Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
15 декабря 2017, пятница, 15:34
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

09 сентября 2005, 14:00

Паспортная система и выбор места жительства в России и Советском Союзе

«Неприкосновенный запас»

Паспортная система в России имеет долгую историю: паспорта существовали еще до революции, затем были упразднены в 1917 году и вновь восстановлены в 1930-40-х годах, став одним из механизмов чистки и контроля населения. Существовало несколько видов паспортов, целью которых было дать максимальное представление о том, к какой категории населения относится данный человек: паспорт содержал пометы о закреплении человека на определенном месте жительства, о запрещении его проживания в ином районе, информацию о социальном и этническом происхождении или же отметки о судимости. В канун 65-й годовщины утверждения в России положения о паспортах «Полит.ру» публикует исследование Натали Муан, сотрудника французского Национального центра научных исследований и Центра по изучению России, Кавказа и Центральной Европы Школы высших социальных исследований (Париж). В своей работе автор рассматривает основные особенности советской и российской паспортной системы и ее взаимосвязь с гражданским статусом человека. Статья опубликована в последнем номере журнала «Неприкосновенный запас» (2005. № 4 (42)).

«Как бы скромно ни выглядела такая мера, отмена обязательных внутренних паспортов стала бы весьма значительной реформой; только тогда русский, вновь овладев правом свободного передвижения, сможет сказать о себе, что он полностью раскрепощен», - писал Анатоль Леруа-Больё в своем знаменитом труде «Империя царей и русские» в 1898 году.

Провозглашенное революцией 1917 года упразднение внутренних паспортов, как известно, было сравнительно недолгим, так и не отменив ограничения свободы передвижения. Повторное введение паспорта новыми властями в конце 1932 года положило начало советскому периоду в истории этого документа, не завершившемуся и по сей день, несмотря на институциональные потрясения 1991 года.

Таким образом, существует неоспоримая преемственность в истории практик контроля со стороны российского государства над идентификацией и мобильностью его граждан. Однако это нисколько не умаляет значения сталинского периода, когда произошли колоссальные изменения в масштабах репрессивных практик и осуществлялся совершенно иной, чем в царское время, политический проект. Подобным же образом в России после 1991 года, естественно, принципиально изменились практики контроля, характеризовавшие советское государство, хотя сохранились и некоторые советские черты.

Рассматривая практические правила идентификации, определяющие регистрацию по месту жительства, мы, таким образом, неизбежно обращаемся к тематике тоталитаризма, которая, вместе с тем, видимо, оказывается устаревшей, если под тоталитаризмом понимать последовательный и планомерный проект тотального контроля над индивидами со стороны режима. Можно ли вообще определить сталинизм или тем более режим в целом как проект? Погружение в тему советской паспортной системы показывает, что репрессивная направленность, обусловившая установление этой системы, неразрывно связана с воцарившимся в ней хаосом. В частности, властям приходится иметь дело с противоречивыми логиками управления и сталкиваться со значительными материальными ограничениями. Чистки, депортации и ссылки сопровождаются беспорядочным ростом числа категорий граждан, прикрепленных к режимным или «вторичным» (то есть паспортизированным, но не режимным) зонам: паспортный режим находится в центре репрессивной системы, поскольку позволяет закреплять людей в определенных категориях. Возвращение же к полноправному, то есть свободному от стигм, гражданству постоянно затормаживается, как при Сталине, так и после его смерти.

Отсюда - устойчивый миф о паспортах: представление, будто с их помощью вводился непроницаемый барьер между городом и деревней. Отсюда же - навязчивая идея «чистки» определенных участков советской территории (если не всей ее), вера в то, что паспорта позволят «очистить» ее от всех вредных элементов.

Первые месяцы существования советского паспорта внесли прямой вклад в зарождение этого мифа и этой навязчивой идеи. Действительно, ситуация голода объясняет желание вождей отгородить приоритетные для режима районы, системе особого снабжения которых, введенной в конце 1920-х годов, грозит банкротство. Не вызывает сомнения и то, что зимой 1932-1933 года Кремль намеревался временно заблокировать беспорядочный отток изголодавшихся крестьян в города. Поэтому паспортная система в первую очередь распространяется на большие города, а затем и на остальную территорию - однако за исключением сельской местности, в которой обитало большинство населения. В связи с этим говорилось о «втором крепостничестве», поскольку отсутствие паспорта якобы приковывало колхозников к их земле. Однако это утверждение плохо согласуется с наблюдающимся в последующие десятилетия ростом городского населения. На самом деле паспортное законодательство всегда предусматривало правила выдачи колхознику паспорта или равноценного документа в том случае, если его прибытие на новое рабочее место происходило «организованно». А в связи, главным образом, с форсированной индустриализацией и нищетой села сельские жители с благословения властей хлынут в города.

