Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
12 декабря 2018, среда, 13:32
Facebook Twitter VK.com Telegram

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

06 октября 2009, 09:16

«Запрещать обсуждать победу – значит приравнивать ее к поражению»

Все более актуальной становится проблематика исторической памяти и попыток построения государственной исторической политики в России и других постсоветских (и шире – постсоциалистических) странах. Начав обсуждение этой темы еще весной 2008 года, мы продолжаем говорить о ней с ведущими российскими и зарубежными учеными и экспертами. Мы публикуем беседу с известным историком культуры, филологом, гуманитарным мыслителем, профессором РГГУ и Оксфорда Андреем Леонидовичем Зориным. 8 октября Андрей Леонидович выступает в рамках цикла "Публичные лекции ""Полит. ру" с лекцией на тему "Гуманитарное образование в трех национальных образовательных системах".

 Борис Долгин: Сейчас обострилась проблема исторической памяти, исторической политики в государственном и негосударственном варианте. Может ли её не быть?

Андрей Зорин: Может ли не быть исторической политики или исторической памяти?

Б.Д.: Исторической политики.

А.З.: Я отвечу на этот вопрос очень резко: нет, не может, так же как мы не можем представить себе общество, где не совершается преступлений. Во всяком случае, ни в одном типе известных нам обществ пока такого не было. Вместе с тем, я абсолютно убеждён, что историческая политика является злом – и чем ее меньше, тем лучше. Свести её к нулю, вероятно, не удастся никогда, но важно бороться с ней и ограничивать ее влияние на общество, насколько это возможно. Это как с преступностью. Было бы крайним прекраснодушием считать, что можно создать общество, в котором её нет, но это не значит, что к ней можно относиться равнодушно или рассматривать её как неизбежное зло. Преступности, как мы знаем, – где-то больше, где-то меньше. Иногда она падает, иногда растёт – и для людей, живущих в обществе, это имеет огромное значение.

Б.Д.:: Понятно. Как мы знаем, создана президентская Комиссия по борьбе с фальсификациями истории, наносящими ущерб интересам Российской Федерации. Что вы думаете о ее названии? Пока о названии, поскольку трудно отнестись к ее деятельности, которая еще не началась, ну и еще к самому замыслу.

А.З.: Вы совершенно правы. Я достаточно отрицательно отношусь ко всем трём вещам. Это можно было бы назвать плохой шуткой, если бы это не было бы лингвистической, да и политической реальностью: из названия комиссии вытекает, что, по их мнению, бывает фальсификация в пользу интересов Российской Федерации, и тогда, в принципе, правомерно её поощрять.

Б.Д.:: По-моему, в том, что возможна фальсификация в пользу, – сомнений быть не может.

А.З.: Не представляю себе ничего подобного.

Б.Д.:: Фальсификации в неких политических интересах в истории хорошо известны.

А.З.: В интересах каких-то корпоративных групп, элитных политических групп – безусловно. Но чтобы говорить о фальсификации истории в интересах или в ущерб Российской Федерации в целом, надо договориться, в чём состоят эти интересы, а на этот счет возможны очень разные точки зрения. Вот если б мне сказали, что речь идёт о, я не знаю, фальсификации истории в ущерб или в пользу интересов членов этой комиссии или ещё каких-то государственных институций – я бы прекрасно понял.

Б.Д.:: Наверное, речь идет не о Российской Федерации как стране, а о Российской Федерации как о государстве.

А.З.: Но государство - это институт, созданный народом страны для выполнения тех или иных функций.

Б.Д.:: Это в нормативном варианте, а в реалистическом - это нередко структура, создающая  под себя страну.

А.З.: Мы очень далеко уходим от вопросов деятельности комиссии, обсуждая государство. Я бы сказал так: у тех или иных государственных деятелей или государственных служащих есть какие-то интересы. Вероятно, историю можно фальсифицировать в ущерб или в пользу их интересам, но причем тут интересы Российской Федерации как государства, гражданином которого я являюсь, – мне абсолютно неясно.

