Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
14 декабря 2017, четверг, 19:45
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

26 августа 2004, 09:00

Стеклышко Левенгука

Ðîññèéñêèé Èíñòèòóò Êóëüòóðîëîãèè

В Российском институте культурологии выходит ежегодник "Хайкумена", посвященный русскоязычным стрехстишиям, основанным на канонах японской традиционной поэзии. Сегодня "русские хайку" уже не доказывают свое право на существование, ряды хайдзинов полнятся новыми именами, а сами Интернет-хайку - новыми правилами и формами.

Сегодня мы публикуем статью Елены Захарченко "Стеклышко Левенгука" о проблеме поэтического перевода, культурного взаимодействия, а также о спасительной иронии.

                           …И вновь из голубого дыма

                                         Встает поэзия. Она

                                       Вовеки непереводима,

                                          родному языку верна.

                                                            А. Межиров

Эти слова замечательного поэта и переводчика можно понять и так, что если поэзия верна родному языку, ее перевод на чужой язык невозможен. В самом деле, не ирония ли - несоответствие действия и намерения[1] - лежит в основе самой идеи поэтического перевода? Пересказ некоторой последовательности событий (сюжета) и тем более переложение образной ткани стиха с необходимостью содержит и элементы иной культурной парадигмы. Намереваясь передать чужой текст средствами родного языка, неразрывно связанными со своей культурой, в действительности переводчик выстраивает собственную версию иной культуры. Для массового читателя возможность оценить корректность предложенной версии (при том, что единственной истинной версии не существует[2]) ограничена его эрудицией.

У нас есть давняя традиция перевода-переложения, тщательно разработанная еще романтиками. Но это касается преимущественно европейской литературы, и читатель заранее осведомлен о контексте, потому что с Европой у России с послепетровских времен существуют отношения особого рода. В случае же с экзотической культурой (неслучайно экзотический и восточный осознаются почти как синонимические понятия) оказываются необходимыми сопутствующие пояснения, которые принимаются читателем во внимание, но нарушают непосредственность и цельность – непременное условие поэтического. «Как дуб» и «как Фудзи» различаются автоматизмом восприятия: во втором случае необходимо сделать усилие, чтобы понять, что имеется в виду. Конечно, искушенному читателю это усилие менее заметно. Однако основной массе любителей поэзии, не знакомой с японским языком и смутно представляющей себе реалии самобытной, отличной от европейской культуры, остается принять на веру истолкование переводчика. Так с чем мы имеем дело, читая переводы японских хайку? Или хокку? Даже и в названии самого жанра мы принимаем чью-либо версию…

Заимствованная форма несет память жанра. Для хайку это строение 5-7-5 слогов, сезонные слова, многозначность иероглифической графики, потенциальная соревновательность и многое другое. Но воспроизвести возможно только те правила игры, которые имеют соответствия в другой культуре и другом языке. Применительно к русскоязычным хайку нет смысла обсуждать наличие признаков, присущих каноническому японскому стиху: при переводе в другую культуру символы теряют изначальные коннотации. Чем же маркируется эта жанровая структура в нашей поэзии?

Не претендуя на обобщения, сознательно минимизируя предмет рассмотрения, вдохновимся, однако, примером Левенгука, однажды решившего разглядеть под увеличительным стеклышком каплю воды.

Для разговора возьмем хайку из романа Б.Акунина «Левиафан». Один из героев повествования – потомок самураев, молодой врач, получивший профессиональное образование в Европе, то есть нарушивший принципы сословного поведения и из-за этого остро переживающий потерю своей культурной самоидентичности. И вот в сложной (детективной!) ситуации для восстановления утраченного душевного равновесия он медитирует, рефлексирует, а затем пишет хайку, которое призвано передать настроение бесповоротно принятого решения:

Искрой ледяной

Вспыхнула луна

На стальном клинке.