Тот факт, что паспорта не выдаются в сельской местности, безусловно, иллюстрирует статус колхозников как второстепенных граждан, граждан «второй зоны», что было характерно для советского режима в целом и для сталинской политики в частности. Это обстоятельство, похоже, объясняется нехваткой средств, необходимых для паспортизации всех советских людей. Об этом свидетельствуют, прежде всего, проекты самого паспортного управления, которое еще в конце сталинской эпохи требовало выдать паспорта всему населению, включая колхозников. Это требование было переформулировано в 1960-е годы, исходя уже из аргумента полноценного гражданства колхозников, и в 1974 году наконец были введены новые правила, предусматривающие выдачу паспортов сельским жителям. Однако в 1940-е годы ответственных за паспортизацию, конечно же, занимало не столько всеобщее распространение прав, сколько желание обеспечить безупречный контроль. Это испытали на себе сельские жители приграничных районов, прошедшие через фильтр паспортизации еще в 1930-е годы. Аналогичным образом, установление контроля над населением Прибалтики тотчас после победы Красной армии над нацистскими оккупантами осуществляется посредством всеобщей паспортизации. В самом деле, охота на бывших коллаборационистов и партизанов-националистов ведется среди сельского населения так же, как и среди городского.

Таким образом, внутренний паспорт задуман, прежде всего, скорее как инструмент чистки, нежели как средство замораживания мобильности населения. Введение паспортов в начале 1933 года сопровождается усилением чисток в больших городах, а затем и в приграничных зонах. К тому же сельчане - лишь одна из категорий людей, не допущенных к жительству в «режимных зонах». К «бывшим кулакам» и лицам, не имеющим трудового договора, добавились все остальные категории людей, «стигматизированные» советским режимом за все время его существования: в частности, «лишенцы», бывшие заключенные и так далее. В особенности в Москве первый цикл выдачи паспортов приводит к высылке и депортации различных групп людей, за которыми летом 1933 года последовали облавы - в частности, на «кочующих» цыган.[1]

Таким образом, выдача паспортов в 1933-1934 годах, так же как и их обмен в 1935-1936-м, становится поводом для массовых и более-менее шумных городских чисток. Подобным же образом депортациям населения из западных регионов, аннексированных Советским Союзом в 1939-1940 годах, предшествуют введение в них системы регистрации и паспортизация как первый этап «советизации» этих новых групп населения.[2] К тому же паспортный режим также позволяет осуществлять перманентные чистки: людей, более или менее «подпольно» живущих в «режимных» населенных пунктах, высылали или депортировали, а желающих перебраться в город - не пускали. Так, некоторые москвичи в ответ на приток демобилизованных и амнистированных в 1945 году громко требуют ужесточения паспортного режима.

Именно такие меры, конечно же, имеют в виду нынешние сторонники «возврата» к паспортному режиму, подающие голос при каждом потрясении общественного порядка, и в частности в ответ на теракты.

Эта вера в эффективность паспортной системы покоится на двух столпах. Первый из них - уверенность в том, что некоторые части общей территории должны быть более «чистыми», чем другие. В этом весь смысл режимных городов. В сталинское время их становится все больше: принцип защиты основных городов и промышленных строек страны перерастает в дробление территории, которое происходит не согласно общему замыслу, а путем нагромождения режимных зон и «заражения». Управление списком этих зон - одна из основных задач паспортного режима. К задачам центра по управлению территорией прибавляются заявки самих местных властей на получение статуса, который позволил бы им избавиться от «нежелательных лиц» всех мастей. В результате расширение режимных зон просто перемещает проблему «сообщающихся сосудов»: «чистым» зонам теперь сопутствуют районы с высокой концентрацией «вредных элементов», в особенности вдоль границ «охраняемых» территорий. Ярким, но ни в коей мере не уникальным примером может послужить город Александров.[3]

Таким образом, перечень многократно меняется, все больше и больше подчиняясь параноической защите рубежей.

