Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
25 мая 2018, пятница, 08:50
Facebook Twitter VK.com Telegram

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

03 сентября 2009, 08:53

Медведев и новая архитектура европейской безопасности

Мнения о предложении российского президента Дмитрия Медведева создать новую архитектуру европейской безопасности резко разделились. Критики отвергают эту инициативу, усматривая в ней очевидную попытку поссорить западные государства. Более благосклонные аналитики видят в ней искреннее стремление сформулировать концепцию безопасности XXI века.

Общая идея выдвинутой Медведевым концепции безопасности – переориентировать Европу, чтобы она больше считалась с Россией и ее интересами. После окончания холодной войны Россия почувствовала, что оказалась на периферии. В 1990-е гг. в ней царил политический хаос и социально-экономический кризис, а ее внешнеполитическое влияние резко уменьшилось; в результате, в международной жизни она могла претендовать самое большее на роль младшего партнера. Позднее, когда при Путине экономическая ситуация в России улучшилась, к ней стали относиться как к более влиятельному, но весьма неуклюжему и подчас враждебному государству. Короткая война с Грузией в августе 2008 г. ознаменовала сразу два момента: пик пресловутого возрождения страны и отчуждение между Россией и Европой.

Параллельно с этими процессами происходил еще один: ЕС и НАТО практически полностью отождествились с Европой той эпохи, которая наступила после холодной войны. В прошлом Россия была частью Европы за счет того, что она, с одной стороны, «типичная европейская христианская цивилизация», а с другой, входила в число великих европейских держав: Россия, Франция, Германия и Великобритания. За последние 20 лет процесс европейской интеграции ускорился, и Россия отстала; теперь она оказалась аутсайдером еще в большей степени, чем страны вроде Турции (которая уже более полувека входит в состав НАТО).

Медведев впервые заговорил об этой инициативе в июне 2008 г., перед конфликтом с Грузией. Ее главной целью было ограничить влияние Америки в Евразии. Медведев подчеркивал, что «атлантизм как единственный принцип исторически изжил себя»; утверждал, что нынешняя европейская архитектура несет «на себе отпечаток идеологии, унаследованной от прошлого»; говорил, что НАТО «никак не может обрести новый смысл своего существования». И главное: Москва призывала провести европейский саммит, посвященный разработке новой хартии по образцу Хельсинской. На всякий случай, Медведев пояснил: «Важно, правда, чтобы все государства – абсолютно все государства Европы – участвовали в нём в своем национальном качестве, оставив блоковые и иные групповые соображения за дверью».

Трещины и разломы

Кремль стремится использовать внутренние разногласия западного альянса – как между США и Европой, так и между европейскими государствами. В первый раз Медведев выдвинул свое предложение сразу после бухарестского саммита НАТО в мае 2008 г. В ходе этого саммита у членов альянса возникли серьезные разногласия по поводу того, следует ли давать Грузии и Украине статус стран, готовящихся вступить в НАТО. В итоге им пообещали членство в неопределенном будущем, без указания сроков и без плана по подготовки к вступлению.

Инициатива Медведева стала естественной реакцией на замешательство в Европе. Бухарестский саммит выявил трещины в политике западного альянса в отношении России. Некоторые государства-участники – особенно Германия и Франция – считали, что Запад слишком отдаляется от России и что расширение НАТО на ближайшее время достигло своих естественных пределов. Именно на эту «прагматическую» часть альянса были рассчитаны первоначальные предложения Медведева, столь откровенно ориентированные на Европу. Политика администрации Буша в отношении России и стран бывшего СССР вызывала в Европе беспокойство, на котором и пытался сыграть Медведев. В более широком смысле, он старался использовать пусть даже подспудные антиамериканские настроения в некоторых европейских государствах и их желание стабилизировать отношения между Европой и Москвой.

В отдаленной перспективе Москва хотела добиться таких условий, при которых она бы укрепилась в статусе «региональной сверхдержавы» на постсоветском пространстве, вошла в стратегический мейнстрим европейской жизни и получила формальное и практическое признание себя в качестве великой державы наряду с США и совокупностью европейских государств.

