Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
18 декабря 2017, понедельник, 10:21
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

08 июля 2009, 02:01

Азартные игры в Америке

С 1 июля 2009 года на территории России официально запрещена работа игорных заведений. Все помещения для азартных игр отныне должны располагаться в четырех специально отведенных зонах, ни одна из которых, однако, еще не открыта. Правительство мотивирует свое решение опасностью игорного бизнеса для российского общества. «Полит.ру» публикует статью Гая Кальверта, в которой представлена противоположная точка зрения на проблему регулирования игорного бизнеса. Так, по мнению автора, государственное вмешательство в сферу азартных игр представляет собой насмешку над идеей личной ответственности, а суровые меры со стороны правительства не только не заставят игроков отказаться от их пагубного увлечения, но и приведут к росту коррупции и преступности.

Материал опубликован на сайте проекта InLiberty.ru. Впервые: Gambling America:  Balancing the Risks of Gambling and Its Regulation // Policy Analysis. 1999. June 18. № 349.

Краткое содержание

Сегодня все американцы, похоже, являются любителями азартных игр. Для этого в стране много возможностей — федеральные лотереи и всевозможные лотереи штатов, традиционные лошадиные бега и состязания борзых собак, а также различные виды казино — «индейские» (расположенные в индейских резервациях), коммерческие (принадлежащие компаниям и частным лицам) и, наконец, on-line казино в Интернете. В то время как все больше и больше игроков делают ставки, среди граждан находятся и те немногие, кто призывает повернуть колесо истории вспять.

На очередном этапе этого противостояния в схватку вступил Конгресс США: он создал Национальную комиссию по изучению воздействия азартных игр (National Gambling Impact Study Commission), в задачу которой входила оценка «социальных издержек» этого вида деятельности, а также изучение всех возможностей правового регулирования в данной сфере. Кроме того членам комиссии надлежало сделать анализ расходов на такое регулирование, что, вероятно, предполагало требование тщательно рассмотреть альтернативные (негосударственные) методы контроля. Поразительно, но с последней задачей они не справились. Более того, работа комиссии оставила нераскрытым один очень важный момент, а именно то, что для огромного большинства людей азартные игры являются просто одним из видов развлечений, добровольным и безвредным занятием, которое «стоит того», так как иногда приносит вознаграждение. Короче говоря, подобная деятельность является не менее здравой и разумной, чем другие источники развлечений, такие как телевидение, опера или соревновательные виды спорта.

Поддержание высокого уровня честности в области азартных игр — в интересах каждого из нас. Однако это лучше всего достигается на добровольной основе, т.е. путем сертификации частных компаний через независимых третьих лиц. Поэтому федеральное правительство не должно реагировать на давление со стороны общественности и еще больше вмешиваться в сферу игорного бизнеса. Со своей стороны власти штатов тоже должны признать, что запреты, даже в форме государственного лицензирования и контроля, ведут к подмене предпринимательства коррупцией, поэтому необходимо поставить игорный бизнес в зависимость от суровых условий рынка, начиная с лотерей. Государствам уже давно пора отказаться от монопольных прав в этой области.

Ведь столкновения с неопределенностью и рисками относятся к существу жизни и являются ключом к процветанию. Возможно, и существуют риски, органически присущие азартным играм, но нельзя забывать, что вмешательство правительства тоже заключает в себе риск. Принудительные меры, направленные на устранение или ограничение игорного бизнеса, входят в противоречие с человеческой природой. Принимая решения, законодателям также необходимо взвесить все риски.

Введение

Сфера азартных игр снова — наряду с курением, алкоголизмом и занятиям горнолыжным спортом без шлема — находится в фокусе общественного внимания. В 1996 году Конгресс США создал Национальную комиссию по изучению воздействия азартных игр, которая должна была «провести всестороннее исследование воздействия азартных игр на социальную и экономическую обстановку в США»[1]. Однако, вместо «всестороннего изучения» комиссия ограничилась обзором достаточно узкой сферы деятельности. В частности, в программе ее работы декларировалось стремление добраться до сути «проблемы патологического пристрастия к азартным играм»[2]. Цель прекрасная сама по себе, но в свете постоянного давления, побуждающего правительство к вмешательству в эту область, любое исследование влияния азартных игр должно рассматривать и воздействие государственного регулирования на игорный бизнес[3].

Что касается давления, то оно действительно существует. Возмущенные моралисты, которых раздражает то, что азартные игры якобы представляют собой угрозу общественным добродетелям, уже «сыты по горло» либеральным отношением государства к игорному бизнесу, и потому они расширили свою политическую компанию до федерального уровня и ожидают от правительства конкретных действий. Целью противников игорного бизнеса является «стратегия сдерживания, призванная свести до минимума моральные риски, которым азартные игры подвергают отдельных лиц и все общество в целом»[4].

Выдвигая «моральные риски» (т.е. опасность для нравственности людей) в качестве аргумента против игорного бизнеса, сторонники такого подхода рисуют нам мрачную картину того, как родители, забыв о своих семейных обязанностях, полностью предаются азартной игре и пускают на ветер доллары, полученные в рамках программ социального обеспечения, а их дети, недовольные таким положением вещей, дают волю своим чувствам и мстят обществу, разрушая все вокруг. Однако имеющиеся на этот счет свидетельства, некоторые из которых мы рассмотрим ниже, указывают на то, что подобные обвинения высосаны из пальца. Основная опасность — для отдельных лиц и общества в целом — заключается в том, что суровые меры воздействия, призванные контролировать или подавлять игорный бизнес, просто подорвут добросовестность правительственных чиновников, судей и полиции и увеличат коррупцию. Вместе с тем, такими мерами вряд ли возможно заставить азартных игроков отказаться от их пагубного увлечения.

Более того, правительственная «стратегия сдерживания» явно является бесполезной и неспособной предотвратить принуждение или мошенничество в отношениях, связывающих игроков с казино, букмекерами и т.д. Все, что необходимо в этой области, — это строгое соблюдение условий соглашения и готовность владельцев игорных заведений получить от третьей стороны свидетельство в том, что они ведут честную игру. Патерналистская политика правительства в сфере игорного бизнеса представляет из себя — наряду с нарушением свободы игроков и других лиц — насмешку над идеей личной ответственности, что вряд ли является наилучшим методом поддержания нравственного здоровья нации.

Если уж на то пошло, такая политика отрицательно влияет и на экономическую обстановку. Может быть этот момент ускользнул от общественного внимания, но наша страна отнюдь не находится в условиях экономического спада, вызванного пристрастием ее граждан к азартным играм. Наоборот, по мере быстрого роста игорной индустрии в течение последних двух лет американская экономика демонстрировала впечатляющие успехи. Игорный бизнес переживает бум и сегодня. Подавляющее большинство штатов с энтузиазмом рекламируют доморощенные лотереи, а бизнес казино процветает. Согласно результатам недавнего исследования компании Harrah’s, в 1996 году 32% представителей американских домохозяйств играли в казино. В среднем эти лица посетили казино 4,8 раза, а общее число посещений составило 176 млн. Таким образом, по сравнению с 1995 годом посещаемость увеличилась на 14%[5]. Похоже, американцы нашли для себя новый вид развлечения или заново открыли старый.

Игорный бизнес, по поводу которого сломано столько копий, имеет богатую и яркую историю. Историки Лиза Моррис (Lisa Morris) и Алан Блок (Alan Block) утверждают, что «до 1840-х годов игорный бизнес был организован таким образом, что игра велась в основном на пароходах, курсирующих по рекам Миссисипи и Огайо, а также по Великим озерам». Затем, несмотря на запрет — а может быть и вследствие этого запрета — подпольный игорный бизнес расцвел и на суше, в результате чего появилось «несколько печально известных “криминальных городов”»[6]. Что касается лотерей, то они были известны еще в Старом Свете. Королева Елизавета специальной грамотой разрешила проведение первой английской лотереи, которая была организована в 1569 году[7]. Позднее, как в Америке в ее бытность колонией Англии, так и в независимых Соединенных Штатах, лотереи процветали, так как их хорошо рекламировали и считали добровольным способом пополнения общенародной казны[8]. Однако регулярно повторяющиеся скандалы в обществе сделали свое дело, и в XIX веке политические нападки на лотереи привели к их повсеместному запрету. К практике проведения легальных лотерей вернулись только в 1963 году в штате Нью-Гэмпшир[9], а в период между 1965 и 1993 годами 35 штатов и округ Колумбия ввели государственные монополии на организацию лотерей[10]. Таким образом, историческое противостояние между защитниками и противниками азартных игр продолжается.

История дала нам наглядный урок. Несмотря на шумные компании, проводимые моралистами, предрасположенность к азартным играм, на самом деле, не ограничивается современностью и не присуща только американцам. Как не смотреть на эту ситуацию, она неразрывно связана со склонностью людей рисковать, т.е. с самой стойкой и, возможно, не такой плохой чертой человеческого характера. Доказано, что людям нравятся азартные игры по многим причинам, причем некоторые из них, само собой разумеющиеся для одних, являются непостижимыми для других. Однако существует и общая для всех точка зрения. Ведь азартная игра по определению предоставляет возможность за деньги испытать свою удачу[11]. Поэтому по своей сути азартные игры являются комбинацией риска и некоего ритуала. Оба этих компонента лежат в основе человеческого общества и модели поведения людей, так что неудивительно, что игры на деньги распространены повсеместно.