При этом мне, к сожалению, кажется, что крайняя неопределённость полномочий, статуса и функций комиссии отражает определённую политическую логику, состоящую в том, что при необходимости все это можно изменить как угодно. Как многие наши государственные установления, комиссия может оказаться практически безвредной и до поры до времени не использоваться. А при каком-то повороте ее могут вытащить с какой-то зловещей целью. В принципе, такого рода инициатива меня пугает, хотя пока ничего чрезвычайного действительно не произошло. Но, может быть, власти услышали резкую реакцию на все это и поэтому пока несколько притормозили работу комиссии.

Б.Д.:: Вы говорите, что не можете себе представить какие-то фальсификации, противоречащие интересам страны или даже государства в целом, если не говорить о конкретных правящих группах. А вот представим себе не фальсификации, а просто некоторую аргументацию, в соответствии с которой, скажем, под вопрос ставятся границы страны, их международно-юридическая обоснованность или какие-то права страны. Это не фальсификация, а такая ситуация, когда что-то будто бы противоречит интересам РФ.

А.З.: Вы, знаете, мне случилось уже об этом говорить на «Полит.ру». Это вызвало бурную дискуссию, но я не поменял свою точку зрения, а потому позволю себе повториться. По-моему, в Латинской Америке в эпоху военных переворотов был такой лозунг: «Уберите армию в казармы!» А я бы выдвинул лозунг: «Уберите историков на кафедры». С моей точки зрения, никакая аргументация исторического характера не может и ни при каких обстоятельствах не должна быть аргументом при решении политических вопросов. Для меня это совершенно очевидно. Другой вопрос, если речь идет о правовом документе. Если подписан международный договор, а кто-то утверждает, что этот договор не подписан, или предлагает нам фальшивку вместо договора, который не был подписан, – это не фальсификация истории, это уголовное преступление – подделка документов, имеющих юридическую силу. А историческая аргументация вообще, с моей точки, зрения никаких правовых последствий иметь не должна.

Б.Д.:: Это очень важный тезис. Понятно, что такого рода вопросы могут и будут возникать.

А.З.: Скажем, какое население когда жило на этой территории, кому она принадлежала, был ли договор двухсотлетней давности грабительским (или не грабительским): все это, увы, для вопросов о границах, территориальной принадлежности и пр. не может иметь никакого значения. Для решения таких вопросов существует международное право и правовые процедуры. К ним и только к ним, на мой взгляд, нужно апеллировать.

Б.Д.:: К действующим юридическим документам.

А.З.: Да. В этих рамках и должны решаться международные конфликты. А апелляция к истории как аргументу в политических спорах разрушает историю как область знания и еще сильней разрушает нашу способность понимать историю и делать из неё полезные выводы на будущее. Такое использование истории обращается к самому дурному, что есть в человеческой душе. Не случайно из историков получаются такие ужасные политики.

Б.Д.:: Хорошо, но ведь принципиально существует проблема фальсификации источников. Такие, в общем, сугубо научные проблемы, которые дальше могут использоваться и не историками. Классический случай – какая-нибудь «Велесова книга», которая фальсифицирована, и это предмет источниковедения и пр., она вполне активно будет использоваться идеологами

А.З.: Это очень хороший пример. Прежде всего, мы ведь не обсуждаем с вами вопрос подлинности «Велесовой книги» - каждый знает, что это фальшивка.

Б.Д.:: К сожалению, не каждый. Существуют учебники, которые «не знают».

А.З.: Да, это так. Скажу по-другому: вменяемым людям понятно, что это фальшивка, и каждый, кто хочет в этом добросовестно разобраться, имеет простую возможность это сделать. Повторю, хорошо известно, что это фальшивка. И это, на мой взгляд, чрезвычайно сильный аргумент в пользу того, что я говорю. Как мне представляется, страстей было бы намного меньше, если бы мы заведомо знали, что вопросы подлинности того или иного документа  вообще не имеют никакого актуального значения. Что вопрос: «Где жили славяне или когда возник этот этнос?» – совершенно нерелевантен для решения практических проблем. Что присутствие на той или иной территории данного этноса или культурной группы ни при каких обстоятельствах не может быть аргументом ни в каком политическом споре. Вот тогда, я надеюсь, и пафоса, и желания фальсифицировать и доказывать недоказуемое немножко бы убавилось. Конечно, всё равно бы все это происходило. Уже столетия нам доказывают, что Шекспир не писал своих пьес, и эти давно похороненные наукой гипотезы по-прежнему пользуются широкой популярностью. И список идей такого рода бесконечен.

