Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
14 декабря 2017, четверг, 22:25
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

14 апреля 2005, 10:00

Россия и соседи: проблемы взаимопонимания

Вестник общественного мнения

 

Украина и Крым, Беларусь и Молдова —
Это моя страна!
Олег Газманов «Сделан в СССР»

Поки не пiзно — бийся головою об лiд!
Поки не темно — бийся головою об лiд!
Олег Лишега «Пiсня 551»

После распада СССР в 1991 году новая роль России в мире далеко не сразу стала фактом массового сознания, равно как и основы ее внешней политики и новые нормы взаимодействия с ближайшими соседями. «Полит.ру» представляет статью Бориса Дубина «Россия и соседи: проблемы взаимопонимания», в которой прослеживается динамика изменения массовых оценок отношений России с бывшими советскими республиками в 1991-2005 годах. Автор отмечает среди россиян такую характерную черту, как остаточное представление о превосходстве России над соседними странами, практически исключающее установку на равноправные партнерские отношения. Впервые статья была опубликована в журнале «Вестник общественного мнения» (2005. № 1), издаваемом Аналитический Центром Юрия Левады.

От СССР к СНГ: перспективы взаимодействия и оценки новых отношений

Прекративший существовать в декабре 1991 г. Советский Союз еще долго представлял, а во многом и сегодня представляет для большинства россиян социально-политическое и цивилизационное целое, c воображаемыми рамками которого они себя соотносят (речь идет и будет идти далее о массовых мнениях, а не о планах и действиях властвующей элиты и политического класса, не о внешней политике государства как таковой). Дело не только в резко негативном отношении российского населения к тому факту, что СССР больше нет, и в сожалении о нем более чем двух третей граждан новой России, но и в высокой позитивной значимости самоопределения «советский человек». В 1994 г. так или иначе («постоянно» и «иногда») чувствовали себя советскими людьми 58% россиян, причем 30% опрошенных осознавали себя советскими людьми «с гордостью» [1].

На образ прежнего СССР преобладающая часть граждан России проецировала отношения своей вновь возникшей республики с государствами, конституировавшимися на месте прежнего Союза. В качестве наиболее значимых партнеров при этом с самого начала мыслились самые крупные страны (Украина, Белоруссия, Казахстан), среди населения которых была, к тому же, значительная доля русских и которые вместе с тем, как предполагалось, сохраняли и демонстрировали символическую близость к России.

Рисунок 1.
С КАКИМИ ИЗ РЕСПУБЛИК БЫВШЕГО СОЮЗА РОССИИ СЛЕДОВАЛО БЫ В ПЕРВУЮ ОЧЕРЕДЬ РАЗВИВАТЬ ОТНОШЕНИЯ?
(Можно было выбрать несколько позиций, приводятся лишь ведущие)

Новое положение, новая после 1991 г. роль России в мире далеко не сразу стали фактами массового сознания (можно сказать — это распространяется также на властную и культурную «элиту» — они в должной мере не стали ими по сей день). Поэтому внезапное изменение размеров и статуса страны, основ ее внешней политики, норм взаимодействия с ближайшими соседями и большим миром не повлекли за собой для массы россиян решающих перемен в структуре коллективной идентификации, в значимости при этом характеристик государственной принадлежности. Российское, относящееся к России не противопоставлялось советскому, относящемуся к СССР. Напротив, Россия как бы продолжала СССР, но в уменьшенном масштабе. Компенсацией же за уменьшение, дополнением до прежней величины, можно сказать, служили другие страны, вошедшие в СНГ. Иначе говоря, они были значимы для россиян тем, что воплощали в себе качество «советского», причем в сравнительных масштабах, соответствующих величине той или иной республики. Скажем, Эстония или Литва были, с точки зрения россиян, не только малы по размерам, но и в наименьшей степени могли отождествляться с Советским Союзом, там — и на государственном уровне, и в масс-медиа, и в бытовом поведении — проявлялось дистанцирование от всего советского, «антироссийские и антирусские настроения» и проч.

Потенциальные политические партнеры России оценивались в данном случае не столько по их содержательной значимости, не по тем или иным функциональным достижениям, уровню развития и другим качествам, которые могли бы служить ориентиром, образцом, поддержкой, сколько по тому, что они — не «другие», а такие же (или почти такие же), как «мы». Сразу замечу, что степень единства мнений россиян в данном вопросе, сначала высокая, особенно по поводу желательности отношений с Украиной, впоследствии стала падать; более устойчивыми оказались оценки близости и перспективности связей с Белоруссией.

Таблица 1.
КАКУЮ ФОРМУ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ РЕСПУБЛИКАМИ БЫВШЕГО СССР ВЫ БЫ ЛИЧНО ПОДДЕРЖАЛИ?
  1993 2001 2003
Восстановление СССР в прежнем виде 27 23 25
Сохранение СНГ в нынешнем виде 5 13 13
Объединение нескольких республик по желанию 33 32 24
Более тесное объединение всех республик бывшего СССР по образцу ЕС * 15 17
Независимое существование всех республик 16 12 11
Затрудняюсь ответить 19 5 10
1993 г. — N=1800 человек; 2001, 2003 гг. — N=1600 человек;
* подсказка в данном опросе отсутствовала

Только что образованный СНГ виделся большинству российских граждан некоей промежуточной формой коллективного существования и самоопределения. Самой своей как бы однородной массой, в силу соответствующей инерции, он позволял сохранять в сознании россиян воображаемое ядро и контуры бывшего СССР. В отношении же к практическим перспективам СНГ у россиян в первые годы преобладала значительная неопределенность. Будущее этого политического союза чаще всего представлялось им процессом «длительных и трудных поисков согласия», тогда как надежды на реальную связь и устойчивое взаимодействие были достаточно скромны. Такая конструкция оценок сохраняется и впоследствии. Будущее СНГ связывают с укреплением связей между странами примерно четверть опрошенных, но уровень неопределенности и отсрочка результатов всегда удерживается выше, на отметке в 33-35% респондентов, а временами и более, и этот показатель остается ведущим. Отмечу, что оценки СНГ партнерами России по Союзу (например, населением Украины) были и продолжают оставаться значительно более позитивными.