Я не буду настаивать на том, что азартное поведение обязательно является благом с моральной точки зрения только потому, что оно естественно. Во многих отношениях вопросы морали находятся за рамками обсуждаемого вопроса. Если игра на деньги представляет из себя порок, моральными аспектами проблемы должны заниматься философы или священники, а, в конечном счете, это вопрос совести каждого человека. Моя главная идея заключается в том, что принудительные меры, направленные на устранение или ограничение игорного бизнеса, входят в противоречие с самой человеческой природой. В любом случае азартные игры вряд ли настолько опасны, чтобы заслуживать жесткого вмешательства со стороны государства. Короче говоря, можно привести много доводов за и против, но одно очевидно: игра на деньги для многих людей является просто развлечением. Более того, в той мере, в какой игроки балансируют между риском и вознаграждением, азартная игра предлагает хорошую возможность развить в себе навыки, которые будут полезными в жизни. Как на рынке, так и за покерным столом успеха добивается тот, кто знает, «какие карты держать, а какие сбрасывать».

Аргументы против азартных игр

В то время как многие американцы пользуются широкими возможностями «сделать ставку», критики азартных игр шумно выражают свое несогласие с таким положением вещей. Различные государственные лотереи почти повсеместно осуждаются как безнравственные и вредные с экономической точки зрения мероприятия. Пока правительственные охотники до доходов потирают руки от удовольствия, наблюдая рост выручки, противники игры на деньги утверждают, что «убытки в основном несут наиболее уязвимые члены общества»[12]. Тем временем, казино обвиняют в том, что они вытесняют с рынка, даже «пожирают, как каннибалы», предприятия, предоставляющие конкурентные виды услуг в области развлечений, т.е. гостиницы, рестораны и парки отдыха с аттракционами[13]. Хуже того, критики безосновательно заявляют, что для увеличения доходов игорные заведения беззастенчиво эксплуатируют «пагубное пристрастие» заядлых игроков, а это разоряет людей, разрушает их семьи, делает их зависимыми от социальных пособий и, в конечном итоге, создает благоприятную почву для роста преступности[14].

Если рассматривать эти обвинения в контексте данной работы, они являются незаслуженными. Начнем с того, что большинство статистических данных, подтверждающих гипотезу об «азартных играх как факторах, вызывающих рост преступности», оспаривалось из-за сомнительных методик измерений[15]. Например, согласно первоначальным оценкам уровня преступности в Атлантик-Сити, сразу после появления казино число преступлений на душу населения там значительно увеличилось[16]. Однако исследователи «забыли» учесть прирост населения города вследствие приезда большого числа туристов, желающих поиграть в казино, так что цифры оказались дутыми. Когда статистику преступлений в Атлантик-Сити пересчитали с учетом этого фактора и других элементарных ошибок, уровень преступности оказался обычным[17].

Если рассматривать проблему на более фундаментальном уровне, нет никаких доказательств того, что заядлые игроки являются более безответственными людьми, чем люди, не играющие на деньги. На самом деле, в одном исследовании шведские ученые не нашли зависимости между страстью к азартным играм и совершением преступлений, прочностью семейных отношений или «степенью участия в общественной жизни»[18]. По утверждению другого исследователя, экономиста из Университета Макгилл (McGill University) Рейвена Бреннера (Reuven Brenner), «существует мало свидетельств в поддержку мнения о том, что большинству заядлых игроков свойственно безрассудно проматывать свои деньги, как те, что они тратят на ставки, так и те, что получают в результате выигрыша». Зато есть свидетельства, что многим людям свойственно планировать расходы, а игроки, когда они выигрывают, стремятся тратить крупный выигрыш бережно и разумно и поступают так на самом деле, расходуя средства в основном на цели, связанные с благоустройством дома[19]. Безусловно, верно утверждение, что лотереи привлекают в основном людей старшего возраста и тех, чьи средства ограничены. В свете очень высокой выручки от лотерей, тем, кто защищает государственную монополию, выступая против конкуренции в этой области, будет трудно обосновать свою позицию. Однако, что касается казино, важно то, что даже если игроки эксплуатируются, им от этого не хуже. На самом деле, заядлые посетители казино отнюдь не являются отчаянными и помешанными на игре людьми, зависящими от социальных пособий. Во многих отношениях они (в отличие от любителей лотерей) превосходят средних американцев. Последнее исследование в этой области показало, что «средний возраст посетителей казино соответствует среднему возрасту в стране» (около 48 лет), однако они выше по уровню образования, т.е. с большой долей вероятности имеют незаконченное и даже законченное высшее образование. Более того, средний доход семьи у игроков, посещающих казино, на 28% выше, чем средний доход гражданина США[20]. Подробности можно найти в таблице 1.

Таблица 1. Информация об игроках, посещающих казино

Характеристика Посетитель традиционного игорного заведения Посетитель нового игорного заведения Население США
Средний доход домохозяйства, USD 44 000 39 000 32 000
Соотношение мужчин и женщин 52/48 50/50 49/51
Средний возраст, лет 49 47 48
Образование, %
Среднее 48 50 51
Неоконченное высшее 23 22 22
Высшее 19 18 17
Послевузовское 10 9 10
Работа, %
Офисный работник 43 41 41
Рабочий 27 29 28
Пенсионер 16 16 16
Другое 14 14 15

 

Примечание: «Традиционное игорное заведение» означает казино в штатах Невада и Нью-Джерси, а «новое игорное заведение» — «индейское» или другое казино.

Источник: Harrah’s Survey of Casino Entertainment; с использованием данных аналитической компании NFO Research и Bureau of Census.

Если отбросить демографию, поведенческий портрет заядлого игрока является поразительным. В одном из предыдущих отчетов Федеральной комиссии по контролю в области игорного бизнеса (Federal Gambling Commission) отмечается, что игроманы «смотрят телевизор меньше, чем люди, не увлекающиеся азартными играми, читают больше газет и журналов и примерно столько же — книг».

Заядлые игроки чаще посещают оперу, лекции, музеи, ночные клубы, танцы и кино, а также больше увлекаются активными видами спорта. Кроме этого, они чаще проводят время с друзьями и родственниками и принимают большее участие в общественной жизни[21].

Другими словами, вместо того, чтобы отгородиться от гражданского общества, типичный игроман, наоборот, всем сердцем стремится к нему.

Заядлые игроки

Тем не менее, первые полосы газет полны ужасными историями, посвященными жизни заядлых игроков. Конечно, не случайно, что эти материалы отражают программу Национальной комиссии по изучению воздействия азартных игр. И хотя такой подход понятен, он вряд ли является надежной отправной точкой для выработки политики по отношению к игорному бизнесу.

Никто не отрицает, что существуют люди, которые по той или иной причине играют настолько азартно, что это приносит вред им самим и окружающим. Однако трудно сказать об этом что-то еще, так как по-настоящему тяжелые случаи встречаются достаточно редко. Все попытки дать заслуживающую доверия оценку распространенности в обществе игромании сталкиваются с проблемами, касающимися методов вычислений и классификации[22]. Уильям Гэлстон (William Galston) и Дэвид Вассерман (David Wasserman), похоже, внесли еще больше путаницы в этот вопрос, признав в своей знаменитой работе, критикующей азартные игры с моральной точки зрения, что

хотя результаты некоторых исследований и показали, что число заядлых и «проблемных» игроков увеличилось после появления государственных лотерей и казино, надежность этих данных весьма ограничена в связи с противоречивостью и расплывчатостью самих понятий «заядлый» и «проблемный» игрок. Кроме этого, увеличение числа игорманов, по-видимому, обусловлено большей информированностью общества о состоянии дел в этой области вследствие роста количества газетных репортажей[23].

Кроме этого, на достоверность результатов влияет тот факт, что ученые затруднились назвать источник происхождения своих данных. Гэлстон и Вассерман не назвали ни одного из «некоторых исследований», на которые они ссылаются в своей работе, в то время как результаты других исследований на эту тему не свидетельствуют о подобном увеличении. Например, согласно анализу поведения игроков в штате Коннектикут, «уровень патологической игромании на самом деле упал… но, уж во всяком случае, не поднялся в период [1991–1996 годов], когда в штате открыли одно из самых больших казино в мире»[24].

Более того, в тех случаях, когда заядлые игроки замечены в противоправных действиях по отношению к другим лицам, причины такого поведения не всегда связаны с азартными играми. По утверждению еще одного борца с азартными играми Рональда А. Рено (Ronald A. Reno), «патологические игроманы составляют от 1 до 3% взрослого населения», однако далее он отмечает, что «около половины заядлых игроков испытывают такие проблемы, как злоупотребление алкоголем и наркотическая зависимость»[25]. Это является отягощающим фактором, ведь одно только злоупотребление алкоголем связано с многочисленными случаями антиобщественного поведения. В 1996 году злоупотребление алкоголем фигурировало в качестве одной из причин автомобильных аварий со смертельным исходом в 40,9% случаев, а также называлось в качестве причины конфликтов двумя третями жертв семейного насилия[26].

