Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
18 декабря 2017, понедельник, 21:47
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

22 декабря 2005, 06:00

Франция: величие превыше всего

Россия в глобальной политике

На протяжении XIX и XX веков история Франции представляет длинный ряд попыток не только удерживать образ великой державы, но и в соответствии с постоянно меняющейся общественно-политической ситуацией искать все новые и новые механизмы осуществления контроля на мировом уровне и проявления своего могущества. «Всякое проявление могущества (от завоевания до помощи, от вмешательства до сотрудничества) имеет свою цену… Оно порождает цепь субординации, клиентельных отношений, претензий. Поддержания могущества, сначала скрыто, потом явно, подтачивает само это могущество», - полагает французский политолог Филипп Моро-Дефарж. «Полит.ру» публикует исследование доктора исторических наук, доцента кафедры истории и политики стран Европы и Америки МГИМО(У) МИД РФ Евгении Обичкиной «Франция: величие превыше всего», в котором автор последовательно рассматривает историю Франции как попытку борьбы за влияние в мире и одновременно сохранения национального приоритета в политике. В настоящий момент, как полагает исследователь, Франции удалось достичь подобного равновесия, уже получившего название «мягкого могущества». Статья опубликована в новом номере журнала «Россия в глобальной политике» (2005. № 6).

Если и есть в мире страна, для которой убеждение в своем великодержавном предназначении важнее реальных фактов, его подтверждающих, то это Франция. «Начиная с Наполеона, а потом от де Голля до Миттерана французская политика представляет собой попытку восстановить былое величие при полном отсутствии средств, которые делали бы это возможным», – писал политолог и философ Пьер Асснер. О величии грезили не только творцы внешней политик – эта идея стала частью национальной политической культуры.

Историк Альфред Гроссер подчеркнул едва ли не антропологический характер убеждения французов в собственной избранности: «Франция – страна, руководители которой сами являются частью общественного мнения, воспринимающего национальный престиж не в качестве средства достижения конкретных результатов, а в качестве самоцели, позволяющей испытывать исключительно сильные чувства самоудовлетворения и снисходительности к загранице».

Международный престиж для французов – это одновременно и предмет национальной гордости, и причина для неотступнойй тревоги. С начала ХХ века к внешним факторам, вызывавшим во Франции болезненный страх упадка, добавились и внутренние. Слабым местом стала экономика, точнее, неспособность адаптироваться к современным формам производства и к потребностям рынка. Из-за этого страна отставала от конкурентов, прежде всего от США. Медленный прирост и старение населения, недостаток инвестиционной и инновационной активности и большой вес аграрного сектора в экономике, уязвимость перед германским соседом служили постоянными мотивами для тревоги.

В то же время Франции, как правило, удавалось находить факторы, которые компенсировали присущие ей слабости, и сохранять позиции и на мировой, и на европейской арене. Это в первую очередь политика в отношении бывших колониальных владений, выстраивание особых отношений союза-конкуренции с англосаксонским миром и стратегическое примирение с «наследственным врагом» – Германией в рамках большого европейского проекта.

ИМПЕРСКИЙ ШЛЕЙФ

К концу XIX века наличие колониальных владений стало одним из непременных атрибутов великодержавного могущества. Еще при Наполеоне III и в первые десятилетия Третьей республики (1870–1940) строительство империи (в эпоху расцвета – вторая по территории в мире) было важным фактором, компенсировавшим ослабление позиций Парижа в Европе.

Однако политика удержания имперского влияния дорого обошлась Франции. Жестокие колониальные войны – в Индокитае (1946–1954) и Алжире (1954–1962) – поставили страну на грань катастрофы, серьезно подорвав ее внешнеполитические позиции. Но Париж потому и бился за сохранение своих колоний с таким ожесточением, что империя оставалась последним из былых символов великодержавности. 