Таблица 2.
КАКОЕ БУДУЩЕЕ ОЖИДАЕТ СНГ?
1 — интеграция, укрепление связей между странами
2 — длительные и трудные поиски согласия
3 — усиление конфликтов между странами
4 — распад СНГ
5 — затрудняюсь ответить
  1992 1994 1995 1996 1997 1998 1999 2000 2001 2002 2003 2004 Украина
2004
1 7 29 18 16 15 18 29 33 24 22 25 25 36
2 31 33 35 34 34 37 31 35 34 37 32 42 24
3 20 10 15 15 14 13 10 5 10 12 13 11 4
4 21 11 13 11 15 16 12 7 16 14 9 8 8
5 21 17 19 24 22 16 18 20 16 15 21 14 28
N=1600 человек (в 1992 г. N=1700); Украина=2000 человек

Со временем, во второй половине 1990-х, среди россиян начинают преобладать оценки отношений России со странами СНГ как всего лишь «нормальных, спокойных» и «прохладных». В сумме подобные ответы, в которых уже можно различить оттенки подозрительности и обиды, дают вначале около половины опрошенных, а затем уже почти две трети российских респондентов. Причем и здесь у граждан Украины и Белоруссии позитивные оценки, если сравнить их со средними российскими, заметно выше.

Таблица 3.
КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ НЫНЕШНИЕ ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ РОССИЕЙ И ДРУГИМИ СТРАНАМИ СНГ?
  1998 1999 2000 2001 2002 Украина
2004
Белорус.
2004
Дружественные 6 8 9 11 7 24 18
Хорошие, добрососедские 7 14 7 13 12 23 21
Нормальные, спокойные 23 33 30 35 29 28 33
Прохладные 30 25 28 25 35 13 19
Напряженные 21 10 16 9 11 8 4
Враждебные 4 2 4 2 1 1 1
Затрудняюсь ответить 9 8 6 5 5 3 4
N=1600 человек; Украина=2000 человек; Белоруссия=1100 человек
Рисунок 2.1.
КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ В ЦЕЛОМ НЫНЕШНИЕ ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ УКРАИНОЙ И РОССИЕЙ?
Рисунок 2.2.
КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ В ЦЕЛОМ НЫНЕШНИЕ ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ БЕЛОРУССИЕЙ И РОССИЕЙ?

Налицо заметная асимметрия взаимных ожиданий и оценок. Если обобщить приведенные и другие имеющиеся данные, то можно сказать, что СНГ как целое и его реальную политическую, экономическую, социальную эффективность россияне оценивают достаточно низко («не имеет влияния»), отношения своей страны с другими странами Союза трактуют чаще всего как отношения равных, однако со временем все реже считают эти отношениями дружественными и как бы обвиняют в этом «охлаждении» своих партнеров. Со стороны масс в России нарастает настороженность по отношению к ближним и дальним соседям, зачастую завуалированная, не выраженная напрямую.

Так подавляющее большинство российского населения (порядка ¾) заявляет о своем положительном отношении к ЕС. Однако вступление в него считает желательным для своей страны гораздо меньшая часть россиян [2], но гораздо более значительная, в сравнении с россиянами, часть украинцев (доля не определившихся, затруднившихся с ответом в украинском опросе — см. табл. 4 — более чем в два раза ниже, чем в российских). Более того, тяготение Украины, а также стран Балтии, к Европе, Европейскому Союзу и особенно к НАТО оценивается российским населением все более отрицательно, и негативное отношение явно преобладает.

Таблица 4.

ПОСЛЕ ТОГО, КАК ПОЛЬША, ЧЕХИЯ И ВЕНГРИЯ ВСТУПЯТ В ЕС, КАК СЛЕДУЕТ СТРОИТЬ СВОИ ОТНОШЕНИЯ С ЕС…

  России 2000, N=2400 России 2001, N=2400 Украине 2000, N=1000
Идти своим путем 33 30 28
Тоже вступить в ЕС 15 15 24
Не вступая в ЕС, развивать с ним сотрудничество 18 18 29
По-другому 0 0 2
Затрудняюсь ответить 35 37 17
Рисунок 3.
КАК БЫ ВЫ ОТНЕСЛИСЬ К ВСТУПЛЕНИЮ В НАТО БЫВШИХ РЕСПУБЛИК СССР — СТРАН БАЛТИИ, УКРАИНЫ И ДРУГИХ?
N=1600 человек

Черты обобщенного «Другого» именно как другого, непохожего, а значит — самостоятельного, вызывают у россиян напряженность, отторжение, подозрение в охлаждении; иначе говоря, сходство, единство ставятся выше различий, так что эти последние с трудом замечаются россиянами и с колоссальным внутренним сопротивлением ими принимаются. Напротив, население ближайших по языку, культуре, составу населения стран СНГ — Белоруссии, Украины — оценивает значимость этого Союза достаточно высоко и всегда заведомо выше, чем россияне, дает положительные оценки характеру нынешних отношений с Россией, но при этом нередко отмечает имперские амбиции «Москвы» («Кремля»), ее стремление быть в Союзе, по определению, независимых все-таки первой.

Таблица 5.
КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, СНГ…
  1998 1999 2000 2001 2002 Украина
2004
Помогает сохранить добрые отношения между странами 24 29 24 39 40 48
Обостряет противоречия между странами 23 19 17 8 11 10
Не играет большой роли в отношениях между странами 38 36 44 41 38 24
Затрудняюсь ответить 15 16 15 12 11 18
N=1600 человек; Украина=2000 человек
Рисунок 4.
КАК БЫ ВЫ ОЦЕНИЛИ НЫНЕШНЮЮ РОЛЬ РОССИИ В ПРОСТРАНСТВЕ БЫВШЕГО СССР?
N=1600 человек (в 1993 г. N=1800 человек); Украина=2000 человек; Белоруссия=1100 человек

В России межгрупповые колебания только что приведенных средних оценок не слишком заметны, такова же ситуация в Белоруссии. На Украине же наиболее сильное влияние на оценки российской внешней политики оказывают возраст, уровень образования опрошенных, но особенно социокультурная география (данные указанного выше украинского опроса приводятся здесь без затруднившихся с ответом).

Таблица 6.
  Россия заботится о поддержании порядка Россия не вмешивается в дела других стран региона Россия ведет имперскую политику
18-24 года 25 23 31
25-39 23 26 34
40-54 27 29 29
55 лет и старше 33 24 22
Начальное, неполн. среднее 31 23 22
Среднее общее 31 26 25
Среднее специальное 25 26 32
Незаконченное высшее 20 28 30
Высшее 25 29 34
Восток 60 34 Меньше 1
Запад 4 2 87
Центр 25 25 25
Киев 12 18 51
Север 10 22 26
Юг 39 21 14
Рисунок 5.
КАК ВАМ КАЖЕТСЯ, РУССКИЕ И УКРАИНЦЫ ЭТО ОДИН НАРОД ИЛИ ДВА РАЗНЫХ НАРОДА?
1997, N=1600 человек
Рисунок 6.
КАК ВЫ ДУМАЕТЕ, РУССКИЕ, УКРАИНЦЫ И БЕЛОРУСЫ — ЭТО РАЗНЫЕ НАРОДЫ ИЛИ ТРИ ВЕТВИ ОДНОГО НАРОДА?
N=1600 человек

Россияне не только не мыслят своей страны вне политического союза с другими республиками бывшего СССР, но полагают, что и народам других стран такой союз был бы полезней.

