Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
18 декабря 2017, понедельник, 12:15
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

11 декабря 2007, 23:44

Черная метка. Чеченцы: образ врага

"Полит.ру" продолжает публикацию статей из сборника "Жизнь на войне", готовящегося к выходу в центре "Демос". В предлагаемой ниже статье Александра Черкасове речь пойдет об истоках и причинах формирования в российском массовом сознании негативного отношения к чеченцам и "лицам кавказской национальности".

См. также: Легенда о кавказской нефти
Победа варварства над варварством: Террор и контртеррор в чеченских войнах

Место одного из «главных зол», занимаемое сегодня в российском массовом сознании «лицами кавказской национальности» вообще и чеченцами в особенности, кажется вполне естественным. Столь же очевидной кажется и причина такого отношения к чеченцам — более десяти лет длящиеся чеченские войны.

Но, обратившись к событиям и настроениям до 1994-го, «до начала первой чеченской», мы обнаруживаем тот же «образ врага», ту же самую фобию. Можно предположить в этом реакцию на чеченскую действительность: дискриминацию невайнахского на  селения и его исход из республики, ставшие регулярными захваты заложников. Впрочем, тогда в средствах массовой информации сообщения в основном были отнюдь не о «правах человека», а о политическом и вооруженном противостоянии в республике.

Можно заподозрить, что эти настроения — результат массированной пропаганды в рамках «плана Шахрая» -- возвращения отколовшейся провинции в лоно империи, -- который был приведен в действие в конце 1993-го, после первых думских выборов 12 декабря.

Но оказывается, на уровне массового с  ознания все уже вполне сложилось даже не к скандальному рождению нового российского парламентаризма, но к громкому завершению советской власти 4 октября 1993 года. Тогда создавалось впечатление, что противник «сил правопорядка» — не «красно-коричневый», а «усатый и носатый»[1]. Действия «силовиков», последовавшие за объявлением в Москве чрезвычайного положения, также были направлены отнюдь не против «фашистов», но против «брюнетов»[2].

Что же могло определить формирование столь серьезных античеченских настроений уже к исходу второго года «российской демократии»?

Вроде бы очевидный ответ: причина — в криминале.

Легенда о чеченском криминале

Говоря об этом, обычно имеют в виду хищения нефти[3] и денег — по «фальшивым чеченским авизо»[4]. Но чеченские заводы перерабатывали в основном нефть из других регионов — и «оффшорное» положение Чечни просто помогало ее владельцам осуществлять головокружительные комбинации. Кроме того, и темные дела с нефтью, и не менее масштабные аферы с фальшивыми авизо — проблемы отнюдь не чеченские, а общероссийские. Деньги обналичивались в Первопрестольной. Следствие по авизовым делам коснулось чиновников российского Центробанка, а в журналистских публикациях возникали фамилии совсем не чеченские — вроде братьев Черных. Бизнес, вообще, любит оффшоры.

Кроме того, и нефть, и авизо, и прочее — явления, с которыми «простые россияне», равно как и простые российские милиционеры, сталкивались лишь изредка. Между тем в образе начала 1990-х, сложившемся десять лет спустя, как непременное действующее лицо присутствует «чеченская мафия». Соответствовало ли это реальности?

Действительно, чеченцы в начале 1990-х заявили о себе в преступном мире — и к тому были предпосылки: у выходцев из чеченского общества, сохранившего многие архаические традиции, были необходимые для этого качества. Один знакомый автора  этой главы находился в начале 1980-х в лагере в республике Коми — его, «политического», с «уголовной» статьей отправили туда подальше от столиц. На общем режиме значительную часть зэков составляли местные, но были и вайнахи, человек пять-шесть. Как-то «старшего» среди них «закрыли» в ШИЗО[5]. «Местные» заключенные решили использовать это обстоятельство, дабы окончательно «разобраться»: кто на зоне главный? И остальных вайнахов вызвали на «разборку».

Те запросили мнение «старшего» своей «семьи». Он из ШИЗО прислал «маляву»: «зовут — идите, разбирайтесь». И тут они начали собираться: не торопясь слезли с нар, медленно поправили одежду, засунули в голенища «прахорей» свои «пики», и вышли из барака. Барак, в котором «местные» ждали их на «разборку», находился на другом конце лагеря. Как рассказывал наблюдавший за этой сценой мой знакомый: «Они, не торопясь, шли по зоне, словно в каком-то классическом вестерне — только в вестернах жара и пыль, а тут — снежные сугробы и пар от дыхания. Они дошли до барака, и секунд через тридцать после того, как за ними закрылись двери, изо всех окон и дверей посыпались полуодетые, в чем были, “пацаны” — те самые “местные”. Все вопросы были решены...»

Больше всего моего знакомого поразил автоматизм в исполнении приказа того, кого группа признавала за старшего, готовность и решимость немедленно идти против многократно превосходящего численностью противника. Собственно, это был и не приказ даже, а скорее разрешение: они и сами понимали, что выжить можно, не отсиживаясь, а только атакуя. Отметим: в данном случае речь идет не об отдельном «чеченском сообществе», а об одной «семье» в рамках живущего «по закону» лагерного коллектива.