Утверждая это, я отнюдь не хочу умалить беды и несчастья, которые испытывают игроманы и их близкие. Патологическая игромания действительно может стать (и иногда становится) источником страданий для людей. Но ведь то же самое (если не хуже) относится и к зависимости от алкоголя, однако мы признаем, что с алкоголизмом лучше всего бороться на основе добровольного отказа от спиртного, чем путем запретов и ограничений. Точно так же лучшим лекарством для заядлых игроков являются помощь психолога и воздержание от игры, а не правительственное вмешательство в деятельность игорного бизнеса с целью запрета или наложения ограничений на азартные игры[27]. В конце концов, до легализации азартных игр современные игроманы, вероятнее всего, были регулярными клиентами многих нелегальных казино и подпольных «катранов»[28]. Что касается таких добровольных программ самостоятельной помощи, как «Анонимные игроманы», то они станут эффективными, если участие в них будет действительно добровольным. В литературе общества «Анонимные игроманы» ясно говорится: «Заядлый игрок должен добровольно согласиться с тем, что он или она страдает от прогрессирующий болезни, и выразить желание излечиться от нее. Наш опыт показал, что программа "Анонимные игроманы"… не сможет помочь человеку, если он открыто и честно не признал факт своей болезни». Общество также настаивает на финансовой независимости своих участников. Они отклоняют любые «пожертвования извне», отмечая, что «все расходы оплачиваются на основе добровольной финансовой помощи со стороны его членов»[29]. Похоже, содействие со стороны государства отнюдь не приветствуется.

Нерациональное процветание

В целом вся эта шумиха насчет ужасов игромании в основном призвана подтвердить другое обвинение, обычно выдвигаемое противниками казино. Оно гласит, что казино вытесняют с рынка и заменяют другие виды бизнеса, а это несправедливо. Да, если подавляющее большинство людей предпочитают азартные игры другим развлечениям, некоторые из существующих видов бизнеса не смогут эффективно конкурировать с казино. Однако это предполагаемое воздействие на другие виды деятельности, во-первых, сильно преувеличено, а, во-вторых, не относится к сути рассматриваемой проблемы[30]. Дело в том, что данный факт не имеет ничего общего со справедливостью и отражает предпочтения и вкусы потребителей, а потому является слабым оправданием государственному вмешательству в игорную индустрию. Должно ли правительство оградить от конкуренции другие виды бизнеса, не связанные с азартными играми, чтобы защитить нескольких игроманов от самих себя? Представителям этих видов бизнеса, конечно, может понравиться такая идея, но в свете явного конфликта интересов этот аргумент будет слишком жестким и не может не вызывать подозрения. Таким образом, здесь требуется особое искусство — необходимо показать увлеченность азартными играми как проблему, относящуюся в основном к области здравоохранения и лишь по случайному совпадению угрожающую жизнеспособности конкурентных видов бизнеса. Возможно, конечно, не только некоторые игроманы, а все игроки являются больными людьми.

Подобный аргумент рождает устойчивую веру в то, что азартные игры представляют собой что-то совершенно иррациональное. Именно подобное восприятие проблемы лежит в основе моральной аргументации против казино и лотерей, ведь там игрок вступает в схватку с очень сильным и опасным противником — теорией вероятности. Гроневельт (Gronevelt), президент казино в одном из романов Марио Пьюзо (Mario Puso), очень образно прокомментировал проблему шансов на выигрыш: «Проценты никогда не лгут. Мы построили все эти отели на проценты. Мы остаемся богатыми благодаря процентам»[31].

Шокирующее откровение, что казино стремятся сделать деньги на игроках, безусловно, является истинной правдой. Если бы это было по-другому, инвесторы никогда не вкладывали бы средства в акции игорных заведений. Тем не менее, абсурдно смешивать цели казино и задачи их хозяев или прикидываться, что хозяева казино представляют собой однородную группу людей, желающих одного и того же и ведущих себя одинаково.

Прежде всего, для некоторых игроков пресловутые «проценты» поворачиваются совершенно другой стороной. Искусные игроки в покер справедливо надеются выиграть и тем самым заработать деньги[32]. Что же касается игроков в блэкджек, которые тайно подсчитывают карты, то их шансы на выигрыш составляют 1% или около того в зависимости от правил игорного заведения, используемой системы подсчета и умения игрока[33]. На самом деле, это факт помогает понять, почему блэкджек (или «двадцать одно», «очко» и т.д.) является самой популярной настольной игрой в казино.

Еще более важна ценность азартных игр как развлечения. Разговоры об «индустрии азартных игр» — это не просто пустословие. Игроки иногда могут играть только ради приятного возбуждения от ночи, проведенной в пьянящей атмосфере казино. Кроме этого, не менее увлекает вполне реальная перспектива выиграть деньги и возможность рискнуть. Игра на деньги также позволяет нам контролировать степень риска, которому мы подвергаемся, ведь люди редко соглашаются так рисковать в реальной жизни, по крайней мере, не по таким низким ставкам. В любом случае, игнорировать развлекательную ценность азартных игр — это все равно, что недооценивать оздоровительную роль бега трусцой.

Пожалуй, стоит остановиться на этом моменте подробнее. Дело в том, что готовность тратить значительные суммы на развлечения присуща далеко не только азартным игрокам. Спортивные болельщики, например, охотно выкладывают несколько сотен долларов в год, чтобы купить билеты на матч любимой команды, а любители оперы запросто тратят гораздо более крупные средства. Подобный тип поведения справедливо считается здоровым стремлением принять участие в культурном мероприятии, в то время как увлечение азартными играми характеризуются как вид навязчивого состояния или болезненного расстройства. Однако популярность всех этих увлечений основывается на одном и том же элементе, который на языке экономистов называется «полезностью» (utility).

Ценность денег

На самом деле, в основе рефлекторного неприятия азартных игр в большинстве своем лежит смешение двух понятий в результате небрежности. Обычно путают ожидаемую стоимость игры, т.е. «проценты» Гроневельта, и субъективную ожидаемую полезность. Разница между этими двумя понятиями наглядно показана в задаче «Санкт-Петербургский парадокс», автором которой, по утверждению Пола Ананда (Paul Anand), является математик XVIII века Даниэль Бернулли (Daniel Bernoulli). Ананд описывает суть этой задачи следующим образом:

За определенную цену Питер предлагает Полу возможность сыграть в некую игру. Они подбрасывают монету и, если она падает лицевой стороной вверх (т.е. выпадет «орел»), Питер платит Полу два дуката. Если монета падает обратной стороной вверх (т.е. выпадает «решка»), они подбрасывают монету снова, только на этот раз Пол получит 4 дуката в случае выигрыша. Каждый раз, как Пол проигрывает, Питер удваивает ставку, и они продолжают подбрасывать монету, пока Пол не выиграет[34].

Если предположить, что это одна единственная игра, которая никогда не повторится, то какую цену Пол должен согласиться заплатить Питеру за возможность сыграть в нее? Имейте в виду, что вероятность выигрыша двух дукатов в первом раунде составляет ½, а вероятность выигрыша четырех дукатов во второй раз — ¼, и так далее. Ожидаемая ценность этой игры выражается пределом следующей суммы:

(1/2 х 2) + (1/4 х 4) + (1/8 х 8) + … = 1 + 1 + 1 + …

Другими словами, ценность игры стремится к бесконечности. Однако должен ли Пол поэтому выразить готовность выложить любую сумму за возможность сыграть в эту игру? Ему ведь может не понравиться перспектива заплатить, например, миллион дукатов за право сыграть в игру, которая вполне может закончиться уже в первом раунде и принести выигрыш только в сумме двух дукатов. Таким образом, если Пол будет руководствоваться только таким критерием, как пресловутые «проценты», он совсем потеряется и не сможет принять решение.

Тем не менее, такая цена, которую вы готовы заплатить за эту возможность, конечно, существует. Она может составлять, по крайней мере, 2 дуката, однако, возможно, и 4, 8, 15 дукатов или какую-либо другую сумму. На самом деле, Бернулли считал, что «любой разумный человек согласиться испытать шансы в игре "Санкт-Петербургский парадокс" за 20 дукатов»[35]. Вывод из этого такой: необходимо признать, что деньги, как и все остальное, обладает такой характеристикой, как убывающая доходность. Для большинства из нас вторые $10 млн. не настолько ценны, как первая подобная сумма. Поэтому, если вы, например, начинаете с суммы в $10 млн., то избежать потери $10 млн. для вас, возможно, является более желательным, чем выиграть еще $10 млн. Насколько более желательным — это зависит от вашей любви к риску, по крайней мере, отчасти.

Именно с помощью таких субъективных соображений человек формирует свою собственную предполагаемую функцию выгоды, которая переводит богатство в полезность, т.е. измеряет субъективную величину реальными числами. Функции выгоды лежат в основе теории «субъективной ожидаемой полезности», которая гласит, что люди принимают решения, просто взвешивая их предполагаемую стоимость. (Понимая это, Бернулли продемонстрировал, что, если функция выгоды какого-либо лица является логарифмической, ожидаемая полезность игры «Санкт-Петербургский парадокс» выражается конечным числом.) В этом вопросе необходимо отдать должное Габриелю Крамеру (Gabriel Cramer), другому теоретику XVIII века, который рассмотрел это парадокс и вкратце объяснил, в чем здесь путаница:

Мне кажется, ошибка заключается в том, что в своих теориях математики дают оценку пропорционально количеству, в то время как на практике люди, обладающие здравым смыслом, оценивают деньги пропорционально той пользе, которую можно извлечь из них[36].