Рисунок 7.
В КАКОМ СОЮЗЕ БЫЛО БЫ ЛУЧШЕ ЖИТЬ НАРОДУ УКРАИНЫ?
2001, N=1600 человек

Понятно, что большинство россиян не считает страны, образовавшиеся на территории бывшего СССР, в точном смысле слова «зарубежными». Вынужденная необходимость в отдельных случаях все-таки признавать этот факт (подчиненный статус русского языка в большинстве республик, визовый порядок в случае поездок и т.п.) служит для россиян лишь источником дополнительного раздражения.

Таблица 7.
СЧИТАЕТЕ ЛИ ВЫ УКРАИНУ ЗАГРАНИЦЕЙ?
  2001 2004
ноябрь
Да 31 28
Нет 65 68
Затруднились ответить 4 4

Некоторые, но не очень большие колебания приведенных оценок дает лишь возрастной фактор. Если среди самых молодых россиян указанное соотношение выглядит как 34:61, то среди самых старших — как 25:72. Во всех остальных более или менее крупных группах российского населения Украину не расценивают как зарубежное государство от 3/5 до ¾ опрошенных.

Вместе с тем, идея отдельного политического существования самостоятельной, ни с кем на постсоветском пространстве не блокирующейся России тоже не находит понимания у основной массы россиян. В 1996 г. (N=1700 человек) такую политическую форму предпочли только 10% опрошенных. Большинство же поддержало позицию политического или экономического союза с теми либо иными из бывших республик СССР, в том числе 27% высказались за воссоединение всех республик в новый СССР.

Напротив, относительное большинство населения Украины последовательно высказывалось за независимость своей республики и подтвердило этот свой выбор на рубеже столетий (см. ниже данные опроса в 2000 г.). Напомню, что еще на общесоюзном референдуме в марте 1991 г. за суверенитет Украины высказалось свыше 80% населения, а на украинском референдуме в декабре того же года, накануне Беловежской встречи — даже 90 с лишним процентов, причем на русскоязычном юго-востоке республики — свыше 80%, а в Крыму — более 54% [3].

Рисунок 8.
КАКОЙ ИЗ ПРЕДЛАГАЕМЫХ ВАРИАНТОВ ВЫ БЫ ЛИЧНО ПОДДЕРЖАЛИ?
Украина, 2000, N=1000 человек

Соответственно разнятся оценки распада советского целого в России и на Украине.

Таблица 8.
СОЖАЛЕЕТЕ ЛИ ВЫ О РАСПАДЕ СОВЕТСКОГО СОЮЗА?
  Россия, дек. 2004,
N=1600
Украина, дек. 2004,
N=2000
Да 68 50
Нет 26 39
Затрудняюсь ответить 6 11

Наиболее значительные колебания в только что приведенных оценках происшедшего наблюдаются в России между различными возрастными группами. Воздействие таких факторов, как уровень образования и степень урбанизированности (тип поселения), значительно меньше.

Таблица 9.
  Сожалеют Не сожалеют Затрудняются ответить
18-24 года 40 48 12
25-39 58 35 7
40-54 75 20 5
55 лет и старше 83 14 3

На Украине же к отчетливо дифференцирующему оценки возрастному фактору присоединяется опять-таки «географический», причем заметно более сильный. За ним стоят социальные и культурные различия между востоком и западом страны.

Таблица 10.
  Сожалеют Не сожалеют Затрудняются ответить
18-24 года 24 58 18
25-39 44 45 11
40-54 50 38 12
55 лет и старше 63 29 8
Восток 76 13 11
Запад 8 87 5
Центр 48 40 12
Киев 22 67 11
Север 46 43 11
Юг 61 21 18

Население Белоруссии в большей мере, чем Украины, ориентировано на союз с Россией. Но и оно в массе вовсе не поддерживает идею слияния двух государств в одно. Если идея государственного единства двух стран (единства, как можно предположить, в недавнем прошлом) значима для половины белорусских респондентов, а не поддержана третью опрошенных (1998, N=1000 человек), то слияние в одно политическое целое как перспективу одобряют лишь 30%; напомню, кроме того, что в опросе 2004 г. 20% белоруссов отметили гегемонистские амбиции России, по их мнению, угрожающие суверенитету других стран СНГ.

Таблица 11.
КАКАЯ ИЗ СЛЕДУЮЩИХ ФОРМ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ С БЕЛОРУССИЕЙ НАИБОЛЕЕ ОТВЕЧАЕТ ИНТЕРЕСАМ РОССИИ?
  Россия, 1997,
N=1600 человек
Беларусь, 1998,
N=1000 человек
Полное слияние в единое государство 34 30
Создание конфедерации 14 25
Независимое развитие при укреплении добрососедских отношений 36 20
Затрудняюсь ответить 16 25
Рисунок 9.
ЕСЛИ БЫ В БЛИЖАЙШЕЕ ВОСКРЕСЕНЬЕ ПРОХОДИЛ РЕФЕРЕНДУМ ОБ ОБРАЗОВАНИИ СОЮЗА БЕЛАРУСИ И РОССИИ, ВЫ БЫ ВЫСКАЗАЛИСЬ…
Таблица 12.
КАК БЫ ВЫ ОТНЕСЛИСЬ К ТОМУ, ЧТО К СОЮЗУ РОССИИ И БЕЛОРУССИИ ПРИСОЕДИНИЛИСЬ БЫ…
  Украина Казахстан Армения Молдова*
Целиком положительно 42 35 29 28
Скорее положительно 34 38 33 43
Скорее отрицательно 11 13 19 10
Резко отрицательно 6 5 9 4
Затрудняюсь ответить 7 9 10 15
2000, N=1600 человек
* 2001, N=1600 человек
 

Россия: базовая конструкция коллективной идентичности

Достаточно низкая, как видим, заинтересованность россиян в самостоятельных «соседях», в равноправном «Другом» возвращает к проблеме государственно-национальной идентичности России, как она выражена в сознании большинства россиян. При этом важно различать «внутренний» и «внешний» планы, или оси, коллективного самоотождествления.