Уточнение деталей при столь же невнятном содержании

Когда Медведев впервые высказал свое предложение (в Берлине, в июне 2008 г.) Европа практически не отреагировала. Его проект привлек внимание, только когда российский президент представил его более разработанную версию на конференции по вопросам мировой политики, проходившей в Эвиане в октябре 2008 г. К тому моменту (как раз после войны с Грузией) отношения России с Западом – особенно с США – были хуже, чем когда-либо за минувшие двадцать лет.

Между заявлением Медведева в Эвиане и его берлинским обращением была большая разница: внимание с Европы переключилось на евроатлантическую сферу. Медведев порицал Вашингтон за предполагаемое участие в грузинском конфликте и осуждал американскую однополярность в целом, но теперь он понимал, что США нельзя исключить из новой архитектуры безопасности. Помимо частого упоминания слова «евроатлантический», Медведев подчеркнул важность вопросов, выходящих за пределы европейской проблематики: распространение оружия массового поражения и международный терроризм. Важно и то, что к участию в конференции по европейской безопасности он призвал «все ключевые евроатлантические организации» – значительное отличие от берлинской версии, где он настаивал, что все государства должны быть представлены индивидуально, а не как члены каких-либо альянсов.

Но по существу эвианская речь осталась маловразумительной и не содержала практически ничего нового. Соблюдение международного права, государственный суверенитет и территориальная целостность; недопустимость силовых методов воздействия; принцип «равной» и неделимой безопасности; жесткая критика НАТО и его безудержной экспансии – все эти заявления Кремль и министерство иностранных дел не раз делали еще в годы правления Ельцина.

Возможно, единственным принципиальным новшеством стал новый тип договора – по образцу Хельсинского, – призванный «на долгие годы в юридически обязывающей форме – обеспечить наши общие гарантии безопасности». Но значимость даже этого пункта еще не доказана. Идея договора «Хельсинки-2» стоит в ряду прочих грандиозных, но по сути пустых проектов вроде «мирового многополярного порядка XXI века», оси Москва-Пекин-Нью-Дели и БРИК (Бразилия, Россия, Индия и Китай). Она не опиралась на современную концепцию международной безопасности. Вместо этого Медведев подчеркивал важность военных вопросов. Мнение, что международная безопасность – это военно-политическая проблематика, отражает культуру более чем трехсотлетней давности; тогда «мягкая сила» и «мягкая безопасность» (в политической и гуманитарной сфере) считались скорее декоративной, нежели основополагающей составляющей.

Меняя приоритеты

Развитие медведевской инициативы раскрывает также чувствительность Москвы к изменениям внутри- и внешнеполитических обстоятельств. Относительное единодушие Европы по поводу Грузии, влияние мирового финансового кризиса и – с недавнего времени – возрождение США с приходом Барака Обамы – радикально изменили внешнеполитический контекст деятельности России. Откровенно враждебный по отношению к Америке и НАТО тон больше неэффективен. Это, собственно, было очевидно еще на встрече в Эвиане, когда французский президент Николя Саркози подчеркнул, что любое соглашение по безопасности «от Ванкувера до Владивостока» должно основываться, прежде всего, на НАТО, и призвал Россию к более тесному взаимодействию с уже существующими институтами и механизмами, такими, как Совет Россия-НАТО и Европейская политика безопасности и обороны ЕС.

Сейчас Москва явно стремится сгладить острые углы своей инициативы по безопасности. Когда отношения с США и НАТО начали улучшаться, Кремлю невыгодно омрачать этот процесс.

Есть ли у России оправдание?

Сейчас модно обвинять западные правительства (в первую очередь, США) в разрушении евроатлантической безопасности. Их ругают за то, что России постоянно утирают нос: особенно это заметно на примере экспансии НАТО на Восток с целью включить в себя большинство стран Центральной и Восточной Европы. В последние несколько лет Запад поддерживал цветные революции в Грузии и Украине; разрабатывал проекты по противоракетной обороне США в Польше и Чехии; безуспешно пытался сбалансировать российские амбиции в постсоветском пространстве – всё это вызвало сильное негодование Москвы. Нынешнюю европейскую архитектуру безопасности, сосредоточенную вокруг НАТО и ОБСЕ, критикуют за то, что она не только не смягчила противоречия, но и довела их до критической точки.