«Всякое проявление могущества (от завоевания до помощи, от вмешательства до сотрудничества) имеет свою цену... Оно порождает цепь субординации, клиентельных отношений, претензий. Поддержание могущества, вначале скрыто, потом явно, подтачивает само это могущество», – указывает видный французский политолог Филипп Моро-Дефарж. Могущество преходяще, и причина упадка кроется в самой его природе: издержки могущества начинают постепенно перевешивать его преимущества. «Всякая империя погибнет» – таков вывод классика французской политологии Жан-Батиста Дюрозеля, давший название его книге о тайне международного влияния.

Разрыв Франции с имперским прошлым знаменовался двумя событиями: Суэцким кризисом 1956 года и деколонизацией Алжира в 1962-м. Но колониальный шлейф не оборвался после массового (около миллиона человек) бегства французов из бывшего заморского департамента. Конец империи привел к еще более массовой иммиграции во Францию жителей стран Магриба, Ближнего Востока и Черной Африки. Выходцы с других берегов Средиземного моря создали внутри французского общества мощную мусульманскую идентичность, которая, как мы еще раз могли убедиться во время бурных событий ноября 2005 года, превратилась в важный фактор внутриполитического и социального развития.

«Крокодил». № 2. 1955 г.

Последнее обстоятельство серьезно влияет на выработку политики в отношении мусульманского Востока и в ближневосточном конфликте. С одной стороны, Франция стремится поддерживать интенсивные отношения со странами Магриба. С другой – стать арбитром в ближневосточном урегулировании Парижу мешает память арабов о Суэцком кризисе. (После национализации Египтом Суэцкого канала Лондон и Париж попытались оказать военное давление на Каир для обеспечения судоходства на их условиях. Против англо-французских действий выступил Вашингтон, в результате чего войсковую операцию пришлось прекратить. – Ред.).

Франция не желает ни предоставить страны региона самим себе, ни допустить в них безраздельное влияние США, привлеченных нефтяными богатствами региона. В постколониальную эру Париж привык считать свои бывшие территории в Средиземноморье и Африке «заповедной зоной» собственного влияния. В 1995-м тогдашний французский премьер-министр Ален Жюппе заявил, что эти два региона представляют для Франции «предпочтительную ценность». И от Парижа требуется особая деликатность, чтобы попытки покровительствовать и помогать бывшим колониям не были истолкованы как неоколониализм. Груз колониальных отношений и сравнительная ограниченность финансовых ресурсов, которые Франция может направить на оказание помощи в развитии стран региона, Париж уравновешивает, привлекая к средиземноморскому сотрудничеству средства и институты Европейского союза.

«Крокодил». № 2. 1955 г.

Поскольку и экономические, и силовые возможности Франции в мире существенно сократились, основной упор делается на гуманитарный характер миссии и – в связи с мусульманским фактором внутри французского общества – на диалог цивилизаций. «Наша роль всегда состояла в том, – писал Жюппе, – чтобы наводить мосты, утверждать ценности свободы, терпимости, демократии, которые могут приобретать различные оттенки в соответствии с духом, присущим каждой нации, каждой цивилизации, но которые остаются универсальными».

Продвигая внутри Евросоюза (совместно с Испанией и Италией) идею евро-средиземноморского партнерства, Франция добилась созыва в Барселоне осенью 1995 года средиземноморской конференции. В ее задачи входило преодоление растущей психологической пропасти между европейским и арабо-мусульманским миром, создание «пространства солидарности» со всеми странами Средиземноморья.

Франция очищает атмосферу в Алжире. «Огонек». № 50. декабрь 1960 г.

Африка традиционно считалась одной из опор глобальной политики Франции. Париж, сохранивший после деколонизации сильные военно-политические позиции в регионе, претендовал на роль гаранта стабильности. Франция имеет право военного вмешательства в целях сохранения или восстановления внутриполитической стабильности и обеспечения безопасности европейского населения, а также располагает воинскими контингентами на территории ряда стран: Джибути, Сенегала, Центрально-Африканской Республики, Чада, Кот-д’Ивуара, Камеруна.