В первом случае, применительно к «себе», значение государственных рамок идентификации россиян на протяжении девяностых годов заметно снизилось. Если в 1989 г. представление о «народе» связывали с государством 27% опрошенных в России, и этот пункт был по значимости вторым в списке после «малой родины», то в 1999-м эту подсказку отметили 19%, она опустилась на четвертое место; соответственно, доля тех, кто с гордостью ощущал себя советским человеком», сократилась с 30 до 13% опрошенных россиян. Напротив, выросла символическая значимость «места», в котором респондент родился и вырос, «территории», где он живет, и «нашего прошлого», «истории». Однако эти последние характеристики — поскольку они работали именно на «внутреннее» сплочение россиян — как раз и перестали быть общими у России с прежними советскими республиками, которые превратились теперь в независимые государствами с собственной территорией, своим языком, пантеоном героев, образами прошлого и т.д. [4]

Девяностые годы стали для независимых государств постсоветского пространства, их образованных слоев, работников масс-медиа, лидеров общественного мнения периодом обостренной борьбы за символы национально-государственной независимости, прежде всего — за права родного языка и конструкцию коллективного прошлого. Размежевание с советским для республик постсоветского пространства во многом означало размежевание с российским, а в определенной мере — и с русским. В частности, на радио и телевидении, в периодике, в учебниках по географии, истории, языку и литературе новых независимых государств пересматривалось значение таких событий ХХ века, как октябрьская революция 1917 года, сталинская эпоха (принудительная коллективизация села и вызванный ею массовый голод, государственный террор 1930-40-х годов, гонения на церковь и ее служителей, депортации целых народов, насильственное присоединение территорий в 1939-40-х гг., ход, цена и последствия второй мировой войны) и брежневский период (государственно-централизованная индустриализация и военизация страны, русификация среднего и высшего образования, печати и книгоиздания в республиках СССР, соответствующая система подготовки специализированных и руководящих кадров, идеологический контроль над социальным продвижением и его блокировка по национальному признаку и т.д.) [5]. В республиках были коренным образом переоценены социальные движения советского периода за территориальную и национально-культурную независимость, их ведущие фигуры, людские потери в этой борьбе [6]. Все эти процессы нашли выражение как на уровне политических решений власти (принятие деклараций о суверенитете и независимости, о языке, гражданстве, национальных меньшинствах), так и в форме массовых выступлений (акции «живая цепь» в странах Балтии, на Украине), в образовании политических партий, движений, фронтов с национально-ориентированными программами.

Однако в России всех этих процессов национально-культурной и национально-гражданской консолидации не было. Лозунги разрыва с советским («коммунистическим») опытом и символикой в перестроечной публицистике и на митингах в крупнейших городах, сыграв свою мобилизационную роль в конце 1980-х – самом начале 1990-х гг., вскоре потеряли остроту и смысл. Но и поиски самостоятельных, внегосударственных символов национальной идентичности в России, включая заказ властных верхов на национальную идею в середине девяностых, реальными успехами не увенчались. Так что для россиян идентификация по «внешней» оси, мысленный образ России в ее отношении к «другим» — государствам, странам, народам — по-прежнему оставались советскими, такими, какими они сложились в «классическую» сталинскую эпоху, а затем укрепились и рутинизировались в период застоя [7]. Разрыв между «внутренним», частным, территориально-партикуляристским и «внешним», государственным, идеологически-всеобщим, по преимуществу советским самоопределением или, говоря иначе, адаптивным и символическим контекстами поведения этим не только закреплялся на массовом уровне, но и продолжал увеличиваться.

Шоковое переживание распада СССР, мечтательная тоска по прежнему великодержавному целому, идеализация брежневской эпохи были и продолжают быть связаны для большинства россиян именно с проблематикой имперской самоидентификации, с крахом ее общераспространенных символов, девальвацией официального языка «дружбы народов». Реальные связи с родными, близкими, коллегами в других республиках бывшего СССР, на болезненность разрыва которых столько напирала коммунистическая пропаганда в первой половине 1990-х гг., были вовсе не такими уж тесными. В 1991 г. всего 8% опрошенных (N=5000 человек) заявили о своем желании переехать в другую республику. В 1993 г. (N=1800 человек) лишь 17% россиян (менее 16% собственно русских) указали, что их жизнь в значительной степени связана с другими республиками бывшего Союза, 52% (среди русских — 61%) ответили, что она с ними никак не связана. Только 11% россиян (9% собственно русских) заявили тогда же, что ощущают общность с людьми и историей других республик. Даже негативная (по принципу «дружить против») солидарность с русскими в союзных республиках, ставших независимыми государствами, при угрозе массовой репатриации соотечественников и реальных контактах с ними сменилась в сознании и поведении большинства россиян рефлексами защиты и отчуждения [8]. Поэтому вполне допустимо считать, что в основе ностальгических чувств россиян по утраченному «единству» лежит не мысль о родных и друзьях, от которых теперь отделяет граница, не сожаление о возможностях прежней географической мобильности, даже не этническая солидарность с русскими за рубежом, которой в массе нет (как десятилетиями не было ее по отношению, например, к эмигрантам), а фантомные боли жителей и представителей метрополии.

Характерно, что советская модель политической системы для большинства россиян не только остается наиболее привлекательной, но доля символически ориентирующихся на нее год от года растет и в среднем по стране, и даже в группах самых молодых россиян; для респондентов старше 40 лет это предпочтение было недвусмысленно выражено уже к середине 1990-х [9].

Рисунок 10.
КАКАЯ ПОЛИТИЧЕСКАЯ СИСТЕМА КАЖЕТСЯ ВАМ ЛУЧШЕ?
N=1600 человек, без затруднившихся с ответом

Для 55% опрошенных в 2002 г. (N=1600 человек) СССР был «добровольным союзом свободных республик», 34% не согласились с этой оценкой, считая, что Советский Союз вслед за Российской империей насильственно подчинил себе малые народы и лишил их права на самоопределение. Примерно такова же, на уровне одной трети российского населения, доля тех, кто в 2001-2002 гг. считал, что независимость пошла России и другими республикам прежнего Союза во благо; их оппоненты, видящие в независимости вред, составляли в эти годы, опять-таки, от 57% в 2001 г. до 49% в 2002-м.

Сохраняющаяся по сей день конструкция коллективной (и по ее образцу — персональной) идентичности в России по-прежнему носит черты имперского доминирования, закрепившиеся в десятилетия сталинского режима и в смягченном виде удержанные в позднесоветские десятилетия [10]. В рамках государственно-державного целого этнические, национальные, культурные различия оказываются второстепенными, если не вовсе стертыми («культуры, национальные по форме и социалистические по содержанию», как это называлось в брежневский период), а гражданское, индивидуальное самоопределение устранено либо минимизировано в пользу лояльности к символам единого коллективной, наднациональной общности. Удостоверение идентичности (в данном случае неважно — коллективной или персональной, существенных различий тут нет) осуществляется в процессах взаимодействия и кодируется в языке общения с помощью демонстрируемых знаков тотального доминирования, властного контроля над ситуацией и ее участниками. Но взаимодействие при этом организовано так, что любые признаки заинтересованности в «другом», как и иные проявления позитивной социальности — например, вежливость, доверие, верность слову, были бы, по представлениям доминирующего, встречены и поняты самим этим «другим» и обобщенным «третьим» (фигурой верховной, безраздельной и бесконтрольной власти, можно сказать, мысленным призраком верховного вождя, хозяина, Сталина) как проявления слабости. Соответственно, формы поведения на равных, предложенные другой стороной, расцениваются претендующим на доминирование как неблагодарность и как посягательство на его, доминирующего, авторитет. Они встречаются обидой, презрением, раздражением и агрессией. Так трактуется и дружественность «другой» стороны: ее понимают как слабость и подозревают за ней коварный расчет.

