Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
15 декабря 2017, пятница, 19:20
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

Ираклий Квирикадзе: «Как-то легко жить, не занимаясь режиссурой»

Полит.ру представляет очередную программу «Нейтральная территория. Позиция 201» с Ираклием Квирикадзе. Участвуют Дмитрий Ицкович и Татьяна Кокусева.
Москва, кафе «Нейтральная территория»

Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)
Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)

Квирикадзе:   (вспоминает об одном кафе в Америке - "Полит.ру) ... Люди там собираются такие… crazy. Очень много у меня историй связано с этим кафе. Я там недалеко жил и там все стены в книжных полках и можно брать любые книги читать. Диваны. Можно спать на них. Когда нет места, под столом спят люди. Кто-то печатает… Я имею в виду  начало 90-х. Тогда это было очень удивительно для моего менталитета. Как это? 24 часа. В карты играют там же. Такое место, где собираются полуночники.

Дмитрий Ицкович: - А днем?

Квирикадзе: …и днем. 24 часа. Рядом море… Так сказать, пописал, оглянулся, прыгнул в море, то бишь в океан.  Венис Бич знаменитый. Вот там находится это кафе.

Д.И.: - В Лос - Анджелесе?

Квирикадзе:  В Лос - Анджелесе, да. Там пишут сценарии. Там я писал сценарий.

Д.И.: - А фейсконтроль там есть?

Квирикадзе: Нет. Абсолютно нет.

Д.И.: - Те,  кому противно,  не заходят и этого достаточно.

Квирикадзе: Оно такое… в первый раз я увидел - такое демократичное какое-то… Вот дома скучно или же дома дети визжат, пищат… Ты, значит, берешь свою пишущую машинку, компьютер, ручку и сидишь в таком публичном одиночестве, пишешь. Я там очень много писал.

Д.И.: - Ну да, это же  такое легендированное   занятие……

Квирикадзе: Но вот типа парижского... как его там? На Монпарнасе? Нет. На Монпарнасе. Не на Монмартре. На Монпарнасе. В публичном одиночестве творишь. Это очень..

Д.И.: - Бодрит.

Квирикадзе:  …стимулирует. Да.  Вот описываешь: сидит мой герой там…

- Ну вот это,  можно сказать, тоже самое (кафе)

Квирикадзе: Ну да…

- Альтернативное.

Квирикадзе: … вот это все мне и напомнило.

- Правда диванов здесь нет, но все остальное… Кухня хорошая.

Д.И.: - Неплохая.

Квирикадзе: Это ваше?

Д.И.: - Ну вроде того.

- Скромно говорит.

Квирикадзе:  Вообще место какое-то такое.. взрывоопасное.

Д.И.: - Ну поэтому и называется «Нейтральная территория». Мне нравятся экстремальные виды спорта.

Квирикадзе: Я так шел , смотрю - резиденция или как она называется приемная президента. Два шага –«Нейтральная территория». Странно.

Д.И.: - Ну это просто такой авантюризм, авантюризм своего рода. Предпринимательский авантюризм. Делать детский сад в зоопарке между клетками льва и тигра.

Квирикадзе: В этом кафе как раз сидел один огромный, толстый человек молодой. И, узнав, что я из России, что я – сценарист, он все время приходил ко мне и показывал свой сценарий… Так вот он такой был любопытный парень, писал первый сценарий в своей жизни.  Ну и как бы зная, что я что-то такое в этом соображаю, все время каждую новую страницу приносил мне читать. Я вижу …

Д.И.: -   По-русски?

Квирикадзе: А? По-английски, по-русски, нет по–русски-то я, а по-английски – он. Так или иначе вижу, что бред собачий. Как ему сказать? Неловко. Три месяца он меня терроризировал. Вдруг он исчез. Месяца два его не видно было. Потом я спрашиваю: «А где..?» …забыл как его звали. А он, говорят, сценарий свой продал Голливуду. И появляется с ящиком шампанского, два попугая у него на плечах сидят. Счастливый такой. Я, говорит, сценарий продал. Я так взял паузу. Ага! Так! И говорю: «За сколько?» - «Миллион долларов!» То есть это в 92 году, я с трудом продавая какие-то свои жалкие сценарии каким-то независимым компаниям за 50 000, за 40 000, страшно счастливый на  это жил и всю семью содержал. А он вот то, что я считал, что он пишет бред… Я все думал как же ему так мягко сказать, что это - бред.  Да? Он попал в точку. А фильм получился знаменитый по этому сценарию. Если вы помните, лет 10-12 назад был такой фильм «Газонокосильщик». Да? Очень нашумевший по всему миру. Вот это он писал на моих глазах.

Татьяна Кокусева: - Вот этот самый человек?

Квирикадзе: Вот этот самый человек. То есть вот так вот…

Т.К.: - А вам не нравилось, да?

Квирикадзе: Ну чушь какая-то! Чушь! Там какие-то фантазии безвкусные такие… что-то такое…

Т.К.: -  А вы ему помогали?

Квирикадзе: Нет, не то что помогал… Я просто так … ну как бы, не обижая его, говорил, что это мне не очень нравится. Он кивал головой: «Да-да-да». Ну такой правильно воспитанный…

Д.И.: - В каком году это? А про что фильм был «Газонокосильщик»?

Квирикадзе: Это лет 10-12 назад. Фэнтези, очень нашумевшая всюду по миру, собравшая несметное количество… Он – воспитан на комиксах… Я, приехавший из России…. для меня должно быть все логично, все должно быть как-то ну хоть жизнеподобно, да?  А у него абсолютно такой …

Д.И.: -  Это то,  что называется «клиповое сознание».

Квирикадзе: Да, клиповое, такое комиксообразное мышление. Там какие-то странные неживые персонажи. Для меня это все было фуфло. Один миллион долларов заработал. С первым сценарием.

Д.И.: - Конечно, на хорошей вещи миллион не заработаешь. Так что же, значит, нам никогда не быть счастливыми и не заработать миллион долларов?

Квирикадзе: Ну не знаю, не знаю.

Д.И.: - Для этого нужно так вот упроститься сильно?

Квирикадзе: Ну сейчас, сейчас… Была та пора, когда был взрыв вот этих научно-фантастических… Сейчас они тоже, кстати… Я на днях смотрел  мультипликационный фильм «Вверх». Такое чудо! Ко мне приехал внук и я получил такое наслаждение…

Т.К.: - Это пиксаровский, по-моему? Компания Pixar.

Квирикадзе: Честно говоря, я даже не знаю. По-моему, да. Но этот фильм известен тем, что в этом году Каннский фестиваль открывался этим фильмом.

Д.И.: -  А, точно. Да-да.

Т.К.: - Это 3D, но такой он… Не очень детский, надо сказать.

Д.И.: - А у тебя есть?

Т.К.: - Нет. Но его можно найти.

Квирикадзе: Стоит посмотреть. Так что он и для взрослых, потому что там история старика…

Д.И.: -  А что вообще стоит сейчас смотреть?

Квирикадзе: Честно говоря, я даже не знаю. Я мало хожу в кино и …

Д.И.: - Ну что на вас производит впечатление и что кажется новым?

Квирикадзе: Очень хочу посмотреть Ларса фон Триера.

Д.И.: - Да. Чуть вчера не пошел.

Квирикадзе: Вот и я хочу пойти, но у меня не было времени, потому что я очень сейчас занят всякими делами. А в общем-то, говорят, очень тяжело воспринимается. Люди просто уходят и хлопают стульями, и убегают…

Д.И.: -  Как, кстати, со всех его фильмов.

Квирикадзе: С этого особенно.

Д.И.: - Ну и с «Идиотов» уходили и с «Догвилля» уходят.

Квирикадзе: Да-да-да. Но это какой-то очень агрессивно-сексуально такой… То есть там шокирования гораздо больше, чем вот в вами перечисленных картинах.

Д.И.: - Мне рассказывали, что очень много отрезанных клиторов, разбитых яиц. Какое-то уж совсем все  брутальное.

Квирикадзе: А вот сейчас когда мы говорим это как бы слышно? потому что обычно пристегивают какие-то там… эти самые…

Д.И.: - Слышно. Достаточно. Нам же не нужно суперкачество эфирного звука, слава богу. Мы готовы быть проще.