После окончания биполярного противостояния в мире, когда Африка потеряла прежнее значение как объект соперничества в соревновании двух систем, стратегия Франции направлена на активное подключение разного рода международных организаций и объединений (ВТО, ООН, ЕС) к оказанию помощи ее бывшим колониям. Одно из важнейших направлений – преодоление отсталости бывших африканских колоний в рамках франко-африканского сообщества. В 1989 году глава государства Франсуа Миттеран выступил с инициативой списания долгов с наиболее слаборазвитых стран. В следующем году их займы были преобразованы в безвозмездные субсидии. С начала 1990-х руководители Франции выступают с инициативой превращения долгов в инвестиции, что пока не вызвало большого энтузиазма ни у развитых стран, ни у французской экономической элиты.

На взгляд националистов (Туниса и Алжира) события, развернувшиеся на Ближнем и Дальнем Востоке после поражения в войне Германии и Японии, не могут остаться без последствий для африканского мира. Это, однако, главным образом результат внешнего заговора против нашей Северной Африки, преследующего цель ни больше ни меньше как предать Францию судилищу ООН, после которого будет вынесен соответствующий вердикт.

Среди участников этого заговора можно видеть арабские страны, объединенные исламской солидарностью, и блок, сформированный СССР и его сателлитами. <...> Россия — величайшая по размерам империя белых людей — вмешивается в чужие дела под флагом антиколониализма.
Альфонс Жюн
маршал Франции, командующий войсками «Свободной Франции» в Италии,
силами НАТО в Европе 1952–1956,
Воспоминания, т. 2. Париж, 1960

Несмотря на великодушные призывы к расширению экономического содействия слаборазвитым странам, в последние годы французская помощь на нужды развития сократилась с 0,5 % до 0,32 % ВВП, хотя социалисты еще в 1980-х годах намеревались довести ее вес в бюджете до 1 % ВВП. Тем не менее по объему помощи бедным странам по отношению к ВВП Франция продолжает занимать первое место в «большой семерке».

В конце 1990-х французская дипломатия была вынуждена принципиально изменить концепцию франко-африканских отношений. Как и в других сферах, главным фактором приумножения ее влияния является Европейский союз. Изменилась и риторика, сопровождающая политику Парижа. Этой риторике все еще присущ ностальгический тон, но она наполнилась актуальным содержанием. Обсуждаются главным образом две ключевые идеи – борьба с бедностью и гуманная глобализация. Официально декларируемая политика сотрудничества «призвана играть ведущую роль, подчеркивающую решимость Франции бороться за более управляемую и гармоничную глобализацию». Девизом страны стала «солидарная глобализация».

МОГУЩЕСТВО С ОПОРОЙ НА СОЮЗЫ

В XX век французы вступили под знаком молниеносного и сокрушительного поражения во Франко-прусской войне 1870–1871 годов. Катастрофические потери в Первой мировой войне породили стремление любой ценой избежать в будущем столкновения с Германией и определили внешнюю политику межвоенного периода, в которой поиски союзов и системы безопасности сочетались с политикой ослабления германской мощи. Поэтому не менее важной составляющей стратегии французского могущества стало строительство военно-политических союзов.

С момента крушения империи Наполеона военно-политические союзы играли во французской внешнеполитической традиции двоякую роль: помимо обеспечения безопасности они содействовали поддержанию международного престижа страны.

Во времена, когда главную угрозу представляла Германия, эта стратегия опиралась на идею взятия ее в кольцо недружественных стран. Такой подход предполагал союз Франции с Россией, а впоследствии с СССР. Идеологически подобный союз не всегда представлялся безусловным, поэтому в 20-е годы прошлого века «русского медведя» пытались неудачно заменить молодыми государствами Восточной Европы. Малая Антанта оказалась одним из наиболее слабых звеньев системы безопасности Франции в преддверии Второй мировой войны, символом провала такой стратегии стал позорный мюнхенский сговор с Гитлером.

Константой и одновременно одним из парадоксов французской внешней политики ХХ века оставалась неизменность решения строить безопасность на союзах с Соединенными Штатами и Великобританией, несмотря на перманентный конфликт с ними в том, что касалось международного влияния. И в двух мировых войнах, и в годы холодной войны Париж стремился упрочить свою мощь благодаря союзам с Лондоном и Вашингтоном, будь то система коллективной безопасности типа Версальско-Вашингтонской, антигитлеровская коалиция или Североатлантический пакт. В то же время согласие с англосаксами, обеспечивавшее Франции международный престиж, оказалось далеко не безупречным в сфере колониального соперничества, экономического влияния и претензий на политическую гегемонию в Европе.