Точно так же обстоит дело с попытками выдвижения других символических основ для коллективной интеграции, тем более — для аргументов, подчеркивающих принципы дифференциации, многообразия, самостоятельности множественных элементов и проч. Любые прочие точки зрения, кроме расхожих символов единства и единения, само предложение что-то обсуждать, оспаривать, готовность полемизировать квалифицируются и властью, и массой как проявления слабости, как измена целому и угроза монолитному единству. Они получают в общеупотребительном языке, в дискурсе огосударствленных масс-медиа ярлыки наподобие «гнилая интеллигенция» (цитата из Ленина), «они желают свою образованность показать» (из Чехова), «пятая колонна» (скорее всего, из Хемингуэя) и т.п.

Напротив, неумение и нежелание относиться к другому как отдельному и самостоятельному субъекту, непризнание другого, отказ его понимать (своего рода социальный саботаж, саботирование социальности) демонстрируются в качестве знаков собственной доминантной позиции, собственной силы. Это и понятно, поскольку согласованное взаимодействие — в том числе, политическое — оценивается только в категориях силы/слабости, показывающих, кто на самом деле «царь горы». Перед нами не всегда осознанные и не преодоленные в коллективном сознании последствия тоталитарного социального порядка, навязчивой риторики враждебного окружения (осажденной крепости), позднейшего противостояния в период «холодной войны». Важно, что подобная конструкция идентичности «мы» –«они» («чужие») снимает для индивида проблему выбора, самостоятельного действия, индивидуальной ответственности за сделанное. Такая реакция, ревитализирующая старые комплексы, возникает всякий раз, как от бывшего СССР отделяется та или иная часть. Прежняя метрополия встречается в таких случаях с непонятными ей проявлениями солидарности «других» на иных, чем у нее самой, основаниях — например, на основах этнонационального (в Чечне) или национально-гражданского самоопределения (в странах Балтии, а теперь в Грузии и на Украине). И те, и другие в России на нынешний день, видимо, невозможны.

 

Украина сегодня: сценарий самоопределения

Декабрьские события на Украине, получившие название «оранжевой революции», как представляется, демонстрируют, вслед за грузинской «революцией роз», определенные возможности позитивной социальной мобилизации на постсоветском пространстве [11]. В массовом недоверии по отношению к центральной власти и ее попыткам манипулировать электоральным процессом нашло выражение многолетнее недовольство более активных слоев населения Украины президентством Леонида Кучмы, знаками которого были в 2000-2001 гг. так называемый «кучмагейт» и массовая кампания «Украина без Кучмы». В рамках тогдашних коллективных инициатив проявились те новые лидеры и цивилизованные формы гражданского неповиновения, начатки самоорганизации и сетевые связи, которые сделали реальностью в ноябре-декабре 2004 г. организованный протест скомпрометированным властям в центре и на западе страны, многонедельное «стояние» на столичной площади Независимости и, в конечном счете, отмену результатов второго тура президентских выборов, переголосование и победу Виктора Ющенко. Наличие лидерской группы (групп) и четких социально-политических целей вместе с отказом от политического использования образа «врага» и фигуры «особого пути» как способов экстренной мобилизации, высокий уровень организованности и неагрессивности протестных проявлений, не нарушивших, как и намечали участники, ни один пункт конституции [12], кажется, позволяют характеризовать произошедшее на Украине как массовое социальное движение за национально-гражданское самоопределение страны.

Стоит подчеркнуть, что представления о враждебности этого движения в отношении России муссировались исключительно оппонентом и конкурентом Ющенко на выборах. Кроме того, они подогревались в Москве и в Киеве российскими околоправительственными политтехнологами, исходящими из геополитических видов путинской власти, а соответственно и транслировались через огосударствленные каналы российских масс-медиа [13]. Так или иначе, определенная, но отнюдь не преобладающая часть российского населения эти представления о негативной мобилизации через образ национального врага приняла. По данным нашего ноябрьского опроса, 35% россиян высказали опасение, что в случае победы Ющенко Украина отойдет от союза и дружбы с Россией, 28% с ними не согласились, 37% затруднились с однозначным ответом. В значительной мере усвоенными оказались и стереотипы официальных и официозных российских медиа относительно сил и движущих мотивов украинских событий в ноябре-декабре 2004 г. Больше половины респондентов — в сумме 56% (декабрь 2004 г., N=1600 человек) заподозрили за происходившим прежде всего корыстные мотивы: схватку крупных промышленных кланов, происки зарубежных сил (под которыми, как можно полагать, имели в виду прежде всего американские спецслужбы), подкуп населения и его лидеров, — все то, о чем с экранов первого и второго каналов российского телевидения вечер за вечером вещали А. Никонов, С. Марков, М. Леонтьев и др. Проявления массового недовольства коррумпированностью властей и грубыми подтасовками в ходе выборов, особенно — на втором их этапе, увидела в украинских событиях вдвое меньшая группа россиян (в сумме 28%), остальные затруднились с ответом.

Замечу, что среди украинского населения определенная настороженность относительно гегемонистских и экспансионистских установок официальной российской власти существовала, но эта позиция вовсе не была преобладающей.

Рисунок 11.
В КАКОЙ СТЕПЕНИ ВЫ СОГЛАСНЫ ИЛИ НЕ СОГЛАСНЫ С МНЕНИЕМ, ЧТО СЛИШКОМ БОЛЬШОЕ ВЛИЯНИЕ РОССИИ УГРОЖАЕТ УКРАИНЕ УТРАТОЙ НЕЗАВИСИМОСТИ
Украина, 2000, N=1000 человек

Сходную функцию самозащиты и мобилизации «от противного» несло представление о воображаемом расколе Украины на «две Украины» — запад и юго-восток, с мнимой перспективой гражданской войны и т.п.: и в России, и на Украине его порождали и транслировали на массы те же правящие политические круги и их технологическая обслуга. Между тем, структура национально-политического сообщества на Украине, насколько можно судить, гораздо более сложна. Выше уже приводились данные о голосовании востока и юга Украины на референдуме о суверенитете в 1991 г.: преобладающее большинство населения во всех регионах высказалось за независимость страны. Собственно этнических русских на Украине, по данным переписи 1989 г., было 22%. Примерно столько же или чуть больше, по данным опроса тогдашнего ВЦИОМ на Украине (2000 г., N=1000 человек), было тех, кто считал более близкой себе русскую культуру — 27%. 61% населения страны признали тогда более близкой себе культуру украинскую (7% назвали более близкой культуру Запада).