Квирикадзе: Готов отвечать вам на все ваши вопросы.

Д.И.: - А давайте, уж начали спрашивать, что надо смотреть. Вот Триера хочется посмотреть. А что вообще за последние 10 лет, 15 лет? За какой-то период, который вы считаете новым? Про границу нового и старого мы поговорим. Было то, что ну вот вы считаете…  

Квирикадзе: Для меня это очень сложная тема. С одной стороны я –  человек,  не потерявший вкус к обретению новых впечатлений и новых ощущений. И кино этому очень помогает. Но все равно так сложилась наша жизнь, что мы мало ходим в кино сейчас, то бишь в кинозалы, да? А в Европе, и в Америке  особенно, наоборот, там люди бросают всякие видики, вот эти домашние визуальные всякие развлечения, идут для какого-то общения. Поэтому когда я вчера был в Киноцентре, мне очень понравилось, что там есть такая  попытка, во всяком случае, создать вот что-то подобное.

Д.И.: - В киноцентре это?

Т.К.: - Это на Красной Пресне.

Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)
Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)

Квирикадзе: Киноцентр – это около… Да, напротив зоопарка.

Д.И.: - В «Арлекино».

Т.К.: - Да, там клуб «Арлекино»…

Квирикадзе: Да, «Арлекино» шумное и известное и необычайно интересное, а то что вот за «Арлекино»… То есть не сам «Арлекино», а… Там примерно 6-7, а может, даже больше залов и всюду идет разное. Ну такой мульти… И очень хорошего качества, очень хорошего звука. Маленькие есть залы, большие есть залы.

Д.И.:  - Ну там же знаменитый годаровский зал. Когда-то Годар дарил звук для него. Первый, по-моему, был Dolby Surround в Москве.

Квирикадзе: Вот. И мне все так понравилось, что я подумал туда…

Д.И.: - Ходить.

Квирикадзе: …навещать, ходить да. А так… что  я смотрю? Так как ну чукча, уже надоевший всем чукча, читатель или писатель? Да, чукча писатель, а не читатель, да? Вот по этому принципу… Я все время ввинчен в какие-то свои дела. Бесконечно пишу, бесконечно графоманствую, бесконечно… У меня есть еще одна ипостась – я монтирую чужие фильмы. Очень много, много, много хороших, плохих фильмов.

Т.К.: - Это российские или западные больше?

Квирикадзе: Российские. Но и на Западе я работал когда я жил в Лос-Анджелесе. И этим я… ну в общем уже лет тридцать, наверное, у меня опыт… как бы спасания, так скажем. Спасание на водах.

Т.К.: - А скажите, какие фильмы.

Квирикадзе: Вы знаете, есть фильмы, где режиссеры очень ревностно потом относятся к тому, что я называю их фильмы. Я же не… Иногда даже анонимно.

Т.К.: - Вас нет в титрах?

Квирикадзе: Нет в титрах, в большинстве своем. Потому что это не есть для меня какое-то, ну какое-то еще одно честолюбивое такое… как это сказать? приложение своих сил, авторство и так далее. Поэтому в начале, в самом начале… Началось с того, что у меня был потрясающий совершенно монтажер, учитель монтажа во ВГИКе, Иосиф Давидович Гордон. Феноменальная совершенно личность. Он был монтажером во Франции у Рене Клера, у  таких вот старых-старых мастеров. А потом, когда товарищ Сталин позвал белоэмигрантов, семьи их, вернуться на родину, на эту удочку поддались многие, в том числе и Иосиф Давидович Гордон. Он приехал – великий монтажер Франции – приехал на родину. И прямо с одесского аэропорта – его в Сибирь и он лет 15 был…

Д.И.: - Там монтировал.

Квирикадзе:  …там монтировал, да. На нарах. И вот после этого, товарищ Сталин ушел в мир иной, Иосиф Давидович слез с нар, поступил во ВГИК. И какой-то второй–третий набор вот были мы, мастерская Чухрая Григория Наумовича. А монтаж преподавал нам вот этот совершенно потрясающий человек. И должен сознаться, что вот что такое похвала, да? вот когда ты неуч, когда ты еще ничего не знаешь, делаешь первые робкие шаги. Потому что я был такой грузинский провинциал. Приехал в Москву. У нас на курсе все были такие интеллектуалы, все знают Кьеркегора и еще кого-то, и еще кого-то… Мне приходилось помалкивать, я-то никого не знал. И вот монтаж. Значит, гляжу на этот монтажный стол – что-то крутить надо, что-то разрезать надо, что-то клеить надо. Он нам раздал старые пленки чужих фильмов… дубли ненужные еще чего-то, еще чего-то…. Мне досталась спортивная хроника. И, поглядывая через спину чего там как резать и как клеить, я сделал первую склейку. И показал ее Иосифу Давидовичу. А должен сознаться, что я сам почувствовал кайф от того, что мне… Смотрю пленку, кадр, где  огромный, мощный, такой мускулистый атлет, метатель ядра, долго раскачивается и… (черно-белая пленка была) и кинул этот самый свой шар тяжеленный. А где-то в другом месте я нашел кадр, где  гимнастка, (художественная гимнастика) подкидывает эти самые… знаете, такое…с мячами у них есть.

Д.И.: - Булавы.

Квирикадзе: Нет. Булава.. есть и мячи. Сейчас, по-моему, уже чего-то не очень это уже, а в свое время были мячи. Один мяч и так, и так… И падает, и между ног, и что угодно. Да, это было. Сейчас, кстати…

Д.И.: - Один штук.

Квирикадзе: Да, один штук. И примерно абсолютно такого же размера как и вот это ядро. Это первое мое соображение монтажное. Я посмотрел, как это ядро из рук этого атлета, пыхтящего, вылетело за кадр. А в каком-то другом кадре с этой девочкой, в другом материале, она подкидывает, тоже в какой-то момент протянула руку и сверху этот предмет ей попал… То есть от того, что они были очень одинаковые, я взял и склеил это и получилось, что метнул этот с невероятной тяжестью и с таким «А-а-а», а подхватила эта девчонка.  И они абсолютно идентичны, так как черно-белая пленка, да? Серое и серое. И она так раз-раз… И этот вот стык так захвалил Иосиф Давидович Гордон, так ему понравилось. Там он оценил всех остальных, да? но я просто был на олимпе с его… И у меня вот крылья выросли, меня больше ничего не интересовало. Весь ВГИК я сидел, монтировал, резал 24 часа. Даже все сторожа знали. У меня были ключи, форточка была открыта, девочки залазили. Ну, в общем, вся моя жизнь была в монтажной. Вот. Я просматривал старые картины куросавовские и еще какие-то. В общем, меня вот сюда унесло. И, наверное, это все не прошло бесследно. Значит, вот я стал таким вот большим асом этого дела. И долгое время, когда свои первые фильмы делал, то обычно, когда собирались мои… Мы как-то одновременно - целый поток грузинских режиссеров - уехали в Грузию… Вы помните, такие грузинские короткометражки были. Миша Кобахидзе, Сосо Чхеидзе, Картлос Хотивари и в том числе и я. Я со своим «Кувшином». И мы  были одна команда. Мы одновременно дали старт из ВГИКА и организовали в Тбилиси эту студию, телевизионную студию. И как-то так было, товарищество это… Я прихожу в монтажную к одному, кто-то приходит ко мне и, в общем, сложилось мнение, что если я где-то режу - то это правильно. Поэтому я стал монтировать иногда фильмы. Доделывать, достригать, дочищать, ритм создавать. Потом пошли какие-то… Ну, условно говоря, я могу сознаться, да и, по-моему, и Тенгиз Абуладзе был бы жив, подтвердил это. «Древо желания» смотрели вы, наверное? Великий фильм Тенгиза Абуладзе. Вот этими руками смонтирован. Еще ряд таких грузинских фильмов. А потом наступила пора, когда все превратилось в коммерцию в том смысле, что …

Ничего я? Не долго говорю? Просто я так понял, что…

Д.И.: - Интересно.

Ираклий Михайлович говорит по телефону.

Квирикадзе: Вот абсолютная иллюстрация того, о чем мы говорили. Вот звонят из Киева. Я по первой же фразе понял, что хотят просить, чтобы я у них смонтировал чей-то фильм.  Очень много заказов. Несметное количество.