Последним англо-французским столкновением из-за колоний стал фашодский инцидент 1898-го (французы попытались закрепиться на территории Судана, на который претендовали англичане. Английский отряд окружил захваченное французами селение Фашода, и его командир потребовал покинуть долину Нила под угрозой открытия огня. Только неготовность к войне заставила Париж отдать приказ уйти из Фашоды и отказаться от претензий на Верхний Судан. – Ред.). Договор об Антанте 1904 года, направленный против Германии, одновременно явился франко-британским соглашением о закреплении сфер влияния. После Первой мировой войны Великобритания и Франция разделили между собой германские колонии и турецкие владения. Будучи колониальными империями, обе державы достигли к началу ХХ века апогея мирового влияния. Если союзы придавали им мощь, то статус империи – планетарное величие. Однако к середине века франко-британская солидарность в колониальном вопросе была подорвана: Великобритания сблизилась с Соединенными Штатами, признав принцип суверенитета, провозглашенный Атлантической хартией 1941 года.

Для США рост национализма в колониях был главным противовесом распространению там коммунистических идей. Поощрение англичанами арабских националистов и прямой нажим Великобритании заставили Францию покинуть свои ближневосточные мандатные территории Сирию и Ливан. С другой стороны, Вашингтон не оставлял попыток экономически и политически проникнуть во французские владения. Парижу было очевидно, что он не может рассчитывать на англосаксонских союзников в своем стремлении сделать колониальную империю главной ставкой в борьбе за возвращение статуса великой державы. Получить американскую помощь для войны в Индокитае и заручиться англо-американской поддержкой в ООН в период колониальных войн Франции удавалось только в тех случаях, когда борьба за сохранение империи могла вписаться в «крестовый поход» против коммунизма.

Если бы после Второй мировой войны судьба Франции (не говоря уже об ее международном престиже) зависела только от США, то американский президент Франклин Делано Рузвельт поставил бы под вопрос само ее суверенное существование. Известно, что признание Временного правительства Шарля де Голля в качестве законного представителя французской нации стало возможным благодаря поддержке Сталина, а присоединение Франции к клубу держав-победительниц – благодаря стремлению Уинстона Черчилля уравновесить тандемом двух западноевропейских держав беспрецедентное влияние СССР в Европе. Несмотря на эти успехи, в послевоенные годы при Четвертой республике (1946–1958) усилия Франции вернуться в круг мировых держав были ограничены и экономической зависимостью от США, и рамками биполярной системы, то есть зависимостью военно-политической.

Прогрессирующая болезнь
Шарль де Голль
с большим апломбом
Славит атомную бомбу.
Говорит он, что Париж
Видит в этом свой престиж.
Ради этого престижа,
Что писаками воспет,
От натуги нажил грыжу
Государственный бюджет.
Каждый год одну примету
Видит Репюблик Франсэз:
К атомной статье бюджета
Прибавляют новый вес.
Вес огромен! Я предвижу,
Что в бюджете этот факт
Вскоре сможет, кроме грыжи,
Вызвать подлинный инфаркт!
А. Безыменский
«Крокодил». № 18. июнь 1964 г.

С одной стороны, такая ситуация наилучшим образом ограждала Францию от опасностей со стороны и Германии, и «советской угрозы». С другой – постоянно напоминала об унизительном положении. Так было, например, во время уже упоминавшегося Суэцкого кризиса, когда США продемонстрировали участникам англо-французской коалиции, насколько условно их право на суверенное решение в мировых делах.

Франция не хотела мириться с ролью «средней державы». Успешное развитие экономики, укрепление франко-германского тандема, лидирующего в западноевропейской интеграции, и опора на Общий рынок стали главными достижениями Четвертой республики в плане возрождения могущества страны. К этому следует добавить также развитие французской ядерной программы, хотя это преимущество сыграет свою роль только во времена Пятой республики (с 1958-го).