Проблема «единой Украины», как представляется, состоит вовсе не в угрозе раскола и противостояния, как это преподносила пропаганда Януковича и недвусмысленно поддерживавшая его кремлевская власть. Это проблема сложной, многоуровневой интеграции страны в ходе реально существующей сегодня, пусть еще зачаточной дифференциации, к тому же несущей на себе следы советской военизированной модернизации и урбанизации, кадровой политики и т.д. Дифференциация сообществ, регионов и столиц по функциональному типу на административные, деловые, промышленные, культурные, религиозные, рекреационные и проч. — нормальная черта модернизирующихся и модерных обществ. В них границы коллективных идентичностей по всем перечисленным ценностно-нормативным осям, можно сказать — границы различных функциональных институтов и подсистем, по большей части не совпадают, а перекрывают друг друга. Это взаимоналожение ценностей, ориентаций, смысловых порядков разного типа и уровня является механизмом и гарантом устойчивости, гибкости, динамичности целого, придает социальной ткани своеобразную «упругость.

Угрожающим подобный процесс умножения осей самосоотнесения и фокусов коллективной солидарности выглядит только с точки зрения тоталитарного целого и поддерживающей его риторики принудительного, неукоснительного солидаризма при постоянном сознанием ненадежности, хрупкости, уязвимости будто бы достигнутого здесь единства. Если же отрешиться от подобных идеологических оценок, то за проявлениями культурных, политических, религиозно-национальных различий между западной и восточной, северно-центральной и южной Украиной можно было бы видеть не деструктивные начала, а известный потенциал развития, значимый социокультурный ресурс модерности. Запад страны — при всем единодушии его населения и гораздо более полном отторжении от советского и современного российского — не антагонистически противостоит востоку, а дополняет его, между ними есть опосредующие звенья (институты, группы, каналы коммуникации). С известным огрублением можно сказать, что запад здесь — что-то вроде бродильного начала, поддерживающего оппозицию официальной власти как власти советской, а более ориентированный на официальную власть восток — начало уравновешивающее, в определенной мере инерционное. Особое значение при этом приобретает символический центр, Киев как точка соединения интеллектуальных ресурсов страны, национальных символов и политической власти.

Важно отметить, что эта власть носит не репрессивно-имперский или даже защитно-имперский характер, а выступает чем-то вроде посредника между различными сообществами, стабилизирующего момента, баланса различных импульсов. Так ни Кравчук, ни Кучма не были ни харизматическими фигурами, ни авторитарными вождями нации — они, даже вне зависимости от собственного желания, самой расстановкой фигур на политической сцене принуждались лавировать между различными группировками как внутри страны, так и во внешней политике, пытаясь достичь относительного согласия между ними (поэтому здесь практически не было сколько-нибудь заметных политических сил, прокламировавших разрыв с Западом, нагнетавших риторику противостояния Америке, антиглобализационные лозунги и т.п.). Именно поэтому на Украине и, в частности, в Киеве — в отличие от Москвы — ни в 1991-м, ни в 1993-м, ни в 2004 году не оказались востребованы танки.

Кроме всего прочего, подобная нерепрессивная, ориентированная на компромисс, балансирующая между национальными ценностями и ориентациями на Запад политика имела своим следствием то, что выросшее за девяностые годы поколение украинской молодежи (кстати, более многочисленное, чем предыдущие и появившееся в условиях своебразного бэби-бума) не знало чеченской войны, ее физических и моральных потерь, угрозы самого призыва на нее. Она не была охвачена и повальным стремлением поступить в какой угодно вуз, только бы не попасть в «горячие точки», а уже это, в свою очередь, не могло не повлиять на направленность ее интересов, уровень аспираций и достижений, общее самосознание. Не случайна массовая вовлеченность более образованной, активной и успешной молодежи не только в «стояние» на площадях Киева, Харькова и ряда других городов Украины, но и в организацию этих процессов, в управление ими (скажем, комендантом харьковского майдана был чрезвычайно популярный среди украинской молодежи тридцатилетний поэт Сергей Жадан [14]). В любом случае, это был выбор людей, которые реально хотят изменить жизнь и почувствовали, что от них многое зависит; среди кремлевских политологов, а с их нелегкой руки и в российских медиа все это недовольно окрестили «детским праздником непослушания». Можно надеяться, что импринтинг такого позитивного опыта, каким были для украинской молодежи и активной части украинского общества в целом декабрьские дни 2004 года, не окажется без последствий в дальнейшем.

Определенное значение для участников декабрьских событий (и шире — для всего оппозиционного движения конца 1990-х — начала 2000-х годов) имел пример посткоммунистических стран Восточной и Центральной Восточной Европы, их траектории выхода из подсоветского тоталитарного и авторитарного режима. Показательно, что среди сотен тысяч тех, кто стоял на киевском майдане, было немало приехавших из Польши, Венгрии, Чехии. А символически эта взаимная заинтересованность и сознание близости выражались в присутствии президентов Польши и Литвы за столом переговоров. Историческое и цивилизационное значение этого акта, учитывая многовековые претензии упомянутых стран друг к другу, вряд ли можно переоценить. Тем самым элементы позитивной солидарности, об источниках и формах которой здесь идет речь, получили символическое выражение и на межгосударственном уровне (отдельно стоило бы говорить о проявлениях обоюдосторонней заинтересованности и солидарности с Грузией, они тоже имели место как на уровне масс, так и между лидерами двух «революций»).

Интересна роль медиатехнологий в декабрьских событиях. Воздвигнутая посреди Киева, то есть — в центре центра страны, сцена с видеоэкраном и усилителями звука выступила не только трибуной для лидеров, средством информирования присутствующих, фокусом интеграции для стоявших на площади (напомню, что все они, словно в зеркале, видели на экране самих себя в реальном времени). Она представила происходящее в виде своеобразной аллегории: народ вышел на сцену и обрел голос. При этом с официальным массовым телевещанием конкурировали медиальные средства, принципиально иные по коммуникативному устройству, по направленности и масштабам действия, по функциям и «публике». Сильно обобщая, можно сказать, что официальному телевидению с его нивелирующей всеобщей адресацией здесь как бы противостояли межличностный интернет и мобильные телефоны (оппозиционный телевизионный канал тоже имел гораздо более узкое действие, чем его официальные соперники). Без этих «мобильных», в широком смысле слова, средств ни достигнутый тогда уровень организованности, ни масштаб взаимопомощи были бы, как свидетельствуют участники и свидетели событий, невозможными. Технологии не создают общество, а проявляют и оформляют его. Сегодня перед украинским обществом и его лидерами, их командой стоит задача перехода от организованного противостояния скомпрометированной постсоветской власти к организованному строительству новых гражданских институтов и многообразных форм позитивной солидарности.