Б.Д.:: Но это обычно не имеет прямой утилитарной составляющей.

А.З.: Не имеет, просто у людей есть охота заниматься ерундой. Но это, по крайней мере, социально безопасно, в отличие от дискуссий вокруг предметов типа «Велесовой книги»…

Б.Д.:: И нынешних разысканий Михаила Задорнова…

А.З.: Да-да! Их нельзя прекратить, но нужно стараться, чтобы это было эксцентрическим занятием научных шарлатанов, а не предметом актуальной полемики о сегодняшних проблемах. Вот это я и имею в виду под лозунгом «вернуть историков на кафедры».

Б.Д.:: А как должны вести себя в таких дискуссиях: с одной стороны, профессионалы; с другой, условно скажем, администраторы от науки и образования; а с третьей – государство? Иными словами, должна ли создаваться какая-то система, блокирующая выпуск заведомо исторически недостоверных трудов? Или здесь помогут только соответствующие штампы Министерства образования? Или что-то другое? Где здесь проблема?

А.З.: На мой взгляд, проблема совершенно ясная: ничего блокировать не следует. Любой шарлатан, фальсификатор и демагог имеет право печатать свои бессмысленные сочинения.

Б.Д.:: И зарабатывать на них деньги.

А.З.:   И зарабатывать на них деньги.

Б.Д.:: И распространять сколь угодно широко?

А.З.:  Да, сколь угодно широко. Штамп Министерства образования – это другой вопрос, за это отвечает государство. И за школьные программы отвечает государство. По крайней мере, пока образование является государственным, этого допускать нельзя ни при каких условиях. Здесь должны быть совершенно жёсткие ограничения. И еще должно быть профессиональное сообщество, в идеале имеющее механизмы собственного «санитарного контроля».

Люди, имеющие какие-то, сколь угодно бредовые позиции имеют полное и легальное право их отстаивать. Но они не должны занимать места на университетских кафедрах, быть принятыми в определённых профессиональных сообществах, получать определённые трибуны. А если Михаилу Задорнову нравится нести свою ахинею – пускай несёт. Эволюция Михаила Задорнова, вообще говоря, чрезвычайно занимательна. Интересно было бы написать работу, сравнивая его юмористические тексты 1980 - начала 1990-ых гг. и его нынешнюю квазилингвистическую публицистику.

Б.Д.:: Но нельзя отрицать, что сейчас он вновь достиг вершин комизма.

А.З.: Да-да, значительно больших, чем раньше, но мне кажется, что нормально функционирующее научное сообщество должно без государственного вмешательства иметь механизмы самоочистки, блокирования псевдонаучных гипотез. А вот о детях должно заботиться государство.

Б.Д.:: Должна быть какая-то санитария внутри уважающих себя издательств, уважающих себя книжных магазинов.

А.З.: Разумеется.

Б.Д.:: А как это может быть устроено?

А.З.: Вы знаете, какое же количество исторической лабуды печатается и публикуется на Западе, исторического треша – очень много! Но в университетских книжных магазинах этого не продают. Если хочешь – покупай в другом месте и читай на здоровье на любую тему. Всё что угодно - о Наполеоне, о Гитлере – навалом всего. Но есть профессиональные сообщества, и они организуют себя таким образом, что там это не может функционировать.

Б.Д.:: Как вы относитесь к системам ограничений, аналогичных наказанию за отрицание Холокоста или, как у нас, за восхваление фашизма или, скажем, за восхваление сталинизма или отрицание его преступлений? Имеют ли смысл государственные ограничительные меры такого рода? К каким эффектам они приводят?

А.З.: Это очень сложный вопрос, поскольку речь идёт о гигантских жертвах, о пролитой крови и о тех, кто готов цинично или фанатично отрицать эти жертвы и, по сути, глумиться над их памятью. Я знаю про существующие на Западе уголовные преследования за отрицание Холокоста, понимаю эмоциональные основания и логику таких мер  Тем не менее, я не могу считать их ни разумными, ни эффективными, потому что в конечном счёте они способствуют распространению подобных человеконенавистнических высказваний. Отрицателей Холокоста становится больше, а не меньше – это логика всякого запретного плода, как отрицание. Кроме того, у многих народов, социальных групп есть в анамнезе свои чудовищные трагедии, и все стремятся криминализовать их отрицание. В результате или эти законы не будут действовать, или мы станем свидетелями разрастания количества и размаха дел такого рода.

