Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
13 декабря 2017, среда, 06:53
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

29 марта 2010, 11:06

Спор о «социологизме»

 

«Неприкосновенный запас»

«Полит.ру» публикует полемическую статью молодых ученых-социологов  Данаила Кондова, Олега Журавлева, Натальи Савельевой и Ирины Вендило , которая является ответом на выступление декана социологического факультета Московской высшей школы социальных и экономических наук Виктора Вахштайна, опубликованное нами ранее. В своем выступлении ученый подвергает сомнению концепцию «социологизма», ставшую в начале ХХ века  интеллектуальным основанием институционализации социологии как университетской дисциплины. Молодые социологи в статье, предлагаемой ниже, анализируют тезис ученого о «конце социологизма», подвергают критике его аргументы, а также предлагают собственное видение данной проблематики. Статья опубликована в новом номере журнала «Неприкосновенный запас» (2010. № 1 (69)).

См. также:

 

Знаете ли вы, что значит для меня «мир»? Вам бы хотелось увидеть его отражение в моем зеркале? Этот мир есть мир силы, не имеющий ни начала, ни конца… Этот мир есть воля к власти и ничто иное! И вы также являете собой эту волю к власти - и ничто иное!

Фридрих Ницше. «Воля к власти»

Относительно недавно на сайте «Полит.ру» появилась расшифровка выступления декана социологического факультета Московской высшей школы социальных и экономических наук Виктора Вахштайна[1]. Текст, лаконично и недвусмысленно озаглавленный «Конец социологизма», захватывает и заставляет на какое-то время поверить в автономию научной истины по отношению к любым «низменным» детерминациям частными, эгоистическими интересами. Социолог и декан профильного факультета методически и с полемическим задором ставит под вопрос концепцию, которая в начале ХХ века выступила в качестве интеллектуального основания институционализации социологии как университетской дисциплины. Однако более внимательное знакомство с логикой аргументации оставляет мало места для веры в подобное (социальное) чудо. В следующих разделах мы попытаемся (1) вычленить основные аргументы данного выступления, (2) подвергнуть их критике и (3) предложить иное видение данной проблематики.

* * *

 Если оставить в стороне многочисленные примеры и иллюстрации, выступление Виктора Вахштайна поднимает философские вопросы о пределе объяснительной силы «социологизма», то есть о границах социологии как науки, в рамках которой она имеет право и способна давать достоверные объяснения. «Социологизм», по мнению Вахштайна, представляет собой специфическую форму объяснения, редукцию, радикально замыкающую каузальные ряды.

Канонической формулировкой социологистского объяснения мы обязаны Эмилю Дюркгейму, который в одном из своих «правил социологического метода» настаивает на том, что «социальное необходимо объяснять социальным»[2]. Данное эпистемологическое правило логически вытекает из его онтологии: социальное, говорит Дюркгейм, является реальностью sui generis, реальностью «особого рода», которая несводима к другим типам реальности и, следовательно, требует объяснения из себя самой. Подобная антиредукционистская на уровне онтологии позиция позволила ему интеллектуально обосновать необходимость отдельного факультета социологии в университете[3].

По мнению Вахштайна, уже наследники Дюркгейма (такие, как Пьер Бурдьё) производят «рокировку номинации», что дает ему основания рисовать мрачную картину тотальной экспансии социологистского объяснения. Теперь все, что мы можем объяснить социально, становится социальным, а поскольку социологи «конструируют» свой объект, изначально вводя в его характеристики некоторое социальное измерение и, следовательно, заранее задавая «социальность» ответа, то все, к чему бы ни прикоснулся социолог, обнаруживает в себе «социальную» природу. Поэтому социологизм получает возможность практически беспредельной экспансии, в том числе - в области других наук. Впрочем, до определенного момента «социологизм» не вызывает возражений: любая наука, говорит Виктор Вахштайн, является той или иной формой редукции. До тех пор, пока в его «объяснительную машину» попадают такие темы, как самоубийство, преступность или, например, система образования, он раздражает своим «экспансионизмом» и «всеядностью» («в итоге социологический анализ из-за своей всеядности и универсальности становится чем-то вроде “конвертера материи”»), но еще терпим. Предел терпению наступает тогда, когда в этот «конвертер» попадает сначала знание, потом наука, а потом и сам «социологизм»:

«Мой тезис таков: социологизм, примененный к себе самому, подрывает свои собственные основания. Когда мы фокусируемся на социальных формах производства, конструирования и распространения знания, само знание оказывается за скобками»[4].

Перед нами ключевой аргумент, призванный обосновать «конец социологизма». В самом деле, если социологистская механика объяснения характеризуется способностью «заместить», если не «подменить», говоря словами лектора[5], объект любой природы на объект, принадлежащий обществу, знание исчезает, уступая место тому, что «на самом деле» скрывается за ним: «власти», «интересам», «социальным институтам» и так далее. «Знание» было подменено/замещено безграничным и безгранично экспансионистским «социальным», что делает содержательное обсуждение бессмысленным: в социологии отсутствует язык, на котором можно было бы обсуждать знание «как таковое». Таким образом, именно «проблема познания» становится той проблемой, разрешить которую не может «социологизм» и которая становится своего рода естественным пределом для его потенциально бесконечной экспансии[6].