Обладают они здравым смыслом или нет, но многие критики азартных игр спотыкаются именно на этом месте. Они рассуждают так, как будто удовольствие, получаемое от игры, ничего не стоит, а важна только ожидаемая отдача в виде выигрыша. Так, моралисты Гэлстон и Вассерман утверждают, что «азартные игры — это партия в лучшем случае с нулевым исходом»[37]. Уж экономистам, по крайней мере, следовало бы лучше разбираться в этом вопросе[38]. Ведь полезность является не только неким теоретическим, абстрактным понятием, интересным только тем, кто занимается академической наукой. Наше понимание торговли основывается на наблюдении, что люди очень часто оценивают одну и ту же вещь по-разному. Например, при обмене обе стороны рассчитывают извлечь больше выгоды или стать более обеспеченными. Таким образом, торговля представляет собой игру с положительным результатом. Ведь если бы это было по-другому, добровольного обмена товарами между людьми не существовало бы. Точно так же, если бы люди действительно не могли получать удовольствие от азартных игр, трудно было бы объяснить, почему американцы и жители других стран мира с таким энтузиазмом предаются этому виду развлечений.

Темные стороны капитализма

Конечно, такое объяснение вряд ли сможет удовлетворить всех. Однако какой бы неудобной не была истина, она заключается в том, что в желании рискнуть есть нечто возбуждающее. Вот она, первопричина проблемы — «моральный риск игры на деньги для отдельных лиц и общества в целом» начинается и заканчивается здесь. Тем не менее, у тех, кому нравятся цивилизованные добродетели свободного предпринимательства, остаются мелкие сомнения. В конце концов, по выражению Гэлстона и Вассермана, «если игра на деньги — это зло, почему капитализм не является порочной системой?»[39] Ответ на этот вопрос совсем не очевиден. Азартная игра и спекуляции на бирже очень похожи, так как они обязательно предполагают добровольное согласие идти на риск — готовность, которая многим посторонним наблюдателям может показаться слегка опрометчивой. По крайней мере для моралистов «человек, играющий в азартные игры на борту речного парохода — это опасный образ, так как он воплощает в себе темную сторону капитализма»[40].

Давайте на минуточку предположим, что моралисты попали в самую точку. Если склонность к риску — это проявление «темных сил», мы можем спросить, что лежит в основе следующих соображений. Может азартные игроки питают в душе врожденную склонность к риску? Другими словами, заложено ли пристрастие к азартным играм или, по крайней мере, склонность к риску в природе человека, в его характере? Если это так, смогут ли усилия подавить эту склонность когда-либо увенчаться успехом? С точки зрения эксперта по рискам Джона Адамса (John Adams), эти вопросы нельзя задавать отдельно друг от друга. Когда дело доходит до проблем, касающихся управления рисками или их регулирования, он настаивает на том, что «в этом вопросе основным принципом является понимание человеческого поведения»[41]. К счастью, такое понимание начинает формироваться благодаря открытиям, сделанным представителями школы эволюционной психологии. Это объясняет Мэтт Ридли (Matt Ridley) в своей интригующей книге «Происхождение добродетелей» («The Origins of Virtue»).

Природа игры на деньги

Ридли старается изо всех сил показать, что люди отличаются от всех остальных существ, живущих на нашей планете, благодаря своему «набору сверхсоциальных инстинктов»[42]. В процессе эволюции мы получили в дар так называемый «орган обмена», который обеспечивает нашу предрасположенность к взаимности в деловых отношениях с другими людьми и позволяет нам на уровне чувств определять, что является добродетельным и честным, а что нет. Считается, что люди, имеющие хорошую репутацию, — те, кто ценит общественную пользу, — неспособны нарушить соглашение, основанное на доверии. Грубо говоря, это те люди, с которыми можно иметь дело. Таким образом, сотрудничество предоставляет возможность специализироваться в какой-либо области и пожинать плоды торговли. Как отмечает Ридли, это действительно является мощным стимулом. Для человеческих существ «преимущества жизни в сообществе — это те преимущества, которые предоставляет нам разделение труда»[43].

Хорошо, согласимся с этим. Однако, если выгоды торговли обусловили эволюцию человеческой натуры, воздействуя на нее через так называемый «орган обмена», то это только одна сторона проблемы. В конце концов, разделение труда в обществе — это не пассивный процесс, который происходит в соответствии с каким-то заранее разработанным и всем известным планом. Наоборот, информация в этой области является большим дефицитом. Если взять все случаи успеха предпринимателей в истории, включая и доисторическую эпоху, мы увидим, что путь к технологическому прогрессу и благосостоянию насчитывает огромное количество неудач, а иногда и настоящих катастроф. Попытки нововведений заключают в себе риск, вернее сказать, неопределенность. Нобелевский лауреат Фридрих Хайек (Friedrich Hayek) тоже рассуждает подобным образом:

Какой бы унизительной для человеческой гордости не была эта идея, мы должны признать, что движением вперед и даже сохранением цивилизации мы в огромной степени обязаны случайностям. Эти случайности проявляются в сочетании знаний и отношений, навыков и привычек, приобретенных отдельными лицами, а также в противостоянии определенным обстоятельствам со стороны квалифицированных специалистов, которые должным образом вооружены, чтобы с ними бороться. Мы знаем так мало, что вынуждены в большинстве своем полагаться на вероятность или шанс[44].

Необходимо добавить, что принятие рискованных решений — это не просто процесс обдумывания и взвешивания возможностей и шансов. В действительности, очень редко получается так, что мы знаем заранее, какие выгоды нам сулит успех в некоем деле и какие беды — неудача. Если бы отдельные лица не были готовы очертя голову идти на риск, последствия которого невозможно просчитать, кто знает, каков был бы результат эволюции. Настоящими предпринимателями или, если хотите, пионерами являются те, кто отличается лучшей, чем у остальных, способностью проникновения в суть вещей и часто готовностью сыграть с судьбой в азартную игру (в более широком смысле слова, чем дает оксфордский словарь английского языка: «Ставить деньги [особенно неумеренно] на какой-либо счастливый случай»). Успех нашей эволюции как развития биологического вида наглядно свидетельствует о том, что азартная игра всегда присутствовала в истории человечества.

Перераспределение риска

Мы отнюдь не хотим сказать, что суть игры в азартные игры заключается для нас только в принятии рискованных решений. Однако раз эти риски являются частью азартных игр, политики не смогут избежать последствий, связаных с их запретом. Ведь существует множество доказательств того, что каждый из нас комфортно чувствует себя, только если в жизни присутствует определенная доля риска. Для разных людей допустимыми являются различные уровни риска, и эти различия могут стать причиной появления разногласий и даже разжигания конфликтов. Однако для нашего исследования важный момент заключается в том, что люди склонны адаптировать свое поведение в соответствии с изменениями в уровне риска в их жизни. Адамс поясняет этот момент следующим образом:

Если люди не хотят чувствовать себя в большей безопасности и не собираются снижать степень риска, которому они подвергаются, они сорвут все усилия менеджеров по рискам, которые стараются обеспечить им большую безопасность, чем эти люди желают. Свидетельства… позволяют предположить, что их усилия приводят не к снижению уровня риска, а скорее к его перераспределению[45].

Подобных примеров тысячи, однако достаточно будет проанализировать пару случаев из книги Адамса, чтобы наглядно проиллюстрировать этот момент. Рассуждая на тему безопасности дорожного движения, Адамс пишет: «Очевидно, что в случае внедрения какого-либо технического решения (будь это усовершенствование конструкции автомобиля или улучшение качества дороги), повышающего сцепление шин с полотном шоссе, реакцией водителей будет такое поведение, которое сведет на нет потенциальную выгоду, т.е. дополнительный уровень безопасности, обеспечиваемый этим нововведением»[46]. Другими словами, если повысить безопасность автомобиля, водители будут ездить еще быстрее, чтобы вернуться к тому уровню риска, при котором они чувствуют себя комфортно.

Другой похожий пример касается лампы Дэви (безопасная рудничная лампа для работы в шахтах). Адамс отмечает, что «согласно многим научным исследованиям и трудам, посвященным безопасности, эта лампа спасла тысячи жизней», поэтому «ее обычно называют одним из наиболее значимых для безопасности изобретений в истории горнодобывающей промышленности».

Тем не менее, это нововведение стало классическим примером того, как потенциальные выгоды для безопасности использовались в качестве эффекта, обеспечивающего повышение производительности. Так как лампа работала при температуре, более низкой, чем точка возгорания метана, ее применение позволяло работать в местах, где атмосфера была насыщена метаном. Однако после внедрения лампы количество взрывов и несчастных случаев со смертельным исходом в шахтах увеличилось[47].

Смысл данного факта для законодателей очевиден. Непрошенные попытки искоренить источники азартного поведения вряд ли способны снизить уровень риска, так как азартные люди склонны рисковать в любом случае. Подобные усилия могут лишь увеличить степень риска для других людей. Чтобы понять, как это происходит, следует внимательно рассмотреть материалы, посвященные хорошо изученной проблеме — введению «сухого закона» в США в 1920–1933 годах.

Опасность запретов

На самом деле, противникам азартных игр, размышляющих на тему федеральной «стратегии сдерживания», полезно было бы знать, насколько их позиция похожа на политику более ранних реформаторов — поборников трезвости. Ведь, как писал Марк Торнтон (Mark Thornton), то, что начиналось как «благородный эксперимент», обернулось полной катастрофой:

Хотя потребление алкоголя и упало сразу после введения «сухого закона», впоследствии оно увеличилось. Кроме того алкоголь стало опаснее потреблять вследствие ухудшения качества, преступность выросла и стала «организованной», судебная система и сеть тюрем разрослись до предела, а коррупция среди государственных чиновников достигла своего пика. В то же время не было отмечено никаких достижений в области производительности труда, а число прогулов не уменьшилось. Введение «сухого закона» привело к тому, что очень значительный источник налоговых доходов был уничтожен, а расходы государства возросли. Запрет на употребление алкоголя заставил многих любителей виски переключиться на опиум, марихуану, патентованные лекарственные средства, кокаин и другие наркотические вещества, на что они вряд ли решились бы при отсутствии «сухого закона»[48].