Другое дело, я считаю, что государственная политика не может быть безразличной к подобной мерзости. Я не призываю запрещать издание книг и публичные выступления, восхваляющие Сталина или отрицающие преступления сталинизма. Но мне кажется, государство обязано однозначно определить свое отношение к такого рода позициям.  И должен существовать консенсус политических элит и мыслящей части общества: человек, находящийся в зоне общественного внимания, не имеет права оправдывать массовые убийства. В частности, это должно быть абсолютно несовместимо с определёнными профессиями. Я против уголовных репрессий даже за самые человеконенавистнические высказывания, но пресловутый «запрет на профессию», существовавший в Германии, кажется мне вещью осмысленной. Человека, считающего, что Гитлер, Сталин или Пол Пот не были кровавыми палачами, не надо сажать скамью подсудимых, но он не должен работать школьным учителем.

Конечно, в идеале (как я уже говорил) это должно быть результатом не законодательных запретов, а самоорганизации общества. Большинство не должно голосовать за таких людей, научное и политическое сообщество должно их отторгать и так далее. А дальше пускай говорят что хотят. Вот как мне это представляется.

Б.Д.:: Это идеальная ситуация. А как может быть организован переход от реальной ситуации к идеальной? От ситуации, когда часть политической элиты, в разных формах с разными оттенками, но вполне готова принимать или отрицать репрессии, а часть общества это вполне поддерживает. Мы знаем, что возникновение относительного консенсуса такого рода в политическом мейнстриме, условно, Германии, всё-таки не было результатом естественного процесса. Это было результатом, в том числе, политики идентификации.

А.З.: Но эта политика не выражалась в уголовных репрессиях. Это была политика государственной пропаганды, карьерных ограничений и огромного количества незафиксированных, но подразумеваемых конвенций. Понимаете, у нас принято на бытовом уровне понятие политической корректности использовать в негативном смысле, ругательно. Мы всё время про Америку, про западное общество говорим: вот, у них политическая корректность, какой ужас. Конечно, часто это доводится до идиотизма, и до идиотизма можно довести всё что угодно, но в целом это удивительный механизм, при котором удалось табуировать целый класс людоедских и человеконенавистнических заявлений, не прибегая к механизмам уголовной репрессии. Это очень важный, на мой взгляд, нравственный и политический выход, понимаете?

Б.Д.:: Понимаю, и всё-таки - как может осуществляться переход в ситуации, когда в политической элите нет консенсуса по этому вопросу? Нет, соответственно, и однозначной позиции государства.

А.З.: Если нет консенсуса в политической элите, то смешно ожидать, что эта политическая элита установит юридические нормы, что бы то ни было запрещающие. Если политические лидеры не хотят даже определенно высказываться по этим вопросам - потому ли, что считают это политически нецелесообразным, или потому что вообще думают иначе, – о каких механизмах перехода тогда вообще имеет смысл говорить?

Б.Д.:: Скорее, легко ожидать, что эта политическая элита установит юридические нормы, что-то запрещающие. И тогда вопрос: что именно запрещающие?

А.З.: И еще один вопрос, связанный с деятельностью комиссии по фальсификации истории. Я думаю, ссылки на международный опыт правовых юридических санкций за отрицание тех или иных исторических фактов (вне зависимости от того, правильной или неправильной в принципе мы считаетм такую практику) должны учитывать то, что требования ввести подобные законодательные ограничения все без исключения связаны только с фактами массового уничтожения людей, будь-то Холокост, геноцид армян, голодомор и так далее. Отрицание этих событий, непризнание факта массовых убийств есть издевательство над памятью жертв. Дальше, действительно, вопрос – нужно ли прекращать это издевательство правовыми путями или моральным давлением.   Совершенно другое дело, когда эта практика распространяется на другие аспекты исторического процесса, и тем более на такое великое событие, как победа в войне. Запрещать обсуждать победу с любых точек зрения - значит приравнивать ее к поражению.

