Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
15 декабря 2017, пятница, 15:20
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

17 декабря 2008, 09:09

Насилие в обществе

Каждую среду в 20:05 на частоте 99,6 выходит радиопередача «Нейтральная территория», совместный проект «Финам-FM» и "Публичных лекций «Полит.ру»". Проект посвящен попытке разобраться, как устроена окружающая нас действительность. Мы продолжаем публиковать расшифровки передач.

Дмитрий ИЦКОВИЧ: Здравствуйте. Знаете, меня так потрясла история, в новостях передавали, про девочку, которую зацепил страшный зверь в цирке.

Борис ДОЛГИН: Ну, она очень близка к сегодняшней теме.

Д.И: У меня была подруга такая в детстве, училась чуть младше меня в школе, я ее Кучункой звал, ей медведь съел руку. Жуткое дело. Потом она стала крестной моих первых двух дочерей. А у нас передача «Нейтральная территория»...

Б.Д.: Совместный проект Финам FM и Публичных лекций «Полит.ру». Сегодня с нами Дмитрий Ицкович.

Д.И: И Борис Долгин.

Б.Д.: И Сергей Николаевич Ениколопов, очень известный психолог, заведующий кафедрой криминальной психологии Московского государственного психолого-педагогического университета.

Д.И.: И говорим мы о страшном.

Б.Д.: Да. И зав. отделом медицинской психологии Научного центра психического здоровья.

Д.И.: Я только что был на открытии «Non-fiction». Это такая ярмарка интеллектуальной литературы в Москве, самая главная, происходит один раз в год. И виделся там с Мишей Леонтьевым. Я ему сказал, что будет вот такая передача. Он отвечает: «Расскажите самое главное. Самое страшное!»

Б.Д.: Ну, вот сегодня мы попытаемся поговорить про самое страшное.

Д.И.: Например, что будет с курсом доллара? Вверх он поднимется или скатится вниз.

Сергей ЕНИКОПОЛОВ: Это вопрос не ко мне.

Д.И.: Кто больше всего этого боится? Чего мы боимся? Как нам страшно? И наш вопрос к радиослушателям…

Б.Д.: Что в вашей жизни было самым пугающим? Чего вы вообще боитесь? Телефон нашей студии: 730-73-70. Задавать вопросы или оставлять какие-то реплики можно также на сайте finam.fm.

Д.И.: 730-73-70. Ждем ваших звонков.

Б.Д.: О насилии. Правда ли, что сейчас резко вырос его уровень? Как вообще его меряют?

С.Е.: В первую очередь, основываясь на уголовной статистике. Прежде всего, по показателю количества убийств, тяжких телесных повреждений…

Д.И.: То есть по «ментовской» статистике?

С.Е.: Да, конечно, по статистике Министерства внутренних дел.

Б.Д.: Ну и, видимо, по статистике каких-то больниц, куда поступают люди?

С.Е.: Безусловно. Но в основном все же по этой статистике. Поскольку этой статистике не то что не верят, но знают, что она имеет такую латентную часть, то поэтому в других странах…

Д.И.: А можно пояснить, что значит «латентная часть»? И что значит – не верят?

С.Е.: Значит, для того чтобы преступление было зарегистрировано, надо…

Б.Д.: Кто-то должен обратиться.

С.Е.: Кто-то должен обратиться.

Д.И.: Сказать: «Меня обидели».

С.Е.: «Меня избили», «меня ударили»…

Д.И.: Понятно.

С.Е.: «Мы были свидетелями чего-то». Либо просто вызвали милицию. Понятно, что большое количество людей не собирается этого делать.

Д.И.: Почему?

С.Е.: По разным причинам. Кто-то не хочет связываться с милицией, кто-то понимает, что проблем больше, чем…

Д.И.: Чем от насилия.

С.Е.: …выгоды от того, что сообщишь. Ну, например, самое латентное из насильственных преступлений – это изнасилование.

Д.И.: То есть? Что значит латентное?

С.Е.: Если женщину изнасиловали, то большая часть…

Б.Д.: …женщин не станет обращаться.

С.Е.: … как в нашей стране, так и за рубежом, просто не станет обращаться. Лучше промолчать, чтобы никто не знал, чем…

Б.Д.: Чем испортить репутацию себе.

С.Е.: Дело даже не только в репутации. Дело в том, что возникает огромное количество проблем. Иногда ситуация очень сомнительная, можно толковать ее в ту и в другую сторону. Поэтому, собственно говоря, люди не хотят это афишировать.

Д.И.: То есть ситуация такая анекдотическая, люди не хотят, чтобы знали? Или что?

С.Е.: По разным причинам. Иногда анекдотическая, иногда – нет. Поэтому всегда существуют криминологические исследования, которые…

Б.Д.: Которые пытаются выявить соотношение.

С.Е.: …пытаются выявить соотношение. Ну, например, делается опрос «А были ли вы на самом деле жертвой какого-то определенного преступления?»

Б.Д.: А дальше это сравнивается со статистикой, да?

С.Е.: И сравнивается со статистикой.

Б.Д.: У нас такие опросы проводятся, кстати?

С.Е.: Раньше проводились.

Д.И.: А раньше – это когда?

С.Е.: Раньше – в советское время. Должен сказать, что отечественная криминология как-то прекратилась, на мой взгляд. Не то что бы окончательно, отделы есть. Когда я начинал свою профессиональную деятельность, криминология только-только становилась…

Б.Д.: Это когда было?

С.Е.: В начале 70-х. Криминология была еще новой наукой, ее еще не во всех вузах преподавали.

Д.И.: Но она популяризировалась тогда, кино было про это.

С.Е.: Нет, фильмов про это не было. Про науку не было вообще кино.

Д.И.: А «Знатоки»?

С.Е.: Нет, «Знатоки» – это…

Б.Д.: Нет, это другое. Это детектив.

Д.И.: Там криминолог был, важный человек.

С.Е.: Нет, это был криминалист. А криминалист и криминолог – это разные вещи.

Д.И.: А в чем разница?

С.Е.: Криминалист восстанавливает следы, а криминолог – специалист по исследованию причин преступности.

Б.Д.: Причин преступности, ну и просто исследующий, как оно в целом происходит.

Д.И.: То есть криминолог – это типа обществовед, а криминалист – это типа инженера?

Б.Д.: Ну, да, видимо, так.

С.Е.: Могу сказать так, в основном криминалисты – это технари и вообще инженеры. Химики разные… А криминологи во всем мире делятся на три группы: одна – это юристы, другая часть – социологи, и психологи, криминальная психология.