Т.К.: - Скажите, а с вашим «домашним» режиссерам - Нани Джорджадзе, Вашей дочери Ирине - вы тоже монтируете?

Квирикадзе:  Вы знаете как, с Нани Джорджадзе – да. Все ее фильмы. Но она сама во всех смыслах большой профессионал, поэтому кроме скандалов, криков, ора «Я тебя задушу!»… Вот в Германии, когда мы монтировали этот фильм с Пьером Ришаром, «1001 рецепт влюбленного кулинара». Германская монтажная прямо как лаборатория такая. Чисто, все так тихо, все ходят в шлепанцах таких войлочных… И  наша монтажная. Оттуда идет дикий крик, там что-то рушится, что-то ломается. Потом нам сказали эти самые сослуживцы, что «мы несколько раз полицию хотели вызывать». Потому что было ощущение, что кто-то кого-то убивает. Потом проходит час-два и мы так в обнимку выходим с Наной. «Дорогая, пойдем попьем кофе». Они ничего не понимают, что происходит. Возвращаемся в монтажную, какое-то время тишина, потом вдруг: «Это не так! Дурак! Ты ничего не понимаешь! – Кто? Я? Ты сама  дура!» Визг, ад, в общем, в итоге.

Д.И.: - По-грузински?

Квирикадзе: Да, потому что она в этом смысле очень неуступчива.

Д.И.: - На каком языке кричали?

Квирикадзе: Ну русский, грузинский. Ну на немецком… Я не владею немецким. Нана знает в совершенстве, но зачем ей немецкий, чтобы назвать меня «идиотом»…

Д.И.: - Можно и по-русски.

Квирикадзе: …можно и по-русски. Да. Вот. Но все равно, если честно так, не для общественности, я настаиваю на своем. Но там целая война, дипломатия там, какие-то эти самые…  

Т.К.: - А с дочерью?

Квирикадзе: С дочерью – нет.

Д.И.: -  Я все-таки попробую вернуться. Все-таки что, в том числе и в плане монтажа, за последний условный период, в который мы можем ждать нового в нашей жизни, 15-20 лет – любой какой вам..

Квирикадзе: Вы знаете, я шел к Иосифу Давидовичу Гордону, думая о том, что я могу и кратко вам отвечать…

Д.И.: - Нет-нет-нет. Не надо кратко. Интересно вальяжно, долго, с подробностями…

Квирикадзе: Поэтому вы мне дайте ритм такой, камертон …

Д.И.: - Ритм – чудесный. Монтаж, ритм – прекрасный просто.

Квирикадзе: Я монтирую все очень энергично и быстро. Это сейчас я так… Да, я вас слушаю.

Д.И.: - Что нового?

Квирикадзе: В Грузии ничего хорошего я в последнее время, за исключением одной картины… Я начну с нее, ладно? Стартовать буду. Одной картины, которая мне по-настоящему очень понравилась, она называется… типа «На том берегу» что ли, если не ошибаюсь. Это молодого режиссера. Оашвили его фамилия. Георгий. Чрезвычайно мне понравилась. Это была неожиданность. Я в этом году был в жюри фестиваля в Вестбадене, в Германии, и я там увидел эту картину. Там было много других хороших фильмов, кстати. Там был фильм последний «Сумасшедшая помощь», по-моему, он называется. Этого самого…

- Хлебникова «Сумасшедшая помощь».

Квирикадзе:  …Хлебникова, да. Тоже, кстати, очень понравилась мне картина. Что-то еще там было… А, там был балабановский фильм про этого, про наркоманию… Как  его? Как он называется?

Д.И.: - «Морфий»?

Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)
Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)

Квирикадзе: «Морфий», да. Вот. Кстати, вот такая… Этот фестиваль стран соц- не соц- …ну бывших… Восточной Европы, скажем, так? И должен сказать, что лучшие картины были вот эти, которые  я перечислил. Значит, российская картина, вторая российская картина и грузинская картина. Картина вот этого Оашвили об очень серьезной проблеме. Абхазия, Грузия. История маленького мальчика, у которого отец остался в Абхазии, а сам он живет в Грузии с мамой, которая немножко распутная женщина. Ему очень неуютно. Они такие люди с низов очень. Под документ сделана, но невероятно поэтичная. Мальчик сам фантастический совершенно. Где он такого нашел? Мальчик, который природно невероятно косоглаз. Вот так у него глаза (показывает). С очень странной мордашкой. От  него идет такая беззащитность. А если он смеется, у него такие лукавые глаза и он никогда не смотрит… В кадре не поймешь, на кого он смотрит. То есть, с невероятным перебором. От природы у него. Вот  он взял такого и ввел в герои. Понимаете, это уже очень смелый шаг. Потому что очень… Настолько рискованно, что, предположим, минуты две-три смотришь на это, да? Как это сказать? Ну физический недостаток, так скажем, да? А потом это может надоесть.

 А потом может все рухнуть, потому что в контакт невозможно с мальчиком войти. Он смотрит в кадр и никогда не смотрит сюда. Он куда-то смотрит туда. Но это такой ошеломляющий эффект на фоне всего того, что с ним происходит. Вот он бежит в Абхазию, чтобы найти папу. И такая… Ну, конечно, это одиссея… И по пути ему встречаются - такой классический сюжет - несметное количество персонажей, которые кто - добрый, кто – злой, кто - негодяй, кто – тварь, кто – очень такой  ангел, кто еще что-то. И вот сквозь такую эстафету что ли проходит этот малыш. У фильма нет… Он не тенденциозен. Он не говорит кто прав, кто виноват. Он просто говорит что происходит, во-первых, с людьми, с простыми людьми. И что происходит вот с этой человеческой душой, с ребенком. Поразительная совершенно картина, и не скрою, что я был инициатором того, чтобы этот фильм получил главный приз фестиваля. И жюри очень со мной согласилось, хотя очень хорошие конкуренты были у этой картины. Вот. Это на тему того, что мне понравилось, я как бы вот … Да, начал с того, что в Грузии.

Д.И.: -  И даже немножко, кажется, объяснили почему понравилось.

Квирикадзе: Да. Значит, то, что происходит в российском кино сейчас - мне кажется идет какое-то такое накопление интересных поисков, что ли? Вот тот же самый фильм, который я назвал, да? «Сумасшедшая помощь» Хлебникова . По-моему, очень интересная картина. Там тоже такой необычный мир. Я любитель чего? Я любитель  того, что … то, что в латиноамериканской литературе называется «магическим реализмом». Да? То есть слово «реализм» и слово «магический» когда совмещаются… А то, что в грузинском кино называлось «трагико-комедии». Значит, вот, одно с другим, друг в друга влитое. С одной стороны мир реальный, с другой стороны мир какой-то такой.. ну вот маркесианский что ли, если можно так сказать.

Т.К.: -  А вы литературой пользуетесь, когда вы пишите сценарии, что-то берете оттуда?

 Квирикадзе: Ну как пользуюсь? Я читаю. Да. Это надо сказать… читаю и много читаю, изрядно много читаю. За последнее время такое обилие… Вот я захожу в книжный магазин… Если у меня уходят деньги, то в основном уходят на книги. Это бич какой-то. Вот рядом со мной, надо же, рядом со мной очень хороший магазин есть, «Республика»  называется, да? он круглосуточный. Я иногда ночью не сплю, памятуя вот это кафе в Лос-Анджелесе, да? где ночью можно было… Туда тоже приходишь ночью. Он открыт. На втором этаже там фантастические совершенно книги по искусству. Но это одно - там разглядывать, а другое - приносить домой. Сколько раз я говорю: «Нет, Ираклий, ты сегодня  ничего не купишь. Все». Бью себя по рукам. И уношу где-то там на полторы, на две тысячи. Вот. Поэтому ну, конечно, я читаю. Читаю много. Сам для себя, вот из любимого? Это не просто фэнтези такое - фьють! - а вот именно «магический реализм» такой, да? Вот в свое время это, вроде бы можно так сказать, зародилось в Латинской Америке, а потом такой волной по миру.  Поэтому сейчас те же самые прелестные югославы Чесич, Павич. Так? Да и вообще сейчас столько совершенно неожиданных людей пишут вот так как-то очень странно ярко, весело, грустно в то же время. Я сейчас могу назвать много имен и фамилий, но это я о литературе. А, в общем-то, вы про кино спрашивали. Вот и в кино мне такое нравится, потому, что я сам как бы являюсь.. как бы сижу на этой волне. Да? Как бы мой серфинг вот эту волну поймал. И пока что вот так, хоть я изрядно не молод. Мне недавно было 70 лет, буквально неделю назад.  Я сбежал из Москвы и в Хорватии, в кругу друзей, встретил  свое 70–летие. Да, это было неделю назад. Но если меня что-то подогревает - обязательно авантюрное. Плутовской роман - мой любимый жанр.