Потом уже, в начале 1990-х, эти качества позволяли чеченским группировкам конкурировать со «славянскими» (читай со всеми остальными) в «контроле» и «крышевании» и в разделе сфер влияния — уже не «по закону», а «по беспределу». Их дерзость и безжалостность в отношении жертв или в борьбе с конкурентами можно было оправдывать «обычаем». Субъектами адата — обычного горского права — являются лишь «свои», члены общины, обитатели одной долины, ущелья, но не «чужие» (общеизвестные законы горского гостеприимства компенсировали эту сторону адата). В начале 90-х, в «беспредельное» время, это свойство адата можно было при желании противопоставить «воровскому закону», что давало преимущество в конкуренции с другими преступными группами[6]. В конце концов, и сам «воровской закон» отделяет «настоящих людей» — субъектов этого «права» — от остальных, никакими правами не наделенных[7].

Выработанные с детства в традиционной чеченской сельской общине качества — дерзость в борьбе за лидерство, решимость и умение идти до конца в сочетании с традицией уважения к старшим и подчинения им — давали чеченцам фору в преступном мире[8]; впрочем, те же качества делали их отличными солдатами и сержантами Советской Армии[9]. Но выше всюду речь именно о выходцах из традиционной общины и о возможности их реализации прежде всего в окружающем сообществе и в его рамках. Насколько же их традиционные связи могли бы помочь чеченцам в построении того самого «преступного сообщества»? Тем более теперь, десятилетие спустя, так называемая «чеченская мафия» оказывается не столь заметна.

Дело в том, что те же самые качества, что давали преимущество в установлении «контроля» над чем-либо и в борьбе за этот «контроль», устанавливают и его пределы. Лидер мог создать группу, но не мог выстроить иерархию. Система получалась одноранговая и масштабированию не подлежала. «Национальный характер», соответствовавший общественному строю, «военной демократии», неминуемо порождал конкуренцию между лидерами[10]. Преимущества, даваемые обществом традиционным, могут в должной мере проявиться лишь в модернизированной среде окружающего мира. Это накладывает ограничение на связи вертикальные, на «высоту» пирамиды пресловутой «чеченской организованной преступности».

Но, оказывается, и «база» этого гипотетического сооружения также не могла быть обширна. Несмотря на кажущуюся вайнахскую солидарность, горизонтальные связи в чеченской диаспоре также были затруднены.

Казалось бы, чеченские бизнесмены, сталкиваясь с местным российским рэкетом, могли рассчитывать на помощь «родной крыши» — чеченских же криминальных группировок, — а это неминуемо приводило бы к росту влияния пресловутой «родной крыши». На практике же обращение за помощью к представителям другой семьи даже в форс-мажорных обстоятельствах (в случае «наезда») было бы нарушением обычая. В таких случаях предпочтительно и «по обычаю» было купить оружие самим и в случае явления «мытаря» стрелять. Чеченцы не шли под «чеченскую крышу» и не образовывали таким образом вертикальную иерархическую мафиозную структуру. Чеченцы не были склонны к «горизонтальному» объединению и не образовывали сплошную среду.

Но если не криминал, что же мы можем положить в обоснование античеченских фобий начала 1990-х? Остается опыт повседневного общения с пришельцами — «понаехали тут». Но к началу 1990-х чеченская активность в России сильно упала по сравнению с предыдущими годами и десятилетиями[11].

Что в итоге? Да, были чеченцы в общероссийском криминале — но кого там только ни было. Был и «чеченский» криминал — отдельные дисперсные группировки, — но они в этой сфере тоже были далеко не единственными. Были чеченцы, просто работавшие и жившие в других регионах России, как и представители других кавказских народов. Но ничто из этого по отдельности не могло стать рациональной основой масштабной этнической фобии начала 1990-х.

По образу и подобию: как создать себе врага

Попытки найти рациональное объяснение «образа чеченца», сложившегося в России в начале 1990-х, приводят к странному результату. Предпосылки для его создания к тому моменту если и имели место, то либо не стали фактором общественного обсуждения (как криминальное давление на невайнахское население в самой Чечне), либо еще не имели место как таковые (криминальное давление на сопредельные территории, массовый захват заложников), либо оказывались сильно преувеличены (как наличие в России организованного чеченского преступного сообщества). Ничто в начале 1990-х не могло стать рациональной основой для столь избирательной и масштабной этнической фобии. Кажущееся единственно рациональным объяснение таково: на юге России уже была заложена основа для затяжного сепаратистского конфликта, поэтому россияне болезненно воспринимали все новости «на чеченскую тему».

Но был в то время другой конфликт, занимавший куда большее место в политической жизни и в информационном пространстве, — а именно, начавшееся едва ли не сразу после краха августовского путча 1991 года противостояние исполнительной и законодательной власти. Конфликт персонифицировали «первое лицо» государства, президент России Борис Ельцин, и «второе лицо» — председатель Верховного Совета Руслан Хасбулатов.