Б.Д.: У нас есть звонок. Добрый вечер, Александр.

Александр: Добрый вечер. Вот у вас был вопрос по страхам, да?

Б.Д.: Да, да, да.

Александр: Я бы хотел сказать не о том, что было, а что в данный момент есть.

Б.Д.: Да, конечно.

Александр: В данный момент есть несколько таких страхов. Первое – сотрудники наших правоохранительных органов.

Б.Д.: Они вас пугают больше, чем преступники?

Д.И.: Чем Фредди Крюгер?

Александр: Скажем так, почти одинаково.

Б.Д.: Понятно.

Александр: Потому что масса случаев столкновений с пьяными сотрудниками ДПС, допустим, или с теми же сотрудниками просто у себя во дворе дома, например. Или же, например, случай такой был. Отдыхали семьями, с женами спокойно, мирно. Тут начинается, скажем так, наезд с соседнего столика просто на ровном месте…

Д.И.: Понятно. Спасибо.

Александр: И выясняется, что этот товарищ – оперативник.

Д.И.: Александр, спасибо вам за звонок.

Б.Д.: Да, спасибо. Да, ну вот - ситуация, когда представители тех самых органов, которые должны оберегать от насилия, пугают не меньше, чем субъекты насилия. Это важно.

Д.И.: Ну, мы вообще ведь говорим сегодня не о субъектах, а общественных страхах.

С.Е.: Это нормально.

Д.И.: Хорошо сказано: «Это нормально».

Б.Д.: А почему нормально? Разве так всегда и везде? То есть это неизбежно?

С.Е.: Нет, так не всегда и везде. Но, понимаете, вот мы начали говорить о том, что удивительная вещь произошла в 70-е – 80-е, когда не очень, с одной стороны, поощрялись такого рода исследования…

Б.Д.: Разве система МВД не хотела этого иметь? Просто даже для служебного пользования, со всеми грифами.

С.Е.: Нет, ну для служебного пользования, для каких-то своих целей…

Д.И.: А где кончается служебное пользование и начинается неслужебное?

С.Е.: Понимаете, все, что закрыто, оно имеет такое свойство…

Б.Д.: Иногда открываться?

С.Е.: Нет, дело не в том, оно имеет свойство, что там можно легко халтурить. Кто будет проверять? Криминологи – это были все-таки люди, которые были не сказать, что санитары леса, но внутри этой системы они пытались понять, почему же это происходит. Для Министерства внутренних дел основная проблема в статистике – в том, сколько, как, то есть раскрываемость.

Б.Д.: Но разве не важно знать…

С.Е.: Причины?

Б.Д.: Да, причины; зависимости между какими-то другими обстоятельствами и преступлениями, чтобы легче было искать.

С.Е.: Им, может быть, это даже и интересно, но, понимаете, как только эти причины устанавливаются, выясняется, что это не их проблематика. За это отвечает семья, за это – школа, за это – горсовет, потому что не осветил улицу, еще какое-то учреждение.

Д.И.: Да, это понятно.

С.Е.: А какое отношение это имеет собственно к министерству? Это головная боль.

Д.И.: Это семейная проблема, это такая проблема…

Б.Д.: Но это ведь возможность спихнуть со своей головы, сказать, что так происходит, не потому что мы плохо работаем, анализ показывает, что здесь виноваты не мы.

С.Е.: Безусловно. И в итоге все-таки это направление побеждало, и были очень хорошие работы и исследования в разных республиках и в Москве. Но, к сожалению, в 90-е годы эта деятельность выродилось. Так что вроде бы и кафедры, и преподаватели во всех вузах уже теперь есть, а тогда единицы были.

Д.И.: Криминологи.

С.Е.: Криминологи. А реально, если открыть учебник и посмотреть эти курсы, вы обнаружите, что речь идет о советской криминологии и о советской криминальной психологии.

Д.И.: А это сильно отличается, Сережа?

С.Е.: Это сильно отличается.

Д.И.: А чем?

С.Е.: Например, в Советском Союзе мошенничество – это одна вещь, теперь - другая. Б.Д.: Ну да, с изменением социальной реальности…

Д.И.: Я не согласен. Я как обыватель не согласен. Мошенничество – всегда одна и та же вещь.

Б.Д.: Не совсем.

С.Е.: Нет.

Д.И.: Например, многоженство – простая форма мошенничества.

Б.Д.: Многоженство – это совсем другая история.

Д.И.: Почему? Она же понятна.

С.Е.: Она понятна.

Б.Д.: А вот перепродажа товара, она была мошенничеством, а сейчас – нет.

С.Е.: Перепродажа товара, игра на дефиците. Значит, звезды советского мошеннического периода могли продавать холодильники, которых нет, «Волги», которых нет, обманывать людей.

Д.И.: Добрый вечер еще раз. У нас сегодня в передаче «Нейтральная территория» – совместный проект Финам FM, радиостанции, куда можно позвонить по телефону 730-73-70 или написать на finam.fm, и Публичных лекций «Полит.ру». С вами в эфире Дмитрий Ицкович, Борис Долгин, научный редактор «Полит.ру».

Б.Д.: И Сергей Николаевич Ениколопов, заведующий кафедрой криминальной психологии Московского государственного психолого-педагогического университета и зав. отделом медицинской психологии Научного центра психического здоровья.

Д.И.: И задали мы вам вопрос про то, что вам страшно.

Б.Д.: Что вас пугает? Что вообще страшного было в жизни? Или чего вы ждете в жизни? Что вызывает опасения?

Д.И.: Как-то я в поезде ехал в Псков, едет такая бабушка и говорит: «Боюсь змей, кобр боюсь. Кобр!» Я говорю: «Где ж ты кобру видела?» «В кино», – говорит.

С.Е.: Нормально.

Б.Д.: Да. А мы говорили о криминологии, о том, чем отличается современная криминология в нашей ситуации от криминологии советской. И, видимо, еще в какой степени нужен учет опыта зарубежной криминологии?

Д.И.: Мы говорим об ужасах, об ужасах в нашей жизни.

С.Е.: Да, учет зарубежного опыта, безусловно, нужен. И разрывы между цифрами зарегистрированной преступности и тем, что реально, - очень важно учитывать, почему это происходит. Потому что, например, есть такая цифра, что за 1998 год число зарегистрированных изнасилований упало на треть. Предполагают, что дело в злокозненных действиях милиционеров, это регистрирующих. Но они не могут так много изменить. На самом деле, если брать косвенные показатели – количество звонков на телефоны доверия всевозможные и прочее, хотя это ненадежный источник, – субъективно можно оценить, что неверие в то, что кого-то поймают, что это не будет публичным позором, что это дело будет доведено до конца… И самое главное – что жертва, кроме того, что она получает мощную психическую травму от самого преступного акта, она еще получает мощную травму на всех этапах прохождения дела. Сам суд – вторичная драма.