Истории своей я благодарен, что когда-то мне было запрещено быть режиссером. Когда я снял фильм «Пловец», то вышел такой приказ по Госкино: «Ираклия Квирикадзе лишить звания».

Т.К.: -  Я эту историю знаю. А когда вас реабилитировали?

Квирикадзе:  По-моему, никогда. Я до сих пор по приказу, наверное, это самое… Но потом прошло время… Вот когда меня лишили, это очень смешно было. В Госкино, при мне же. Когда я показал фильм «Пловец», то главный человек тогда в Госкино (не обязательно его фамилию называть, практически все знают) такую фразу произнес… Вот зажегся свет после фильма. Там сидела грозная редколлегия. Полная тишина. Все боялись. Странно, сейчас смотришь на эту картину  -  она такая безобидная, я бы так сказал. Но, видимо, все соединилось со временем. Да? Все были в абсолютном ужасе. Молчание. Встал этот человек и сказал… Так прошел мимо меня, даже не посмотрел в мою сторону, даже не сделал такого вежливого «спасибо». Какое «спасибо»! Он сказал: «Этот фильм надо сжечь». Я так полубоязливо, полу- так, как будто смело, почему-то добавил, то есть, продолжил – «Вместе с режиссером?», спросил я. Он так на меня посмотрел, что-то хотел ответить, но не ответил и ушел. Вот. Ну на самом деле, чтоб не рассказывать много других подробностей, прислали в Грузию приказ номер какой-то, о том, что… И меня вызвал председатель Госкино Грузии. Милейший человек, знаменитый тамада, такой выпивоха, раблезианец, очень дружный ко мне. Вот. Сказал: «Ираклий, мне надо одну бумагу тебе прочитать». И, значит, прочел приказ номер такой-то о том, что Ираклий Квирикадзе, я уж не помню как… Ну, смысл такой, что я не имею права больше снимать и быть режиссером. Так я по идее, в общем, с чего я это упомянул, я должен быть благодарен этой акции, так как перестал снимать и, не имея возможности снимать, я стал писать сценарии уже не для себя. До этого я писал для себя. Для себя, для Нани Джорджадзе, может, еще для кого-то… я уж не помню… из такого узкого круга. А тут вот Алзар Сулейменов, кстати, надо ему сказать спасибо, он слышал одну мою историю и знал о моей ситуации. Он позвонил. Тогда он был председатель Госкино Казахстана. Он говорит: «Ираклий, приезжай, вот тут горит один сценарий, ничего не можем с ним сделать». Я поехал. И написал там. Как бы они рассказали историю, а я ее это самое… Потом он заказал мне еще один сценарий. Такой был  «Возвращение Альмеса». Точнее, я свою грузинскую историю перекроил под казахскую. Ну это несложно, потому что все мои истории,  в большинстве своем, провинциальные истории. Так как я родился в провинции и долгие годы там жил, все же мы вышли из детства… Поэтому это как бы тот кладезь, да? к чему ты сподручней, что ли, откуда черпаешь. А провинциальные истории все очень похожи друг на друга.

Может быть, каким-то каноном для меня стал мой первый фильм «Кувшин». Который, если заглянуть в титры, это Луиджи Пиранделло. Это замечательный его рассказ. Про кувшин, куда… Итальянцы не льют вино в кувшины, а в кувшины заливают оливковое масло. И это история про человека, застрявшего в кувшине с оливковым маслом. Да? Вот. Но ассоциативно родилось… родился образ грузинского вот этого кувшинного дела. Да? Это же невероятно красиво. Их очень мало таких мест, где готовят эти кувшины. И кахетинские виноградари ездят очень далеко, привозят. И, действительно, в психологии крестьянина - не дай бог сломать этот кувшин. Это лучше ему голову разбить, чем кувшин. А у Пиранделло кувшин ломается. И приходит мастер, чинит, залезает вовнутрь через разбитое пузо, заклеивает, и выясняется, что горлышко такое узкое, что невозможно. А по канону у всех кувшинов горло, особенно у больших, требует, чтоб человек туда залез. Там же надо мыть, потому что там винные осадки. Они каждый год требуют тщательной мойки. И очень точно легла эта история итальянская под грузинскую. Персонажи, характеры. Все они - абсолютно типичные грузины, и милиционер там…  Это уже была наша фантазия. На ходу она рождалась. А оттолкнулись мы от Пиранделло. И я подумал, слушай, если … Вообще это как сообщающиеся сосуды, да? вот по законам физики. Все, что происходит в провинции, все очень… Особенно в южной провинции: Италия, Испания, Греция, Грузия, Франция, Средняя Азия… Да? Хотя вроде бы там и религиозные… Но все равно человек и земля. Да? Человек и мотыга. Отсюда исходя…

Ну, например, «Лунный папа». Да? Я не знаю, знаете вы или нет этот фильм Бахтияра Худойназарова, который немцы меня попросили, когда я жил в Германии, для Бахтияра написать. Попросили только одно: чтоб это был бы дешевый фильм, потому что продюсер погорел на Кустурице, продюсер вот этого проекта. Кустурица много лет снимал «Андеграунд», переснимал… Предполагалось, что фильм должен стоить пять миллионов, а в итоге он оказался многократно дороже. Он в Каннах получил Золотую пальмовую ветвь, но абсолютно провалился в прокате. И вот в этот как раз период, когда картина практически не приносила денег, вот тут я встретился с этим… Как же его там?

Замечательный продюсер Баумгартнер – немец и швейцарец одновременно. Он финансировал Кустурицу и очень полюбил Бахтияра Худойназарова, и хотел  чтобы тот снял фильм. И первое условие было: что-то очень простое, что-то очень такое от земли … Ну за один миллион, может быть. И он вспомнил кутаисскую.. не кутаисскую, а… Я много блуждал в Грузии, потому что папа мой все время то там работал, то там, то там. И семья все время у нас блуждала.

Д.И.: - А кем он работал?

Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)
Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)

Квирикадзе: Ой, очень трудно. Я все время мифы сочиняю про папу. В реальности он… Это очень смешно, но он был… Как бы это сказать? Вот в том городке, где произошла история с «Лунным папой», он работал на мясокомбинате. Работал замдиректора мясокомбината.

В дом приносились хорошие куски мяса. Все время у нас были кутежи в доме. Все соседи крутили шашлыки, и тоже очень много смешных историй. Как меня из школы выгнали за то, что я пописал в барабан пионерской комнаты. Да-да-да. Мы играли в баскетбол. Была зима, а в этом городе зима очень суровая, хотя это Грузия. Около Боржоми в горах этот городок. И там, значит, вечерняя смена, мы играем в баскетбол в спортзале. А в туалет выйти - это надо одеться, во двор, через снежный двор, вьюга. Там ну Сибирь, вот Сибирью пахнет. Значит, там 20 градусов мороза, вьюга, холод. Я так думаю - что же мне делать? Я играю в баскетбол, проигрываем, уходить нельзя, а я  длинный, тощий, хорошо играю в баскетбол, кидаю. И смотрю – пионерская комната. А дверь пионерской комнаты выходила в спортзал. И я туда зашел, оглянулся. Не очень был к комсомолу и к пионерии, значит... А под портретом Ленина – большой барабан. И он продырявлен был. И я взял и пристроился к этому барабану. А когда выходил в это время -  надо же! - директор школы на какой-то обход шел и зашел в спортзал. И увидел, что я вышел. Ну я так напрягся. Ну, думал, что не будет заходить туда, а он взял и зашел. Мы эту пионерскую комнату еще немножко как раздевалку использовали, туда скидывали… И, я не знаю к чему я это рассказываю, но так или иначе барабан не только сверху, но и снизу трещину имел. Поэтому то, что я оставил в этом барабане, да?  массу  эту, она вся стекала. И он эту капель услышал, подошел… Простите, но, видимо, понял, что это не просто так, там не вода, а моча. Вот. И смонтировал со мной, так сказать. «Квирикадзе!» Схватил меня за шкирку. Ну смертельные всякие там произносил слова, «я тебя изничтожу» и так далее. А потом, узнав, что мой папа работает в этом мясокомбинате, правильно смекнул. Такой был невысокий грек. В зеленой шляпе ходил такой, по-моему, Магрес его звали. Да, Магрес Федорович. И пошел к отцу. И сказал так и так вот, выгоняю сына из школы. С волчьим билетом, под портретом Ленина, ну, в общем, ужасно значит как бы… И они так договорились: каждую субботу этот Магрес Федорович, директор моей школы, с провизионкой заходил на мясокомбинат и почему-то очень любил сам заходить там где эти туши висят освежеванные. Как она называется? Морозилка, да?  и у них там висело … Была пора, тогда не было проблем с мясом. Какие это были годы? Ну середина 50-х годов. Я помню несколько раз я в щелочку заглядывал, как мой директор с огромным ножом, нож ему давали. И вырезал, буквально залазил в эту тушу освежеванную и вот там эти самые филейные куски, они же там внутри находятся; и он так срезал с одного, с другого. Так, в общем, авоську наполнял килограмм на 10..