И простые россияне, и простые чеченцы отчасти воспринимали Руслана Имрановича в соответствии с его паспортной национальностью — обострившаяся под конец советской власти «дружба народов» тому способствовала. Но лишь отчасти. Хасбулатов через радио и телевизор присутствовал в каждом доме, и для большинства зрителей утратил этнические черты — как, скажем, вечно популярный певец Кобзон. Или как вежливый сосед по лестничной площадке, который каждое утро здоровается и аккуратно выносит мусор. Таких предельно конкретных людей народное сознание отрывает от абстрактной племенной общности и принадлежностью к ней не попрекает — если, конечно, на это сознание не «капать» ежечасно...

Да и сам Руслан Хасбулатов был скорее частью «советского народа — новой исторической общности людей». Сделав неплохую комсомольско-партийную карьеру, он еще в шестидесятых причастился к советской номенклатуре[12].

От дудаевской Чечни Хасбулатов достаточно быстро «отделился» — новое руководство республики с ним поссорилось. Со стороны Грозного это было естественно. Для властей Чечни, считавшей себя уже отложившейся от Федерации, Руслан Имранович начальником не был. Еще важнее другое: к занимавшему вторую должность в России соплеменнику — а так высоко во властной иерархии не поднимался ни один чеченец! —республиканские власти ревновали свой народ, уважающий такие успехи, куда больше, чем к любому высокопоставленному великороссу; настолько, что приписывали ему разного рода коварные замыслы (скорее всего, напрасно, Хасбулатов претендовал на первенство в метрополии — зачем ему была родная провинция?). Показательно, что  в октябре 1993-го Дудаев приветствовал победу Ельцина над парламентом.

Сам Хасбулатов успел подчеркнуть дистанцию с Грозным: в начале 1992 года он «прославился» указанием директорам московских гостиниц «Гнать чеченцев взашей!» — по крайней мере, так восприняли его распоряжение и директоры, и изгонявшиеся чеченцы[13]. Осенью 1992 года этот эпизод был использован при попытке инициировать отзыв Хасбулатова с поста спикера[14], и ему потом его не раз припоминали[15].

Так что если до 1993 года и муссировался вопрос об этничности Руслана Имрановича то лишь в том смысле, что он о ней забыл: «После событий конца 1991 года — начала 1992 года: конфликт с Чечней, выселение чеченцев из московских гостиниц по личному приказу Хасбулатова, связываемая с именем спикера попытка переворота в Чечне, — председатель ВС РФ перестал существовать для своего народа»[16]. Его атаковали не как чеченца, а как «плохого чеченца»[17]. Никто, например, не увязывал его имя с делом о «чеченских авизо».

Основное содержание противостояния российской законодательной власти с исполнительной казалось очевидным: парламент пытался поставить СМИ под контроль. Столь же естественным казался и основной оппонент законодательной власти — министр печати и информации, вице-премьер правительства России Михаил Полторанин.

Действительно, основным оружием в обозначившемся конфликте между президентом и парламентом были немногочисленные общефедеральные средства массовой информации: газета «Известия»[18] и пара федеральных телеканалов[19] (законопроект, позволявший парламенту их контролировать, обсуждался в Верховном Совете 16 июля 1992 года). Кроме того, были предложены поправки в Уголовный кодекс об ответственности за критику высших должностных лиц[20]. В этом конфликте «демократы» выступили за свободу слова против намеревающихся ввести цензуру «не-демократов» из Верховного Совета[21].

На втором году существования новая российская власть все более ощущала свою внутреннюю идейную пустоту. Идеология и действия верховной власти выстраивались не от внутренней позитивной программы убеждения, а от противостояния внешнему врагу. ГКЧПисты сидели в «Лефортово», в Конституционном суде слушалось «дело КПСС» — это были враги вчерашние. Врага завтрашнего нужно еще было создать…

Политическая борьба того времени была одновременным и многоуровневым противостоянием программ, идей, команд — причем «линии фронта» на каждом уровне отнюдь не совпадали, поскольку сами армии еще не сформировались. Это уже потом закрепился стереотип: с одной стороны, «демократы и рыночники», с другой — Белый Дом, «обитель зла»; поляризация, катастрофическое упрощение, вплоть до «кто не с нами — то против нас». И была подмена целей и средств.

Цель реформ — либеральная рыночная экономика — исходно провозглашалась не как нечто самодостаточное, но лишь как непременное условие существования открытого, свободного, демократического общества. И власть «реформаторам» была вроде бы нужна не сама по себе, но для осуществления либеральных рыночных реформ[22]. Борис Ельцин укреплял свою «ветвь» власти в противоречивой парламентско-президентской системе для проведения демократических рыночных реформ — наверное, он и сам в это верил.

Но то, какие люди и какими методами действовали, лучше любых деклараций сообщит о действительной[23] цели — хотя бы потому, что средства эту цель по ходу дела сильно меняют, а тактика исподволь определяет стратегию.

В канун съезда Хасбулатова, которого «уже давно не интересует, уважают его или нет в собственном избирательном округе»[24], обвинили во вполне, казалось бы, «чеченском» прегрешении — руководстве незаконными вооруженными формированиями: «В центре Москвы длительное время действует крупное вооруженное формирование, которое, по сути, незаконно … потому, что не подчиняется ни министру внутренних дел, ни министру безопасности, ни Президенту. Командовать формированием может только… Управление охраны Белого дома — так именуется формирование — стережет не только Белый дом, но и еще 75 объектов столицы, в том числе телекомпанию «Останкино»[25]. Но в этих обвинениях опять-таки не было ничего этнического: спикер не чеченец, а «забыл своих избирателей».

