитарных факультетов. Нужно мне было одно интервью протокольное и одно непротокольное. Всего и делов-то максимум на час. Мы припарковались возле обшарпанной трехэтажки, где разместилась часть гуманитариев после того, как старое университетское здание пало жертвой активных военных действий. Я пообещал Стивену, что и ему обустрою беседу с кем-нибудь из студентов, причем прямо в машине, чтобы в коридорах зря не светиться, и направился по узкой лестнице прямиком в деканат в надежде повстречать там кого-нибудь из нужных людей. Приоткрываю дверь и вижу: за солидным письменным столом, над которым красуется глянцевая табличка “замдекана”, сидит видная женщина лет сорока, неброско накрашенная, в черном пиджаке из тонкой кожи и во весь голос отчитывает мнущегося перед ней на стуле студента-старшекурсника. Парню, наверное, годиков двадцать пять. Голову опустил, набычился, смотрит в пол.

- Беслан! Да что же это такое! Я тебе говорю – с этим безобразием надо срочно кончать! Этих девушек крадут и крадут!

- Ну, Марет Хасановна…

- Что – Марет Хасановна? Ты не хуже меня знаешь – их крадут и крадут! Вчера – второкурсницу. Сегодня - первокурсницу. Ты понимаешь, как это влияет на репутацию университета? Я к тебе обращаюсь как к взрослому, серьезному человеку. Ну, сделайте, наконец, что-нибудь! Это должно прекратиться!

- Ну, Марет Хасановна, это же традиция…

- Ты мне будешь рассказывать про традиции! Я сама знаю, что это традиция! Но репутация университета под серьезной угрозой…

- А я-то что, Марет Хасановна?

- Что значит – что? Ты – староста группы. А девушек крадут и крадут, просто из под носа крадут…

Поборов приступ смеха, деликатно покашливаю. Марет Хасановна вскидывается, нервно поправляет платок.

- Извините за вторжение. Я – журналист, здесь по заданию одной московской газеты. –

протягиваю пресс-карту, аккредитацию. – Приехал сюда сделать материал об университете. Одно из самых живых, интересных мест в городе. Не уделите мне пару минут?

Марет Хасановна отпускает старосту – Беслана. Тот облегченно вздыхает, на прощанье кивает мне с благодарностью -- типа, вовремя ты пришел, мужик, от такого разговора избавил – и поспешно выходит. А замдекана начинает неспешный монолог:

- Наш университет всегда славился на Северном Кавказе как образцово-показательное высшее учебное заведение. И сейчас, несмотря на определенные трудности, которые мы испытываем в первую очередь в силу нехватки учебных пособий и определенных недостатков инфраструктуры, мы продолжаем делать все возможное для организации учебного процесса наилучшим образом…

Я записываю. Сочувственно поддакиваю. И еле-еле сдерживаю улыбку -- в голове неотвязно крутится случайно подслушанный крик души: “Этих девушек все крадут и крадут”. Тяжела доля замдекана Грозненского университета…

Затем, распрощавшись с Марет Хасановной, быстренько нахожу в коридоре знакомого преподавателя, прошу свести меня с парой бойких студентов. Договариваюсь с ребятами побеседовать в машине, и – милое дело – вскоре они наперебой рассказывают нам со Стивеном, что средняя сумма взятки за поступление в это богоугодное заведение – две тысячи долларов. Самые престижные факультеты – юридический, экономический и медицинский. Туда, естественно, еще дороже. Цена зачета – тридцать баксов. Цена экзамена – полтинник. И так далее. А что до девушек, действительно, -- крадут. Ну так разве они возражают? Традиция есть традиция. А университет – вообще, ярмарка невест. Многие только за этим и поступают.

Стивен слушает с полуоткрытым ртом, и я сам как будто заражаюсь его свежестью восприятия.