Вместо заключения

Реакция на украинские события со стороны преобладающей части россиян, политической верхушки и «лидеров мнений» в масс-медиа не так уж много говорит о происходящем на Украине — куда в большей степени она выявляет нерешенные проблемы самой России. Большинство россиян привычно демонстрируют остатки державно-тоталитарного комплекса представлений при отсутствии сколько-нибудь значимого в социальном или политическом смысле национально-гражданского самосознания. Астения и агрессивность, характерные для общественного климата в России второй половины девяностых годов, теперь трансмутированы в равнодушие и раздражение по адресу «Другого», особенно когда этот «Другой» добивается какого-то успеха.

Подавляющее большинство российского социума годами относилось к происходящему на Украине без особого внимания. И только декабрьские события, пример единения на киевском майдане, отмена результатов второго тура президентских выборов и повторное голосование, победа Ющенко заставили значительную часть россиян посмотреть на происходящее более внимательно. Впрочем, и тогда среди населения России, если говорить о количественных параметрах, по-прежнему возобладала незаинтересованность.

Таблица 13.
НАСКОЛЬКО ВНИМАТЕЛЬНО ВЫ СЛЕДИТЕ ЗА СОБЫТИЯМИ, ПРОИСХОДЯЩИМИ СЕЙЧАС НА УКРАИНЕ?
  2001 2004
ноябрь
2004
декабрь
Очень внимательно 4 5 11
Довольно внимательно 21 21 31
Без особого внимания 48 50 42
Совершенно не слежу 24 22 15
Затруднились ответить 3 2 1
N=1600 человек

В январе 2005 г. (N=2100 человек) 54% опрошенных увидели в победе В. Ющенко результат электоральных подтасовок и манипуляций, четверть россиян — сознательный выбор большинства.

Во всех этих оценках явно сказывается державно-имперский комплекс превосходства, о котором уже говорилось выше и который с простодушной наглостью проявился в строчках газмановской песни, взятых в качестве одного из эпиграфов к статье (автор исполнил ее в канун нового 2005 года на праздничной церемонии награждения работников МВД). Поскольку же «демократию» для большинства россиян, при их недоверии практически всем социальным и политическим институтам, кроме армии и церкви, представляет фигура президента, то происходящее на Украине воспринимается преобладающей частью российского населения как угроза законной власти, беспорядок и хаос. Видимо, отсюда оценка Украины как менее демократичного государства, чем Россия (ответ «обе недемократичны», скорее всего, имеет в виду номенклатурно-бюрократические тенденции, «телефонное право» и тому подобные явления в системах государственного управления при Кучме, с одной стороны, и при позднем Ельцине, а затем при Путине, с другой).

Рисунок 12.
КАК ВЫ СЧИТАЕТЕ, КАКАЯ ИЗ СТРАН ЯВЛЯЕТСЯ БОЛЕЕ ДЕМОКРАТИЧНОЙ?
дек. 2004, N=1600 человек
Рисунок 13.
КАКИЕ ЧУВСТВА ВЫЗВАЛИ У ВАС ДЕЙСТВИЯ УКРАИНСКОЙ ОППОЗИЦИИ ПОСЛЕ ВТОРОГО ТУРА ВЫБОРОВ?
дек. 2004, N=1600 человек

Другой план анализа и осмысления произошедшего должен иметь в виду дальнейшую реакцию на украинские события со стороны различных политических сил на верхах российской власти — реакцию, обращенную, за невозможностью реально переломить положение дел на Украине, внутрь самой России. Здесь, вероятно, не исключены перспективы демонстративных акций власти по устрожению масс, особенно — направленных на учащуюся молодежь (возможная отсрочка от призыва в армию, усиление военно-патриотического воспитания), на работу масс-медиа, как находящихся в государственном подчинении, так и независимых от государства, на деятельность общественных фондов, союзов, партий и движений (усиления цензуры, рестриктивная политика). Понятно, что тем самым будут открыты новые возможности для неподконтрольных действий правоохранительных органов, для произвола в деятельности суда и прокуратуры, вообще ставших за последние год-два послушным придатком официальной власти и транслятором ее политических интересов.

Если эти меры и впрямь будут предприняты властью или «продавлены» отдельными группировками в ней (прежде всего, представителями силовых ведомств), они, скорее всего не увеличив порядка и осмысленности происходящего в российском социуме, еще больше осложнят ситуацию в стране, которую понемногу охватывает социальное брожение и где за истекший год заметно выросли как протестные настроения, так и реальная забастовочная активность. Оппонентом правительства в России выступают — и в этом, среди прочего, состоит отличие социальных волнений от социального движения, имевшего места на Украине, — самые массовые, самые неимущие, наименее образованные, а до недавнего времени и наименее активные слои населения.

 

Примечания

[1] Подробнее см.: Левада Ю. Человек в поисках идентичности: проблема социальных критериев [1997] // Он же. От мнений к пониманию. М., 2000, с. 422-437. Данные общероссийских опросов Левада-Центра приводятся здесь и далее без дополнительных указаний, материалы опросов, проведенных Центром на Украине и в Белоруссии, добавочно оговариваются.

[2] Более подробно об отношении российского общественного мнения к Европейскому Союзу см.: Гудков Л. Россия и Восточная Европа: взаимная отчужденность и равнодушие // Вестник общественного мнения, 2004, № 5 (73), с. 63-75; Дубин Б. К вопросу о выборе пути: элиты, масса, институты в России и Восточной Европе 1990-х годов // Там же, 2004, № 6 (74), с. 22-26.

[3] Национальные истории в советском и постсоветском государствах. М., 2003, с. 207. В июле и августе того же года Верховной Радой были приняты Декларация о государственном суверенитете и Акт независимости Украины.

[4] О символике украинских денег — портретах национальных героев от великого князя киевского Ярослава Мудрого до председателя Центральной рады в 1917-18 гг., историка Михаила Грушевского — см.: Национальные истории…, с. 211.

[5] Эти процессы более подробно рассмотрены в книгах: Национальные истории в советском и постсоветских государствах. М., 1999 (2-е изд. 2003); Россия и страны Балтии, Центральной и Восточной Европы, Южного Кавказа, Центральной Азии: Старые и новые образы в современных учебниках истории. М., 2003.

[6] О репрессиях советской власти по отношению к этим движениям см.: Алексеева Л.М. История инакомыслия в СССР. Новейший период. Вильнюс; Москва, 1992, с. 7-114.