Д.И.: - Вырезки.

Квирикадзе: …да, вырезки. Уносил каждую субботу. Мой папа бедный смеялся все время. «Один раз пописал в этот барабан  - этот унес 10 коров». Почему-то у него такая была присказка.

Честно говоря, я уже забыл, зачем я это рассказывал.

Д.И.: - Я спросил кем работал ваш отец.

Квирикадзе: А, да! Вот так вот. Нет, ну это к чему-то потом хотел еще прицепить.

Д.И.: - Это было про «Лунного папу».

Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)
Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)

Квирикадзе: Так или иначе… про «Лунного папу». А, все правильно. Теперь я уже вспомнил. Про «Лунного папу». Потому что вот в этом городке нашим соседом был милиционер. У него была дочь. Девочка, кончающая школу, но не  в моей школе, хотя я так глаз на нее тоже положил. Безумной красоты, пышнотелая, такие роскошные груди, хотя ей лет 15 было или 16. Такая вот ранняя, созревшая. И папа понимал, что это опасный груз, так сказать, надо за ней следить. Поэтому в кино, куда-то, куда-то он все время, как бы спецохрана такая была своей дочери. А однажды пошла она… Приехал какой-то… Очень часто заезжали такие халтурные бригады из театров из Тбилиси, из Кутаиси, из Поти, из таких более менее больших городов и там у нас разыгрывали страсти. Отелло душил Дездемону, что угодно. И мы, разинув рты, на все на это смотрели. А она была вообще маньячка. Вот. И папа, видимо, пока знал, что спектакль 2 часа, где-то там, в харчевне кутил с друзьями - и опоздал. Пришел, а уже спектакль кончился. И дочка одна ушла домой коротким путем, через рощу. И в роще она встретила… Он говорит: «Я – актер. Я видел, как ты…». В общем, стал ей морочить голову по поводу ее любви к театру и каким-то образом уложил на эти травы. Она даже не очень поняла что  с ней произошло. А потом у нее стал расти живот. И отец сошел с ума. Вот когда я говорил о нравах южных, да? о провинции там… В Норвегии - ну, подумаешь… Мне так думается, во всяком случае. Там где холодно…

Т.К.: - Там очень холодные травы.

Квирикадзе: Да. А здесь это такое было оскорбление! То есть как? Растет живот! Скрывать уже невозможно. То есть один к одному сюжет «Лунного папы». Только  я его героя этого сделал не милиционером, а я уж не помню, кто он там. Ну не важно. И дальше, когда он узнал, что это какой-то актер, а выяснить не удалось, потому что все время заезжали эти самые халтурные бригады.  И он посадил дочку на этот мотоцикл, вот на этот… Как он называется?

Т.К.: - Коляска.

Квирикадзе: В коляску. Да. Вот. И они стали разъезжать по всем театрам. Они заходят в зал. Задача - чтобы девочка опознала бы этого негодяя. А этот сидит смотрит спектакль. «Ну как, он? – Нет - Он? – Нет. – А вот этот похож, да?» И этот сумасшедший папа врывался прямо во время спектакля на сцену. Там Отелло душит Дездемону, а он набрасывался на Отелло и душил Отелло. И мне, конечно, запала эта история в память, как яркая история из вот этого…  Она в моих коллекциях была, лежала там где-то, пылилась. А когда вот этот немец сказал, что нужен какой-то такой авантюрный сюжет, легкий и недорогой, я в своих записных книжках напал на эту историю. И ничего легче, как все это перенести в Среднюю Азию. Я просто из справочника Союза кинематографистов брал имена и фамилии. Моих героев называл таджикскими… Бахтияр из Таджикистана и фильм там снимался. Это все я как бы иллюстрирую мысль, что южные земли, южные страны то же самое, как вот Италия, Грузия, Таджикистан, я не знаю, по цепочке и дальше - все они очень многим схожи. И этим я пользуюсь. Это из того, что я пишу, в большинстве своем … Потому что после этого мне… Та же самая история «1001 рецепт влюбленного кулинара», где Пьер Ришар в главной роли и картина была даже на Оскар выдвинута. Не выдвинута, а номинирована. То есть мы совсем подошли к Оскару. Это тоже вот такая трансформация. Никакого француза в Грузии не было. Просто от того, что Пьер Ришар должен был играть в этом фильме, и хотели мы, чтобы съемки были в Грузии; я вспомнил историю про одного повара, про его любовь, про его, так сказать, в революционном всем этом хороводе трагическую судьбу этого человека и превратил его во француза. То есть очень легко манипулировать.

Д.И.: - Главное – история.

Т.К.: - А почему с Бахтияром Худойназаровым больше не работали?

Квирикадзе: Мы остались друзьями и даже сегодня мы с ним созванивались. Он меня, кстати, просил в одном проекте поучаствовать. Я даже не знаю почему. У фильма был успех. Но дальше дело не пошло. Я даже не помню, сейчас буду восстанавливать в памяти. Что-то предполагалось дальше, но что-то … А, да! Я был долгое время занят другим проектом, а Бахтияр не мог ждать меня, хотя была попытка чтобы я ему что-то сделал. По-моему, я даже немножко подвел его. И он взял вот этот рассказ… Я уж не помню кто писал эту историю. Там про молодых парней в Крыму, там у них у всех один и тот же пиджак. Но вообще это история Рея Брэдбери, но так трансформирована под…

«Шик» называется.

Квирикадзе: А? «Шик», совершенно верно. Да. Ну а потом как-то так мы все время встречаемся и что-то такое обговариваем. Вот он хотел «Ходжу Насреддина» делать. У Первого канала был такой проект. Я даже написал сценарий, но как-то, то что говориться, не в формате оказался у Первого канала. Они как приняли сценарий, потом долго размышляли и где-то там он лежит в ожидании. 

Т.К.: -  А вот с вашим последним фильмом, «Rainbowmaker», который вы хотели назвать «Метео – идиот»…

Квирикадзе: «Метеоидиот», да.

Т.К.: - Вот что с ним сейчас вообще происходит?

Квирикадзе: Вот сейчас будет фестиваль в Выборге, буквально через пару недель, он там будет первый раз показан. Всюду на каких-то таких… Пока что жизнь не началась у этого фильма. Я думаю, что может быть, вот с будущего года он на какие-то попадет более или менее любопытные фестивали большие и малые, не знаю. А вот сейчас прямо после Выборга он поедет на Киношок. После этого он будет… Ну, в общем, у него не началась жизнь. Потому что только-только завершилась последняя… Вот русскую версию сделали, есть немецкая. Германия очень здорово… картина… В общем, я думаю, что у него будет хорошая жизнь.

Там я - автор сценария, Нани Джорджадзе – режиссер. Очень хорошо играет Мераб Нинидзе, Чулпан Хаматова. Кстати, вот эта пара, - вы спрашивали по поводу какие фильмы, вот мне очень понравился «Бумажный солдат» Германа-младшего, где Мераб Нинидзе и Чулпан Хаматова тоже главные герои. Потому что параллельно они снимались у нас и снимались там, на этой картине. Так что вот что-то делается и что-то движется в русском кино и вообще кино, но …

Д.И.: - А чем вам «Бумажный солдат» нравится?