 «В настоящее время в Советском Союзе паспортные ограничения распространены на 340 режимных городов, местностей, железнодорожных узлов, а также на пограничную зону вдоль всей границы страны шириной от 15 до 200 километров, а на Дальнем Востоке до 500 и более километров. При этом Закарпатская, Калининградская и Сахалинская области, Приморский и Хабаровский края, в том числе Камчатка, полностью объявлены режимными местностями.

Таким образом, если взглянуть на карту СССР, то можно видеть, что вся страна пестрит режимными городами и различными запретными зонами, где запрещено проживать гражданам, имеющим судимость и отбывшим наказание.

[…] Существующая вдоль границы Советского Союза режимная зона, которая простирается на сотни километров, в особенности на Дальнем Востоке, не имеет практического значения для охраны границы. Более того, режим и паспортные ограничения, введенные в этих районах, тормозят их экономическое развитие.

Установленные ограничения для свободного перемещения и проживания на территории СССР вызывают справедливое нарекание и недовольство со стороны граждан», - пишет в мае 1953 года Берия[4], прежде чем предложить гораздо более либеральную версию унаследованной от Сталина системы, не отказываясь, однако, от понятия режимных зон, которая в полной мере восстанавливается после смерти Лаврентия Павловича.

Чистка (перманентная или кризисная) покоится и на втором столпе: наложении запрета на категории населения, представители которых воспринимаются как виртуальные преступники. Следуя логике, аналогичной удлинению списка режимных городов, сталинский режим расширяет и перечень категорий населения, подлежащих изгнанию с вершин пространственной иерархии. Этих изначально разнородных категорий с каждой политической кампанией становится все больше: к категориям, основанным на экономической деятельности, социальном происхождении или судимости, добавляются этнические. К концу войны паспорта начинают использовать еще и для стигматизации тех, кто пересек советские границы: «реэмигрантов», бывших военнопленных и так далее.

Усложнению паспортной системы соответствует и множественность форм паспорта, отражающая градацию гражданства: от паспорта в твердой обложке с продолжительным сроком действия, выдающегося москвичу, полностью включенному в городскую жизнь, до простой бумажки, выданной Евгении Гинзбург по освобождении из лагеря. Она рассказывает, как на пустыре бандит, которому нужен поддельный паспорт для его жены, пытается вырвать у нее эту справку: поскольку на ней воротник из чернобурки, он убежден в том, что и удостоверение личности у нее должно быть соответствующее. Однако, увидев отметку об ограничении в правах передвижения, он с усмешкой отбрасывает эту бумажку.[5]

Паспорт как признак принадлежности к сообществу советских граждан становится палкой о двух концах: для НКВД главным было, чтобы по одному взгляду на паспорт можно было определить принадлежность человека к тому или иному уровню гражданства. Происходило это как посредством фиксированных рубрик, вроде национальности, так и при помощи дополнений, в частности, штампа о запрете на проживание в режимных зонах первой или второй категории и так далее.

Таким образом, паспорт фиксирует идентичность своего носителя, как в его собственных глазах, так и для других - в радости и в горе. «Я скрыл свою национальность, и по паспорту я русский. Даже дети и жена не знают, что я финн»,- признает один финн в разговоре с бывшим земляком, случайно встретив его в Ленинграде в 1960-е годы.[6] Молодая спецпереселенка в 1953 году пишет письмо Эренбургу, в котором рассказывает о своей судьбе «белого негра», вынужденного каждый месяц отмечаться в милиции: «В паспорте стоит штамп: “Разрешено проживать только в г. Тюмени”».[7]

Право превратить удостоверение личности в документ, который «прочитывается» с первого взгляда, НКВД получил не без сопротивления, в частности, со стороны защитников «советской законности». Двадцать лет спустя Берия в своей уже цитировавшейся заметке говорит о необходимости отменить «клеймение» паспортов. Тем не менее уже новые правила октября 1953 года восстанавливают систему стигматизирующих отметок.