Стихотворение изначально может восприниматься несколько пародийно-иронически, потому что оно находится, в свою очередь, внутри пространства пародийно-иронического романа. Таким образом, жанр книги задает стихотворному тексту ироничность и стилизацию второго порядка. Тогда литературный анализ оказывается производной третьего порядка, а читательское восприятие… и так далее.

При выборе я руководствовалась тем соображением, что этот текст отвечает, как мне кажется,  самой сути бытования жанра хайку на российской почве. В Японии он родился как часть состязательного творческого процесса, у нас каждое стихотворение живет изолированно, и еще только складывается традиция его контекстуального восприятия. В классической японской традиции созерцание природного феномена и его поэтическое воплощение нераздельны. О ветке сливы можно было писать только глядя на эту ветку, в то время как современный городской житель пишет о журчащем ручье, набирая воду из-под крана. Ключевые слова и образы японской поэзии в русскоязычных хайку используются в большинстве случаев лишь как скрытая цитата (но что в этих случаях цитируется – первоисточник или одна из его версий?[3]) или как отсылка к традиции: это «включает» в поэтическую игру.

Читатель заранее настраивается на то, что сейчас встретится с определенными правилами (ритмичность, рифма, использование инверсии и тропов и т.д.). Правила могут содержать и другие компоненты, например, «непонятность». Помню, в детстве с ознобным восторгом, декламируя, я выделяла: «Камень на камень, кирпич на кирпич – умер наш Ленин, Владимир Ильич!», и слова, обозначающие таинственное и непонятное действие, подтверждали, что я приобщаюсь к магическому миру поэзии. Возможно, это неистребимое наивное, детское восприятие поэтического как намеренно утаенного, как и не должного быть проясенным, разгаданным, восходящее к абракадабре волховского заговора-заклинания, так завораживает нас в поэзии авангардистов начала прошлого века («Дыр бул щил...»). Поэтому предметы обихода, вроде татами, симисена и саке, для русского глаза будут выглядеть маркерами именно поэтической принадлежности текста. В нашем случае автор обходится без использования загадочных слов, и это только подтверждает, что в целом нарождающийся в русской поэзии жанр воспринимается как «игра в хайку», предполагает лукавое подмигивание – амбивалентную ироническую игру, в которой равно допустимы и серьезность и пародийность, и следование традиции и нарочитое подчеркивание ее отсутствия[4].

Но если в хайку нет ни рифмы, ни даже (часто) упорядоченной ритмической организации, то как мы узнаем, что перед нами именно поэтический текст с присущей ему более плотной, нежели в прозе, эмоциональной и символической нагруженностью?

В русском языке есть мощное средство – инверсия. «Мятежной вольности наследник и убийца» не то же, что «наследник и убийца мятежной вольности». Инверсия, способ изменения интонации и ритма, ведет к едва уловимому смещению смысла и, как камертон, уточняет оттенки эмоционального состояния. В самом деле, обратимся к фразе «Луна вспыхнула ледяной искрой на стальном клинке». Это лишь констатация угрожающего характера обнаженного холодного оружия. Для того чтобы она приобрела отчетливую агрессивность, следует поставить «стальной клинок» на первое место: «На стальном клинке луна вспыхнула ледяной искрой». Высказывание зазвучало брутально, но в эмоциональном и смысловом отношении одномерно, односмысленно.

Теперь выделим эмоцию бестрепетной решимости. Ледяная искра – не только ночной холод, но и холодная затвердевшая субстанция, как завершение размышлений, как результат необратимости принятого решения, претворяющегося в жест – в поступок: «Ледяной искрой на стальном клинке вспыхнула луна» (нельзя сказать «луна вспыхнула», глагол в этой позиции требует дополнения – как или чем. Если мы хотим обойтись без увеличения количества используемых слов, придется поставить их в таком порядке: «вспыхнула луна»).