Очень важно отметить, что хотя отдельные детали это процесса и зависели от обстоятельств и времени, когда проводился эксперимент, общие моменты укладываются в шаблон, который должен быть хорошо известен экономистам. Существует несколько категорий издержек, к которым приводит политика запретов.

Во-первых, это, конечно, прямая утрата свободы так как потребление тех или иных продуктов или услуг теперь запрещено законом. От издержек страдают не только те, кого это касается напрямую (т.е. потенциальные производители и потребители), но и люди, просто ценящие личные права и свободы и поэтому оплакивающие утрату беспрепятственного потребления той или иной продукции. Точно также мы все окажемся в числе пострадавших, если эффективное проведение запрета в жизнь приведет к отмене определенных прав и свобод, которыми мы пользуемся. В качестве примера можно привести введение мер, упрощающих для полиции сбор доказательств и, соотвественно, обыски, арест частной собственности и т.п.

Более того, в результате осуществления запрета возникают прямые издержки для налогоплательщика, который должен либо взять на себя оплату дополнительных расходов на увеличение полицейского аппарата, либо смириться со снижением уровня полицейского обслуживания в связи с перегруппировкой существующего персонала. Налогоплательщики также страдают оттого, что в систему правосудия, которую они оплачивают из своих налоговых отчислений, проникает множество коррумпированных государственных служащих, т.е. законодателей, судей и полицейских офицеров, развращенных доходами от нелегальной торговли и контрабанды.

Кроме этого, в дополнение к издержкам правоприменения появятся издержки, связанные с обходом закона и налагаемые на потребителей: их ведь не так-то просто убедить в том, что необходимо отказаться от запрещенных товаров или услуг. Эти издержки становятся особенно существенными, если рассматриваемые продукт или услуга имеют своих «заядлых потребителей», которые по какой-то причине просто не могут отказаться от «вредной» привычки (кроме азартных игр к этой категории можно отнести проституцию, пристрастие к табаку, алкоголю и некоторым другим видам продукции). В свете того, что в основе введения запрета изначально лежали отеческая забота о «заядлых потребителях» и стремление защитить их от самих себя, подобные издержки выглядят несколько парадоксально.

Естественно, чем больше территория, на которую распространяется запрет, тем выше издержки. Что касается игорного бизнеса, запрет на азартные игры на территории отдельных штатов, конечно, лучше федерального запрета, так как в первом случае любители могут воспользоваться возможностью сыграть на деньги под юрисдикцией другого штата. Например, житель штата Коннектикут всегда может отправиться в Лас-Вегас или Атлантик-Сити на выходные, чтобы удовлетворить свою страсть в казино без всяких помех в виде запретов (или, может быть, доехать за пару часов до ближайшего «индейского казино» в своем штате). Однако даже в этом случае он понесет издержки, выраженные в расходах на поездку, потерянном времени и т.д., которые в совокупности могут вылиться в кругленькую сумму.

Другой момент заключается в том, что несколько изолированных центров, где азартные игры разрешены законом, тем не менее, будут привлекать всех по-настоящему заядлых игроков — тех немногих игроманов, которые, по определению, готовы скорее смириться с любыми издержками, чем прекратить играть. Это означает, что число заядлых игроков в каждом казино будет непропорционально высоким по сравнению с общим населением. И если туристов, случайно забредших в казино, можно извинить за веру в то, что «казино развращают местное население», подобное мнение все же является искажением фактов. Тем не менее, эта точка зрения еще больше возобладает при распространении запрета на другие регионы.

Некоторые предложения

Нужно надеяться, что эти соображения в сочетании с хорошей дозой толерантности остановят тех законодателей, которые обдумывают введение поспешных запретов. Что же в этом случае правительству делать с азартными играми? Это вопрос, который стоит перед членами законодательных собраний по всей стране и скоро встанет перед Конгрессом США. Однако оказывается, что правительство уже многое делает в этой области.

Действительно, степень государственного вмешательства в эту сферу и связанные с этим издержки — это именно те проблемы, которые была призвана оценить Национальная комиссия по изучению воздействия азартных игр. Заявление комиссии было достаточно ясным. Она потребовала «пересмотреть существующие политику и практику федеральных и местных органов власти, а также правительств штатов и племенных властных органов коренных американцев в отношении легализации или запрета азартных игр, включая издержки, связанные с этой политикой и практикой»[49].

Однако в свете успехов, которых пока что добилась комиссия, ее вклад в дело оценки издержек, вероятно, будет весьма ограниченным[50]. В текущих исследовательских задачах комиссии, сформулированных подкомитетом, этот вопрос значился в качестве второстепенного, и его изучение доверили Консультативной комиссии по межправительственным отношениям (Advisory Commission on Intergovernmental Relations) наряду с другими «несложными задачами, требующими описательного исследования»[51].

Тем не менее если власти действительно намереваются рассмотреть дальнейшие меры по регулированию игорного бизнеса, детальная оценка существующей «политики и практики» должна стать неотложной задачей. В настоящее время две области практической деятельности правительства требуют пристального внимания: государственная монополия на проведение лотерей, а также государственное лицензирование казино и контроль над ними.

Лотереи

Во многих штатах лотереи возродились в форме ревностно охраняемой государственной монополии. Эти любимые «игрушки» правительственных охотников до доходов почти приобрели респектабельность с политической точки зрения. В этом и заключается причина для беспокойства.

Конечно, в проведении лотерей нет ничего, что может вызывать возражения. Однако если лотереи разрешены законом, почему штаты должны иметь монополию на их проведение? В отсутствии конкуренции властям штатов сходит с рук установление абсурдной монопольной ренты, фактически являющейся налогом на потребление, которым облагаются участники лотереи. Согласно одной (консервативной) оценке, штаты оставляют себе «почти одну треть общей суммы ставок для финансирования деятельности государственного сектора»[52]. В сравнении с этим, доходы казино в сумме 5,3% от ставок на рулетке выглядят относительно скромными. Потребители, безусловно, только выиграют, если разрешить коммерческим предприятиям проводить лотереи, конкурируя друг с другом. Подобным образом, соперничество между конкурирующими казино уже привело к тому, что для посетителей ввели более выгодные условия игры[53]. В таком случае больше всех выиграют пожилые и малообеспеченные люди, ведь предметные исследования в этой области свидетельствуют, что именно эти категории населения в основном увлекаются лотереями (в отличие от казино).

Отказавшись от монополии в этой сфере, власти штатов смогут обкладывать налогом прибыли частных операторов лотерей, также как они взимают налог на прибыль с любых других предприятий. Более того, такая отмена контроля, по крайней мере, частично снизит озабоченность тех людей, которые и так относятся к игорному бизнесу с подозрением, и поэтому встревожены тем, что их правительство прямо и энергично вторгается в эту область деятельности.

Лицензирование казино приводит к коррупции

В течение многих лет, когда игра в казино и даже лотереи были запрещены почти везде, игорный бизнес в основном являлся сферой деятельности организованной преступности. Сегодня, наоборот, казино принадлежат и управляются компаниями, чьи акции свободно обращаются на открытом рынке ценных бумаг. Эти компании находятся под контролем рыночной дисциплины, а их политика определяется решениями обычных акционеров в джинсах, а не шантажом и запугиванием со стороны пресловутых людей в темных костюмах.

Бесспорно, широкая легализация игорных заведений уничтожила влияние криминала в этой сфере, а вот играл ли правительственный контроль ключевую роль в решении этой проблемы, является достаточно спорным моментом. Этот вопрос очень важен, так как представители игорной индустрии очень хотят погасить озабоченность проблемой мошенничества — что вполне естественно. Казино боятся потерять покровительство элиты общества и поэтому должны быть выше всяких подозрений, ведь передаваемые шепотом слухи о злонамеренно запрограммированных игровых автоматах или стереотипные голливудские сплетни о магните под колесом рулетки способны причинить им большой ущерб. Однако, вместо того чтобы предпринять шаги для заверения наблюдателей в своей честности, обычной реакцией на эти слухи являются призывы к ужесточению процедуры лицензирования и контроля в отрасли[54].

Трудно представить себе политику глупее, чем введение полного запрета. Искусственно поднимая цену входного билета в индустрию игорного бизнеса, лицензирование тем самым обеспечивает защиту существующих в отрасли игроков от новых конкурентов. Более того, лицензия становится ценным товаром, поэтому чиновников, осуществляющих контроль в этой области, легко коррумпировать. Кроме этого, лицензирование является и вовсе ненужной процедурой: казино, которые дорожат своей репутацией, всегда могут воспользоваться услугами третьей стороны, т.е. агентства по сертификации.

Возможности для коррупции, вытекающие из процедуры лицензирования, хорошо видны на примере затруднительного положения, в которое недавно попал министр внутренних дел США Брюс Бэббит (Bruce Babbit). В июле 1995 года Министерство внутренних дел отказало трем племенам индейцев чиппева, живущих в штате Висконсин, в выдаче лицензии на открытие казино, хотя они имели рекомендацию Бюро по делам индейцев (Bureau of Indian Affairs). Свидетели показали, что такое решение было принято из-за политических взяток от других индейцев, которые держали казино за пределами Миннеаполиса, недалеко от площадки, планирующейся под строительство игорного заведения в штате Висконсин. Эти индейцы-конкуренты, конечно, пожертвовали деньги на избирательную компанию Демократической партии и президента Клинтона. Более того, Бэббит якобы утверждал в разговоре с другом, который на самом деле был представителем племен индейцев чиппева, что в выдаче лицензии им было отказано именно по причине этих пожертвований. Ситуация стала еще более неловкой, когда индейцы-конкуренты позднее пожертвовали еще $300 000 или около того в фонд Национального комитета Демократической партии.