Ее основатель Шарль де Голль провозгласил своей задачей возрождение величия Франции. Благодаря его независимой политике Париж с 1958 по 1969 год стал играть роль, непропорциональную его реальному могуществу. Величие понималось президентом де Голлем не как данность (Франция не могла тогда сравниться с двумя сверхдержавами), а как философия действия и как исторический долг. По его словам, величие – «это путь, который избирают, чтобы превзойти себя, подняться над собой, чтобы избежать посредственности и вновь сделать Францию такой, какой она бывала в свои лучшие времена». Он подчинил внешнюю политику двум главным целям, соразмерным двум ее основным ориентирам. Для самой Франции это национальная независимость, основанная на сильном государстве и соответствующем военном потенциале. Для мира в целом – борьба за изменение международного порядка.

В мире блокового противостояния Париж не должен был оставаться в одиночестве. Формула «координация взамен субординации», характеризовавшая в годы Пятой республики отношения с США в рамках НАТО, означала отказ от подчинения диктату сверхдержав. Де Голль всегда выступал против самовластия предписывающих условий, которые неизбежно вытекали из участия в международных организациях, будь то Европейское экономическое сообщество или НАТО. Он неизменно отдавал предпочтение национальным интересам перед принципом наднациональности. Пресловутый антиамериканизм де Голля на деле являлся антигегемонизмом.

В годы, когда процветал силовой реализм, оставлявший величие на долю только двух сверхдержав, президент Франции сделал главную ставку на особое видение перспектив развития мировой системы. По его мнению, многополюсный мир более устойчив, чем биполярный. В основе международных отношений должен лежать принцип равновесия, которое определяется отнюдь не соотношением военных потенциалов. Оно понималось де Голлем как отказ от гегемонии сверхдержав, от диктата блоков, от необходимости присоединения к блоковой политике и предполагало наличие общей системы ценностей.
Самостоятельные ядерные силы, дополнившие французский военный арсенал в 1960-м, стали инструментом политики независимости, политическим орудием на службе новой стратегии – «обороны по всем азимутам». Отказавшись от участия своей страны в военной организации НАТО, де Голль продолжал поддерживать саму идею союза и самого тесного сотрудничества с альянсом: стандартизацию вооружений, общую организацию снабжения и перевозок, координацию стратегических планов и возможность установления единого командования в случае войны. Но вооруженные силы должны были сохранять автономию и не полагаться на решения внешних сил: «Если Франции случится вести войну, надо, чтобы это была ее война», – считал Шарль де Голль.
Крушение биполярного мира только усугубило неравновесие сил: на смену гегемонии двух сверхдержав пришло глобальное политическое лидерство Соединенных Штатов. В этих условиях борьба за установление сбалансированного диалога с США, против однополярности и тактики силового давления стала одним из главных направлений дипломатической стратегии Парижа. В рамках союзнических отношений внутри НАТО это означает стремление к реформе евроатлантической системы. Франция добивается формирования единой европейской позиции в сфере внешней политики, обороны и безопасности, превращения Европейского союза в самостоятельный полюс силы. Растущий вес ЕС на мировой арене должен, по замыслу Франции, компенсировать ослабление международного влияния страны.

АЛЬЯНС С «НАСЛЕДСТВЕННЫМ ВРАГОМ»

Опыт союзов с Англией и США в двух мировых войнах показал: французы не могут противостоять мощи германского соседа в одиночку, но и альянсы с англосаксами, во-первых, не являются сдерживающим фактором для немецкой агрессии, а во-вторых, не дают гарантии, что в случае победы Франции удастся воспользоваться преимуществами державы-победительницы.

В 1948–1949 годах Париж присоединился к планам Вашингтона и Лондона по созданию западногерманского государства. Не имея сил противостоять возрождению Германии, Франция предпочла сделать бывшего противника своим партнером и союзником. В 1950-м Париж становится инициатором создания Европейского объединения угля и стали и тем самым гарантирует себе, пусть и на основе принципа наднациональности, сохранение контроля над этими стратегическими товарами. Антигерманские страхи были еще очень сильны и в середине 50-х годов прошлого века – в ходе борьбы вокруг ратификации Парижского договора (1952) о создании Европейского оборонительного сообщества, который предусматривал перевооружение ФРГ. В конце августа 1954 года Национальное собрание Франции отказалось ратифицировать этот договор. Перевооружение же Западной Германии произошло не внутри исключительно западноевропейской структуры, а под эгидой США в связи с вступлением ФРГ в НАТО.