Б.Д.: Ну да.

С.Е.: То вот, это такое «голосование ногами» – «вот я к вам обращаться не буду».

Б.Д.: То есть это изменение показателя – это на самом деле свидетельство изменения уровня доверия?

С.Е.: Да.

Д.И.: Сереж, стоп, стоп, стоп! Подождите. Не понимаю все равно. Треть?

С.Е.: Треть.

Д.И.: За короткий период времени?

С.Е.: За один год.

Б.Д.: Это не короткий период времени.

Д.И.: Это короткий период времени.

С.Е.: Это очень короткий период времени.

Б.Д.: Это, значит, произошло ухудшение доверия к системе судебной, к правоохранительным органам.

Д.И.: Ребята, это не цены на нефть, где двухгодичный минимум, трехгодичный. Это общественные процессы, это инерционные вещи.

С.Е.: Потому что до этого в течение нескольких лет подряд колебания были незначительны.

Д.И.: Конечно, да, это понятно.

Б.Д.: Вопрос Димы: почему так радикально? Почему сразу так? Почему не постепенное снижение, допустим, а почему вот так раз – на треть? Что могло так разочаровать в работе вдруг?

С.Е.: Вот я ведь это привел как раз в пример того, что…

Б.Д.: Да, да, да, необычное бывает.

С.Е.: …вот поэтому и нужны исследования.

Д.И.: То есть мы не знаем, почему так много?

С.Е.: Потому что когда мы можем говорить о том, что это кризис доверия, мы можем говорить, что люди стали столь щепетильны, что не хотят свою репутацию портить…

Д.И.: Сереж, за год люди щепетильными не становятся.

С.Е.: Не становятся. Значит, это накопилось.

Д.И.: За год люди не теряют доверие. Вот для глобальных экономик, как выяснилось, год – это много, а для людей это мало.

Б.Д.: Да. У нас звонок. Добрый вечер, Сергей.

Сергей: Алло. Добрый вечер. Вот в России, я уверен, все живут под страхом – как бедные, так и богатые. Просто у каждого, как говорится, своя угроза. Это одно.

Б.Д.: Ну, а вот у вас какая угроза?

Д.И.: Чего вы боитесь?

Сергей: Как и у всех, наверное. Страх незаслуженного наказания в виде ареста или заключения. Страх стать потерпевшим от преступника. Страх быть убитым или стать инвалидом, побитым где-то. Или страх быть ограбленным или потерять хорошую зарплату. Поэтому общество, оно, как говорится, и движется страхами, если посмотреть в глубину всего человеческого процесса. Страхом да ленью, мне кажется. Такая вот моя точка зрения.

Б.Д.: Понятно. Спасибо.

Сергей: Вот последнее слово сейчас буквально. Лучше, чтобы человек боялся только трех вещей. Страх бога – первое. Второе – страх потерять хороший заработок. И третье – страх закона – справедливого и сурового, вплоть до отрубания пальцев и руки.

Д.И.: Спасибо.

Б.Д.: Понятно. Радикальная позиция.

Д.И.: Да, радикальная позиция. Но не соглашусь в принципе, что человечество движется страхами. Человечество, по-моему, движется надеждами.

С.Е.: Ну, впереди надежда, сзади страх.

Д.И.: Сбоку тоже страх подпирает.

С.Е.: Сбоку тоже страх подпирает …

Д.И.: Но надежда впереди.

С.Е.: Во многом как раз стремление обезопасить себя от большого количества страхов и составляет прогресс человечества…

Д.И.: Консерватизм.

С.Е.: Я бы не сказал, что это консерватизм. Когда люди боятся несправедливого наказания, они хотят справедливого права.

Б.Д.: Которое за дело накажет, а не за дело не накажет.

С.Е.:. Когда люди боятся быть ограбленными и стать инвалидами…

Д.И.: Униженными.

С.Е.: Да, они хотят, чтобы правоохранительная структура хорошо работала. Остается только придумать, как сделать, чтобы этот механизм был совершенен.

Д.И.: Давай-ка мы ответим. У нас девушка. Нам редко звонят девушки. Нонна – прекрасное имя.

Б.Д.: Да, добрый вечер, Нонна.

Нонна: Очень интересная передача. И очень я уважаю вас и спрошу.

Б.Д.: Ну, спросите, хорошо.

Нонна: Вы в море информации, притом настоящей информации о существующем положении в данный момент.

Б.Д.: В части уровня преступности сегодняшний наш эксперт, несомненно, специалист.

Нонна: Не только.

Д.И.: Вот смотрите, вы можете спросить за 30 секунд что угодно. Спрашивайте, или мы вас отключим.

Нонна: Как реорганизовать разъединение всех вот этих национальных групп и всего прочего? Как реорганизовать их и организовать так, чтобы польза была для каждой, и умерить эти все страсти?

Д.И.: Спасибо большое. Сереж, к вам вопрос. Рассказывайте. Вам задали такой вопрос жестокий.

Б.Д.: Я бы перевел его на другой язык…

Д.И.: Подожди секундочку, не переводи…

Б.Д.: Как уменьшить межнациональное насилие?

Д.И.: У нас интересный, умный собеседник есть. Сережа?

С.Е.: Ну, вообще говоря, межнациональное насилие, оно так прорывается во всех странах.

Б.Д.: Да, это универсальная проблема.

Д.И.: И, похоже, будет дальше хуже.

С.Е.: Вообще говоря, непонятно, что будет. Потому что есть работы, которые показывают, что в момент модернизации и в момент всевозможных переходов, конечно, насилие растет. И межнациональное тем более, потому что есть чужаки, на которых можно «перевести стрелки».

Б.Д.: Ну да, есть неприятное изменение ситуации, и есть необходимость на кого-нибудь «перевести стрелки».

Д.И.: И есть простой ответ на вопрос «кто виноват?»

С.Е.: Безусловно. Есть очень известное исследование геноцидов, которое анализировало не только геноциды против какой-то нации, но и внутри. Потому что есть камбоджийский и аргентинский случаи.

Д.И.: Где печень пожрать своего соплеменника. Вкусно.