Это капитулянтская позиция. Требовать запрещать дискуссии на эту тему значит ощущать себя и свою страну жертвами истории. Не победителями, не деятелями, не активной стороной, а только невинными жертвами. Само возникновение этой проблематики, само возникновение таких настроений свидетельствует о том, что наше общественное сознание потеряло способность гордиться собственной историей, а может только её травматически прятать от обсуждения и видеть в ней только череду жертв и унижений. Попытка блокировать таким образом разговоры о войне,  пусть самые неприятные или даже выглядящие кощунственно, – это и есть приравнивание победы к поражению. Это очень тягостная, на мой взгляд, вещь.

Б.Д.:: Это очень понятная вещь, и важная. Есть ещё один вопрос: дело в том, что травма исторического сознания в России – она ведь во многом, кажется, была спровоцирована, скажем так, активной исторической политикой. Скажем так, ситуация, когда окружающие нас страны, в прошлом братья по лагерю (не важно, внутри Союза или вне его) в некоторый момент стали целиком снимать с себя ответственность. Во всяком случае, основная часть политической и интеллектуальной элиты ответственность за происходившее там перекладывает на Советский Союз, а далее - на Россию. Это понятно было бы, если речь шла о странах Балтии. Тут отдельный, очень сложный вопрос, потому что их присоединение было по сути насильственной процедурой. Но точно так же произошло и с другими бывшими республиками Советского Союза, где ситуация была иной. Так же произошло с бывшими восточноевропейскими странами, где, с одной стороны, социализм поддерживался штыками советских войск, но с другой, и собственными движениями тоже.

А.З.: Ну да, разумеется, во многих восточноевропейских странах одно время была большая общественная поддержка переустройства на коммунистических началах, хотя она очень быстро кончилась, уже с конца 1940-ых годов. На первом этапе подобная поддержка была, хотя, безусловно, без Ялтинского раздела мира и без советской оккупации эти планы не имели бы шансов реализоваться, и в этом смысле разница между странами Балтии и другими восточноевропейскими государствами не кажется мне особо решающей. Разница в том, что аннексия балтийских республик, как, кстати, и части Польши, была результатом сговора с Гитлером, а превращение стран Восточной Европы в сателлитов СССР - договорённости с союзниками по Второй Мировой войне. Балтийские страны были инкорпорированы в СССР, а Восточная Европа обладала формальной квазинезависимостью, имелись какие-то мелкие послабления. Хотя ведь и Прибалтика тоже имела какие-то мелкие послабления в сравнении с другими советскими республиками. Но в принципе, конечно, желание многих освободившихся государств спихнуть все проблемы своей истории вовне – оно очень велико. Я недавно был в Будапеште в музее исторической памяти - там в экспозиции есть фашистская оккупация и коммунистическая оккупация, а самих венгров вроде как вообще не было.

Б.Д.:: Не было как активной силы

А.З.: Да. Национальная, историческая политика этих стран направлена на то, чтоб представить их жертвами истории. Со всех сторон их все время мучили и разрывали на части, а они собственной исторической роли никакой не играли, а были только жертвами злых исторических сил. Интерсно, что в России многие пытаются взять эту модель за образец.

Б.Д.:: Не получилось ли так, что эта историческая политика стала отчасти ответом, реакцией на историческую политику окружающих стран, которые все заявили: «Это не мы - это они». А что должна была ответить Россия, на кого перевалить? И есть, конечно, классический ответ - инородцы. Как жить в ситуации, когда все кругом – Украина, Грузия и пр. - говорят: «Мы были оккупированы большевиками»?

А.З.: Ситуация мне не кажется неразрешимой. При наличии разума и доброй воли ее можно решить. Есть в истории и в политике неразрешимые проблемы, когда можно только что-то смягчить, облегчить и так далее. А есть проблемы разрешимые. В этом случае я не вижу большой сложности.