Квирикадзе: Я знаю, что многим эта картина не нравится. И не могу спорить с теми, кому он не нравится. Вот я как-то нырнул и оказался в этом фильме. Атмосфера, этот быт… Он, конечно, стилизованный, немножко вычурный, но в то же время и как будто бы реальный. Персонажи. Для меня было очень любопытно. А потом, уже потом, я стал для себя что-то такое читать. Даже американцы на авось поехали на луну, вот сейчас выясняется. То есть мне казалось, что этот мир такой высокотехнологический, индустриальный… А на самом деле, по-моему, даже надо верить тем нелепым событиям, когда отправляют первого человека в космос. А, в общем-то, как бы из тяп-ляп все это. Я не знаю, вам не приходилось читать, вот буквально вчера я  читал о том, что случилось когда американцы … Ну, во-первых, есть версия, что может быть они вообще не… что это где-то на Парамаунт студио, в огромном павильоне…

Д.И.: - Смонтировали.

Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)
Ираклий Квирикадзе (фото Н. Четвериковой)

Квирикадзе: Да, организовано. Да. Потому что в то время Кубрик снимал «Одиссею 2001». Но я не верю в это. Такой блеф, такого не может быть. Но, условно говоря, многие тиражируют эту мысль. Я думаю, что они все-таки были на Луне, но то, как вот сейчас там … Это настолько все было рискованно. Настолько все эти ребята могли там остаться, что даже для Никсона написали некролог. Типа, чтобы он бы зачитал, что вот, астронавты при совершении… и так далее.

Д.И.: - Ну, наверное, так всегда делают?

Квирикадзе: Да. Ну, не знаю. Во всяком случае, это такой рассказ. Это – такое, когда все в каком-то жутковатом кошмарном миру происходит. А где-то вдалеке взлетают ракеты, помните, там два-три раза такой алый этот самый. Что-то… Ну, не знаю, во всяком случае, если продолжать тему «магического реализма», хотя фильм под документ сделан, да?

Меня тронуло, мне это понравилось. Формой своей, истерией своей. Ну, во-первых, там Мераб Нинидзе, мною любимый герой, да и Чулпан Хаматова тоже. Вот, то есть как бы я попал в обаяние этого фильма и считаю, что он хороший. Хотя мне очень аргументировано доказывают обратное.

Т.К.: - А вы собираетесь сами что-то снимать? Писать и снимать?

Квирикадзе: Я немножко как буриданов осел. Это моя… Теперь я понимаю, что это большая драма, если не трагедия. Потому что всегда я раньше хвастался про себя, что у меня много историй, что я такой весь неиссякаемый, фонтанирующий, как автоматчик стреляю во все стороны. А теперь я понимаю, что это плохо. Сейчас я понял, буквально в последнее время… Потому что…  Я вам скажу. Ну вот кончилась та печальная пора, когда мне было велено не снимать кино, да? Все это пережилось. Много я для других писал. Монтируя фильмы, как бы тоже я занимался режиссурой, потому что это… это ты создаешь совсем другое, в отличие от того, что снималось на съемочной площадке. Этим я, может быть, сублимировал себя, и этим я насыщал себя, этим я подпитывал себя и свою жажду режиссерствовать. Да? Вот. Но вот такая конкретная вещь… А почему я сам не снимаю, да? Иногда я натыкаюсь, сам себе задаю этот вопрос;  и было несколько случаев, когда мне предлагали, что вроде бы вот есть деньги, можно, принеси.. Я вдруг превращаюсь в буриданова осла. То есть у меня примерно около… даже больше, чем десяток сценариев готовых. Сказать, что каждый из них замечательный? Не правда, но пять - шесть сценариев таких, которые - вот. Я думаю: «Этот? – Нет, этот. Этот?- Нет, этот».

Ну, конечно, в основе всего лень лежит. Если уж совсем, совсем, совсем честно, то как-то легко жить, не занимаясь режиссурой. Режиссура – это болезнь. Это вечно какая-то температура у тебя, все дрожит, ты ничему не веришь, ни себе не веришь. Ты себя чувствуешь… Ну, как Феллини очень хорошо сказал, что «режиссер – это как  Колумб», который плывет сам не знает куда, но ему кажется, что он какие-то новые земли там обнаружит, да? А на корабле – бунт. Все говорят «плыви назад», а ты один хочешь плыть…

Вот примерно вот это и есть. Потому что я помню только дикие мучения. Я ночи не спал. Когда я снимал «Пловца», был момент, когда мне хотелось совершить какой-то… какой-то поступок, который в итоге меня бы в больницу уложил. Я думал, может мне какую-то аварию сделать? Вот я еду на машине и я не знаю там … типа заснул. И так думаю: «Как бы сделать так, чтобы не очень сломать машину, но точно разбить себе лицо?» И выйти из этого кошмара съемочного на неделю. Потому что я все время импровизационно… Я пишу сценарий, потом я его выкидываю. И все мои фильмы – это импровизации. Мне скучно снимать уже написанное. И вот с «Пловцом» это… У меня была уверенность, что я снял какой-то  жуткий фильм. По материалу все время человек плывет-плывет, плывет-плывет и больше ничего не происходит. Думаю я: «Что-то надо придумать. Надо остановиться». Это кошмар! Потому что, вроде, тебя считают хорошим режиссером и как бы у тебя какое-то есть имя, но сейчас все поймут, что король голый. Что-то надо сделать. Остановись. А как? Остановиться невозможно. Значит, надо что-то такое… А просто так - ну как? Не голова же болит, правда? Мало ли что, что у режиссера голова болит. И я не знал что делать, с аварией я решил, что нет - это рискованно. В общем, в итоге я помню, как я напился и ночью в Батуми, помню, водосточная труба была такая чугунная, и я бил голову об нее. И изрядно крепко у меня лилась кровь. Вот. И что-то такое потом придумал, но утром понял, что нет. Нет, буду продолжать снимать. Вот такое было.

Поэтому все время живешь в каком-то вот… А потом - кайф, потом сидишь в монтажной. А тут Бог мне велел сидеть за письменным столом, писать сценарии. От монтажной я не отступаю, потому что если перечислить фильмы, которые я смонтировал, это будет такой огромный послужной список. Среди них очень известные картины. Вот Тенгиза Абуладзе «Древо желания» я назвал. Мог бы что еще назвать? Такое… Что б сказать такое, чтобы…

Д.И.: - Чтобы поразить.

Квирикадзе: Нет-нет-нет. Наоборот, чтобы… Потому что режиссеры обижаются. У нас. В Америке это очень обычная вещь. Режиссер снял, отдал… У него имя. Здесь почему-то считается: а, если кто-то за тебя монтирует, а если кто-то… Просто другая культура. Просто нет традиции этой. Потому что американцы это как - 99 из 100 режиссеров, они просто на площадке, а потом отдают… И приходят иногда поглядывают - что там такое. Вот. А у нас очень скандально иногда бывает. «Ты погубил мой фильм!», приходилось мне слышать.

Т.К.: - То есть они вас приглашали, а потом говорили?

Квирикадзе: Нет, не они. Обычно это в последнее время, когда это уже на каком-то таком коммерческом… Да, я получаю за это деньги… Это, как правило, фильмы, которые режиссер сам смонтировал, свою версию показал продюсеру, заказчикам, кому-то - и выяснилось, что, может, он даже не плохо себя вел на съемочной площадке, а это совсем другая… другое искусство. Это другое ремесло. Режиссер, как правило, любит каждый кадр. И вот он смонтирует эпизод, да? который по идее должен состоять из трех или четырех кадров. А снял он 17, предположим. И он хочет, чтоб все это было бы: крупный план, общий план, детали, еще что-то. Все уже есть. А от этого рождается длина, от этого рождается вялость, от этого рождается какая-то такая разжиженность. Понимаете? Прихожу я – некий такой палач, да? Убираю лишние кадры, вырезаю, иногда даже очень нужные, и совсем иначе строю конструкцию. Все рождается. И, в общем-то, фильм получает другую жизнь, другое дыхание.  Ну вот так.