С.Е.: И выяснилось, что есть одни и те же общие признаки и общие механизмы. Надо найти врага, сделать его иным, даже если это будет такой же камбоджиец, только интеллигентный…

Б.Д.: И сделать его громоотводом.

С.Е.: Громоотводом, да. И это естественно происходит. Поэтому основная-то проблема: чем лучше жизнь, тем меньше межнационального насилия.

Б.Д.: О! Это замечательный рецепт. Добрый вечер, Андрей.

Андрей: Здравствуйте. Я как раз хотел сказать по поводу данной темы. То, что есть своего рода панацея от коррупции, от преступлений на национальной почве.

Б.Д.: Хорошо. Какая панацея?

Андрей: Дело в том, что основным инструментом мотивации являются деньги. Я имею в виду институт денег.

Б.Д.: Вы хотите предложить отменить деньги?

Андрей: Нет, я хочу вернуться к понятию, которое деньги олицетворяют, и эквивалентом чего они являются. А это человеческий труд. И ВВП…

Б.Д.: Обмениваться справками о труде, вложенном в продукт?

Андрей: Понимаете, тут уже вопрос технологии. В наше время это стало достаточно элементарно.

Д.И.: Дорогой Андрей, простите, я вас перебью и задам вам конкретный вопрос. Чего вы лично боитесь, скажите, пожалуйста?

Андрей: У меня свое отношение к страху.

Д.И.: Нет, нет, ответьте.

Андрей: Вот я вам и отвечаю в данный момент. Я воспринимаю страх как незнание ситуации.

Д.И.: Спасибо. Понятно.

Б.Д.: А вы знаете ситуацию и ничего не боитесь. Правильно мы вас поняли?

Андрей: Нет, я боюсь из-за того, что я не знаю ситуацию.

Б.Д.: Понял. Спасибо большое.

С.Е.: Ну, это только один из аспектов страхов.

Б.Д.: Можно хорошо знать ситуацию, видеть человека с автоматом перед собой…

С.Е.: Человека с автоматом, увидеть эту самую кобру, но не в кино, а живую.

Д.И.: И человек испугается.

С.Е.: И испугается. Хотя может, конечно, сказать, «я не знаю, заметила ли она меня, и нападет ли?» Но, в общем, конечно, довольно большая часть людей боится именно такой неопределенности.

Б.Д.: Да, неопределенность – это пугает.

Д.И.: Похоже, мы ведь сейчас сильно-сильно входим в такую ситуацию. Нет?

С.Е.: Безусловно. Поэтому будем ждать роста насилия.

Б.Д.: А ждем ли мы роста насилия?

Д.И.: Вы ведь нам как-то рассказывали про то, что Россия - уникальная страна, потому что одновременно идет рост насилия и рост суицидальных настроений. Потому что одновременно рост насилия и рост суицидальных…

С.Е.: Да.

Д.И.: И мы уники в этом смысле?

С.Е.: Нет, есть еще Колумбия.

Д.И.: Ну, отлично, есть Колумбия и мы. Две уникальных страны.

Д.И.: Этот разговор у нас был не очень давно, может быть, полгода назад.

Б.Д.: Больше, год назад.

Д.И.: Да. И он сказал, что только в двух странах в мире одновременно растет уровень убийств и уровень самоубийств. Вещи, которые друг другу как бы противоречат. Либо у людей агрессия направлена  внутрь, либо вовне.

Б.Д.: То есть обычно бывает либо одна тенденция, либо другая.

Д.И.: Вот, например, есть такие этносы, я не буду их называть, чтобы никого не обижать. Но про них известно: хотел отомстить – пошел и повесился во дворе соседа, чтобы ему было неприятно. Но не убил.

Б.Д.: Ну да.

Д.И.: А у нас и соседа убил, да еще и во дворе повесился.

Б.Д.: Вот что это такое? Как это можно объяснить?

С.Е.: Я должен сказать, что, конечно, те, кто убивают соседа, те не вешаются. Одна часть убивает, а другая вешается.

Д.И.: То есть мы такие большие?

С.Е.: Да.

Б.Д.: Но ведь приходят регулярно криминальные сообщения, правда, не из России, а, скажем, из Соединенных Штатов о человеке, который убил свою жену и себя. Это вполне классическая ситуация.

С.Е.: Это классическая ситуация, которая, боюсь, скоро переползет к нам. Это такие расширенные самоубийства. И с ними же связано то, что в американской криминологии называется «массовое убийство», чего у нас нет. Даже в русском языке «массовое убийство» воспринимается…

Д.И.: По-другому.

Б.Д.: Ну да, это совершенно другое значит.

Д.И.: Типа сталинского режима.

С.Е.: Что-то такое, близкое к войне или к уничтожению чего-то. А на самом деле это довольно большое количество акций, когда уволенный, например, или чем-то раздосадованный человек идет и начинает убивать своих сослуживцев. Вот то, что происходит в американских университетах, когда один человек убивает энное количество людей.

Д.И.: А потом себя.

С.Е.: Либо его полиция убивает.

Б.Д.: Либо да, либо нет.

С.Е.: Как правило, это кончается смертью самого исполнителя. Либо он себя застрелит, либо его застрелят полицейские. Вот у меня есть подозрение, что это…

Д.И.: К нам придет.

С.Е.: …скоро к нам придет. Особенно сейчас, на фоне кризиса, когда огромное количество людей будут терять работу.

Д.И.: А они не готовы к этому.

С.Е.: Да, они не готовы. Он ведь хорошо работал, у него есть ощущение несправедливости.

Б.Д.: Ну, может, все-таки не огромное количество людей будет терять. Может, как-то обойдется малой кровью?

С.Е.: Ну, если обойдется – слава богу.

Д.И.: Слава богу, но шансов не много.

С.Е.: Я, как вы понимаете, не вурдалак какой-нибудь, чтобы мечтать, чтобы их было больше. Просто нужно быть готовым и к этому.

С.Е.: Да, быть готовым к таким вещам. И одна из форм предупреждения – это создание специальных психологических служб…

Б.Д.: Помогающих?

С.Е.: Помогающих служб, куда человек может хотя бы обратиться. Потому что неопределенность, о которой мы говорили, которая вызывает страх, она, конечно, для многих людей будет очень опасной и просто разрушительной.

Б.Д.: Да. Спасибо.

С.Е.: И отсюда и убийства, и самоубийства, которые просто решают проблему.

Д.И.: И все-таки, откуда наша такая странная статистика?

С.Е.: Наша статистика странная, потому что мы странная страна. Мы страна перехода из одной социальной системы в другую.

Д.И.: И это что дает?