При этом «технология» идентификации индивидов, так же как и производства самих паспортов, остается сравнительно примитивной. Подделка паспорта и передача его другому лицу вполне осуществимы. Так, представители этнических групп, дискриминируемых официально (например, финны, которым после войны запрещалось, например, проживать в Ленинградской области) или неофициально (например, евреи), стараются изменить свою национальность. Изменение фамилии, использование поддельных удостоверений, чтобы скрыть лагерное прошлое или иметь возможность выбрать иную национальность, - все эти операции в Советском Союзе были вполне обычными, включая и период немецкой оккупации: нацисты использовали советские паспорта для своих операций по регистрации и увозу евреев.[8]

Местные паспортисты тоже не безупречны. Они склонны к коррупции, но могут проявлять и доверие. Об этом, по крайней мере, свидетельствует ингерманландка, нелегально вернувшаяся в свою родную Ленинградскую область в конце 1940-х годов после бегства в Карелию и получившая новый паспорт: «Радость сразу же пропала, когда я развернула паспорт и увидела штамп “Статья 38”. С ревом я пошла на прием к начальнику паспортного стола, он меня успокоил, внимательно выслушал и пообещал помочь. Вернулась домой и решила написать письмо Сталину. […] Ответа, конечно, я не дождалась. Но в паспортном столе его начальник сдержал свое обещание. Он был пожилой и добрый человек. Паспорт я получила новый без “статьи 38” и с пропиской».[9]

Соответственно, стирание клейма также оказывается проблематичным. Логика системы, делающей пометки на удостоверениях личности и ставящей на учет их обладателей, способствует замораживанию категорий и сильно усложняет возврат к полноценному гражданству.

Так обстоит дело с отдельными лицами, вписанными в ту или иную категорию: так, некоторые бывшие заключенные после отбытия срока не имеют права проживать в режимных населенных пунктах, даже если они оттуда родом. Такая ситуация отчасти контрпродуктивна для социалистического порядка, что беспокоит и сами сталинские власти: получается, что бывший заключенный не может вернуться в свою прежнюю квартиру и на прежнюю работу. Таким образом, сама система, одержимая отстранением тех, кого считает маргиналами, в свою очередь воспроизводит ситуации маргинализации, а тем самым и социальной нестабильности.

Возврат к полноценному статусу не менее сложен и в случае коллективных категорий. Эта проблема встает уже в конце 1930-х годов в отношении раскулаченных, сосланных в далекие спецпоселения. Дает ли им восстановление в гражданских правах право вернуться домой? Восстановление же прав предусматривается, с одной стороны, их статусом (после пяти лет ссылки в спецпоселения), а с другой - Конституцией 1936 года, которая в принципе упраздняет дискриминацию по классовому признаку в отношении избирательных прав. Между весной 1934-го и началом 1935 года восстановленные в гражданских правах в массовом порядке покидают негостеприимные места, в которых жили пять лет. Ряд постановлений от января 1935 года окончательно решают этот вопрос. «Восстановленные трудпоселенцы пользуются всеми гражданскими правами (в том числе и правом выбора в Советы), за исключением прав выезда», - уточнялось в инструкции НКВД, автор которой невольно резюмировал всю философию советского гражданства, действующую на протяжении десятилетий. Содержащаяся в выданных им паспортах информация позволяла и после восстановления прикреплять их к месту ссылки.[10] Страх перед просочившимся кулаком, самовольно вернувшимся с места ссылки, - одна из основных тем 1930-х годов; многие из них станут жертвами террора 1937-1938 годов. Даже дети спецпоселенцев не пользуются полной свободой: они имеют право покидать поселения, направляясь на работу или учебу, но им не позволяется проживать в режимных городах.