Ираклий Михайлович говорит по телефону.

Квирикадзе: Вот тоже фильм, который я сейчас монтирую, называется «Кука». На студии Валерия Тодоровского. Молодежная комедия. Очень хорошо играет там Крюков. Хороший состав актеров.

Д.И.: - Только что доснимали в Международном центре, да?  Там последняя часть снималась. Ну на Пресне.

Квирикадзе: Нет-нет, я знаю, но я просто думаю какой эпизод был там.

Д.И.: - На мосту что-нибудь.

Квирикадзе: На мосту? Да, есть такой эпизод. В общем, так или иначе, вот я сам… Да, режиссер там, режиссер из Израиля приехал молодой. Вот ничего не смог сделать. Вот тоже то, о чем мы говорили. Любовь к тому… Наворотил там все-все… то есть там столько мусора… Пришлось этот мусор вынести. И, казалось бы, из очень вялого, рыхлого действа все стало быстро, энергично, подвижно, весело, смешно. Собственно, что и нужно для молодежного фильма …

Д.И.: - Мячик полетел из рук.

Квирикадзе: Да, из рук… подхватил. Да. И так далее. И они меня попросили закончить вообще картину. Не только смонтировать, а вот я сейчас озвучиваю, музыка… ну то, что называется пост-продакшен. Чего-то я нахваливаю очень себя.

Т.К.: - Хорошо.

Д.И.: - Тогда кого-нибудь обругайте.

Квирикадзе: Ну, нет. Ругать надо себя а то так получается, что «ай! Какой я хороший, я все фильмы - это самое…»

Д.И.: - Вы себя уже поругали там про лень, про что-то еще было…

Квирикадзе: Так что вот так.

Д.И.: - Ну, в общем, грузинское кино, судя по такому как бы по ретроспекции, о которой вы говорите, просто такое южное кино. Поэтому такие переходы легкие у Иоселиани во Францию… Просто вот южный тип темперамента и жизни такой на земле.

Квирикадзе: Ну, да. Только не то, чтобы это очень надо эксплуатировать, но это да. Это мне близко, хотя очень много я делал… Ну, вот, например, вместе с Эльдаром Рязановым писали сценарий про Андерсена. Сценарий был чрезвычайно хороший. Это как бы не потому, что я имею к этому отношение, а потому что на Мосфильме просто из рук вырывали, читали. Как роман получился. Вот. Фильм - ну, как-то… я не знаю, по каким причинам, с фильмом какие-то были проблемы. Он был показан, в прокате он не имел успеха. Это сложная очень тема, хотя это как раз далеко не южное кино, а именно…

Д.И.: - Северное.

Квирикадзе: …северное, так скажем. Вот с Никитой Михалковым мы писали… Очень жалею, что этот фильм не состоялся, хотя Никита клянется и божится, что он обязательно после «Утомленные солнцем-2» примется. Мы о Грибоедове  с ним писали. «Жизнь и смерть Александра Грибоедова». По-моему, удивительная жизнь и удивительная смерть, и удивительная, конечно, история. Очень нужная на сегодняшний день именно для, так скажем, русского зрителя, что ли. Совершенно феноменальный был человек. Вот изучал его жизнь очень досконально. Мы год работали над этим сценарием. Прочли абсолютно…

Тут как раз ничего общего с тем самым, мною проповедуемым, «магическим реализмом» нет. Такая очень мощная, невероятно яркая жизнь поэта, дипломата, мачо, дуэлянта. Совершенно невероятно красивая история его любви  к маленькой девочке грузинке.

Д.И.: - А кто бы мог его сыграть?

Квирикадзе: Сценарий был написан очень давно. Это была середина 80-х годов. Даже страшно сказать об этом. 20 с лишним лет назад. В 84 году мы писали его. Тогда, мне кажется, Никита.. я не уверен, но мне так кажется, предполагал молодого… этого самого… Что ж такое у меня с головой?  Меньшикова. Ну прошло время. Сейчас вряд ли, конечно.

Д.И.: - Уже не молодой.

Квирикадзе: Да, далеко не молодой. Меньшиков мог бы иметь… Но сценарий и сегодня очень актуален. Особенно сегодня актуален. На фоне того, что происходит на границах южных. Иран, Армения, Грузия. Он такой сейчас актуальный. Он даже больше актуален сейчас, чем тогда, когда мы написали его. А тогда его Никита не смог снять, хотя безумно горел, года два он жил только этим. Год мы писали сценарий. Он очень дорогой сценарий. Очень дорогой. Там такое обилие… Там вся эпоха. Начинается война Наполеона и кончается вот этим тегеранским, конечно, убийством, миссией… И тогда оценили этот сценарий… что-то такое.. 30 миллионов долларов. Таких денег, по-моему, вообще в бюджете страны не было. Так скажем. Конечно, было, но это огромные были деньги. И Никита был тогда не тот. Сейчас-то он мог бы, может, достать такие деньги. Так что вот так.

Д.И.: - Ну и подороже сейчас стоит, наверное?

Квирикадзе: Я думаю, что сейчас, конечно, будет дороже стоить. Вот. Это была замечательная пора и тогда у нас была такая невероятная дружба. Я должен упомянуть еще одного соавтора, чтобы не получилось, что только… Нас трое было там: Никита Михалков, Александр Адабашьян и я. Была потрясающая пора. Мы были молоды, талантливы, дружны и так далее.

Д.И.: - Можно таким реверсом еще раз назад совсем. А вот ужасно интересно вы начали, чуть-чуть сказали про своего отца в связи с «Лунным папой» и этим сюжетом. А он работал заместителем директора в разных городах и на разных предприятиях?

Квирикадзе: Он был такой человек авантюрного склада. За что ему большое спасибо. Он такой был ловелас, донжуан. Что-то оставил мне в наследство, но я, конечно, ему не гожусь в подметки. Вот. И в те времена он был человеком коммерции. Не очень такой, чтобы уж там ночи не спать. Просто застолье хорошее было ему дороже каких угодно там… Но вот он работал директором мясокомбината в городе Хашури. Потом в Поти. Но это я совсем был маленький. Тоже что-то в таком духе. Потом… И всюду у меня, всюду какое-то огромное количество историй. С ним связанные, с его любовями связанные, с любовницами. С какими-то невероятными его друзьями. Все они были феноменальные совершенно люди. Значит, дядя мой, который пел в оперном театре.

Тоже абсолютно, так сказать… Ну вот я же говорю, это все - маркесовский мир такой. Вот. Может, не просто так я люблю этот «магический реализм». Потому что…

Д.И.: - Все это было невероятно.

Квирикадзе: …все это было, да, пропитано мое детство этим. Дядя был очень посредственным певцом  и все время жаждал петь большие арии, большие роли.

Д.И.: - Уже смешно.

Квирикадзе: Ну вот, например, замечательная история, как в тот же самый Кутаис приехал известный певец. И буквально через неделю этого певца растаскивали по свадьбам. И получилось, что на свадьбах он получает больше денег, чем на сцене. Да? Вот. Месяц у него были гастроли и каждый вечер где-то какая-то свадьба. А Кутаиси вообще знаменитый город своими выпивками. Такой… Даже в Грузии это такое царство..

Д.И.: - застолий.

Квирикадзе: …застолий. Вот. И вот узнали, что вот этот приехал великий певец.  И поэтому… Тот понимал, что галочка эта служебная – это надо петь в театре, а главное  - это после театра тут же где-то на большом застолье или дне рождении. Ну, то же самое… Как странно, вот я это рассказываю, а понял, что в общем сейчас же примерно это и происходит, да? Когда сюда приезжают всякие там, не знаю… как их там…

Д.И.: - Звезды мировой эстрады.

Квирикадзе: Элтон Джон и так далее к кому-то на свадьбу, да? Я первый раз это соединил, между прочим, вот сейчас рассказывая. Вот. И дядя мой получил роль Ленского, а этот, значит, был Евгений Онегин. И он приходит к моему дяде и говорит: «Слушай, говорит, Шалва, знаешь, сегодня свадьба под Кутаиси в деревне. Но надо раньше поехать. И давай,  говорит, на хрен тебе петь эту «Куда, куда вы удалились»? Смотри, увертюра эта длиннющая, ты поёшь. А смысл-то в чем? В том, что я тебя убиваю, да?»