Министр юстиции США посчитал доказательства обвинения в поведении, нарушающем профессиональную этику, заслуживающими доверия и достаточными, чтобы передать дело Бэббита на рассмотрение независимого обвинителя. Конечно, подтвердятся обвинения против Бэббита или нет, зависит от суда[55]. Однако в любом случае нынешние процессуальные действия вряд ли способны убедить общественность в честности владельцев казино. Процедура лицензирования, по крайней мере сегодня, воспринимается как «грязное дело», когда власти по принципу «ты мне — я тебе» защищают казино от конкуренции взамен финансовой поддержки политических кампаний.

Как уже указывалось, в качестве вполне очевидной альтернативы этому игорный бизнес может выбрать контроль со стороны частных агентств. Это отнюдь не новая идея[56]. Другие участники индустрии развлечений — писатели, драматурги, кинематографисты и рестораторы — регулярно предоставляют свою продукцию на независимую экспертизу; в конце концов, именно в этом заключается функция всем хорошо знакомых и всегда презираемых «критиков». Похожим образом, некоммерческая компания Underwriters Laboratories (UL), занимающаяся контролем качества, оценивает более 17 тыс. видов продукции, которую изготовляют свыше 40 тыс. производителей. Только в 1997 году ее исследованию подверглись около 80 тыс. наименований. В целом каждый год на рынке появляется 14 млрд. видов товаров со знаком качества от компании UL[57]. И все это делается за счет производителей.

Будь это скучная пьеса или ненадежный в эксплуатации фен, нелестная рецензия способна нанести серьезный ущерб репутации такого вида продукции и свести на нет перспективы его успешной продажи. Получается, что совсем не обязательно принудительно ограничивать ему доступ на рынок, ведь потребители сами разберутся в ситуации и, вероятно, будут держаться от этого товара подальше. В то же время конкуренция среди сертификационных компаний, занимающихся контролем качества, станет мощным стимулом, заставляющим рецензентов поддерживать высокий уровень своих услуг. Ведь их источником существования, прежде всего, является репутация независимых агентств, способных дать объективную оценку.

Наверное, самый сильный аргумент в пользу сертификации казино третьей стороной заключается в том, что некоторые онлайновые форумы азартных игр уже используют этот метод ввиду отсутствия государственного лицензирования. Примером может служить интернет-компания Global Stock Games (GSG), которая предлагает услуги тотализатора: игрок может сделать ставку на изменение курса 14 акций во время ежедневных торгов на одной из 12 мировых бирж[58]. За каждую предложенную комбинацию взимается относительно небольшой вступительный взнос ($5 для тех, кто играет на биржах США), а призовые деньги ежедневно распределяются между теми, кто правильно угадал развитие событий (курс акций повысился, понизился или остался без изменений) для 13 или 14 акций. Компания приглашает независимых контролеров (так называемых «смотрителей»), которые следят за тем, чтобы призовые деньги выплачивались в соответствии с правилами[59]. Этот сайт использует стандартные протоколы для безопасной оплаты кредитными картами. Очевидно, что GSG и подобные ей фирмы понимают озабоченность их клиентов вопросами безопасности и рассматривают расходы на контроль качества услуг как существенный элемент своего бизнеса. Нет причин считать, что другие казино, расположенные на пароходах или на земле, сделают другие выводы.

Заключение

В фильме «Гаттака», который вышел на экраны в 1997 году, действие происходит в футуристическом мире будущего, где два брата соревнуются между собой. Каждый день они заплывают далеко в море, и каждый из них старается продержаться на воде дольше соперника. Это бескомпромиссная борьба по принципу «кто первым струсит». Если один из них испугается, он поворачивает назад к берегу — это означает его поражение.

Зачатый естественным образом Винсет, имеющий врожденные отклонения и поэтому обреченный стать заурядной личностью, не чета своему генетически запрограммированному младшему брату Энтону, который обладает превосходными атлетическими и интеллектуальными данными, способными обеспечить ему яркое будущее. Хотя Винсент все больше и больше стремится победить в соревновании, он постоянно проигрывает, как и во всем другом. Энтон остается чемпиономв течение многих лет.

Однако в один прекрасный день все изменяется. Невероятно, но Энтон отстает в гонке, а затем чуть не тонет. Спасая брата, Винсент преображается и приобретает уверенность в себе. Его победа становится трамплином для того, чтобы, наконец, претворить свою безнадежную мечту в жизнь. Он уходит из дома, принимает новую генетическую личность и осмеливается оспаривать в соревновании главный приз, предназначенный для представителя элиты, тщательно выведенной генетическим путем.

По сюжету фильма через некоторое время братья вновь встречаются, и мы узнаем, что Энтон полон разочарования и отвращения к себе за то поражение. Он требует удовлетворения, и братья возвращаются на пляж, чтобы раз и навсегда поставить точку в этом споре. Однако после почти олимпийского по напряженности заплыва Винсент снова выигрывает. Униженный, но все еще не верящий в свое поражение, Энтон пытается понять, как его брат, имеющий физические недостатки, смог дважды победить такого атлета, как он. Ответ Винсента удивительно прост: «Я специально не оставлял себе сил на обратный путь».

Что это, героическая борьба наперекор всему или безрассудный риск? На самом деле, это и то и другое одновременно, и в этом заключается весь смысл.

Допускаю, что Винсент не является типичным азартным игроком, который крутит колесо рулетки или кидает кости. Но, тем не менее, он играет, рискует, поставив смерть против возможности сделать свою жизнь яркой и содержательной, причем сознавая, что его шансы в этой игре невелики. Для многих из нас есть что-то волнующее в его решимости бороться против «вероятности», решимости, которая является выражением дерзкого и неукротимого человеческого духа. Мы понимаем, что, хотя шансы на победу очень малы, а последствия поражения будут ужасны, фортуна благоволит смелым — по крайней мере, иногда. Как показывает пример Винсента, «это вполне возможно».

Я не призываю читателей окунуться в романтику, а хочу показать, что поступок Винсента, плохой он или хороший, является плодом его собственного выбора, который очень субъективен, так как затрагивает лишь его самого. Однако в свободном обществе человек имеет и должен иметь право на выбор. Если такая свобода распространяется и на игроков, это не более чем справедливо.

Конфликт в обществе по вопросу азартных игр привел к возникновению дебатов, имеющих решающее значение для всех американцев. С одной стороны, существует точка зрения, согласно которой в некоторых ситуациях людям нельзя доверять сталкиваться с последствиями их собственных решений и поэтому они не должны отвечать за свои поступки, если что-то пошло не так, как надо. Вследствие этого, интересы общества диктуют, чтобы чиновники принимали решения за них.

На другом полюсе этого противостояния свои аргументы приводят те, кто подобно Джорджу Макговерну (George McGovern), бывшему кандидату в президенты США от Демократической партии, озабочены общим снижением толерантности в обществе. Недавно в своем комментарии, опубликованном газетой New York Times, Макговерн очень красноречиво отчитал

тех, кто лишает других выбора, запрещая им есть мясо, носить меха, пить кофе или просто много есть… Так как в один прекрасный день каждый из нас может поддержать кампанию за введение каких-либо ограничений, этот вопрос гораздо шире, чем кажется. Когда мы прекратим диктовать другим свою волю? Сколько подобных споров мы способны выдержать? Чьи ценности восторжествуют в конечном итоге?[60]

Сторонники классического либерализма обязаны противостоять следующему предположению: государство должно иногда мириться с общепринятыми развлечениями, однако может объявлять их вне закона, если это политически целесообразно. Как прекрасно провозгласил экономист и философ XIX века Джон Стюарт Милль (John Srtuart Mill), «человек имеет суверенные права на самого себя, свое тело и душу»[61]. Отойти от этой нормы означает поставить под угрозу наше историческое наследие, традиционную формулу свободы личности, на основе которой и возникла Америка. А это уже действительно похоже на бесшабашную игру.


[1] См. Public Law 104-169, sec. 2, para. 5.

[2] National Gambling Impact Study Commission, Research Agenda, October 1997, §4.

[3] Это направление исследований выглядело щекотливо, так как приводило прямо в правительственные кабинеты, но, тем не менее, оно входило в сферу полномочий комиссии.

[4] Galston W.A., Wasserman D. Gambling Away Our Moral Capital // Public Interest. № 123 (Spring 1996). P. 69.

[5] Harrah’s Survey of Casino Entertainment, 1997.

[6] Morris L., Block A. Organized Crime and Casinos: An International Phenomenon // Gambling: Public Policies and the Social Sciences / Ed. by W.R. Eadington, J.A. Cornelius. Reno, Nev.: Institute for the Study of Gambling and Commercial Gaming, 1997. P. 664.

[7] Brenner R. Gambling and Speculation. Cambridge: Cambridge University Press, 1990. P. 10. По условиям лотереи главный приз составлял 5 тыс. фунтов стерлингов, и «существовал еще один приз: человек, купивший лотерейный билет, освобождался от ареста, если он не совершил тяжкого преступления». Далее авторы отмечают, что «эта первая лотерея не пользовалась большим успехом, хотя ее широко рекламировали».