***

Штука это вроде бы хорошая. Замечаешь детали, которые потом становятся привычными. На третий-пятый-десятый раз они уже сливаются с фоном, и ты перестаешь быть собой: глазами и ушами будущего читателя. Или глаза эти “замыливаются”, уши засоряются. Тогда начинаешь равнодушно отсеивать подробности, акценты, а порой и события, кажущиеся тебе само собою разумеющимися. Воспринимаешь как норму то, что нормою быть в принципе не может.

Впрочем, в лучшем случае – а современная Чечня к таковым определенно не относится – начинаешь понимать “другое” не как отклонение от нормы, а как “иную норму”. И тут уже “свежесть восприятия” может сыграть злую шутку. Поскольку, на первый взгляд, все кажется простым и понятным, все непонятное – подлежащим исправлению, а любое зло – легко искоренимым. Ведь изменить – это на поверку значительно легче, чем попытаться понять. В сочетании с жаждой справедливости, с уверенностью в своих способностях эту самую справедливость насадить – это порой приводит к трагическим последствиям.

В лучшем случае, не даст результата – как увещевания Марет Хасановны не прекратят похищения невест из грозненского “института благородных девиц”. Но та, наверное, отлично понимает свое бессилие, и спасается лишь старосоветским двоемыслием

А вот сидящий рядом Стивен – ведь ни черта не то что по-чеченски – по-русски не понимает, не говоря уже про местные обычаи, а туда же: боевиков ему и кадыровцев! А потом двинет еще и в Ирак. Так ведь ничего, кроме бороденки, поди ж ты, не припас – языки, они, как география, - “извозческая наука”. И этот Митрофанушка, посланный, чтобы стать “глазами и ушами” подписчиков и читателей, преподнесет им в лучшем случае россыпь деталей. Иногда детали бывают упорядочены местным толмачом – неизвестно, к добру это или к худу. Ладно, я подвернулся, а если бы Аслан…

Впрочем, тут впору вспомнить довлатовское: “Что ты все о евреях – на русских взгляни, остолбенеешь…” Стивен – простой американский парень, и все меряет на свой штатовский салтык. А чем лучше наши юные журналисты обоего пола, такие же Митрофанушки, только не из Штатов, а из другой “другой страны” - Москвы? Приезжают на день-другой-третий “в мир иной”, и пишут потом со знанием дела. Как у Ильфа с Петровым: “Я шакалов не боюсь, они на Кавказе не ядовитые!” Правда, их принимает Аслан от другой стороны, какой-нибудь полковник Илья Шабалкин или прочая птица-говорун в погонах. А они глядят в клюв – и извлекают оттуда, записывают, показывают, печатают для нас простые истины: “Эта дверь – прилагательное”. Раз не существительное – так мы ее того, и будет вам счастье…

А потом следуют бомбы, руины Грозного, взрывы в Багдаде, “зачистки”, заложники – и все это во имя борьбы “за свободу”. Или “с мировым терроризмом”. Добро бы источник всего этого зла был только в чьей-то недоброй воле. Но копнешь – и окажется, что все это было бы невозможно без искренних и открытых молодых людей, без их “добрых” намерений все изменить, ничего не поняв…

***

…Около часу дня мы выехали из города по направлению к селу NN. Племянник Аслана гонит машину. Времени остается уже не так много, а впереди еще гвоздь программы – боевики и кадыровцы. Скорее всего, на поверку не окажется ни тех, ни других. Но вдруг? - Чем черт не шутит… Вот уже и предгорья. За пару километров до села посередь дороги огромная, еще свежая воронка.

- Смотри, Стивен, здесь совсем недавно взорвали фугас.