Политическая игра перешла из позиционной стадии в комбинационную. Исполнительная власть вроде была вроде настроена по-боевомуЕльцин заявил, что «на Съезде надо не дать правительству, по крайней мере, основной его части во главе с Гайдаром, уйти в отставку»[26]. Но одновременно были сделаны как будто примиренческие шаги. 25 ноября 1992 года Руслан Хасбулатов получил «голову» самого «шумного» оппонента — Полторанина был отставлен с поста министра печати и из вице-премьеров.

При этом почти незамеченной оказалась отставка 24 ноября Егора Яковлева[27], событие знаковое: при Яковлеве разнузданные «информационные войны» 1993 года вряд ли были возможны. Вместо тактических уступок менялась сама тактика, то есть сдавались позиции стратегические. Яковлев, отстраненный за освещение событий в зоне осетино-ингушского конфликта — прежде всего потому, что не выдержал одностороннюю антивайнахскую линию, — в околовластные структуры уже не вернется. Его позиция и стиль не дали бы в следующем году бороться с Верховным Советом «всеми имеющимися средствами» — включая использование «национального вопроса» в далеко не мирных целях.

Одни фигуры ушли с доски насовсем — это была «жертва качества ради выигрыша темпа», — другие появились на новых местах и в новых ролях. 26 декабря Ельцин назначил все того же Полторанина руководителем новой информационной структуры, Федерального информационного центра[28], сохранив по сути вице-премьерскую должность. Полторанин теперь был неподотчетен парламенту. Основной задачей ФИЦа было обеспечение предстоящего референдума, вообще укрепление позиций президента в условиях двоевластия — то есть, по сути, противодействие парламенту и в первую очередь спикеру, теперь уже личному врагу Михаила Никифоровича. С подачи руководителя ФИЦа и возникла в российском публичном дискурсе 1993 года тема «чеченской угрозы».

В рамках противостояния было куда проще было оппонировать не идеям или программам, не вести спор по существу, а перейти на личности[29]. Этот «стиль спора»[30],  оказался близок обеим сторонам конфликта — по крайней мере подавляющему большинству с обеих сторон.

Тут было не обойтись без «критических заметок по национальному вопросу», однако самые распространенные и привычные с советских времен ярлыки — от жидомасонского заговора и трупных пятен ожидовления — были уже монопольно захвачены противниками исполнительной власти[31], стали их фирменным блюдом. Сами они, не сказать, что вовсе незаслуженно, были заклеймены как фашисты и антисемиты. Так что использование исполнительной властью антисемитской реторики против «противника» было бы по меньшей мере странно — и, кроме того, «у нас теперь так не носят!». И в этой ситуации в 1993-м, в дискуссии с парламентом как нельзя кстати оказалась этническая принадлежность спикера: в пропагандистской постройке появился краеугольный камень[32].

В начале января Полторанин обвинил Хасбулатова в подготовке путча. 9 января газета «Унита» опубликовала интервью с Полтораниным «Так я сорвал заговор против Ельцина» (подзаголовок: «Новый государственный переворот в России был уже почти осуществлен. Во главе его стоял Хасбулатов»). Якобы банды вооруженных чеченских боевиков собрались в Москве, готовые по первому приказу выступить и захватить 75 объектов, включая министерства, банки и телевидение. О готовящемся путче знали-де министры безопасности и внутренних дел, спас же Россию сам Полторанин — сообщил президенту о заговоре и добился от него указа, запретившего незаконные вооруженные формирования Хасбулатова[33].

Разумеется, речь шла о том же самом Управлении охраны Белого Дома, но акцент немного сместился… Хасбулатов пытался оправдываться[34]: еще в августе 1991 года он поручил МВД взять 75 объектов в Москве под усиленную охрану, которую осуществляли около пяти тысяч милиционеров, их Полторанин зачислил под команду Хасбулатова и сделал чеченцами; личная охрана спикера состояла, по его словам, из трех десятков человек, не чеченцев...

К началу февраля эти обвинения уже «ушли в песок», но кампания набирала инерцию. Именно в таком контексте в начале февраля 1993 года на пресс-конференции в ГУВД Москвы выступил специалист по этническим преступным группировкам Михаил Сунцов, назвав чеченскую преступную группировку «наиболее организованной» и констатировав, что ее представители стали отходить от просто рэкета: «…чеченцы предпочитают контролировать крупные коммерческие структуры с большим уставным капиталом»[35].

Взаимная обида Хасбулатова и Полторанина достигла кипения. Руслан Имранович поминал Михаила Никифоровича при каждом удобном случае[36] — но последний управлял информационными потоками, и первому доставалось больше. Шла жестокая война компроматов[37], и в этой войне Хасбулатов уже был заклеймен как чеченец — то есть любой «негатив» из мятежной республики теперь отражался на облике спикера.