С.Е.: Неопределенность. Неумение приспособиться.

Б.Д.: То есть рост уровня насилия.

Д.И.: Усиливает агрессию на себя или агрессию вовне?

С.Е.: И вовне, и на себя. Одна часть не может приспособиться и направляет агрессию на себя. Другая часть находит способ – вооруженный грабеж, например. Третья приходит к выводу, что это самый простой способ решения задачи.

Б.Д.: Мы об этом еще поговорим, после того, как послушаем наших радиослушателей. Добрый вечер, Вячеслав.

Вячеслав: Добрый вечер. Вы знаете, у меня вопрос не по частной, а по общей статистике показателей. Как вы считаете, каков общий процент недоверия нашего населения к правоохранительным органам? И с другой стороны, как вы считаете, в ближайшие три года как будет меняться этот процент в нарастающем кризисе?

Б.Д.: Прогноз ваш. Понятно. Спасибо.

Д.И.: Спасибо.

С.Е.: Ну, угадать, какой процент, я не берусь. Это лучше обратиться к социологическим службам. Тем более, что они пытаются проводить какие-то исследования.

Д.И.: Они пытаются гадать. Это неплохая формула. Я противник социологических служб.

Б.Д.: Нет, они проводят исследования.

Д.И.: Они пытаются гадать!

С.Е.: Нет, почему? Несколько лет назад было совершенно замечательное исследование «Левада-Центра» по поводу насилия со стороны правоохранительных органов.

Б.Д.: Да, да, да. Было исследование, по-моему, общественного вердикта по поводу отношения к милиции. И то, и другое, по-моему, висит у нас на сайте.

С.Е.: Да. И все эти исследования показывают, что да, очень высокий процент недоверия. Здесь вопрос только один. На самом деле, будет это расти или не будет – это не столько с кризисом связано, столько с тем, будут ли предприняты какие-то шаги…

Б.Д.: По улучшению работы?

С.Е.: По улучшению работы правоохранительных органов.

Б.Д.: По их демотивации в части чего-то незаконного?

С.Е.: Я могу сказать, что там очень важно. В первую очередь, это кадровая проблема. Огромная текучесть кадров. Приход туда людей, которые видят эту деятельность совершенно не так, как мы предполагаем.

Д.И.: То есть?

С.Е.: Как некий способ узаконенной наживы. Ну что говорить о ГИБДД…

Д.И.: То есть по старинному анекдоту.

С.Е.: Мздоимцы.

Д.И.: Ну да. То есть пистолет дали, а деньги…

С.Е.: Да, а деньги забыли. Потом, понимаете, тут еще то, что в процессе перехода от одной структуры к другой, от советской к постсоветской или к теперешней, было потеряно огромное количество профессионалов. Следовательно, для того чтобы хорошо вести дело…

Д.И.: Сереж, прости, можно я тебя перебью?

С.Е.: Да.

Д.И.: По-моему, это уже отменили, но есть такая потрясающая история. Может быть, не все о ней знают, я просто скажу шепотом о ней: работникам милиции давали отсрочку от армии.

Б.Д.: Там с этим что-то изменилось, по-моему.

Д.И.: Вообще это такой бред был! То есть люди, которые не готовы ни к чему, не годны ни чему и просто «косят», шли охранять улицы.

Б.Д.: Ну, понятно, это способ хоть как-то их мотивировать.

С.Е.: Если брать старое время, то в милицию можно было поступить только после службы в армии.

Д.И.: Что логично.

С.Е.: Что логично. И туда приходили более взрослые люди. А после армии они еще учились в школе милиции – в средней, высшей и т. д.

Д.И.: У нас работал одно время человек, который был большим полковником, начальником какого-то милицейского отделения, тоже, в общем, малогодный оказался. Он в ужасе уволился из милиции, после того как он вошел в свою каптерку (или где у них там сидят эти милиционеры, младшие служащие) – они сидят, курят, на него не обращают внимания. Он полковник! Он говорит: «Вы, может, встанете?» Они говорят: «А зачем?»

С.Е.: Ну, структура разрушена.

Б.Д.: Да, понятно.

С.Е.: Поэтому вот это предсказание больше связано с самой жизнью структуры, а вовсе не с кризисом.

Б.Д.: Ну и, тем более, не с проблемами криминологии как таковой. Сейчас мы послушаем Виктора. Добрый вечер!

Виктор: Добрый вечер. Не могу сказать насчет страхов, но меня беспокоит такая вещь, которая, по-моему, лежит в основе очень многих страхов в нашей стране: очень низкая цена человеческой жизни, особенно в последние 15 лет.

Б.Д.: Да, это большая проблема. Об этом мы много думали. А вот как, по-вашему, можно увеличить эту цену?

Виктор: Ну, я не знаю. Увеличить наказание за преступление.

Б.Д.: Вы думаете, это помогает?

Виктор: Безусловно.

Д.И.: Можно я спрошу? Виктор, вот смотрите. Вы живете размеренной жизнью, у вас есть какая-то обыденность, частность ваша, так же, как у меня, у Бори, у Сергея и у всех. Чего в этой обыденности и частности вы боитесь? Или ничего не боитесь?

Б.Д.: Понятно, что бывают какие-то смущающие, пугающие факторы.

Виктор: Вы как-то перевели в другую плоскость.

Д.И.: Нет, это был вопрос к вам. Ответьте на него.

Виктор: Ну не то чтобы такой постоянный страх, но, в общем…

Д.И.: Ничего не боитесь? Вы ничего не боитесь?

Виктор: В общем-то, мы не защищены. Человек ничем не защищен. Я вышел из дома – кто-то дал мне по голове – и все. И никого, и ничего.

Б.Д.: Понятно.

Д.И.: То есть вы живете под Богом?

Виктор: Совершенно спокойно.

Д.И.: Отлично. Спасибо.

С.Е.: Ну, я бы в этом контексте не произнес слово «отлично»…

Д.И.: Это круто! Сережа, это круто! Мы живем просто в стране крутых гераклов, которые кроме Бога ничего не боятся. Круто!

Б.Д.: Нет, скорее, наоборот, боятся всего.

С.Е.: Скорее, боятся всего и ожидают всего от каждого прохожего. Если вышел из дома – сосулька упавшая… Здесь, кроме страхов, упомянута действительно очень важная проблема – это обесценивание человеческой жизни.

Д.И.: Она измеряется?

С.Е.: Если брать американцев, да, у них там каждое самоубийство стоит около 5 или 6 миллионов долларов. Там ВВП сколько теряет!