После войны встает вопрос о «дестигматизации» целых групп, при том что режим одновременно создает новые контингенты репрессированных. С самого начала Великой Отечественной войны боеспособным мужчинам позволялось покидать спецпоселения, чтобы вступить в ряды Красной армии. Патриотизм этих людей, а также оставшихся в поселениях семей побуждает местные власти ходатайствовать об отмене их ссылки, что и происходит в результате ряда указов начиная с 1940-х годов. В августе 1954 года всех раскулаченных 1930-х годов освобождают от обязанности отмечаться в милиции. Однако к этому времени они составляли уже совсем малую часть депортированных. Основные контингенты спецпоселенцев теперь возникли в результате мер, принятых во время войны и после ее окончания в контексте борьбы с реальными или вымышленными «коллаборационистами» (по принципу коллективной ответственности), охраны границ Союза, советизации западных областей и так далее, что приводит к депортации целых этнических групп. Начиная с 1950-х годов основная задача властей при освобождении этих людей заключается в том, чтобы воспрепятствовать их массовому возвращению на родину, что привело бы к нехватке рабочей силы в местах ссылки и создало бы сильную напряженность в местах, куда они возвращаются, в связи с требованиями бывших депортированных вернуть им конфискованное в момент депортации имущество. Таким образом, снова встает та же проблема, что и в связи с возвращением эвакуированных к концу войны, и ключевую роль здесь играет понятие частной собственности и, шире, права человека на жилплощадь, в которой он проживает. Так, например, освобождение советских граждан немецкой национальности, депортированных в 1941 году, становится возможным в связи с тем, что в ссылке они стали собственниками: в глазах комиссии, принимающей решение об их судьбе, их новое имущество является лучшим залогом их социальной и географической стабильности. В ноябре 1955 года принимается решение освободить их, запретив при этом возвращаться на родину. Таким образом, возникают самые разные ситуации: случаи полной реабилитации, с возвращением конфискованной собственности, остаются единичными: такое решение принимается в отношении греков, депортированных в 1949 году, а также мингрелов. Что касается последних, то конфликты, возникающие между возвращающимися на родину прежними собственниками и новыми поселенцами, прибывшими из других частей Грузии, заставляют Москву принимать решения о финансовых компенсациях и восстановлении домов, впрочем, оспариваемые самими участниками конфликтов. Начиная с осени 1955 года указы об освобождении тех или иных групп из мест ссылки систематически запрещают им возвращаться на родину и отказывают в восстановлении конфискованной собственности. Позже решение этих вопросов предоставляется местным властям. Однако значительная часть чеченцев обходит эти правила и возвращается на родину летом 1956 года, чтобы столкнуться с местными властями, которые используют против них паспортный режим. Создание Чечено-Ингушской автономной республики в январе 1957 года аннулирует запрет, вынесенный шестью месяцами раньше, не смягчая, однако, имущественных конфликтов. Создание этой республики открывает путь к восстановлению других территориальных образований. Те группы, которых оно не касается, такие как немцы Поволжья и крымские татары, в свою очередь выдвигают аналогичные требования, и хотя они и не угасают, власти ограничиваются тем, что в конце 1960-х - начале 1970-х годов восстанавливают крымских татар, а затем и другие народы в правах, относящихся к паспортному режиму. Таким образом, отмена ограничительных постановлений, принятых в конце 1950-х годов, не позволяет депортированным систематически возвращаться на родину, поскольку условием остается получение работы и жилья, а следовательно, возвращение зависит от доброй воли местных властей.

Во время перестройки дискуссия проходит все в том же русле: с одной стороны, реабилитация, с другой - сложность для бывших жертв воспользоваться своим правом на свободный выбор места жительства. Если в прибалтийских республиках реабилитация раскулаченных сопровождается мерами по возвращению им имущества или по крайней мере выплатой компенсаций, то в целом право на возвращение как одно из прав свободного гражданина, остается проблематичным, поскольку в глазах местных властей оно уже удовлетворено в другом месте.[11] Различия в местных изложениях паспортного законодательства остаются одной из главных характеристик системы, хотя она и является продуктом государства, претендующего на вездесущность. В течение десятилетий получение прописки, помимо центрального законодательства, зависит еще и от местного положения: наличия жилья, ситуации со снабжением, нехватки рабочей силы. Даже полноправные советские граждане не имели права свободного выбора места жительства - и даже в России после 1991 года это право остается сомнительным.

 Авторизованный перевод с французского М.Г.


[1] История сталинского ГУЛАГа. Т. 1: Массовые репрессии в СССР / Сост. С.В. Мироненко, Н. Верт. М.: РОССПЭН, 2004.

[2] Петров Н.В., Рогинский А.Б. «Польская операция» НКВД 1937-1938 гг. // Исторические сборники «Мемориала». Выпуск 1: Репрессии против поляков и польских граждан. Москва: Звенья, 1997. С. 22-43.

[3] Козлов В.А. Массовые беспорядки в СССР при Хрущеве и Брежневе (1953 - начало 1980-х гг.). Новосибирск: Сибирский хронограф, 1999.

[4] Лаврентий Берия. 1953. Стенограмма июльского пленума ЦК КПСС и другие документы. М.: МФД, 1999. С. 43-44.

[5] Гинзбург Е.С. Крутой маршрут. М.: Советский писатель, 1990. Ч. 3. Гл. 12.

[6] Гильди Л.А. Судьба «социально-опасного» народа. Засекреченный геноцид финнов в России и его последствия, 1930—2002 гг. СПб.: ДЕАН, 2003.

[7] Реабилитация: как это было. Март 1953 - февраль 1956. Документы. М., 2000. С. 35-37.