Испытание французского могущества на прочность германским фактором не утратило актуальность и по окончании холодной войны. Процесс объединения Германии был болезненно воспринят французским политическим классом, опасавшимся возросшего веса ФРГ в Европе. Президентом Франции в то время был Франсуа Миттеран – человек, прошедший войну, немецкий плен и борьбу в Сопротивлении. Миттерану не удалось затормозить германское объединение, но он сумел добиться сочетания этого процесса с линией на форсированное европейское строительство. «Визитной карточкой» его дипломатии стала «политика сопровождения».

В ее рамках Миттеран получил согласие федерального канцлера ФРГ Гельмута Коля совместно инициировать новый качественный прорыв в деле европейской интеграции – введение единой валюты и переход от экономического объединения к политическому союзу. Можно утверждать, что для французской дипломатии Маастрихтский договор (1992) явился конструктивной реакцией на объединение Германии. Обозначенный в договоре курс на выработку европейской общей внешней политики и политики безопасности компенсировал растущий политический вес Бонна/Берлина, а учреждение евро помогло сковать потенциал немецкой марки.

ОТ СИЛОВОГО РЕАЛИЗМА К «МЯГКОМУ МОГУЩЕСТВУ»

Понятие могущества во французской теории международных отношений никогда не сводилось к простому соотношению сил. Основатели французской политологии Раймон Арон и Жан-Батист Дюрозель считали, что международный статус определяется не только и не столько материальными предпосылками, сколько целенаправленной деятельностью государства и общества, проникнутой чувством исполнения определенной миссии. Ее успех зависит от способности страны сделать свои внешнеполитические задачи притягательными для ее международного окружения.

Соперничают между собой не только государства, но и общества, коллективные представления, идеи. Филипп Моро-Дефарж считает, что «могущество не является ни данностью, ни постоянным качеством, – это созидательный процесс, своего рода продукт взаимодействия явлений и расчетов, которые в определенный момент ставят одну или несколько наций, одно или несколько обществ в центр международной игры».

Данное утверждение отражает одну из характерных особенностей французской внешнеполитической культуры. Оправданием амбициозного курса служит не только и не столько превосходство в материальных средствах, военных или экономических, сколько морализм, своего рода «республиканское мессианство». В его основе – восприятие собственной роли как светоча западной культуры и цивилизации, родины свободы, равенства и братства. Эта идея восходит к 1792 году, когда революционная Франция посылала свои войска нести идеалы свободы европейским народам, «стонущим под игом тиранов». Имперская, а позже колониальная политика тоже строилась на ощущении цивилизаторской миссии по отношению к зависимым народам Азии и Африки.

Точно так же сознание величия взятой на себя глобальной задачи определяло независимый курс де Голля. Лозунгом его дипломатии стало «преодоление Ялты». Шарль де Голль, глава Временного правительства Французской Республики, не был приглашен на Ялтинскую конференцию глав правительств союзных держав (1945). По его мнению, невзирая на блоковую солидарность его стране следовало отказаться признать свершившийся факт – раздел Европы на сферы влияния между СССР и англо-американскими союзниками. Франция должна была стать мостом, пробивающим «железный занавес». В этом состояло, как считал де Голль, ее историческое призвание в мире, которому были навязаны законы холодной войны. Непререкаемость силового превосходства СССР и США он желал компенсировать моральным авторитетом Франции.

Француз: — Дядя Сам, на помощь!
Дядя Сам: — Я как раз и собираюсь тебе помочь!
«Крокодил». № 4. Февраль 1954 г.

Окончание холодной войны не умерило мессианские устремления. Вышеупомянутый Ален Жюппе подтвердил верность этому курсу: «На нас возложена особая задача – сохранять бдительность, ибо наша роль всегда состояла в том, чтобы наводить мосты, утверждать идеалы свободы, терпимости, демократии».