Живой пример из последних – это история с голодомором. Все, что я могу сказать по этому поводу, общеизвестно и на оригинальность не претендует. Наша пропаганда, отвечая украинской пропаганде, тысячу раз повторяет одно и то же: это не было направлено специально против украинцев, не носило этнического характера, это была общая политика, от которой пострадали все. Вероятней всего, так оно и было, я склонен принять эту версию. Но если бы этой «общей политике»: деятельности советского режима и его карательных органов, уничтожению крестьянства, массовым убийствам и террору -  были бы даны соответствующие политические оценки – у людей, желающих свалить голодомор на Россию, было бы очень мало шансов. А если мы всё время занимаемся частичной полуреабилитацией палачей, тогда очень легко сказать: да, вы присоединяетесь к этой политике, вы её продолжение, вы от неё не отказались и не отмежевались. И это довольно сильный аргумент для тех, кто обвиняет Россию в голодоморе. Все это настолько тривиально, что даже неудобно еще раз повторять.

По-моему, это вполне простая логика и я, честно говоря, здесь большой сложности не вижу. А вставать в позицию «нет – мы, нет – вы», и считать, что бороться с антироссийскими настроениями в Польше можно отрицанием Катынского расстрела, – тогда, конечно… Если мы таким способом собираемся бороться с фальсификацией истории и с антироссийскими настроениями в Польше, тогда мы достигнем выдающихся успехов.

Б.Д.:: А какой, на ваш взгляд, должна была быть позиция, скажем так, честных, ответственных, совестливых интеллектуалов в ситуации, когда существует война исторических политик? Что это должно быть: принципиальное отрицание этой войны, содействие собственному государству в борьбе с той исторической политикой? Что?

А.З.: Отвечая на ваш первый вопрос, я  сказал, что я в целом думаю про историческую политику. Поэтому я считаю, что политика совестливого интеллектуала по обе стороны баррикад может быть только одна: чума на оба ваши дома. Это единственно ответственная политика. Я сразу хотел бы оговориться – я не имею в виду страны, народы, я имею в виду только людей, занимающихся исторической политикой, только идеологов исторической политики разных стран. Те самые оба дома, на которые чума. Никому другому я этого не желаю.

У меня есть друг, замечательный румынский историк. Его имя – Зорин Антохи, имя - полный омоним моей фамилии. И он как-то сказал (я очень люблю эту цитату, как-то ее уже приводил): «Цивилизованная страна – это та, где есть значительная доля антинационалистически настроенной интеллигенции». По-моему, это замечательное определение. Ответственный интеллектуал должен бороться за цивилизованность собственной страны, если он дорожит её судьбой, её будущим и репутацией.

Конечно, Россия в этом смысле страна очень цивилизованная, хотя порой складывается впечаление, что в последнее время эта цивилизованность находится под большой угрозой. Я не очень хорошо представляю интеллектуальную ситуацию во всех постсоветских и восточноевропейских странах, где очень сильна историческая политика. Но я точно знаю, например, что на Украине такие люди есть, в Польше они есть, и так далее. Составляют ли они большинство – не уверен, не думаю. Но они есть, и их количество отнюдь не пренебрежимо мало. Можно вести разумный диалог, можно вести профессиональный диалог - он отчасти и ведется специалистами, в том числе и на «Полит.ру». Я лично знаю людей с обеих сторон, ответственных интеллектуалов, которые много лет заняты организацией армяно-турецкого диалога. Эта деятельность не пользуется особой популярностью ни в той, ни в другой стране. Тем не менее, они упорно и плодотворно работают. Так что существует позиция ответственного интеллектуала, и есть немало людей, занимающих и отстаивающих эту позицию.

См. также:

Обсудите в соцсетях

Система Orphus
Loading...