При поверхностном подходе может показаться, что у россиян есть оправдания: нынешняя архитектура безопасности неэффективна во многих отношениях. Она не препятствует войнам; служит плодородной почвой для развития враждебных отношений, – а западные державы используют это в национальных или коллективных (т.е. НАТО) интересах. Однако не следует забывать о том, что характер таких международных организаций зависит от того, какие страны входят в их состав. При всех достижениях многосторонней дипломатии со времен Второй мировой войны, в международных отношениях господствуют великие державы, а не многосторонние институты.

Как показал пример России – тому были примеры и ранее, – великие державы не всегда придерживаются международного права; они могут и не уважать суверенитет и территориальную целостность других государств; они будут иногда применять силу во внешнеполитических отношениях; они будут обеспечивать себе безопасность за счет других; они будут преследовать свои государственные интересы так, как сочтут нужным, невзирая на приоритеты и чувства других. Никакая архитектура в мире не изменит такого положения дел.

Вместо того чтобы искать и без того очевидные недостатки нынешней системы безопасности, нам следует установить, можно ли ее исправить – хотя бы в перспективе. Может ли НАТО больше учитывать российские интересы? Как превратить ОБСЕ в более эффективный институт? Можно ли разрешить патовую ситуацию с ДОВСЕ (Договором об обычных вооруженных силах в Европе)? Повысится ли уровень европейской безопасности благодаря созданной при поддержке Москвы Организации Договора о коллективной безопасности (ОДКБ)? И выйдет ли Хельсинская хартия на уровень XXI века благодаря новому паневропейскому договору?

«Поправляя» непоправимое

Говоря о перспективах, трудно оставаться оптимистом. Возьмем, к примеру, НАТО. После холодной войны альянс пытался перестроиться. Он перестал позиционировать себя как оборонительный альянс, противостоящий военной угрозе со стороны Советского Союза, и стал организацией, отвечающей за стабильность, продвигающей демократию и помогающей странам Центральной и Восточной Европы развивать гражданское общество. Несомненно, этим странам – как и европейской безопасности в целом – было бы намного хуже, если бы они так и остались гнить в замкнутом пространстве (или в «буферной зоне»). Пример балканских конфликтов показывает, что было бы с этими странами, если бы они продолжали оставаться исключенными из общего контекста.

В то же время, НАТО стремилось к более тесному сотрудничеству с Россией по вопросам национальной безопасности. В 1990-е гг. альянс включил Россию в программу «Партнерство во имя мира» с перспективой вступления в НАТО. В 1997 г. был подписан Основополагающий акт НАТО-Россия, после чего Москва впервые была допущена к консультациям с альянсом. В 2002 г. возник Совет Россия-НАТО, и были разработаны механизмы совместного принятия решений по общим вопросам безопасности.

Однако ничто из этого не искоренило московского отношения к НАТО как «реликту холодной войны», главная цель которого – ограничивать действия России. Несмотря на некоторое сотрудничество в рамках Совета Россия-НАТО (например, совместное антипиратское патрулирование Средиземного моря), российские политики продолжают считать альянс, в сущности, враждебной силой.

Что касается ОБСЕ, в течение 1990-х гг. Москва очень любила эту организацию. Россия не просто была ее полноправным членом, но и, по правилам, могла наложить вето на любое решение, которое ей не нравилось. ОБСЕ была привлекательной альтернативой НАТО, особенно потому, что не покушалась на суверенные прерогативы великих держав, в первую очередь – России.

Ситуация изменилась после саммита ОБСЕ в Стамбуле в декабре 1999 г., когда члены организации осудили действия Москвы во время второй постсоветской войны в Чечне. С того момента ОБСЕ заняла влиятельную позицию в сфере «мягкой безопасности». В частности, Бюро по демократическим институтам и правам человека сосредоточилось на наблюдении и оценке избирательных процессов в Центральной и Восточной Европе (в том числе, в России). Москва в таком пристальном внимании усматривает посягательство на свои суверенные права. Она хочет вернуть старые добрые времена – и «ключевые» функции ОБСЕ в обеспечении безопасности, – когда организация практически не имела влияния.