Хотя экономический и промышленный потенциал страны, ее внешнеторговые позиции и высокий технологический уровень по-прежнему обеспечивают Франции прочное место в «большой семерке», формальные и материальные факторы, которыми Париж обосновывал свою мировую ответственность, начали терять былое значение. Вес Франции в качестве постоянного члена Совета Безопасности ООН был поставлен под вопрос в условиях, когда кризисное урегулирование начало осуществляться в рамках односторонних действий Соединенных Штатов. Обладание собственным ядерным оружием стало не столь бесспорным аргументом перед лицом новых угроз безопасности (международный терроризм, этнические конфликты, непредсказуемость государств-изгоев). Усиление гегемонистских тенденций во внешнеполитическом курсе США и их экономическое превосходство серьезно угрожают позициям Франции в Средиземноморье и Африке. В Европе позиции англо-американского тандема усилились в связи с принятием в Евросоюз стран Центральной и Восточной Европы, для которых интересы атлантической солидарности пока важнее, чем единодушие внутри ЕС.

В условиях американского военно-политического превосходства Франция стремится обосновать свою глобальную роль моральными факторами, сделавшись глашатаем прав человека. В этом направлении ее дипломатия обрела за последние годы достаточную связность. Данный курс наглядно проявился с весны 1999-го, когда сомнительное с точки зрения международного права вмешательство в дела Югославии получило убедительное оправдание вследствие нарушения прав человека правительством Слободана Милошевича. После косовского конфликта ближайшим поводом для демонстрации моральной позиции Франции стала возобновившаяся в августе 1999 года военная операция Российской армии в Чечне. Президент Франции Жак Ширак, поддержанный общественным мнением страны, не преминул стать наиболее жестким критиком политики России.

Однако такая позиция на время изолировала его в многостороннем диалоге Запада с Россией, значение которого возросло после событий 11 сентября 2001-го. Для Парижа улучшение отношений с Москвой было тем более важным, что одновременно усилились расхождения между Францией и США. Разногласия, скрытые в пору югославского кризиса, наиболее явно обозначились в период иракского конфликта 2003 года. Обстоятельства благоприятствовали этому: Германия разделила французские подходы, укрепился международный авторитет Китая и России, которые, как и Франция, выступают против односторонних силовых действий США. С реализацией одного из важных слагаемых французского проекта многополярности – выработки европейской общей внешней политики – возникли затруднения, которые только подчеркивают необходимость и взаимную привлекательность тесного сотрудничества Франции и России.

Следуя своей главной стратегической задаче – сохранить глобальную роль страны, современная французская дипломатия сделала ставку на многополярность международной системы и разработала двойную стратегию реализации этого замысла. Ее первым направлением является прогресс в деле европейской интеграции, превращение Европейского союза в фактор приумножения международного влияния Франции, в самостоятельный полюс силы, чему соответствует понятие «державная Европа».

Второе стратегическое направление – усиление роли международных (межгосударственных) организаций в урегулировании кризисов и в обсуждении глобальных вопросов – тесно связано с европейским, и они взаимно дополняют друг друга. Когда международные инициативы Франции буксуют из-за отсутствия согласия внутри ЕС, ее дипломатия обращается к стратегическому диалогу с Россией и Китаем, в рамках избранного клуба постоянных членов Совета Безопасности ООН, как это случилось в период иракского кризиса 2002–2003 годов.