Хабулатов сделал несколько запоздалых ответных ходов «на чеченском направлении». 12 августа 1993 года на заседании Верховного Совета по предложению Доку Завгаева, поддержанному Хасбулатовым, обсуждали чеченскую проблему: якобы Джохар Дудаев пришел осенью 1991 года к власти в Чечне благодаря данной им Михаилу Полторанину и Геннадию Бурбулису взятке в пять миллионов рублей[38]. В качестве источника Хасбулатов назвал бывшего заместителя министра внутренних дел России Андрея Дунаева, которого прокуратура даже намеревалась на этот счет допросить[39]. Дальнейшего развития этот сюжет не получил.

А Полторанин «вел огонь по площадям», — его стараниями «злой чечен» стоял у стен столицы: «Когда сегодня говорят, ах-ах, чеченская мафия мотается на автомобилях по Подмосковью и стреляют кур у фермеров. Потом женщина выскакивает, фермерша, хозяйка, которая этих кур выращивала своими руками. А он поднимает ей дулом подол и говорит, где твой муж, давай сюда деньги и так далее. Что же вы думаете? Неужели мы должны еще терпеть весь этот сволочизм, чтобы люди потом сами хватались за вилы и развязывалась гражданская война?»[40]

Вот так в 1993 году, когда в противостоянии ветвей власти в ход пошли вполне советские архетипы, привычный образ «нехорошего еврея» и отведенную для него «черту оседлости» в пропагандистских конструкциях занял «злой чечен», которому в иных обстоятельствах была бы отведена ниша вполне маргинальная. Ассимилированного советского интеллигента Руслана Хасбулатова при этом «скрестили» с раздутым до гомерических размеров образом «чеченской мафии». Теперь и каждая новость с Кавказа, каждое чеченское «лыко» было «в строку». Несколько месяцев информационных баталий сделали свое дело — к октябрю 1993-го «образ врага» был сформирован.

А дальше были 13 лет чеченской войны, — «горячей», «холодной», партизанской, террористической. За это время «образ» обрел плоть, задним числом населив и прошлое.


[1] Если обратиться к радиопереговорам на милицейской волне в канун штурма Белого дома, выяснятся, что в беседах милиционеров речь идет вовсе не о конституционности и легитимности их оппонентов: «С черномордыми в Чечне жить будете! — Мужики, давайте всех чёрных хорошо разбабим! — Всех чернож... к стенке. — Руцкой уже в Чечне давно. — У него жена мусульманка! Хасбулатовка, елки-палки! — Черных в плен не брать. Москва стояла и стоять будет, а эти нацмены никогда править нами не будут!» (А. Черкасов, «Русский ночной разговор: Перед штурмом «Белого Дома». Закрытый эфир, ПолитРу, 4 октября 2004 г., http://www.polit.ru/analytics/2004/10/04/radio.html). На следующий день милиционеры, выводя из взятого уже здания коллегу из охраны Белого Дома, объясняли ему: «Ты, тра-та-та, кому вообще служил? Один — чеченец, а второй вообще — еврей...»

[2] В частности, «зачищен» оказался принадлежащий крупному чеченскому бизнесмену Малику Сайдуллаеву концерн «Милан», известный всем как организатор «Русского лото».

[3] Действительно, почти все из многочисленных вооруженных структур в Чечне к 1994 году «занимались хищением нефтепродуктов под видом их охраны» (Яндарбиев Зелимхан. Чечения: битва за свободу. Львов, 1996).

[4] Фальшивые платежные поручения о якобы совершенных перечислениях крупных сумм денег, которые обналичивали в Москве; это было возможно в условиях фактически распавшейся, но формально действовавшей банковской системы.

[5] Штрафной изолятор.

[6] Точно так же во второй половине 1990-х весьма удобным инструментом для похитителей людей оказался «ваххабизм»: своих соплеменников-мусульман похищать нельзя, но можно объявить себя и своих «истинными мусульманами», тогда остальные окажутся мусульманами неистинными, законным «объектом охоты». Именно это обстоятельство привело к 1997 году под знамена «ваххабизма» многих бандитов, до тех пор излишней религиозностью не отличавшихся. Почти что любая традиция или идеология может быть использована для разделения людей, так что не стоит винить ислам или горские обычаи — скорее виноват тот, кто их использует для оправдания преступления.

[7] Смысл слова «закон» в данном случае русским языком передается не совсем точно, поскольку заимствовано оно было из языка польского. Арго преступного мира складывалось, пока еще в Российскую Империю входила Польша, и восприняло кое-что из польского языка. По-польски слово «закон» означает «орден», монашеский орден, например, «закон иезуитов». Вступая в «воровской орден», человек отказывался от «мира» — от участия в жизни государства, от семьи, от всего. Но лишь члены братства были друг для друга полноправными, в отношении остальных было дозволено всё.