Однако можно заметить, что тогда последнее слово  последней строки оказывается в позиции ритмического акцентирования (логического ударения). Учитывая это, поставим сюда угрожающий образ стального клинка: «Ледяной искрой вспыхнула луна на стальном клинке». Но все же фразе по-прежнему не хватает энергичности, стремительности жеста, соответствующей замыслу. Для этого следует начать первую строку с ударного слога, задающего ритм, резкий выпад вооруженного мечом или шпагой человека: «Искрой ледяной вспыхнула луна на стальном клинке»… Обратите внимание на аллитерацию (и-ль-ной-нул-лун-аль-но-лин): она подчеркивает неизбежность избранного порядка слов. Краткое нацеленное колющее ударное И  - и вслед за тем последовательное повышение тона О-У-И, от глубокого низкого О до пронзительного высокого И, создает ощущение приближающейся, нарастающей угрозы: не это ли мы ощутим при резком взмахе меча?

Коль скоро речь зашла о холодном оружии, каждый вспомнит свои примеры из классиков XIX века, однако мне милее всего строки Дениса Давыдова из шутливого послания Бурцову «Призывание на пунш». Один гусар зовет другого в свой небогатый дом, в котором «заменяет все диваны – куль овса», «а на месте ваз прекрасных, / беломраморных больших, / на столе стоят ужасных пять стаканов пуншевых»:

Вместо зеркала сияет

Ясной сабли полоса:

Он по ней лишь поправляет

Два любезные уса.

Будем иметь в виду при этом, что «оригинальность поэзии Давыдова заключалась в том, что это была военная, точнее, гусарская поэзия - явление на литературной почве совершенно новое. В легкой, непринужденной манере Давыдов впервые в русской поэзии разрабатывал темы военного (офицерского) быта и создал типический живописный образ удалого воина-гусара – неизменно честного, прямодушного, чуждого лести, низкопоклонства, с беззаветным мужеством сражающегося за независимость и славу своей родины»[5]. Таким образом, эти два текста близки в важных для нас отношениях: оба автора разрабатывают новый жанр и при этом оставляют некоторую ироническую дистанцию между собой и своими героями.

Случайно или не вполне поставленные рядом и несущие груз эстетических систем и бытовых реалий своего времени, они отвечают известному определению, предложенному Умберто Эко: «Постмодернистская позиция напоминает мне положение человека, влюбленного в очень образованную женщину. Он понимает, что не может сказать ей «я люблю тебя безумно», потому что понимает (а она понимает, что он понимает), что подобные фразы – прерогатива Лиала»[6].

Однако выход есть. Он должен сказать: «По выражению Лиала, люблю тебя безумно». При этом он избегает деланной простоты и прямо показывает ей, что не имеет возможности говорить по-простому; и тем не менее он доводит до ее сведения то, что собирался довести, то есть что он любит ее, но что его любовь живет в эпоху утраченной простоты. Если женщина готова играть в ту же игру, она поймет, что объяснение в любви осталось объяснением в любви. Ни одному из собеседников простота не дается, оба выдерживают натиск прошлого, натиск всего до-них-сказанного, от которого уже никуда не денешься, оба сознательно и охотно вступают в игру иронии… И все-таки им удалось поговорить о любви. […] в системе постмодернизма можно участвовать в игре даже не понимая ее, воспринимая ее совершенно серьезно. В этом отличительное свойство (но и коварство) иронического творчества»[7]. О коварстве скажем позже.

На протяжении всего XIX века русская поэзия стремилась к точности и емкости передачи смысла; точность же, в свою очередь, вела к завершенности (хотя и не в ущерб многозначности, без которой не может быть поэзии) суждения, и это считалось безусловным достоинством произведения. Однако завершенный образ, задавая цепь дальнейших рассуждений, при этом и определяет их границы.