Д.И.: Слушай, круто! Мы бы могли тогда всех наших вырезать, например, и хорошие деньги получить.

С.Е.: Для самого человека это слабое утешение. Он бы попросил сразу отдать ему его долю ВВП.

Б.Д.: Ну да. Или семье, например.

С.Е.: Или семье.

Д.И.: И жил бы дальше.

Д.И.: Добрый вечер. У нас передача, называется она «Нейтральная территория».

Б.Д.: Совместный проект Финам FM и Публичных лекций «Полит.ру».

Д.И.: Между прочим, можете писать нам прямо на Финам FM – finam.fm (как слышится, так и пишется), звонить нам по телефону 730-73-70, если дозвонитесь. А не дозвонитесь – извините.

Б.Д.: А если не дозвонитесь, можете написать.

Д.И.: И у нас сегодня передача про страхи. Боря, у нас страшная передача! Мы друг друга перебиваем, потому что страшное время, сами боимся. Фредди Крюгер у нас практически в эфире, но наш, отечественный.

Б.Д.: Вопрос о том, чего вы боитесь.

Д.И.: Чего вы боитесь? У меня, например, страшный был сон. Все умирали сегодня во сне.

Б.Д.: А с нами наш гость Сергей Николаевич Ениколопов, заведующий кафедрой криминальной психологии.

Д.И.: Боря, у меня был сегодня страшный сон. У тебя не было страшного сна?

Б.Д.: Нет, у меня сегодня все было спокойно.

Д.И.: Сереж, у вас не было сегодня страшного сна?

С.Е.: Нет.

Д.И.: Хорошо. Значит, только у меня. А вообще, ведь нам снятся страшные сны. Про что нам снятся сны?

С.Е.: Про все. В том числе и страшное, обычно, когда это погоня или что-нибудь еще такое.

Д.И.: Чем-то мы отличаемся от других людей? От американцев, французов, от китайцев?

С.Е.: Снами?

Д.И.: Снами, страхами.

С.Е.: Нельзя сказать, что мы уж так кардинально отличаемся. Все боятся за свое будущее, боятся (одни - больше, другие - меньше) полиции, кто-то доверяет полиции…

Д.И.: Людей с оружием то есть?

Б.Д.: Людей с легализованным оружием.

С.Е.: Вот армию-то как раз меньше всего боятся.

Д.И.: Везде?

С.Е.: Ну, везде, конечно. Потому что она загнана в казармы и ходит по определенным траекториям. А полиция – это то, с чем сталкивается обыватель. Поэтому у обывателя свое отношение к полиции. Не нужно думать, что у нас все плохо, а на Западе очень хорошо. У нас, конечно, своя собственная стезя…

Д.И.: И гордость.

С.Е.: Но и там есть огромное количество людей, которые боятся полиции. Поэтому исследования, которые проводят разные социологические службы, очень интересны в сопоставлении с такими же данными других стран.

Б.Д.: И как мы выглядим в этом смысле?

С.Е.: Мы плохо выглядим, конечно, потому что у нас этого страха больше. И если даже брать постсоветский период, перестроечный и прочее, то там, конечно, мы выглядели намного лучше, потому что все-таки такого страха перед правоохранительными органами не было. Считалось, что они все-таки достаточно в узде, над ними есть некий контроль.

Б.Д.: А сейчас он увеличился?

С.Е.: Контроль уменьшился. Страх увеличился.

Б.Д.: А с какого момента? Вот примерно когда это произошло?

С.Е.: Начиная с середины 90-х. 1993-й, 94-й год – и все идет по нарастающей.

Д.И.: Давайте слушателей послушаем.

Б.Д.: Да, давайте. У нас есть Андрей.

Андрей: Да, добрый вечер. Я боюсь, что все эти меры, которые предпринимаются силовыми структурами, будут малоэффективны. Вот вы говорили, все больше страх нарастает. Поэтому я предлагаю буквально две вещи. Первое – подбор кадров по детектору лжи, по «полиграфу». И второе – я предлагаю полную ротацию, за исключением некоторых офицеров МВД, с армейскими офицерами. То есть рядового на рядового… Их в армию, значит, а этих сюда.

Б.Д.: Интересно, да.

Андрей: Таким образом, периодически делать ротацию.

Б.Д.: Спасибо.

Д.И.: А у меня есть лучше предложение: Давайте их просто расстреливать. Хорошо действует, говорят.

Андрей: Но, вы знаете, в Узбекистане очень эффективно сработала система повышения срока тюремного заключения за угон машины. Вот вам пример, пожалуйста.

Б.Д.: Вы знаете, для того чтобы оценить, эффективно ли она сработала, надо понять, нормальная ли там статистика.

Д.И.: Спасибо.

С.Е.: Нет, ну, за какие-то вещи, конечно, вполне нормально, тем более что это просто увеличение сроков заключения, которые до этого в Узбекистане были просто смехотворными.

Д.И.: А что там было?

С.Е.: Я не помню, кажется, несколько месяцев было, до года.

Д.И.: За угон машины?

С.Е.: Да. Значит, они резко увеличили, и…

Б.Д.: Ну да, правда, неадекватно.

С.Е.: Просто неадекватно.

Д.И.: И у них наступило криминальное счастье?

С.Е.: Ну, не совсем, но число угонов резко уменьшилось.

Б.Д.: Слушатель высказал точку зрения, что можно резко уменьшить насилие путем резкого увеличения наказания. Что здесь говорит криминология?

С.Е.: Это не совсем так. Потому что весь вопрос заключается в том, что подразумевать под резким увеличением наказания. Одна часть, очень горячая, стремится все свести к смертной казни. А другая - за увеличение срока заключения. В некоторых исследованиях было показано, что если нет смертной казни, то просто количество сроков должно резко увеличиваться, годы за преступления.

Б.Д.: А, размер срока?

С.Е.: Размер, да. То есть такая «гармошка» растягивается.

Б.Д.: Да, понятно. Если нет смертной казни, то 25 лет хотя бы.

С.Е.: То да. 25, 30, 40… Вот так вот. Значит, здесь тоже очень важно все время отслеживать и держать руку на пульсе, потому что очень часто большие сроки делают человека таким, что он потом не может приспособиться к жизни вовне. Его выход должен быть некой новой реабилитацией, то есть с ним нужно работать.

Б.Д.: С другой стороны, 30 лет обычно и не очень предполагает выход. Или как?

С.Е.: Почему? Есть 18-летние, 19-летние убийцы…

Б.Д.: Ну да, 18-летние….