[8] Свидетельства об этом см. в: Черная книга. Вильнюс: Йад, 1993.

[9] Гильди Л.А. Указ. соч. С. 207-208.

[10] Ивницкий Н.А. Судьба раскулаченных в СССР. М.: Собрание, 2004. С. 139.

[11] Реабилитация…; Реабилитация - как это было. Февраль 1956 - начало 80-х годов. Документы. М., 2003; Реабилитация: как это было. Середина 80-х годов - 1991. Документы. М.: Материк, 2004.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

15:21 В Кремле посчитали недоказанными обвинения в адрес Керимова во Франции
14:55 ФСБ задержала в Петербурге планировавших теракты исламистов
14:33 Сенаторы одобрили закон о штрафах за анонимность в мессенджерах
14:15 В Кремле признали нежелание Путина упоминать фамилию Навального
14:02 Дума отказалась ограничить доступ к сведениям о закупках госкомпаний
13:59 Минфин пообещал не допустить «эффект домино» из-за Промсвязьбанка
13:52 Алексей Улюкаев приговорен к восьми годам строгого режима
13:39 Госдума разрешила внеплановые проверки бизнеса по жалобам сотрудников или СМИ
13:36 ЦБ снизил ключевую ставку
13:24 Ученые заглянули в глаз трилобита
13:23 Власти Москвы отказали Илье Яшину в проведении акции 24 декабря
13:19 Индекс потребительских настроений по всей России вышел в «зеленую зону»
13:08 Прокуратура назвала самое коррумпированное подразделение силовиков
13:00 Лавров заявил о вмешательстве США в выборы в России
12:47 Совет Федерации подключился к поиску источника вони в Москве
12:40 Минтранс анонсировал возобновление рейсов в Каир в феврале
12:25 Дед Мороз заявил об отказе от пенсии
12:20 Дума приняла закон об индексации пенсий в 2018 году
12:07 Антитела к вирусу лихорадки Эбола вырабатываются через сорок лет после болезни
12:01 ЦИК снова пересчитал желающих баллотироваться в президенты
11:41 Улюкаев признан виновным в получении взятки
11:40 Совладельцы Промсвязьбанка списали проблемы на конкурентов и информатаки
11:24 Дума подняла МРОТ до прожиточного минимума
11:14 В Совфеде предложили заменить флаг России на ОИ-2018 флагами регионов
11:07 Министерство образования отказалось вводить 12-й класс в школах
10:54 Власти предложили схему отказа от долевого строительства
10:54 Управление «клеточной смертью» поможет победить опасное заболевание
10:46 Гендиректором «Яндекса» назначена Елена Бунина‍
10:33 Трамп предлагал продать изъятую у России дипсобственность
10:17 Совет Федерации дал официальный старт президентской кампании
10:06 В США отменили введенный при Обаме сетевой нейтралитет
10:05 Правительство отказалось запретить курение у подъездов‍
09:45 «Нелюбовь» Звягинцева вошла в короткий список претендентов на «Оскар»‍
09:42 ЦБ ввел в Бинбанк и Промсвязьбанк временную администрацию‍
09:32 Задержан отец подозреваемых в организации теракта в Петербурге
09:25 Вонь в Москве дошла до Собянина
09:13 ЦБ отозвал лицензию у банка «Солидарность» из второй сотни
09:10 WADA ответило на обвинения Путина в запугивании
08:52 Суд арестовал замглавы Росимущества по подозрению в хищении‍
08:36 Путин обсудил с Трампом Северную Корею
08:19 Лидеры ЕС договорились продлить антироссийские санкции
08:00 СМИ рассказали об отказе Медведева уволить главу Росавиации
14.12 23:20 В Москве пройдет обсуждение книги Павла Уварова о Франции XVI в.
14.12 22:53 Минобороны РФ изложило свою версию «перехвата» Су-25 над Сирией
14.12 22:43 Россияне обыграли шведов на домашнем этапе Еврохоккейтура
14.12 21:35 «Современник» отложил спектакль из-за госпитализации Гафта
14.12 21:26 Захарова назвала ответственных за гибель людей в Донбассе
14.12 21:16 CNN сообщил о перехвате российских истребителей над Сирией
14.12 21:07 Четверо детей погибли при столкновении автобуса с поездом во Франции
14.12 20:04 Россельхознадзор запретил ввоз чая из Шри-Ланки из-за вредного жука
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.