[7] Характерно, что в коллективных оценках россиян брежневская эпоха, по контрасту с горбачевско-ельцинским «хаосом» в государственном управлении, «гайдаровскими» рыночными реформами и «чубайсовской» приватизацией в экономике, выступает ностальгическим символом благополучия и стабильности, тогда как в республиках бывшего СССР — Украине, Казахстане, Молдавии — с ней идет весьма жесткий исторический расчет, см. о нем в указанных выше источниках.

[8] Об официальной стороне этих взаимоотношений см.: Мукомель В., Паин Э. Государственная политика России в отношении зарубежных соотечественников // Новые диаспоры. М., 2002, с. 112-130.

[9] См.: Левада Ю. «Человек ностальгический»: реалии и проблемы // Мониторинг общественного мнения, 2002, № 6, с. 10-11.

[10] См. об этом: Гудков Л. Негативная идентичность. М., 2004, с. 121-168, 792-798.

[11] Своего рода стартовая для этих сдвигов ситуация двухтысячных годов на Украине в ее сравнении с российской в общих чертах охарактеризована в нашей публичной переписке с Володымыром Куликом, см: Россия и Украина. Публичные дискурсы и ожидание перемен // Неприкосновенный запас, 2003, № 2 (28), с. 43-52.

[12] Ситуативным тактическим просчетом было, пожалуй, только самопровозглашение Ющенко президентом страны и его присяга на Библии.

[13] Фраза из письма 12 видных украинских деятелей культуры (октябрь 2004 г.) о русском языке как «языке попсы и блатняка» — еще одна досадная неточность: как признал один из авторов письма, известный писатель Юрий Андрухович (он родился в 1960 г.) на круглом столе в Москве 25 января 2005 г., имелся в виду, конечно, «советский» язык как инструмент принудительной русификации, в том числе через концерты на Украине московских «звезд» и целых делегаций столичных эстрадников, транслируемые затем по украинскому телевидению и т.п. — отсюда и отсылка к «попсе». Выражение «блатняк» имеет в виду нашумевшую установку российского президента «мочить» террористов в сортире. Вообще бесцеремонное вмешательство российской официальной власти в украинскую электоральную ситуацию, ее совершенно абсурдное в тогдашнем положении чувство превосходства, исключительно закулисный характер переговоров Путина и его команды с Кучмой и его чиновниками вызывали явное отторжение у большинства украинцев, что выразилось в нескольких антипутинских (но не антироссийских) плакатах на киевском Майдане; запоздалые шаги московских властей по упрощению процедур регистрации для приезжих с Украины были предприняты явно вдогон случившемуся и никакого влияния на происходившее уже не оказали. Подробнее о культурных отношениях двух стран, в том числе — о русификации Украины, см.: Пирожков С. Этнокультурное взаимодействие Украины и России: противоречия и пути их преодоления // Новые диаспоры, с. 257-273.

[14] См. русские переводы его стихов в антологиях «Станислав+2*» (М., 2001), «Мы умрем не в Париже» (М., 2002), «История культуры» (М., 2004).

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

21:35 «Современник» отложил спектакль из-за госпитализации Гафта
21:26 Захарова назвала ответственных за гибель людей в Донбассе
21:16 CNN сообщил о перехвате российских истребителей над Сирией
21:07 Четверо детей погибли при столкновении автобуса с поездом во Франции
20:04 Россельхознадзор запретил ввоз чая из Шри-Ланки из-за вредного жука
19:52 Apple начала продажи самого дорогого компьютера
19:30 Минтранс попросил Медведева уволить главу Росавиации
19:17 Дисквалифицированный лыжник Легков вошел в Putin Team
19:13 Биатлонистка из РФ выиграла спринтерскую гонку для Словакии
18:47 ЦИК насчитал 13-15 желающих баллотироваться в президенты
18:35 В московском воздухе зафиксировали тройное превышение сероводорода
18:19 КНДР пообещала США жесткие контрмеры за морскую блокаду
18:18 ЕЦБ и Банк Англии не стали менять ключевые ставки
18:12 Роскомнадзор пригрозил блокировать СМИ за «нежелательные» ссылки
17:44 WADA объявило о новом расследовании в отношении россиян
17:33 Прокурор напомнил Яшину о последствиях несанкционированной акции
17:25 Роскомнадзор пообещал постараться избежать блокировки YouTube
17:04 СКР открестился от дела в отношении Родченкова 2011 года
17:00 Сбербанк посулил акционерам триллион рублей дивидендов
16:48 Disney покупает кинокомпанию Twentieth Century Fox
16:27 Саакашвили отреагировал на критику Путина
16:17 Госдума отказалась сокращать новогодние каникулы
15:58 Тараканы меняют аллюр в зависимости от скорости движения
15:58 Греф признал наличие двух преемников
15:40 В употреблении допинга заподозрили 300 российских спортсменов
15:39 Суд в Бельгии закрыл дело об экстрадиции Пучдемона
15:37 Путин высказался о проблеме абортов
15:23 Сатурн обзавелся кольцами сравнительно недавно
15:16 Суд приговорил вербовщика террористов в Петербурге
15:15 Путин ответил Собчак на вопрос о страхе перед оппозицией
15:13 Рособрнадзор нашел нарушения на сайтах 95% вузов
15:03 Президент России назвал способ победить мировой терроризм
15:00 Британский суд признал WikiLeaks средством массовой информации
14:51 Парламент Британии получил право наложить вето на решение о Brexit
14:41 Путин обвинил Польшу в провокации конфликта из-за крушения самолета Качиньского
14:39 Путин отказался отвечать на вопрос о новом составе правительства
14:34 Путин назвал Китай основным стратегическим партнером
14:33 Роскомнадзор пригрозил YouTube блокировкой из-за «Открытой России»
14:26 Президент РФ назвал ЕАЭС выгодным для всех участников
14:17 В Думе обвинили Канаду в нежелании мира на Украине
14:11 Путин призвал к обмену заключенными и пленными с Украиной
14:08 Путин обвинил США в провокации по отношению к КНДР
14:00 Дума приняла закон о наказании за воровство на гособоронзаказе
13:53 Путин предложил ограничить кредиты коммерческих банков для регионов
13:42 Путин ответил на вопрос о Трампе и «российском следе» в президентских выборах в США
13:41 В Пхеньяне впервые собралась российско-корейская военная комиссия
13:34 СМИ назвали неполадки причиной взрыва на газовом хабе в Австрии
13:25 Путин рассказал о подготовке к ЧМ-2018
13:23 Биологи ищут устойчивые к опасному вредителю растения
13:22 Путин опроверг готовое решение вопроса о повышении пенсионного возраста
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.