[8] Ibid. P. 14.

[9] Ibid. P. 18.

[10] Summers S.R., Honeyman D.S., Wattenbarger J.L. The Resource Suppression and Redistribution Effects of an Earmarked State Lottery // Gambling: Public Policies and the Social Sciences... P. 537.

[11] «Играть в азартные игры... Играть в игры, где исход определяет случай, на деньги, особенно по чрезмерно высоким ставкам; ставить деньги (особенно очень крупные суммы) на какой либо счастливый случай» (Oxford English Dictionary. Oxford: Oxford University Press, 1971).

[12] Galston W.A., Wasserman D. Op. cit. P. 63.

[13] Другое интересное обвинение в «каннибализме» можно найти у Роберта Гудмена в книге: Goodman R. The Luck Business: The Devastating Consequences and Broken Promises of America’s Gambling Explosion. N.Y.: Free Press, 1995. Однако, как отмечает Роберт Р. Детлефсен, другие политики, например Фрэнк Вульф (Frank Wolf), подхватили призыв к сплочению рядов (Detlefsen R.R. Anti-Gambling Politics: Time to Reshuffle the Deck. Competitive Enterprises Institute, 1996. P. 15). «Доходы, потраченные на азартные игры, не расходуются на кино, одежду, развлечения или другие товары и услуги. Игорный бизнес "пожирает" другие виды коммерческой деятельности, например, рестораны» (Congressional Record. 1995. January 11. P. E86).

[14] Сжатое изложение учения экономистов, сторонников идеи, что «азартные игры приводят к росту преступности», можно найти в работе Рональда А. Рено: Reno R.A. The Diceman Cometh // Policy Review. 1996. March–April. P. 42.

[15] Подробный отчет можно найти в работе Джереми Марголиса: Margolis J. Casinos and Crime: An Analysis of the Evidence. Chicago: Altheimer & Cray, 1997.

[16] Рено отмечает, что «в течение трех лет после размещения в городе казино, Атлантик-Сити переместился с пятидесятого на первое место в стране по числу преступлений на душу населения» (Reno R.A. Op. cit. P. 42).

[17] Margolis J. Op. cit. P. 15–18.

[18] Brenner R. Op. cit. P. 38–39. Автор цитирует работу Нехамы Тек (Nechama Tec) «Азартные игры в Швеции» (Gambling in Sweden») 1964 года, благодаря которой он заключает, что «азартные игроки и люди, не увлекающиеся игрой на деньги, выполняли свои семейные, должностные и общественные обязанности одинаково».

[19] Brenner R. History: The Human Gamble. Chicago: University of Chicago Press, 1983. P. 10. Бреннер цитирует следующие работы: Gallup Social Syrveys, Gambling in Britain, 1972. London: Gallup, 1972; Cornish D.B. Gambling: A Review of the Literature and Its Implications for Policy and Research. London: Her Majesty’s Stationary Office, 1978; Smith S., Razzell P. The Pool Winners. London: Caliban Books, 1975; Downes D. et al. Gambling, Work and Leisure: A Study across Three Areas. London: Routledge and Kegan Paul, 1976.

[20] Harrah’s Survey of Casino Entertainment, “US Casino Player Profile, 1996”. Авторы приходят к следующему заключению: «С демографической точки зрения, тип обычного клиента казино остается одним и тем же в течение последних нескольких лет. По сравнению со средним американцем, игроки, посещающие казино, как правило имеют более высокий уровень доходов и образования, а также с большей долей вероятности принадлежат к классу «белых воротничков»».

[21] Brenner R. Gambling and Speculation... P. 37–38. Автор цитирует отчет Федеральной комиссии по контролю в области игорного бизнеса «Азартные игры в Америке» («Gambling in America») за 1976 год. Он также отмечает, что «виды деятельности, которым [игроки] посвящают намного меньше времени, включают в себя обустройство дома, садоводство, вязание, шитье и посещение церкви».

[22] Особенно следует ознакомиться со следующим отчетом: Shaffer H.J., Hall M.N., Bilt J.V. Estimating the Prevalence of Disordered Gambling Behavior in the United States and Canada: A Meta-analysis. Harvard Medical School, Division on Additions, December 1997. P. iii–iv. Авторы приходят к выводу, что литература, посвященная игровым расстройствам, перегружена «концептуальными и методологическими проблемами». Однако, по их оценкам, за последние несколько лет расстройство поведения «3-го уровня», характеризующее наиболее «азартных» игроков, наблюдалось только у 1,14% взрослого населения, а если брать 95-процентный интервал доверия — от 0,90 до 1,38%.

[23] Galston W.A., Wasserman D. Op. cit. P. 64.

[24] WEFA Group, “A Study Concerning the Effect of Legalized Gambling on the Citizens of the State of Connecticut”, prepared for State of Connecticut, Department of Revenue Services, Division of Special Revenue, June 1997. P. 9. Казино, упоминаемое там — это Foxwoods Resort Casino.

[25] Reno R.A. Op. cit. P. 42.

[26] Greenfield L.A. Alcohol and Crime: An Analysis of National data on the Prevalence of Alcohol Involvement in Crime, U.S. Department of Justice, April 5–7, 1998, NCJ-168632.

[27] См., например: Vatz R.E., Weinberg L.S. Is Compulsive Gambling Really a Disease? // Postgraduate Medicine. Vol. 82. № 5 (October 1997). P. 264–271.

[28] Morris L., Block A. Op. cit. P. 666. Эти авторы утверждают, что «игорные заведения с плохой репутацией», существовавшие в Ньюпорте, штат Кентукки, в период после Великой депрессии, «были печально известны использованием любого шанса для того, чтобы отобрать каждый цент, который имели их клиенты. Когда посетитель входил в такое заведение, ему предлагали женщин, спиртное и различные возможности сыграть до того момента, пока его карманы не опустеют».

[29] Gamblers Anonymous Home Page, Questions & Answers.

[30] Надо сказать, что некоторые экономисты утверждали, что влияние казино на экономическую обстановку в том или ином месте является скорее положительным. Авторы одного исследования приходят к выводу, «что там, где открывались казино, уровень занятости повышался, а безработица снижалась; дополнительные доходы от налогов на казино использовались на нужды образования и инфраструктуры; а рост преступности на начальном уровне был временной проблемой, так как, в конечном итоге, уровень преступности снижался. В результате в тех штатах и населенных пунктах, где разрешали игру казино, экономические показатели улучшались» (Evans Group, “A Study of the Economic Impact of the Gaming Industry through 2005”, September 1996. P. 1-1).

[31] Puso M. Fools Die. N.Y.: Signet, 1979. P. 179. Это, конечно, не последнее высказывание подобного рода из уст Гроневельта, которого так трогал закон средних чисел. На странице 472 он обращается к Калли: «Можно потерять веру во все — религию и Бога, женщин и любовь, добро и зло, войну и мир. Всего не перечислить. Однако проценты всегда останутся на своем месте». Проценты, короче говоря, являются краеугольным камнем его философии: «Во всем, чем ты занимаешься в жизни, нужно полагаться на проценты, как на бога».

[32] Естественно, это неверно для таких вариантов игры, как Карибский стад-покер (Carribean Stud), где казино также участвует в игре. Однако во многих игорных заведениях казино просто предоставляет столы и дилеров для таких игр, как семикарточный стад-покер (Seven Cards Stud) и Техасский холдем-покер (Texas Holdem), а также берет небольшую долю с каждого банка.

[33] Подробное описание применения подсчета карт в блэкджеке см.: Sklansky D. Getting the Best of It. Las Vegas: Two Plus Two, 1993. P. 102–128.

[34] Anand P. Foundations of Rational Choice under Risk. Oxford: Oxford University Press, 1993. P. 3–4.

[35] Ibid. P. 44.

[36] Цит. по: Ibid.

[37] Galston W.A., Wasserman D. Op. cit. P. 62.

[38] Однако многие экономисты тоже спотыкаются на этом моменте. Милтон Фридман (Milton Friedman), Джон Мейнард Кейнс (John Maynard Keynes) и другие пессимистически настроенные ученые часто следуют традиции презрительного отношения к азартным играм, которая появилась со времен Адама Смита (Adam Smith). См.: Brenner R. History... P. 11.

[39] Galston W.A., Wasserman D. Op. cit. P. 62. Серьезно рассматривая этот вопрос, авторы делают попытки провести черту между «азартными играми и принятием рискованных решений в бизнесе». Однако, как указывалось выше, они допускают, что «азартная игра — это партия в лучшем случае с нулевым исходом», и тем самым сразу начинают с ошибочного утверждения, от чего в дальнейшем не могут оправиться.

[40] Ibid.

[41] Adams J. Risk. London: UCL Press, 1995. P. 211.

[42] Ridley M. The Origins of Virtue. London: Viking, 1996. P. 6.

[43] Ibid. P. 41

[44] Hayek F.A. The Creative Powers of a Free Civilization // Essays on Individuality / Ed. by Felix Morley. Indianapolis: Liberty Fund, 1977. P. 273.

[45] Adams J. Op. cit. P. 211. См. также: Idem. Cars, Cholera and Cows: The Management of Risk and Uncertainty // Cato Institute Policy Analysis. № 335 (March 4, 1999).