Главные новости

13:30 Путин попросил установить причины отмены концертов рэперов
13:16 Кремль отреагировал на сбор подписей против онкобольных детей в Москве
12:50 Петр Порошенко расценил инцидент в Керченском проливе как войну
12:42 Чиновник Ространснадзора лишился работы из-за покупки его женой 66 машин
12:12 Новый вид тропических бабочек назван в честь художницы XVII века
12:10 В Конгрессе США потребовали ввести санкции против газопровода «Северный поток-2»
11:33 Губернаторы пойдут на выборы без помощи «Единой России»
11:14 В России введут контроль за платежными агрегаторами в интернете
10:47 Сбербанк предсказал ослабление рубля
10:42 Хищные растения и пауки делятся добычей друг с другом
10:32 Трамп отверг свой импичмент из-за опасности восстания
10:26 Медведев назвал Конституцию вечной
10:06 СК заявил о задержании еще одного участника банды Басаева
09:43 СМИ сообщили о краже данных 500 млн клиентов отелей Marriott китайской разведкой
09:34 Ольга Глацких вернулась к обязанностям чиновника
09:13 В Страсбурге при стрельбе на рождественской ярмарке погибли три человека
11.12 19:54 Путин прокомментировал арест Бутиной
11.12 19:37 Генпрокуратура перепроверит арест Льва Пономарева
11.12 19:24 ВС РФ отказал «Победе» по жалобе на решение о ручной клади
11.12 19:06 Путин допустил изменение закона о митингах
11.12 18:43 Прах Людмилы Алексеевой захоронят в Вашингтоне
11.12 18:36 Древние обитатели Скандинавии жевали деготь и оставили в нем свою ДНК
11.12 18:31 Сбербанк подключил в системе переводов другие банки
11.12 18:19 Производители и Росстат сравнили цены на оливье
11.12 17:47 Путин рассказал о работе по сохранения наследия Солженицына
11.12 17:03 СМИ сообщили об отставке главы Центра «Э»
11.12 16:30 «Человеком года» Time стали журналисты
11.12 16:27 Для синтеза привлекающего кошек вещества растению требуется два фермента
11.12 15:51 Глава КС РФ сравнил российскую Конституцию с новейшим Мерседесом
11.12 15:19 Российский военный задержан по делу об убийстве в Армении
11.12 15:04 Отец Бутиной подтвердил планы по сделке со следствием
11.12 14:45 Правительство обсудит введение электронных виз для Москвы и Петербурга
11.12 14:16 Госдума приняла закон о повышении МРОТ
11.12 14:04 Совет Федерации одобрил запрет на уличные табло с курсами валют
11.12 13:49 Обвиненный в госизмене участковый получил 13 лет строгого режима
11.12 13:32 Более трети опрошенных россиян сочли высокой угрозу насилия в семье
11.12 13:05 Роскомнадзор оштрафовал Google на 500 тысяч рублей
11.12 12:49 СМИ нашли фотографию удостоверения «Штази» на имя Путина
11.12 12:29 Власти Таиланда отменили 4-летний запрет на политическую деятельность
11.12 12:17 Фонд «Сколково» и строительные компании начинают поиск инновационных проектов
11.12 12:07 СМИ узнали о планах властей ввести обязаловку на «умные» счетчики
11.12 11:35 Золотов попросил суд защитить его репутацию от Навального
11.12 11:26 Азиатская божья коровка обосновалась на Кавказе со своими паразитами
11.12 11:24 Еврокомиссия назвала распространителей пиратского контента в России
11.12 10:59 В Москве началось прощание с Людмилой Алексеевой
11.12 10:42 Мемория. Николай Карабчевский
11.12 10:33 Турция начал строить военную базу на Черном море
11.12 10:22 Навигационные спутники способны следить за возмущениями в ионосфере
11.12 10:14 Роскачество анонсировало проверку бензина на АЗС в 2019 году
11.12 10:00 Нарушено движение на двух ветках московского метро
Apple Bitcoin Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Telegram Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром авторское право администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Антон Силуанов Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Басманный суд Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия бензин беспилотник беспорядки биатлон бизнес биология бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ Внуково военная авиация Волгоград ВПК ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки госизмена гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль импорт инвестиции Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция информационные технологии ипотека Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Кабардино-Балкария Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Каталония Кемерово Киев Ким Чен Ын кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание компьютерная безопасность Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция Космодром Байконур космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым Ксения Собчак Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Прохоров Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия монархия морской транспорт Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры Ольга Голодец ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Павел Дуров Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж патриарх Кирилл ПДД педофилия пенсионная реформа пенсия Пентагон Первый канал Петр Порошенко пиратство пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Приморье Продовольствие происшествия публичные лекции ракета Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги реклама религия Республика Карелия РЖД ритейл Росавиация Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Росстат Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саратовская область Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд тарифы Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Элла Памфилова Эстония этология Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко «Яблоко» ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.