[8] Вообще традиционная замкнутая община со своей иерархией, условностями и обычаями — будь то чеченское село, или сицилийская деревня середины прошлого века, или еврейское местечко вековой давности — это «область высокого давления»: молодые люди приобретают здесь способности, о которых до поры до времени сами не подозревают. Они — те, кто не исковеркан и не сломан — похожи на сжатые пружины. Когда история на очередном витке выбрасывает их в окружающий мир, эти способности могут дать им преимущества в самых разных областях, включая и криминальную. Про сицилийскую мафию стараниями кинематографа знают все. Русская «феня» не зря на добрую треть состоит из идиш. Но ведь не меньший след выходцы с Сицилии оставили в современной итальянской литературе. А о евреях в русской культуре и в российском государстве можно, пожалуй, и не говорить.

[9] «А Коля-“Зять” пошел в десантные войска / И там вполне, как говорят, “нашел себя”» (Визбор Ю. «Волейбол на Сретенке»). Чеченская война показала, сколь опасны они в качестве противника...

[10] Сходные обстоятельства помешали становлению чеченской государственности и в XIX, и в XX веках. Конфликты между Джохаром Дудаевым и его ближайшим окружением выбросили в оппозицию его вчерашних сподвижников и попутчиков. Имам Шамиль создавал свое государство, опираясь на исламское право, на шариат, и противопоставлял его адату. Современные чеченские радикалы ведут успешные диверсионно-террористические действия и партизанскую войну — но Шамиль Басаев и другие лидеры «ваххабитов» (не «ваххабитов»? см. везде здесь) опираются при этом не на чеченские традиции, а на местный извод салафистского «истинного ислама». Наконец, и действительно масштабные преступные группы, занимавшиеся похищениями людей в конце 1990-х, тоже были «ваххабитскими». С другой стороны, ведущие сегодня войну с ваххабитами чеченские профедеральные формирования либо многое взяли в организации и выстраивании отношений от самих «ваххабитских» отрядов, либо созданы по вполне федеральному образцу и строю.

[11] Каждое лето десятки тысяч молодых мужчин отправлялись из Чечни в Центральную Россию и Сибирь — на «шабашку», выполнять «продовольственную программу» для страны и для своих же семей: это было едва ли не главным спасением от высокой скрытой безработицы. Но с конца 1980-х ассигнования на агропром, включая сельское строительство, снижались. В результате летом 1991-го эти самые десятки тысяч остались дома — и стали теми «массами», что совершили «чеченскую революцию».

[12] Рекомендация в КПСС была получена им после успешной «зачистки» Московского госуниверситета от участников «митинга гласности» 5 декабря 1965 года на Пушкинской площади, за которую Хасбулатов отвечал в бюро комсомола университета. Это была не только одна из форм «профилактики» инакомыслящих — таким образом система не только избавлялась от чужих, но и «повязывала» своих.

[13] Об этом написали «Известия». Реакция спикера была болезненной. Через два дня, 17 июля, на голосование в Верховном Совете был вынесен проект постановления «О государственной политике в сфере массовой информации», ужесточавший контроль над основными СМИ. Вот что в июле 1992 года говорил об этом Егор Яковлев, на тот момент — председатель Всероссийской телевизионной компании «Останкино»: «“Известия” публикуют серьезный материал, как по указанию Хасбулатова его земляков-чеченцев выгоняют из московских гостиниц, при этом еще избивают. Что делает Хасбулатов? Он тут же объявляет, что “Известия” — подкупленное издание. “Известия” обращаются с иском в суд. Вместо того, чтобы представить документы, которые требует народный суд, Хасбулатов начинает травлю “Известий”, появляется это решение, которое направлено на закрытие “Известий”» (Гласность в опасности // Студия «Политика» (ОРТ). 1992. 15 июля, 19:45).

[14] Среди прочих причин: «...Авторитарные методы управления, подмена деятельности правительства парламентом... Лидеры “Коалиции...” представили некоторые распоряжения председателя Верховного Совета, противоречащие Конституции. Несколько десятков распоряжений уже опротестовано депутатами в Конституционном суде. Так, в частности, расследование, проведенное Комитетом по правам человека, установило, что Руслан Хасбулатов отдал устное распоряжение о выселении чеченцев из гостиниц Москвы, что является нарушением прав человека. Президиуму Верховного Совета предложено создать комиссию по расследованию этого факта. Все это дискредитирует парламент» (Новости (ОРТ). 1992. 2 сентября, 18:00). Видимо, никакие другие эпизоды расследованы и проанализированы просто не были.

[15] В ряду обвинений: «грубость, ложь, превышение полномочий, склонность к авторитарности, внедрение в Академию наук, вселение в брежневскую квартиру…» (Комментарии — Репортажи — Интервью (Радио России). 1992. 28 октября, 14:00). Сам Хасбулатов свое указание прокомментировал прессе только в 1993 году: ««Хасбулатов: Речь шла ни о приказе, а о том, что до меня дошли очень серьезные разговоры о том, что в московских гостиницах, причем некоторые из них выдают себя за моих родственников, за моих помощников, за близких, и якобы им охотно идут навстречу. Не поселяют других граждан РФ, а поселяют вроде бы вот из Чечено-Ингушетии людей. И когда до меня эти дошли, я министру, кстати, внутренних дел предложил собрать в Верховном Совете, и по-моему, полсотни директоров гостиниц. И сказал им четко и ясно, что если вам впредь скажут о том, что кто-то поселяется по моей просьбе, что мои родственники, что мои помощники, не верьте этому. Если до меня еще дойдут такого рода слухи, то я попрошу в соответствии с законом наказать вас. Скорее всего, я так сказал, может быть, вы берете сами чего-то от этих людей, а потом, чтобы оправдаться, может быть, вы и сами ссылаетесь на то, что якобы я это делаю. Такой разговор действительно был. Но, к сожалению, наша печать, вы помните, преподнесла это несколько в ином свете» (Интервью с Р.И. Хасбулатовым //  Московский телеканал, 1993. 16 января, 19:20) Скорее всего, собранные на беседу с высоким начальством «полсотни директоров гостиниц» поняли руководящее указание «несколько в ином свете» — и результат был вполне предсказуем. Но Хасбулатов существовал в другом измерении.