Потенциал для значительных улучшений есть у ДОВСЕ. Договор необходимо пересмотреть («модернизировать»), чтобы он соответствовал переменам, произошедшим на стратегической карте Европы со времен распада СССР. Нынешняя версия ограничивает Москву в переправлении войск на юг – главный источник угроз российской национальной безопасности. Государства-члены НАТО ошибочно связывали ратификацию пересмотренного ДОВСЕ с выводом российских ВС («миротворцев») из Абхазии, Южной Осетии и Молдавии. Москва такую связь отрицает: она выдвинула другие мотивировки своему отказу от участия в ДОВСЕ. Тем не менее, все эти проблемы касаются только самого договора и не затрагивают более широких (и большей частью абстрактных) вопросов об архитектуре безопасности на континенте. Такие проблемы следует решать в рамках специализированных переговоров по ДОВСЕ.

ОДКБ с момента возникновения в 2002 г. была для Москвы военно-политическим альянсом, объединявшим ближайших в бывшем СССР союзников России: Белоруссию, Армению, Казахстан, Киргизию, Таджикистан и Узбекистан. Даже при минимальной военной эффективности он, тем не менее, показывает, что у России есть друзья, и что Москва, претендующая на более значительную роль в сфере европейской безопасности, имеет собственные инструменты воздействия. В результате, российские политики сейчас заговорили о необходимости «равного партнерства» НАТО и ОДКБ. Проблема состоит в несоизмеримой разнице масштабов, возможностей и значимости этих двух организаций. Если ОДКБ станет частью новой архитектуры безопасности, ее роль в ней будет периферийной, а Москва будет и дальше обижаться, усматривая в этом несправедливость принципов безопасности в Европе.

Идея договора «Хельсинки-2» – или «Хельсинки-плюс» – встретила некоторую поддержку Запада. В принципе, нет ничего плохого в том, чтобы обновить Хельсинский заключительный акт 1975 г. в соответствии с положением дел после холодной войны. Однако Медведев акцентирует «жесткую безопасность» (см. выше), а это указывает на то, что, по мнению Москвы, договор станет отражением традиционного российского мышления. Разрыв между провозглашением предположительно общих ценностей и их трактовками, принципиально различными для участников предполагаемого Хельсинского соглашения, остается слишком большим. Новый договор неизбежно будет политизирован и только углубит уже существующие противоречия в Европе. (В этой связи мысль о том, что Запад может как-то «принудить» Россию к соблюдению демократического порядка и прав человека, представляется бредовой).

Наконец, нам следует задуматься о том, имеет ли вообще смысл говорить об архитектуре безопасности. Сейчас условия менее чем когда-либо подходят для реализации благих побуждений. Региональные организации открыто конкурируют друг с другом; легитимность механизмов европейской безопасности трактуется по-разному; разница в понимании ценностей в России и в западных странах велика, и этот разрыв растет; Москва конкурирует с Западом за влияние в так называемом «европейском соседстве». Заниматься новой архитектурой безопасности, не решив фундаментальные проблемы – значит делать вид, что такой сложный процесс возможен при отсутствии стабильного прогресса в этой сфере.

Назад к США

Российские инициативы часто критикуют за невнятность. Причина невнятности, видимо, в следующем: Москва гораздо лучше понимает, что ей не нравится, чем то, какой должна быть альтернативная архитектура. Другое возможное объяснение состоит в том, что медведевское предложение попало в неожиданный контекст: мировой финансовый кризис и, главное, потепление в отношениях России и США.