Он (дядя) ему говорит: «Слушай, ко мне вот там пришла…» Называет женское имя. Я не знаю… Марго, Маргарита. «Она знает, что я - Ленский, а что Ленский, кроме того, что эту арию поет, да?  «Что день гряд..»  Я, говорит - не могу, я должен. Я с трудом ее заманил в оперу с тем, что я ее буду петь, а ты хочешь, чтобы мы вышли бы, пульнули друг в друга и я бы упал мертвым».  

Он (певец) говорит: «Но 15 минут мы сокращаем, мы успеваем на автобус и…» В общем, «там нас ждет такое застолье. Там…». Я не знаю… расписывает. «И бабки!» Этот говорит: «Нет». Ну, в общем, не нашли они общего языка в гримерке. Начинается, по-моему, второе действие, да? Вот, значит, сыплет снег. Этот стоит с дуэльным пистолетом, Ленский. Играет эта музыка. Только он открыл рот запеть «Куда, куда вы удалились…», как выбегает Онегин и в упор стреляет. И, значит, раз!.. (И вот это я использовал как раз, где Пьер Ришар, «1001 рецепт». Да. Где я рассказываю одну из историй реальных, связанных с Шалвой. Я ее легко трансформировал потом в сценарий.  Вот.)

Ну, что остается? В него в упор стреляют. Он же не будет больше продолжать петь, да? И Шалва - бах! и рухнул на землю. И довольный Онегин: «Ага! Я так решил эту проблему. Не хотел соглашаться, вот…» И, значит, поворачивается  и вдруг слышит сзади голос: «Что день грядущий..» А он, значит, изображает раненого и продолжает петь. Этот остановился, опешил, подошел к нему и…в упор так, бум - бум - бум! Этот дрыгается, отыгрывает. Тот стоит паузу...

Там как раз совпало с тем, что музыкальный такой отыгрыш идет. И он повернулся и уходит. Вдруг слышит за ним опять - «Его мой взор напрасно…». Этот обалдел, подошел, открыл рот, заложил ему в рот пистолет и выстрелил. Ну что оставалось делать? И не допел он все-таки. Я думаю потому, что секунданты ворвались, схватили за ноги и, как быка на корриде, вытащили. То есть вот это абсолютно реальная история…

Д.И.: - А этот знаменитый певец тоже грузин был?

Квирикадзе: Знаменитый певец тоже был грузин. Бобухидзе такой. Вот это и есть то, что называется…

Д.И.: - Магический реализм.

Квирикадзе: Да. Самое интересное, что не этим кончилась эта история. Потому что мой дядя вызвал на дуэль этого самого Бобухидзе.

Д.И.: - Вот за это.

Квирикадзе: Да. Они поругались. Они сперва хотели дракой… Два толстых таких человека. На чем? На чем? На чем? И, в общем, под конец кто-то сказал - а вот кирпичи во дворе оперного театра, там, где разборка шла.  И они отмерили дистанцию, каждый взял кирпич и метали друг другу… Ну моему дяде и здесь не повезло. Кирпич этого Бобухидзе разбил ключицу и тот вообще. Ну это долгая история, дальше уже, так сказать, не столь весело.  Так или иначе вот, собственно, этот мир из чего соткан. И эти истории, они стоят в огромной очереди. Как-то вы вспомнили, что это использовано в «1001 рецепте влюбленного кулинара». Ну вот так вот. Всюду я куда-то нашпиговываю вот такие комические… Даже в серьезном сюжете обязательно.

Д.И.: - А ваш отец долго прожил?

Квирикадзе: Нет, не долго. Не долго. 71 год ему было, когда он ушел из этой жизни.

Д.И.: - И чем он занимался когда ему было 70 лет?

Квирикадзе: Он бросил мою маму, бросил Грузию, приехал сюда. Здесь у него была возлюбленная моложе него, и он так последние годы под ее крылом прожил. Болел и как раз перед смертью почувствовал что-то такое, попросил меня, чтобы я бы его увез в Грузию. И вот он приехал туда в свою деревню и через несколько дней скончался.

Что-то он почувствовал. Прожил очень такую веселую, бурную жизнь.

Еще "Нейтральная территория. Позиция 201"

Обсудите в соцсетях

Система Orphus
Loading...

Главные новости

19:18 Косово объявило о создании собственной армии к марту 2018 года
19:03 В Назарете отменили Рождество
18:51 В Испании не поверили в угрозу отстранения от ЧМ-2018
18:35 Программу безопасности на дорогах увеличили на 2 млрд рублей
18:25 ФАС проверит частичную отмену роуминга сотовыми операторами
18:25 РФ и Египет подписали соглашение о возобновлении авиасообщения
18:19 Трамп попросил у России помощи с КНДР
18:03 Курс биткоина приблизился к 18 тысячам долларов
17:54 Промсвязьбанк сообщил о проблемах в работе интернет-банка
17:48 ФИФА пригрозила отстранить сборную Испании от ЧМ-2018 из-за действий властей
17:28 Задержанный в Петербурге планировал взорвать Казанский собор
17:25 Промпроизводство в РФ в ноябре упало максимальными темпами за 8 лет
17:01 Турция потребует в ООН отменить решение США по Иерусалиму
16:43 В посольстве США назвали ложью обвинение во вмешательстве в российскую политику
16:33 Букингемский дворец назвал дату свадьбы принца Гарри
16:29 Журналист сообщил о готовности Захарченко внедрить на Украину 3 тысячи партизан
16:14 МИД Украины опроверг ведение переговоров об экстрадиции Саакашвили
16:08 Страны ЕС согласились начать вторую фазу переговоров по выходу Великобритании
15:49 Дипломатов из США не пустят наблюдать за российскими выборами
15:47 Глава ЦИК назвала стоимость информирования избирателей о выборах
15:36 Гафт перенес операцию из-за проблем с рукой
15:21 В Кремле посчитали недоказанными обвинения в адрес Керимова во Франции
14:55 ФСБ задержала в Петербурге планировавших теракты исламистов
14:33 Сенаторы одобрили закон о штрафах за анонимность в мессенджерах
14:15 В Кремле признали нежелание Путина упоминать фамилию Навального
14:02 Дума отказалась ограничить доступ к сведениям о закупках госкомпаний
13:59 Минфин пообещал не допустить «эффект домино» из-за Промсвязьбанка
13:52 Алексей Улюкаев приговорен к восьми годам строгого режима
13:39 Госдума разрешила внеплановые проверки бизнеса по жалобам сотрудников или СМИ
13:36 ЦБ снизил ключевую ставку
13:24 Ученые заглянули в глаз трилобита
13:23 Власти Москвы отказали Илье Яшину в проведении акции 24 декабря
13:19 Индекс потребительских настроений по всей России вышел в «зеленую зону»
13:08 Прокуратура назвала самое коррумпированное подразделение силовиков
13:00 Лавров заявил о вмешательстве США в выборы в России
12:47 Совет Федерации подключился к поиску источника вони в Москве
12:40 Минтранс анонсировал возобновление рейсов в Каир в феврале
12:25 Дед Мороз заявил об отказе от пенсии
12:20 Дума приняла закон об индексации пенсий в 2018 году
12:07 Антитела к вирусу лихорадки Эбола вырабатываются через сорок лет после болезни
12:01 ЦИК снова пересчитал желающих баллотироваться в президенты
11:41 Улюкаев признан виновным в получении взятки
11:40 Совладельцы Промсвязьбанка списали проблемы на конкурентов и информатаки
11:24 Дума подняла МРОТ до прожиточного минимума
11:14 В Совфеде предложили заменить флаг России на ОИ-2018 флагами регионов
11:07 Министерство образования отказалось вводить 12-й класс в школах
10:54 Власти предложили схему отказа от долевого строительства
10:54 Управление «клеточной смертью» поможет победить опасное заболевание
10:46 Гендиректором «Яндекса» назначена Елена Бунина‍
10:33 Трамп предлагал продать изъятую у России дипсобственность
Apple Boeing Facebook Google IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов Бразилия ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай Климат Земли, атмосферные явления КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минюст мировой экономический кризис «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН оппозиция опросы оружие отставки-назначения Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение права человека правительство Право правозащитное движение «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство УЕФА Украина Условия труда ФАС Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие хоккей хулиганство Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.