[46] Адамс указывает на результаты исследования, проведенного шведскими специалистами, во время которого «измерялась скорость у нескольких тысяч автомобилей, проезжающих один и тот же поворот дороги в Швеции». По словам Адамса, «машины разделялись на две группы в зависимости от того, имели ли они зимние шипованные покрышки или нет. Скорость измерялась в условиях хорошего сцепления колес с дорожным покрытием (сухая и ясная погода), а также плохого сцепления (снег, обледенелая дорога). В ясную и сухую погоду скорость у двух групп автомобилей не имела существенных отличий. Однако когда шоссе было покрыто льдом, машины с шипованными покрышками ехали быстрее, чем автомобили с обычными шинами. Самое резкое отличие наблюдалось при высоких скоростях, т.е. тех, которые обычно являются причиной потери управления. Самые быстрые 2,5% машин с обычными покрышками ехали со скоростью 57 км/ч, а самые быстрые 2,5% автомобилей с шипованными шинами двигались на скорости 63 км/ч или более». Adams J. Risk... P. 141–142.

[47] Ibid. P. 211; курсив автора.

[48] Thornton M. Alcohol Prohibition Was a Failure // Cato Institute Policy Analysis. № 157 (July 17, 1991).

[49] Public Law 104–169, sec. 4(a), para. 2, item A.

[50] Public Law 104–169. По закону комиссии дали два года на проведение исследований, однако четверть этого срока прошла, прежде чем согласовали и утвердили список ее задач. Как указано выше, в качестве таковых была выдвинута амбициозная программа изучения природы и степени распространенности игромании в ущерб исследованию других вопросов.

[51] NGISC, “Research Agenda”. Подкомитет, разработавший этот документ, похоже, очень узко истолковал обязанности комиссии в отношении этой проблемы. Действительно, в разделе, озаглавленном «Другие вопросы», говорится, что для выполнения этих обязанностей достаточно «трех описательных задач». В частности, это «составление (i) списка всех видов азартных игр, предлагаемых на настоящий момент во всех штатах, (ii) базы данных законов и правил, регулирующих эти виды азартных игр, и (iii) приведение суммы доходов, получаемых в результате налогообложения». В дополнение подкомитет отмечает, что «общий масштаб этой работы будет определен после оценки расходов на решение приоритетных задач».

[52] Galston W.A., Wasserman D. Op. cit. P. 58.

[53] Например, под влиянием конкуренции оба индейских казино, расположенных на севере штата Коннектикут, ввели так называемую возможность «последнего паса» (last Surrender) для игроков в блэкджек. Эта возможность (позволяющая выйти из игры, получив назад половину своей ставки) является наилучшим вариантом игры при таких раскладах (например, твердых 16 очков при 10 у дилера), когда шансы на выигрыш составляют менее 25%. Правильно воспользовавшись возможностью «последнего паса», умелый игрок может уменьшить свои потери при плохом раскладе, снижая тем самым преимущества казино или (если игрок считает карты) увеличивая свои шансы.

[54] См. Harrah’s, Understanding Casino Entertainment, 1995. Этот доклад был подготовлен для рабочей группы по торговле, туризму и путешествиям Американского совета по обмену информацией в области законодательства (American Legislative Exchange Council). «Так как в общих интересах этих компаний требовать соблюдения самых строгих этических норм и от себя, и от конкурентов, отрасль в целом поддерживает порядок осуществления контроля, который повышает степень честности игры в казино» (§13б, p. 2). А вот, что написано в том же разделе: «Продолжающееся расширение сети казино в США, а также рост общественного признания в этой сфере свидетельствуют, что игорная индустрия приобретает статус одной из самых строго контролируемых отраслей» (p. 7).

[55] В действительности, вполне возможно, что Бэббит не совершил ничего противозаконного. Как утверждает Джонатан Раух, Бэббит и другие лица, участвовавшие в этом деле, вероятно, «виновны только с политической точки зрения» (Rauch J. Infinite Jeopardy // National Journal. 1998. March 14). Мое мнение заключается в том, что наилучшее решение этических и правовых проблем такого рода — это освобождение казино от контроля со стороны политиков.

[56] На самом деле контроль со стороны частных компаний является сегодня господствующей тенденцией. Подробнее об этом вопросе можно узнать в следующей работе: Yilmaz Y. Private Regulation: A Real Alternative for Regulatory Reform // Cato Institute Policy Analysis. № 303 (April 20, 1998). Как отмечает Йилмаз, «в американской экономике много контрольных функций сосредоточено в частных руках. Разрабка нормативов и надзор за их соблюдением осуществляется профессиональными ассоциациями и независимыми агентствами» (p. 3).

[57] Эти цифры можно посмотреть на сайте http://www.ul.com/about/glance.html.

[58] www.stockgames.com.

[59] На момент написания этой статьи контроль осуществляли сертифицированная аудиторская фирма Ernst & Young, Гибралтар, и нотариальная контора Peter A. Isola (также Гибралтар).

[60] McGovern G. Whose Life Is It? // New York Times. 1997. August 14.

[61] Mill J.S. On Liberty and Other Essays. Oxford: Oxford University Press, 1991. P. 14.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus
Loading...

Главные новости

10:06 Три НПФ продали акции Промсвязьбанка до объявления о его санации
10:02 В Израиле умерла любимая учительница Путина
09:45 Полиция обыскала дом написавшей о слежке за Россией журналистки
09:41 Правозащитники рассказали о просьбах Улюкаева в СИЗО
09:26 Еще одна биржа в США начала торговать фьючерсами на биткоины
09:15 На Дальнем Востоке появится новая армия
09:05 Депутаты ГД предложили штрафовать стритрейсеров на миллион рублей
08:45 Посол РФ в США в Вашингтоне встретится с замгоссекретаря
08:22 60 нацгвардейцев пострадали при столкновении со сторонниками Саакашвили
08:07 В ЦРУ отказались обсуждать помощь в предотвращении теракта в Петербурге
07:50 18 декабря официально началась президентская кампания
17.12 21:00 Президент Финляндии ответил на информацию о слежке за военными РФ
17.12 20:27 Компания Ковальчука претендует на крымский завод шампанского «Новый свет»
17.12 20:04 Сборная РФ по хоккею выиграла Кубок Первого канала
17.12 19:44 ЦРУ передало Москве данные о подготовке теракта в Петербурге
17.12 19:16 При столкновениях со сторонниками Саакашвили пострадали десятки полицейских
17.12 18:35 СМИ назвали место содержания главаря ИГ
17.12 18:08 Опубликовано видео ликвидации боевиков в Дагестане
17.12 17:25 Между сторонниками Саакашвили и полицией произошли столкновения
17.12 16:47 Прокуратура впервые запросила пожизненный срок для торговца наркотиками
17.12 16:24 Курс биткоина превысил 20 тысяч долларов
17.12 16:16 Спортсменам РФ разрешили использовать два цвета флага на Олимпиаде
17.12 15:13 В Госдуме назвали неожиданностью слежку Финляндии за Россией
17.12 14:54 Скончался Георгий Натансон
17.12 14:15 В Крыму работы на трассе «Таврида» привели к перебоям с интернетом
17.12 13:44 В Москве снова побит температурный рекорд
17.12 13:15 СМИ сообщили об убийстве плененного ИГ казака
17.12 12:39 Губернатор Подмосковья пообещал избавить жителей региона от вони в начале года
17.12 12:07 Правительство Австрии поддержало смягчение санкций против РФ
17.12 11:35 Глава МИД Великобритании не увидел фактов влияния РФ на Brexit
17.12 11:15 СМИ рассказали о затрате Пентагоном 20 млн долларов на изучение НЛО
17.12 10:52 В Финляндии возбуждено дело после публикации данных о контроле разведки над интернетом
17.12 10:20 Представители Трампа обвинили спецпрокурора по РФ в незаконном получении документов
17.12 09:53 Завершилось голосование по названию моста в Крым
17.12 09:34 В Москве побит абсолютный температурный рекорд с 1879 года
17.12 09:24 Источник рассказал о переносе с Байконура пилотируемых пусков
17.12 09:12 В Дагестане силовики вступили в бой с боевиками
16.12 22:07 Курс биткоина превысил 19 тысяч долларов и вернулся обратно
16.12 21:03 СМИ узнали о «мирном» письме Саакашвили к Порошенко
16.12 19:56 Собчак заявила о готовности не участвовать в выборах
16.12 19:45 ПАРНАС отказался от выдвижения своего кандидата в президенты
16.12 19:28 Галерея-банкрот потребовала 27 млн рублей из Фонда храма Христа Спасителя
16.12 19:14 Российский биатлонист принес сборной первую медаль Кубка мира
16.12 17:07 Володин призвал власти РФ и Белоруссии уравнять граждан в правах
16.12 16:18 Фигуранта дела о контрабанде алкоголя нашли убитым в Ленобласти
16.12 15:13 Экс-сотрудник ФСБ отверг обвинения в хакерских атаках против США
16.12 15:11 Украина составила план покорения Крыма телевидением
16.12 14:07 Ученые из США выложили в сеть видео с ядерным испытанием
16.12 13:55 Овечкина признали одним из величайших игроков в истории НХЛ
16.12 13:12 Борис Джонсон снялся в «рекламе» сока с Фукусимы
Apple Boeing Facebook Google IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов Бразилия ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай Климат Земли, атмосферные явления КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минюст мировой экономический кризис «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН оппозиция опросы оружие отставки-назначения Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение права человека правительство Право правозащитное движение «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство УЕФА Украина Условия труда ФАС Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие хоккей хулиганство Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.