У Давыдова в нескольких словах спрессован пространный рассказ: человек, в меру тщеславный и самовлюбленный, смотрится в сталь узкого клинка и видит там только свои усы, но этого достаточно: для гусара они обязательная и самая репрезентативная деталь его облика. Жест гусара, поправляющего усы, именно по причине его красноречивости, не требует продолжения повествования: образ завершен, сюжет замкнулся и исчерпан.

В хайку Акунина присутствует лишь указание на жест, но он предполагает продолжение – ответный выпад или уклонение от удара (возможно, это жанровая память соревновательности хайку). При этом картинка как бы вырезана из некоторой повествовательной перспективы, имеющей начало и конец за пределами кадра, и это провоцирует читателя мысленно продолжить историю или заглянуть в предысторию. Перед нами образ чистой эмоции: блеснувший клинок рождает представление об угрозе и нападении: лед – бестрепетность; искра – холодная ярость, не ослепляющая, а придающая изощренность и концентрирующая волю; сталь – неизменность, стойкость.

Принципиальная незавершенность и открытость образа, его разомкнутость вовне позволяет ему вписываться в различный контекст, однако непременно и требует контекста, чтобы состояться как поэтическое произведение. Оказавшись в определенной ситуации, этот образ получает дополнительный смысловой акцент: так отблески находящихся рядом предметов на полотне живописца ложатся разноцветными тенями друг на друга. Заметим, что  рефлекс как термин живописной техники и рефлексия как философский термин, обозначающий способность к самопознанию и развитию, находятся в кровном родстве, чем мы сейчас и воспользуемся.

В европейском сознании мир дуален (поделен на субъект и объект, на «я» и все остальное), и центростремительные силовые линии его мира стягивают пространство к некоему центру – собственному «я»: персонаж Давыдова смотрит на саблю и видит в ней себя – субъекта повествования. В уже приводимой характеристике Пушкиным Наполеона («мятежной вольности наследник и убийца») совершенство достигается не только за счет исчерпывающей емкости определения самого явления, но и потому, что здесь обозначена авторская позиция отношения к нему.

В японском восприятии человек неразделен с миром: «Мы зависим от природы и состоим с ней в родстве. И здесь не может быть разделения на субъект и объект»[8]. В хайку направление наших размышлений подчиняется центробежным силовым линиям, как бы исходящим от слов в стихе и рассеивающимся в длящемся времени и пространстве[9]. Герой Акунина смотрит на саблю и видит отраженную в ней луну: не себя в мире, а мир - каков он есть. Для подтверждения сошлюсь на работу А. Шеманова, который ссылается на Р. Бенедикт, ссылающуюся в свою очередь на Судзуки[10], описывающего задачу, которую ставит перед собой последователь дзен.

«Конфликты обыденной жизни, с этой точки зрения, берут свое начало в вызванном пробуждением сознания расщеплении воли на две – «деятеля» и «наблюдателя». Задача подвизающегося в том, чтобы устранить в себе наблюдателя, чтобы между образом цели в уме и выполнением цели не стоял «я», который это делает (в сознании не должно присутствовать сознание «я», делающего это)»[11]. Для героя Акунина обнаженный клинок замещает собой человека, его страсть, его готовность к поступку.

Но из противопоставления дуальности и недуальности восприятия следует, что «человек является субъектом не по природе, субъект - это определение, которое появляется у него в процессе овладения» своим существованием и, как показывает А. Шеманов, является одним из многих возможных типов сознания, порожденных историческим развитием культуры[12]. Иными словами, несовместимость европейского и восточного традиционных миросозерцаний коренится в самой исходной основе этих культур: отрешаясь от повседневности и воспаряя, европеец приближается к высшей духовности, а последователь дзэн, обретая «просветление», «открывает, что его души как особого существа нет»[13]: мир разомкнут; луна светила и будет светить миллионы лет; и в клинке акунинского героя отражается пространство этого мира.