Стивен жадно пялится в окно. А мой проснувшийся было журналистский азарт уступает место отчетливой нервозности. Все же очень поганое место - село NN. Не пожалеть бы, что подписался на эту авантюру. Может, зря мы сюда приехали? Может, зря…

Продолжение следует

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

18:35 СМИ назвали место содержания главаря ИГ
18:08 Опубликовано видео ликвидации боевиков в Дагестане
17:25 Между сторонниками Саакашвили и полицией произошли столкновения
16:47 Прокуратура впервые запросила пожизненный срок для торговца наркотиками
16:24 Курс биткоина превысил 20 тысяч долларов
16:16 Спортсменам РФ разрешили использовать два цвета флага на Олимпиаде
15:13 В Госдуме назвали неожиданностью слежку Финляндии за Россией
14:54 Скончался Георгий Натансон
14:15 В Крыму работы на трассе «Таврида» привели к перебоям с интернетом
13:44 В Москве снова побит температурный рекорд
13:15 СМИ сообщили об убийстве плененного ИГ казака
12:39 Губернатор Подмосковья пообещал избавить жителей региона от вони в начале года
12:07 Правительство Австрии поддержало смягчение санкций против РФ
11:35 Глава МИД Великобритании не увидел фактов влияния РФ на Brexit
11:15 СМИ рассказали о затрате Пентагоном 20 млн долларов на изучение НЛО
10:52 В Финляндии возбуждено дело после публикации данных о контроле разведки над интернетом
10:20 Представители Трампа обвинили спецпрокурора по РФ в незаконном получении документов
09:53 Завершилось голосование по названию моста в Крым
09:34 В Москве побит абсолютный температурный рекорд с 1879 года
09:24 Источник рассказал о переносе с Байконура пилотируемых пусков
09:12 В Дагестане силовики вступили в бой с боевиками
16.12 22:07 Курс биткоина превысил 19 тысяч долларов и вернулся обратно
16.12 21:03 СМИ узнали о «мирном» письме Саакашвили к Порошенко
16.12 19:56 Собчак заявила о готовности не участвовать в выборах
16.12 19:45 ПАРНАС отказался от выдвижения своего кандидата в президенты
16.12 19:28 Галерея-банкрот потребовала 27 млн рублей из Фонда храма Христа Спасителя
16.12 19:14 Российский биатлонист принес сборной первую медаль Кубка мира
16.12 17:07 Володин призвал власти РФ и Белоруссии уравнять граждан в правах
16.12 16:18 Фигуранта дела о контрабанде алкоголя нашли убитым в Ленобласти
16.12 15:13 Экс-сотрудник ФСБ отверг обвинения в хакерских атаках против США
16.12 15:11 Украина составила план покорения Крыма телевидением
16.12 14:07 Ученые из США выложили в сеть видео с ядерным испытанием
16.12 13:55 Овечкина признали одним из величайших игроков в истории НХЛ
16.12 13:12 Борис Джонсон снялся в «рекламе» сока с Фукусимы
16.12 12:53 Глава Минтруда анонсировал выделение 49 млрд рублей на ясли
16.12 11:40 В Москве мошенники забрали 20 млн рублей у покупателя биткоинов
16.12 11:29 Норвегия первой в мире «похоронила» FM-радио
16.12 10:51 Российские военные обвинили США в подготовке «Новой сирийской армии» боевиков
16.12 10:00 Россия вложила в госдолг США 1,1 млрд долларов за месяц
16.12 09:51 Собянин позвал москвичей оценить новогоднюю подсветку
16.12 09:21 Трамп включит «агрессию» КНР в стратегию нацбезопасности
15.12 21:08 Отца предполагаемых организаторов теракта в метро Петербурга выслали в Киргизию
15.12 20:57 Майкл Джордан назван самым высокооплачиваемым спортсменом всех времен
15.12 20:36 Вероника Скворцова обсудила с Элтоном Джоном борьбу с ВИЧ
15.12 20:23 Полиция открыла огонь по мужчине с ножом в аэропорту Амстердама
15.12 20:07 Falcon 9 отправила груз на МКС и вернулась на космодром в США
15.12 19:47 В Пентагоне рассказали о новом сближении с российской авиацией в Сирии
15.12 19:44 ЦБ оценил объем докапитализации Промсвязьбанка в 100-200 млрд рублей
15.12 19:27 Пожизненно отстраненная от Игр скелетонистка Елена Никитина выиграла ЧЕ
15.12 19:18 Косово объявило о создании собственной армии к марту 2018 года
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.