С.Е.: Речь же идет о таких экстремальных преступлениях, не про кражу какую-нибудь или про нарушение…

Б.Д.: Общественного порядка.

С.Е.: Общественного порядка. Перешел улицу не в положенном месте на красный свет. Это не 30 лет.

Д.И.: Да, вот шел молодой человек лет 12-ти, например, Борь, и тебя по случайности, например, убил.

С.Е.: И вопрос идет, конечно, о том, какие способы преодоления преступности у нас есть. Только ли наказание? Есть всевозможные другие. Например, есть такая вещь, она сейчас у нас начинается в виде эксперимента, как ювенальная юстиция, юстиция для молодых. И там одна из форм наказания, альтернативная – это условный срок с обязательным привлечением к работе с психологом, психотерапевтом и психиатром. Притом я знаю случаи и во Франции, и в Америке, когда несовершеннолетний преступник писал заявление о том, что он вот этого жуткого психолога хотел бы заменить на обычное тюремное заключение.

Б.Д.: Но, с другой стороны, насколько я понимаю, замысел ювенальной юстиции заключается в том, чтобы наказание не стало основанием для дальнейших рецидивов, для десоциолизации. Так?

С.Е.: Безусловно, да. Конечно.

Б.Д.: Для вхождения в криминальное сообщество.

С.Е.: Да. И чтобы не только тюремное наказание выступало инструментом социального контроля.

Б.Д.: Вот тут пришло на наш сайт, на сайт finam.fm сообщение, точнее вопрос: «Может ли страх передаваться по наследству? И кто больше подвержен страху – мужчины или женщины? Дети не в счет». Как вы прокомментируете это?

С.Е.: Во-первых, передается. Только по наследству – не буквально, что человек боялся…

Д.И.: А можно ужесточить вопрос?

С.Е.: Ужесточи.

Д.И.: Потому что мне кажется, что мы совсем ушли в криминальную сторону, что правильно, с одной стороны, а с другой стороны – страхи…

Б.Д.: Но, с другой стороны, мы ушли от экзистенциальной темы.

С.Е.: Сейчас-то я как раз хотел заговорить о медицине.

Д.И.: Да, страхи и криминал – это ведь не совсем одно и то же.

С.Е.: Но очень близко.

Б.Д.: Ну да, да. Несомненно, страх Бога – это немножко другое.

Д.И.: Близко, но не одно и то же. Это такая суггестивность общества, ожидание кошмара, страх за будущее?

С.Е.: Да нет, страх за свою собственную жизнь. Это самый главный страх.

Д.И.: Ну, это то же самое.

С.Е.: Нет, это разные вещи. Страх за свое социальное будущее – человек разорившийся, ставший люмпеном, выпавший из социальной жизни, аутсайдер – это одна вещь. А вторая – это страх за…

Д.И.: Жизнь.

С.Е.: За собственную жизнь, за свое благополучие, за существование своих детей. Именно живое существование. Это два страха, достаточно различающихся. Притом первый может способствовать росту преступности.

Б.Д.: Да. Все-таки был у нас вопрос…

Д.И.: Про страх по наследству.

Б.Д.: Да, передается ли страх по наследству? И про страх у мужчин и женщин.

С.Е.: Да, страх очень часто передается по наследству. Но не то, что вот испугалась мама или папа – и дети такие напуганные. Обычно это просто передающаяся высокая тревожность и способность к страхам.

Б.Д.: А, то есть вариант общей высокой тревожности?

С.Е.: Да, общей высокой тревожности.

Б.Д.: То есть это именно не от воспитания, а генетически?

С.Е.: Ну, безусловно. Воспитанием, конечно, тоже можно добиться этого.

Д.И.: Напугать.

С.Е.: Напугать и пугать постоянно. Мужчины и женщины просто боятся разных ситуаций. Есть ситуации, в которых мужчины боятся, а женщины – нет. И наоборот. Мужчин, боящихся всяких маленьких животных – мышей, тараканов и прочих, – намного меньше, чем женщин.

Б.Д.: Хотя я видел таких, надо сказать.

С.Е.: Есть. Я сказал «намного меньше».

Б.Д.: Да, да, да.

С.Е.: С другой стороны, для мужчин очень сложная ситуация, когда что-то угрожает его представлению о собственном статусе.

Д.И.: Конечно. Вообще есть такое утверждение. Вот я прямо так бычу, бычу, бычу. Хочу сказать, что самец самца боится всегда, в любой ситуации. В отличие от женщины.

С.Е.: Которая не боится самца? Или не боится самок?

Д.И.: Которая вообще не боится. Это вообще деловая вещь.

Б.Д.: Ты про любых животных или про людей?

Д.И.: Это про людей. Это вообще деловая вещь.

Б.Д.: Ой…

Д.И.: Женщины, в том числе в деловых ситуациях, в ситуациях агрессивных, опаснее мужчины.

Б.Д.: Сильное утверждение.

С.Е.: Не все женщины, а некоторые действительно очень агрессивны. Действительно, где-то 4–6% женщин агрессивнее самого агрессивного мужчины. Поэтому когда я слышу о том, какая будет миролюбивая армия, если министром обороны будет женщина, то у меня, вообще говоря, настороженное к этому отношение.

Д.И.: Хочу посмотреть на эту женщину.

С.Е.: Нет, я даже не хочу смотреть, потому что это опасно, просто лучше перейти на другую сторону улицы. Потому что никто не гарантирует, что к власти придет не самая агрессивная женщина.

Б.Д.: Ну да, тут вопрос еще, какая женщина согласится быть министром обороны.

С.Е.: Да.

Д.И.: Скорее всего, самая агрессивная.

С.Е.: Скорее агрессивная, конечно. Но если все-таки вернуться к тому, о чем мы говорили, то есть определенная категория женщин, которая действительно агрессивнее многих мужчин. Другое дело, опять-таки подчеркиваю, что эта агрессивность проявляется в разных социальных ситуациях.

Б.Д.: А боитесь ли вы мужчины в качестве министра здравоохранения? Если вы боитесь женщины в качестве министра обороны.

С.Е.: Нет, не боюсь.

Б.Д.: Будет ли он достаточно милосердным? Или это министру не требуется?

Д.И.: Боря, что за штучки?

С.Е.: Министру важно, чтобы у него все работало.

Б.Д.: Хорошо.

Д.И.: Сережа, вас подкалывают.

Б.Д.: Добрый вечер, Игорь.

Игорь:  Здравствуйте. Игорь, Москва. Мне кажется, господа, вы как-то размазали тему по поводу страхов. Ну кого интересует, почему моя жена боится мышей? Сейчас будем обсуждать это на всю страну.