[16] Коммерсант. 1992. 25 октября.

[17] С таким же успехом 15 годами ранее можно было критиковать как «плохих евреев» Драгунского, Зивса и весь «Антисионистский комитет советской общественности», обличавший активистов еврейского движения за выезд из СССР.

[18] В июле 1992 года ВС РФ пытался отобрать не только бренд «Известий», но также все имущество и производственные мощности, «но мы нашли поддержку министра Полторанина, который прямо указал на те национал-большевистские силы, которые инспирировали наступление на средства массовой информации, и нашли поддержку президента. Мы надеемся, что наше дело правое. Мы уверены, что победа будет за нами» (Новости // Эхо Москвы. 1992. 15 июля, 19:00).

[19] В июле в Верховном Совете обсуждался проект учреждения на телевидении и радио «наблюдательных советов» с широкими финансовыми и кадровыми полномочиями (Информационно-аналитическая программа // Радио России. 1992. 17 июля, 18:00).

[20] Сегодня все это выглядит вполне естественно в контексте «борьбы с экстремизмом», но тогда вызывало в памяти «антисоветскую» 70-ю и «клеветническую» 190-прим статью советского Уголовного кодекса.

[21] Давление на СМИ было (или воспринималось) столь серьезно, что 16 июля 1992 года был издан второй выпуск «Общей газеты» (первый вышел в дни августовского путча): «Именно ради того, чтобы наступление на свободу печати не продолжилось удушением свободы общества, мы объединились в этом выпуске».

[22] Это теперь вроде бы всем очевидно: либеральная экономика – условие необходимое, но отнюдь не достаточное для торжества гражданских свобод, а само по себе укрепление властной «вертикали» не порождает либерализм, скорее наоборот.

[23] Не обязательно в смысле «скрываемой»!

[24] Не только потому, что тот якобы употреблял наркотики в перерывах между заседаниями, но вообще не представляет в парламенте своих  избирателей, поскольку дудаевская Чечня давно уже не считает его своим депутатом.

[25] Известия. 1992. 25 октября.

[26] На заседании президентского консультативного совета // Итоги (ОРТ). 1992. 8 ноября, 22:00.

[27] 23 ноября Останкино показало фильм о событиях в зоне осетино-ингушского конфликта. После этого на встрече Ельцина с руководителями российских республик с резкими нападками на Яковлева выступил лидер Северной Осетии Асхарбек Галазов: «Останкино»-де необъективно освещает события. Последовала отставка Яковлева «в связи с допущенными недостатками в организации работы по освещению событий в районе чрезвычайного положения, а также нарушения указов Президента РФ, устанавливающих ограничения на распространение информации с территории Северной Осетии и Ингушской Республики». Ирония состояла в том, что все предусмотренные к тому времени Указами Президента № 1327 от 2 ноября и № 1349 от 11 ноября 1992 года ограничения на распространение информации действовали исключительно на территории Ингушетии и Северной Осетии. Таким образом, за два года до первой и за семь лет до второй чеченской кампании, за десять лет до «Норд-Оста» Егор Яковлев стал первой жертвой властных репрессий за освещение событий в зоне вооруженного конфликта. Указ о его отстранении вызывал протесты в журналистских кругах.

[28] Созданный президентским указом ФИЦ подчинялся непосредственно президенту, контролировал федеральную телерадиовещательную службу России и пресс-центр правительства, координировал и руководил деятельностью ИТАР-ТАСС и «Останкино», должность руководителя ФИЦ приравнивалась к первому зампреду Совета министров (Новости (Радио России). 1992. 26 декабря, 22:00).

[29] Ельцина выставляли человеком подверженным — так нате вам-с: ваш Хасбулатов в опьянении средней тяжести, но не в алкогольном, а в наркотическом!

[30] По одноимённой миниатюре Михаила Жванецкого: «Как может судить хромой об искусстве Герберта фон Караяна, если ему сразу заявить, что он — хромой?»

[31] По сути дела, артикулировавшими советские архетипы государственного и народного антисемитизма.

[32] 12 лет спустя можно сказать: для современной России этот камень едва ли не краеугольный.

[33] Информационно-аналитическая программа (Радио России). 1993. 15 января, 22:00. Пресс-секретарь Полторанина сообщила, что многие части интервью искажены «Унитой» и перепечатавшей его «Российской газетой», и в ближайшие дни Полторанин выступит по этому вопросу с заявлением, которое так и не последовало.