В постбиполярном мире Франция утвердилась в качестве средней державы с глобальными притязаниями, позиция которой в международных делах отличается самостоятельностью. При этом внешнеполитическая стратегия страны исходит не только из факторов силового могущества, но и из идеи многополярности, то есть из конструктивистской («праксеологической») предпосылки. Факторами, компенсирующими недостаток военно-политического потенциала, являются, помимо принадлежности к Евросоюзу и Североатлантическому альянсу, слагаемые «мягкого могущества». Внутреннее благополучие страны, универсальный характер ее ценностей, притягательность ее культуры и образа жизни – все это, по мнению французской политической и интеллектуальной элиты, способствует сближению интересов Франции с интересами других государств. Тем в большей степени успех глобального проекта Парижа и, следовательно, его роль в нарождающейся международной системе зависят, с одной стороны, от сохранения идентичности самого французского общества, а с другой стороны, от широкой международной поддержки как внутри Европейского союза и Большой Европы, так и за их пределами.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

21:29 Путин допустил возможность обдумать большую амнистию к выборам
21:12 Появились данные о жертвах при крушении поезда в США
21:04 США заблокировали в СБ ООН резолюцию Египта по Иерусалиму
20:31 В США пассажирский поезд рухнул с моста
19:55 Арбитраж Москвы отклонил иск «Югры» к ЦБ РФ
19:32 Билетный сервис сообщил о дефиците плацкарта на Новый год
19:25 ПФР не нашел пенсионеров за чертой бедности
18:53 У «Тинькофф банка» возникли проблемы с зачислением денег на карты
18:25 Чиновники нашли недорогой способ убрать герб РФ с олимпийской формы
18:11 Дед Мороз приедет в Чечню в канун Нового года
17:45 МЧС предупредило москвичей о надвигающейся непогоде
17:27 Посол Молдавии отозван из России в Кишинев
17:02 В Белом доме признали прогресс в отношениях с Россией
16:54 Лидеру SERB не дали засудить Навального за испорченный День России
16:47 Рогозин встретился в Сирии с Асадом
16:37 Горячий чай связан с понижением риска глаукомы
16:24 Умер глава международного «Мемориала» Арсений Рогинский
16:09 Обаму обвинили в развале дела о причастности «Хизбаллы» к торговле наркотиками
15:35 Россию и Китай в США назвали странами-ревизионистами
14:54 Москва обвинила Киев в своем уходе из центра по контролю минских соглашений
14:37 Поджигателя кинотеатра перед показом «Матильды» отправили на принудительное лечение
14:23 У озера Лох-Несс найдена могила бронзового века
14:04 Илья Яшин подаст в суд на мэра Москвы Сергея Собянина
14:03 Песков отказался обсуждать наказание Улюкаева
14:00 Навальный подаст документы на регистрацию в ЦИК
13:55 Песков призвал к сотрудничеству ЦРУ и ФСБ
13:07 Генпрокуратура затребовала на Украине предполагаемого убийцу Пола Хлебникова
13:05 ЦИК запустил обратный отсчет до выборов президента РФ
12:50 На островном «дальневосточном гектаре» устроят площадку для квестов
12:41 Apple закроет музыкальный магазин iTunes
12:39 Число гимназистов «Сколково» удвоится к 2021 году
12:34 «Сколково» представил целевые показатели на 2020 год
12:25 Спустя 130 лет редкая бабочка вновь встретилась энтомологам
12:13 Каддафи-младший решил возглавить Ливию и призвать на помощь ООН
12:02 Россельхознадзор разрешил поставки шпрот из Латвии и Эстонии
11:41 Минфин простит долги предпринимателям
11:21 Саакашвили отказался отвечать на вопросы украинских прокуроров
11:20 Новым «Звездным войнам» не хватило шага до кассового рекорда
10:54 СМИ узнали о возможном выделении 19 трлн рублей на перевооружение армии
10:31 Саакашвили изложил свою версию истории письма к Порошенко
10:29 Власти Рима отменили указ об изгнании Овидия
10:28 США потратят 200 млн долларов на сдерживание России
10:06 Три НПФ продали акции Промсвязьбанка до объявления о его санации
10:02 В Израиле умерла любимая учительница Путина
09:45 Полиция обыскала дом написавшей о слежке за Россией журналистки
09:41 Правозащитники рассказали о просьбах Улюкаева в СИЗО
09:26 Еще одна биржа в США начала торговать фьючерсами на биткоины
09:15 На Дальнем Востоке появится новая армия
09:05 Депутаты ГД предложили штрафовать стритрейсеров на миллион рублей
08:45 Посол РФ в США в Вашингтоне встретится с замгоссекретаря
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.