В восточной традиции (подсознательно ощущаемой и редко нарушаемой работающими в этом жанре на русском языке) время неизменно и замкнуто - циклично; оно длится, а не течет или изменяется, и смена сезонов или лет – лишь веха в круговороте, даже если речь идет о конкретном событии в жизни отдельного человека. Сидит ли человек под деревом, бредет ли он по дороге, наблюдает ли цветок, улитку или лягушку - это событие может повториться в свой черед со многими другими. Мы находимся в неопределенно-личном времени – времени жизни не отдельной личности, а человеческой жизни вообще.

В европейском восприятии время течет из прошлого в будущее, изменяясь само и меняя нас; в российском  - перемены могут быть к тому же непредсказуемы и коварны, а прошлое неповторимо: «Понятна мне времен превратность, не прекословлю, право, ей». Время у Давыдова обозначено точно: «любезные» усы – примета недолгого (в исторических масштабах) времени, когда их ношение было регламентированной привилегией, подчеркнуто аскетичный быт («вместо зеркала», которого нет), в сочетании с обладанием дорогого оружия («ясной» может быть только высококачественная сталь, а клинок – вещь, имеющая значение только в своей соотнесенности, принадлежности человеку, как атрибут его быта) дорисовывают облик военного человека конкретной эпохи.

Продолжим намеченные оппозиции: очевидно, что герой Давыдова находится в закрытом помещении – в доме,  Акунина – под открытым небом, и здесь можно говорить о различном отношении  к природе. Традиционная японская культура определяется как «сельская», в противоположность европейской - городской[14]. Пейзажная классическая русская лирика лишний раз подтверждает такое противопоставление: это взгляд горожанина, далекого от прагматики образа жизни сельского жителя, картины природных состояний взывают к переживаниям, связанным с внутренним миром субъекта («Люблю грозу в начале мая…»).

Возникает вопрос и о размерности формы: как мы помним, текст Давыдова является лишь фрагментом большого, в сравнении с хайку, стихотворения. В русской поэзии, в отличие от японской, миниатюра - в целом маргинальный жанр. Б. Егоров считает, что в искусстве Японии и России «создавались как бы компенсаторные, противостоящие внешним факторам методы». Необъятность, «разреженность» пространства России, низменность, равнинность ее ландшафта, относительно спокойные метеоусловия вели к насыщенностью подробностями в произведениях искусства: «детализированные картины и статуи, большие, подробные романы и поэмы, заросшие сады и парки». А японская «компактность» и «скученность», преобладание гор и геофизические катаклизмы «обуславливали господство малых жанров в литературе, стиль «одного угла» в живописи, разреженность предметов в саду»[15].

Как видим, предмет для анализа неисчерпаем, различия в миросозерцании разительны и часто предельно противопоставлены. Как говорится, «Запад есть Запад, Восток есть Восток, и с места они не сойдут»[16]. И потому наконец остановимся и вспомним о коварстве иронического дискурса. Размышляя о своеобразии хайку, мы вели речь о стихотворении, написанном на русском языке и принадлежащем российской культуре; сопоставлялись  образы двух культур, развернутые внутри одной из них. Тогда получается, что «выходов из своей культуры нет, как бы ни манили нас иные, заморские чудеса и причуды. Выход может осуществиться только как вход в новый культурный горизонт, то есть как расширение собственного поля культуры, буквально ее рост»[17]. Этот рост совершается за счет открытия (в буквальном смысле – вскрытия запечатанного ящика с неизвестным содержимым), при помощи чужой, в своей собственной того, что в ней всегда существовало, но до поры не было известно.

Однако в уже упоминавшейся статье А. Шеманова не только подробно рассмотрены различия оснований европейской и восточной культуры, но и показаны механизмы, позволяющие понять логику иной культуры, не пренебрегая своей, не переключаясь из одной культурной парадигмы в другую, но постигая особенности обеих и совмещая их в своем сознании. В финале стихотворения Киплинга герои открывают для себя некое объединяющее их подсознательное пространство, где еще «нет Востока и Запада нет», существующее до или вне понятий «племя, родина, род», в котором они обнаруживают возможность в равной мере осознавать себя и человеком Востока, и человеком Запада, «прорастить» в себе, по выражению А. Ахутина, логос и европейской и восточной культуры… И все же и автор статьи, и автор стихотворения говорят нам об этом на языке европейской культуры.