[34] См., например: Интервью с Р.И. Хасбулатовым // Московский телеканал. 1993. 16 января, 19:20.

[35] Эхо (Эхо Москвы). 1993. 3 февраля, 12:00.

[36] Диалог на заседании Верховного Совета: «Депутат, выступает: “…средства массовой информации должны быть подконтрольны парламенту через назначение руководителей”. — Хасбулатов: “Пока мы не перейдем к этой системе, будут эти дрязги, разные Полторанины и прочее и пытаться проводить свои дремучие взгляды” (Вести (РТР). 1993. 25 февраля, 20:00).

[37] И легендарные «восемь чемоданов компромата» Александра Руцкого, и разные хитрые придумки с участием Якубовского и Макарова, — такие, как фальшивый «траст Руцкого».

[38] Информационно-аналитическая программа (Радио России). 1993. 12 августа, 22:00; Эхо (Эхо Москвы). 1993. 12 августа, 19:05.

[39] Эхо (Эхо Москвы). 1993. 13 августа, 23:45.

[40] Санкт-Петербургское телевидение. 1993. 18 августа, 19:30.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

12:13 Каддафи-младший решил возглавить Ливию и призвать на помощь ООН
12:02 Россельхознадзор разрешил поставки шпрот из Латвии и Эстонии
11:41 Минфин простит долги предпринимателям
11:21 Саакашвили отказался отвечать на вопросы украинских прокуроров
11:20 Новым «Звездным войнам» не хватило шага до кассового рекорда
10:54 СМИ узнали о возможном выделении 19 трлн рублей на перевооружение армии
10:31 Саакашвили изложил свою версию истории письма к Порошенко
10:29 Власти Рима отменили указ об изгнании Овидия
10:28 США потратят 200 млн долларов на сдерживание России
10:06 Три НПФ продали акции Промсвязьбанка до объявления о его санации
10:02 В Израиле умерла любимая учительница Путина
09:45 Полиция обыскала дом написавшей о слежке за Россией журналистки
09:41 Правозащитники рассказали о просьбах Улюкаева в СИЗО
09:26 Еще одна биржа в США начала торговать фьючерсами на биткоины
09:15 На Дальнем Востоке появится новая армия
09:05 Депутаты ГД предложили штрафовать стритрейсеров на миллион рублей
08:45 Посол РФ в США в Вашингтоне встретится с замгоссекретаря
08:22 60 нацгвардейцев пострадали при столкновении со сторонниками Саакашвили
08:07 В ЦРУ отказались обсуждать помощь в предотвращении теракта в Петербурге
07:50 18 декабря официально началась президентская кампания
17.12 21:00 Президент Финляндии ответил на информацию о слежке за военными РФ
17.12 20:27 Компания Ковальчука претендует на крымский завод шампанского «Новый свет»
17.12 20:04 Сборная РФ по хоккею выиграла Кубок Первого канала
17.12 19:44 ЦРУ передало Москве данные о подготовке теракта в Петербурге
17.12 19:16 При столкновениях со сторонниками Саакашвили пострадали десятки полицейских
17.12 18:35 СМИ назвали место содержания главаря ИГ
17.12 18:08 Опубликовано видео ликвидации боевиков в Дагестане
17.12 17:25 Между сторонниками Саакашвили и полицией произошли столкновения
17.12 16:47 Прокуратура впервые запросила пожизненный срок для торговца наркотиками
17.12 16:24 Курс биткоина превысил 20 тысяч долларов
17.12 16:16 Спортсменам РФ разрешили использовать два цвета флага на Олимпиаде
17.12 15:13 В Госдуме назвали неожиданностью слежку Финляндии за Россией
17.12 14:54 Скончался Георгий Натансон
17.12 14:15 В Крыму работы на трассе «Таврида» привели к перебоям с интернетом
17.12 13:44 В Москве снова побит температурный рекорд
17.12 13:15 СМИ сообщили об убийстве плененного ИГ казака
17.12 12:39 Губернатор Подмосковья пообещал избавить жителей региона от вони в начале года
17.12 12:07 Правительство Австрии поддержало смягчение санкций против РФ
17.12 11:35 Глава МИД Великобритании не увидел фактов влияния РФ на Brexit
17.12 11:15 СМИ рассказали о затрате Пентагоном 20 млн долларов на изучение НЛО
17.12 10:52 В Финляндии возбуждено дело после публикации данных о контроле разведки над интернетом
17.12 10:20 Представители Трампа обвинили спецпрокурора по РФ в незаконном получении документов
17.12 09:53 Завершилось голосование по названию моста в Крым
17.12 09:34 В Москве побит абсолютный температурный рекорд с 1879 года
17.12 09:24 Источник рассказал о переносе с Байконура пилотируемых пусков
17.12 09:12 В Дагестане силовики вступили в бой с боевиками
16.12 22:07 Курс биткоина превысил 19 тысяч долларов и вернулся обратно
16.12 21:03 СМИ узнали о «мирном» письме Саакашвили к Порошенко
16.12 19:56 Собчак заявила о готовности не участвовать в выборах
16.12 19:45 ПАРНАС отказался от выдвижения своего кандидата в президенты
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.