Администрация Обамы не только говорила о «перезагрузке» американско-российских отношений, но и нашла новые пути взаимодействия с Москвой в тех областях, где роль России представляется важной: контроль над стратегическими вооружениями, иранский ядерный вопрос и Афганистан. В то же время, США практически свели на нет те проблемы, которые раньше служили причиной огромных конфликтов, как, например, расширение НАТО и противоракетная оборона. Благодаря действиям новой администрации изменился психологический климат, а Москва – хоть и с осторожностью – начала осознавать возможность взаимодействия с Вашингтоном по таким вопросам, в которых они оба живо заинтересованы и где она может сыграть реальную роль. Ввиду перспективы возобновить сотрудничество с США в сфере безопасности, померкли грандиозные планы по внесению системных изменений в международную архитектуру безопасности.

Обобщая, можно сказать, что Вашингтон снова заинтересовался Москвой, а это вернуло российское стратегическое мышление к старым американоцентристским традициям. Пусть больше половины российского экспорта и иностранных инвестиций приходится на Евросоюз, для руководства России главным игровым полем остаются отношения с США, так как это самая сильная страна в мире, несмотря даже на то, что перед ее властями стоят такие проблемы, каких ни разу не бывало за два прошедшие десятилетия. Можно сказать, что для России грубая сила важнее географического положения, экономического взаимодействия и культурной близости.

Пока российско-американские отношения строятся вокруг конкретных приоритетов, в них практически нет места концепциям и схемам, особенно если Вашингтон, как сейчас, не будет проявлять к ним интереса. Но как только двусторонние отношения испортятся, проект европейского/евроатлантического договора о безопасности получит новый импульс.

Вызов Европе

Для европейских политиков главный вызов заключается в том, что в медведевском проекте им не за что «зацепиться». В прошлом он содержал пункты, с которыми легко было не согласиться: например, идея исключить НАТО и США. Но что еще хуже, им трудно понять, чего на самом деле хочет Россия.

Москва пыталась поссорить европейские страны между собой и с Америкой; с этой угрозой европейцы справились. Они отказались признать притязания России в сфере привилегированных интересов. Они подчеркнули первенство НАТО в вопросах европейской безопасности и сохранили за ОБСЕ центральную позицию. Они предоставили Москве шанс детализировать свою инициативу в области безопасности.

Но главный тест заключается в том, сможет ли европейское единство выстоять против более тонкой внешней политики России. Здесь его подстерегает ряд ловушек. Одна из них – это неуместное мнение, будто Россия осознала ошибочность конфликтных методов. Мировой финансовый кризис, конечно, стал для российского руководства проверкой на прочность; но это не значит, что его отношение к Западу улучшится. Возможно, Москва смягчит свои внешнеполитические действия, но есть вещи, которые всё равно останутся неизменными: неискоренимое ощущение, что Россия – великая держава; убежденность, что бывшие советские республики относятся к ее сфере влияния; и представление о мире как об арене для конкуренции.

Другая ошибка может заключаться в представлении, будто сближение Москвы и Вашингтона – это безусловное благо. Заигрывание Вашингтона с Москвой оживит дремлющий американоцентризм российской элиты и породит новую стратегическую биполярность – за счет многосторонних отношений с Европой.

Наконец, есть заблуждение, к которому европейские государства особенно предрасположены: это квазимифические представления об общих приоритетах. Конечно, у государств-членов ЕС и НАТО есть некоторые общие с Россией интересы в сфере безопасности: контроль над обычными вооружениями, борьба с терроризмом и международной преступностью; но по множеству вопросов их взгляды расходятся. Например, российский подход к странам европейского соседства практически ни в чем не совпадает с позицией НАТО и ЕС. Толкование предположительно общих стандартов настолько различно, что использовать их как основу для общих политических стратегий не имеет смысла.

См. также:

Бобо Ло – руководитель российско-китайских программ Центра Европейских реформ

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

08:47 Дума Екатеринбурга приняла отставку Ройзмана
08:33 Дерипаска покинул совет директоров «Русала»
08:12 КНДР подтвердила готовность к переговорам с США
07:55 Путин назвал условие признания выводов следствия по MH17
24.05 20:37 МИД РФ счел дискредитацией заявление международных следователей по MH17
24.05 20:24 СМИ «трудоустроили» экс-главу «Роскосмоса» в Миннауки
24.05 20:03 В Карачаево-Черкесии бороды помешали найти участников вбросов
24.05 19:48 Владимир Путин встретился с президентом Франции Эммануэлем Макроном
24.05 19:41 СМИ узнали о намерении США потребовать от ЕС ужесточения мер против России
24.05 19:21 Минсельхоз предложил выращивать спецсорта картофеля для розницы
24.05 19:01 Трамп назвал вынужденной мерой отмену встречи с Ким Чен Ыном
24.05 18:42 В РАН пожаловались на дублирование полномочий с Миннауки
24.05 18:20 Средняя цена бензина в России превысила 42 рубля
24.05 18:04 Посол Израиля объявил о готовности страны принять Абрамовича
24.05 17:43 Путин встретился с главой МВФ Кристин Лагард
24.05 17:32 Украина ввела санкции против Московской биржи
24.05 17:02 В ГИБДД решили обсудить ужесточение экзамена на права
24.05 16:57 Минобороны РФ не согласилось с выводами международных следователей по MH17
24.05 16:54 Трамп отменил встречу с Ким Чен Ыном
24.05 16:49 Lexus отозвал в России 3,3 тысячи автомобилей
24.05 16:28 Google приостановил выдачу IP-адресов мессенджеру Telegram
24.05 16:28 Ученые построили самый маленький домик
24.05 16:26 В Скотланд-Ярде сообщили о нежелании Юлии Скрипаль давать новые интервью
24.05 16:07 Ограничения на американские товары вступят в силу в ближайшие месяцы
24.05 16:05 ФИФА объявила девизы 32 сборных — участниц ЧМ-2018
24.05 15:43 Подозреваемый в убийстве Дениса Вороненкова объявлен в международный розыск
24.05 15:34 В России появится служба финансового уполномоченного
24.05 15:27 Путин предложил Дмитрию Рогозину возглавить «Роскосмос»
24.05 15:06 Министр финансов РФ заявил о создании нового инвестиционного фонда
24.05 15:06 Обнаружена авторская партитура раннего произведения Дебюсси
24.05 15:04 Путин предложил Шувалову возглавить ВЭБ
24.05 14:42 Еврокомиссия закрыла антимонопольное дело «Газпрома»
24.05 14:16 В Москве задержали юриста ФБК Ивана Жданова
24.05 14:13 КНДР закончила демонтаж ядерного полигона
24.05 13:57 Лидеру «Шалтая-Болтая» отказали в досрочном освобождении
24.05 13:56 Глава Роскомнадзора заявил о деградации Telegram
24.05 13:34 Оздоровление Промсвязьбанка завершено
24.05 13:22 Следователи из Нидерландов «нашли» место принадлежности сбившего MH17 «Бука»
24.05 13:12 Греф предсказал уход иностранных инвесторов из-за наказания за соблюдение санкций
24.05 13:08 Киев заблокирует сайты МИА «Россия сегодня» и РИА Новости Украина
24.05 12:49 Любимыми занятиями опрошенных россиян остались телевизор и деньги
24.05 12:44 Глава Минздрава анонсировала отмену разделения медицины на государственную и частную
24.05 12:29 Два десятилетия во Франции гигантские плоские черви избегали внимания ученых
24.05 12:15 Поисковики Mail.ru и «Спутник» исключили Telegram из выдачи
24.05 12:14 Для российских школ разработали курс о семейном укладе
24.05 11:49 СМИ сообщили о переезде Романа Абрамовича в Израиль
24.05 11:41 Минобороны РФ запретило проносить гаджеты на режимные объекты
24.05 11:38 Александр Овечкин впервые попал в финал Кубка Стэнли
24.05 11:19 В Кремле прокомментировали возможную отмену саммита США и КНДР
24.05 11:10 ВТБ продал почти половину своих акций «Магнита»
Apple Bitcoin Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Антон Силуанов Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Басманный суд Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспилотник беспорядки биатлон бизнес биология бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ Внуково военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль инвестиции Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция ипотека Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Кемерово Киев Ким Чен Ын кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция Космодром Байконур космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым Ксения Собчак Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия монархия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры Ольга Голодец ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Павел Дуров Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги реклама религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Росавиация Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд тарифы Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония этология Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.