Своеобразие хайку в российской поэзии можно определить, в отличие от афоризма – завершенного высказывания, как краткую поэтическую форму принципиально открытого характера. Хайку – постмодернистский жанр, и потому в нем в реальной художественной практике отменяется иерархия и, как следствие, презумпция приоритетов: несущественны ни ритмическая размерность, ни специальные слова, ни количество строк; нет ни одного канона, которым нельзя было бы пренебречь, и при этом в целом своеобразие жанра непостижимым образом не разрушается – возможно, за счет воспроизведения вневербальных структур сознания.

Так что же осталось от хайку при его переводе не просто с языка на язык, а из культуры в культуру? Игра – и ироничность.

Заболоцкий когда-то обмолвился, что ирония спасает стих. Ирония вообще – охраняющее начало. И если уж действительно когда-нибудь красота соберется спасти мир, то прежде ирония спасет красоту.

[1] «Ирония» - любой философский словарь.

[2] В. Жуковский предложил три версии знаменитой, благодаря его же переводам, «Леноры» Бюргера, известны несколько его редакций «Сельского кладбища» Грея и т.д. Из недавних изданий отметим сборник «Эдгар Алан По. Стихотворения» М., 2003, с параллельными тестами на русском и английском языках. Большинство  стихотворений в нем представлено в нескольких вариантах переводов, выполненных, как пишет составитель Е.К. Нестерова, с различных творческих позиций. При этом знаменитый «Ворон» дан в девяти вариантах (один из переводов принадлежит В. Брюсову, переводившему его трижды). Моя коллекция переводов и переложений этого стихотворения насчитывает 18 вариантов.

[3] Продолжение этой темы уводит очень далеко от нашего разговора. Сошлюсь лишь на цитату из книги (написанной в жанре комментария, являющимся по своей сути также одной из разновидностей цитирования), которая в свою очередь отсылает к другим цитатам: «...писатели знали всегда и всегда твердили нам: что во всех книгах говорится о других книгах, что всякая история пересказывает историю уже рассказанную» (У. Эко. Заметки на полях «Имени розы». Спб, 2002).

[4] И подтверждает, что хайку в российской поэзии существует в постмодернистском пространстве интертекстуальности и иронической игры. Интравертированность, своеобразная «вывернутость наизнанку» жанра затрагивает все ключевые узлы его поэтического организма.

[5] Русские поэты XVIII-XIX в. Антология. Москва-Ленинград, 1940. Т.I. С.522.

[6] Псевдоним итальянской писательницы Лианы Негретти (1897-19950), популярной в 30-40-е годы.

[7] У. Эко. Заметка на полях «Имени розы». СС.77-78.

[8] Кен-айки Сасаки. Эстетическая жизнь в антиурбанистической культуре Японии. // Ориентиры… М., 2001. С.173

[9] О различии архитектуры японских и европейских городов, отражающих принципы концентрации и разомкнутости пространства, см: Кен-айки Сасаки. Указ. соч.

[10] См. сноску [2].

[11] А. Шеманов. О японской миниатюре и «китайских церемониях». // Ё: Психотворец. Обуватель. Филозоф. М., 2020. С.39

[12] А. Шеманов. О японской миниатюре и «китайских церемониях». С.38.

[13] А. Шеманов. Там же. С.39.

[14] Кен-айки Сасаки. Указ. Соч. СС. 167-170.

[15] Б.Ф. Егоров. Некоторые особенности русских славянофилов на фоне японского традиционализма. // Из истории русской культуры. Т.V (XIX век). М.,2000. С.476.