Б.Д.: Хорошо, скажите, о чем надо говорить?

Игорь: Людей, мне кажется, интересует больше другой вопрос – взаимоотношения общества, гражданина и государства. Что мы государству больше: верим, надеемся или его боимся? Вот о чем интересно говорить. А причем здесь женщина, мужчина, кто высоты боится, а кто не боится?

Б.Д.: Спасибо.

Д.И.: Вы ошибаетесь. Вообще-то, наши личные страхи…

Б.Д.: А это очень большая часть всех страхов.

Д.И.: …важнее, по-моему, всего остального. Из них, по большому счету, жизнь, государственная в том числе, и состоит. Вы что думаете, что человек, который управляет государством, не человек? Что когда он ложится один под одеяло, он не тяжело дышит, когда ему снятся кошмары?

Б.Д.: Это общий вопрос. Кроме того, нам его задал радиослушатель. Итак, взаимоотношения человека, государства, общества.

С.Е.: Я понимаю, что человек хотел сказать. Собственно говоря, мы и говорили об этом…

Д.И.: По-моему, да.

С.Е.: Об отношении к органам правопорядка и т. д.

Д.И.: Подождите… Вот властелин страны ложится спать, и ему снится, как его призвали в армию, и сержант там его чморит. Да? Может такое быть?

С.Е.: Может. Но я отлично понимаю обоих спрашивающих. Потому что, с одной стороны, наша жизнь состоит из наших собственных страхов и собственных реакций на агрессию со стороны других людей и на насилие. А с другой стороны, наше отношение к государству во многом мерится именно тем, чувствуем ли мы себя безопасно в этом государстве. И мы ему даем некую власть, с тем, чтобы в обмен получить защиту.

Д.И.: Защиту от страхов. У нас еще есть 20 секунд, это много. Давайте скажем что-нибудь утешительное.

Б.Д.: Чтобы людям не было страшно.

С.Е.: Людям будет страшно, но надо надеяться на лучшее, во-первых. Во-вторых, чем больше люди надеются сами на себя и уверены в своих силах, в своих личных силах, тем меньше агрессии будет вовне.

Д.И.: Спасибо вам. С вами была передача «Нейтральная территория». И нам с вами спокойнее.

Б.Д.: Спасибо. До свидания.

См. также:

Обсудите в соцсетях

Система Orphus
Loading...

Главные новости

14:55 ФСБ задержала в Петербурге планировавших теракты исламистов
14:33 Сенаторы одобрили закон о штрафах за анонимность в мессенджерах
14:15 В Кремле признали нежелание Путина упоминать фамилию Навального
14:02 Дума отказалась ограничить доступ к сведениям о закупках госкомпаний
13:59 Минфин пообещал не допустить «эффект домино» из-за Промсвязьбанка
13:52 Алексей Улюкаев приговорен к восьми годам строгого режима
13:39 Госдума разрешила внеплановые проверки бизнеса по жалобам сотрудников или СМИ
13:36 ЦБ снизил ключевую ставку
13:24 Ученые заглянули в глаз трилобита
13:23 Власти Москвы отказали Илье Яшину в проведении акции 24 декабря
13:19 Индекс потребительских настроений по всей России вышел в «зеленую зону»
13:08 Прокуратура назвала самое коррумпированное подразделение силовиков
13:00 Лавров заявил о вмешательстве США в выборы в России
12:47 Совет Федерации подключился к поиску источника вони в Москве
12:40 Минтранс анонсировал возобновление рейсов в Каир в феврале
12:25 Дед Мороз заявил об отказе от пенсии
12:20 Дума приняла закон об индексации пенсий в 2018 году
12:07 Антитела к вирусу лихорадки Эбола вырабатываются через сорок лет после болезни
12:01 ЦИК снова пересчитал желающих баллотироваться в президенты
11:41 Улюкаев признан виновным в получении взятки
11:40 Совладельцы Промсвязьбанка списали проблемы на конкурентов и информатаки
11:24 Дума подняла МРОТ до прожиточного минимума
11:14 В Совфеде предложили заменить флаг России на ОИ-2018 флагами регионов
11:07 Министерство образования отказалось вводить 12-й класс в школах
10:54 Власти предложили схему отказа от долевого строительства
10:54 Управление «клеточной смертью» поможет победить опасное заболевание
10:46 Гендиректором «Яндекса» назначена Елена Бунина‍
10:33 Трамп предлагал продать изъятую у России дипсобственность
10:17 Совет Федерации дал официальный старт президентской кампании
10:06 В США отменили введенный при Обаме сетевой нейтралитет
10:05 Правительство отказалось запретить курение у подъездов‍
09:45 «Нелюбовь» Звягинцева вошла в короткий список претендентов на «Оскар»‍
09:42 ЦБ ввел в Бинбанк и Промсвязьбанк временную администрацию‍
09:32 Задержан отец подозреваемых в организации теракта в Петербурге
09:25 Вонь в Москве дошла до Собянина
09:13 ЦБ отозвал лицензию у банка «Солидарность» из второй сотни
09:10 WADA ответило на обвинения Путина в запугивании
08:52 Суд арестовал замглавы Росимущества по подозрению в хищении‍
08:36 Путин обсудил с Трампом Северную Корею
08:19 Лидеры ЕС договорились продлить антироссийские санкции
08:00 СМИ рассказали об отказе Медведева уволить главу Росавиации
14.12 23:20 В Москве пройдет обсуждение книги Павла Уварова о Франции XVI в.
14.12 22:53 Минобороны РФ изложило свою версию «перехвата» Су-25 над Сирией
14.12 22:43 Россияне обыграли шведов на домашнем этапе Еврохоккейтура
14.12 21:35 «Современник» отложил спектакль из-за госпитализации Гафта
14.12 21:26 Захарова назвала ответственных за гибель людей в Донбассе
14.12 21:16 CNN сообщил о перехвате российских истребителей над Сирией
14.12 21:07 Четверо детей погибли при столкновении автобуса с поездом во Франции
14.12 20:04 Россельхознадзор запретил ввоз чая из Шри-Ланки из-за вредного жука
14.12 19:52 Apple начала продажи самого дорогого компьютера
Apple Boeing Facebook Google IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов Бразилия ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай Климат Земли, атмосферные явления КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минюст мировой экономический кризис «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН оппозиция опросы оружие отставки-назначения Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение права человека правительство Право правозащитное движение «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство УЕФА Украина Условия труда ФАС Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие хоккей хулиганство Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.