[16] Р.Киплинг. Баллада о Востоке и Западе.  Пер. Е.Г.Полонской.

[17] Д. Кудря. Граница культур как горизонт. // Культурология – культурная политика – развитие. Тезисы Международной научно-практической конференции. М.. 2001. С.203.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

19:30 Минтранс попросил Медведева уволить главу Росавиации
19:17 Дисквалифицированный лыжник Легков вошел в Putin Team
19:13 Биатлонистка из РФ выиграла спринтерскую гонку для Словакии
18:47 ЦИК насчитал 13-15 желающих баллотироваться в президенты
18:35 В московском воздухе зафиксировали тройное превышение сероводорода
18:19 КНДР пообещала США жесткие контрмеры за морскую блокаду
18:18 ЕЦБ и Банк Англии не стали менять ключевые ставки
18:12 Роскомнадзор пригрозил блокировать СМИ за «нежелательные» ссылки
17:44 WADA объявило о новом расследовании в отношении россиян
17:33 Прокурор напомнил Яшину о последствиях несанкционированной акции
17:25 Роскомнадзор пообещал постараться избежать блокировки YouTube
17:04 СКР открестился от дела в отношении Родченкова 2011 года
17:00 Сбербанк посулил акционерам триллион рублей дивидендов
16:48 Disney покупает кинокомпанию Twentieth Century Fox
16:27 Саакашвили отреагировал на критику Путина
16:17 Госдума отказалась сокращать новогодние каникулы
15:58 Тараканы меняют аллюр в зависимости от скорости движения
15:58 Греф признал наличие двух преемников
15:40 В употреблении допинга заподозрили 300 российских спортсменов
15:39 Суд в Бельгии закрыл дело об экстрадиции Пучдемона
15:37 Путин высказался о проблеме абортов
15:23 Сатурн обзавелся кольцами сравнительно недавно
15:16 Суд приговорил вербовщика террористов в Петербурге
15:15 Путин ответил Собчак на вопрос о страхе перед оппозицией
15:13 Рособрнадзор нашел нарушения на сайтах 95% вузов
15:03 Президент России назвал способ победить мировой терроризм
15:00 Британский суд признал WikiLeaks средством массовой информации
14:51 Парламент Британии получил право наложить вето на решение о Brexit
14:41 Путин обвинил Польшу в провокации конфликта из-за крушения самолета Качиньского
14:39 Путин отказался отвечать на вопрос о новом составе правительства
14:34 Путин назвал Китай основным стратегическим партнером
14:33 Роскомнадзор пригрозил YouTube блокировкой из-за «Открытой России»
14:26 Президент РФ назвал ЕАЭС выгодным для всех участников
14:17 В Думе обвинили Канаду в нежелании мира на Украине
14:11 Путин призвал к обмену заключенными и пленными с Украиной
14:08 Путин обвинил США в провокации по отношению к КНДР
14:00 Дума приняла закон о наказании за воровство на гособоронзаказе
13:53 Путин предложил ограничить кредиты коммерческих банков для регионов
13:42 Путин ответил на вопрос о Трампе и «российском следе» в президентских выборах в США
13:41 В Пхеньяне впервые собралась российско-корейская военная комиссия
13:34 СМИ назвали неполадки причиной взрыва на газовом хабе в Австрии
13:25 Путин рассказал о подготовке к ЧМ-2018
13:23 Биологи ищут устойчивые к опасному вредителю растения
13:22 Путин опроверг готовое решение вопроса о повышении пенсионного возраста
13:20 Путин связал допинговый скандал с грядущими выборами в РФ
13:15 Прокуратура проверит cведения о VIP-камерах в «Матросской тишине»
13:11 В ЦИК назвали самовыдвижение знаком доверия к избирателям
13:05 Путин отказался признавать военные расходы страны избыточными
13:04 Путин предложил расширить налоговые льготы собственникам имущества
12:58 Президент РФ рассказал о выполнении майских указов
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.