Какой выход видит автор из сложившейся ситуации? Необходимо вернуть автономию и суверенитет когнитивному содержанию науки, «знанию», и, соответственно, учредить позицию «эпистемолога», который, занимая внешнюю, «автономную» и «суверенную» позицию по отношению к социологистской «оптике»[7], будет заниматься изучением ее логической структуры[8]. «Знание», выведенное «за скобки» социологистами, восстанавливается в правах и обретает аутентичное описание на априористском языке «оптики», «когнитивных стилей», «метафор», «аксиоматизаций».

* * *

 Данная попытка сжать публичное выступление Виктора Вахштайна до набора аргументов необходима, потому что оно - одно из немногих выступлений, которое в отечественном интеллектуальном контексте явным образом формулирует проблему и дает ее однозначное и аргументированное решение. Итак, попробуем критически подойти к высказанным аргументам. Первое, что бросается в глаза в данном докладе, - это неявное представление в качестве единственной и очевидной лишь одной из возможных логик социологического исследования - дедуктивной, предполагающей теоретическое отношение к социологической теории. В изложении автора она предстает в виде своеобразного алгоритма порождения клишированных высказываний:

«Мы видим, что он [социологизм] включает в себя два шага. Первый - шаг номинации, обозначение чего-то в качестве социального факта (высказывание “Х - это социальный факт”). […] Второй шаг - собственно объяснение (высказывание “Х как социальное должно объясняться через Y или Z, которые тоже относятся к области социального”)».

«Есть такое явление, как наука. Хочется понять, что это такое. Но вот мы приставляем к нему слово “институт”, и все сразу же становится “понятным”: наука = “институт науки”. Все. И дальше ясно, как его будут исследовать. Но в этот момент уже произошла редукция “науки” к “институту науки”».

 Бесспорно, каждый социальный ученый исходит из собственной теоретической логики и пытается найти социологическое объяснение тому или иному феномену. Вместе с тем исследовательская работа не исчерпывается этой логической операцией. Основная составляющая работы социологиста представляет собой исследовательскую работу с эмпирическим материалом, и его сопротивление может неожиданно для него самого превратить X в α, а Y и Z - в β и γ. Представим себе, что мы хотим найти социальное основание массового недовольства студентов университетского комсомола в СССР 1950-х годов и объяснить его состоянием советской власти в данный период. Однако, поработав в архивах и взяв десяток интервью, понимаем, что обнаруженные нами социальные распределения связывают не «комсомол» и «советскую власть», а подвижную и неопределенную структуру, тяготеющую одновременно к «студенческому сообществу», «общественному движению» и «определенной фракции ученых», «соотношению сил» между различными «инстанциями авторитета» в университете, причем связывают иным образом, чем это предполагалось ранее.

Сформулированный Вахштайном упрощенный взгляд, систематически умалчивающий об эмпирической части работы социолога, является прямым следствием дискурса «оптики». С точки зрения автора «оптика» представляет собой определенный набор аксиом, которые стали непроблематичными и самоочевидными и «дают наблюдателю-социологу возможность увидеть свой объект исследования как реальный, познаваемый и социальный»[9].

 «[“Оптика”] принципиально инвариантна и не зависит от содержания. […] Нельзя на материалах конкретного анализа некоторого феномена показать, что за ним не скрывается никакое социальное “на самом деле”, составляющее его подлинную природу… За любым феноменом при желании можно разглядеть конституирующие его социальные силы и конституирующих его агентов»[10].

 Данное положение имеет ряд следствий. Прежде всего, (1) именно в нем коренится страх перед бесконечной экспансией социологизма, которой «эпистемолог» внешним и нормативным образом должен положить конец. Однако лишь в идеальном (философском) мире чистой мысли теории достигают своих логических пределов распространения, в реальном мире науки всегда существует определенное «сопротивление материала», когда «уродливые факты» разрушают «прекрасные теории» или другие теории вполне эффективно ограничивают претензии той или иной «оптики»[11]. Кроме того, (2) из этого положения вытекает определенный стиль работы и понимание того, чем является наука. Если «оптика» полностью определяет то, что может быть увидено (то есть принимая в качестве неявного допущения абсолютную податливость материала наблюдения), инвариантна и не зависит от содержания, то подлинная работа ученого заключается не столько в эмпирических исследованиях, которым отводится глубоко вторичная роль почти автоматического наполнения содержанием предзаданной теоретической рамки («всякая оптика имеет свою практику»), сколько в конструировании этой самой рамки, «оптики». Другими словами, главным действующим лицом науки становится социолог-теоретик, который в тиши библиотеки конструирует определенную «оптику», используя в качестве «строительного материала» многовековую традицию социального теоретизирования. Но как бы ни было соблазнительно увидеть в утверждении автономии «когнитивного содержания» и независимости любой теоретической «оптики» от эмпирического содержания форму самоутверждения социолога-теоретика и сотрудника Центра фундаментальной социологии[12], этот шаг будет преждевременным, если мы не сможем внятно обозначить его смысл - разместить его в контексте иного решения проблемы социальных оснований процесса познания.

Попробуем это сделать в процессе критического рассмотрения высказанных аргументов. Что делает возможным высказывание вроде этого: «Когда мы фокусируемся на социальных формах производства, конструирования и распространения знания, само знание оказывается за скобками»?[13] Что предполагает заимствованная у Бруно Латура риторика «замещения/подмены» социологизмом несоциальных объектов социальными? Она предполагает, что «на самом деле» есть то, что подменяется, и то, что подменяет. Знание в социологистском анализе «бессмысленно», «вторично» или вовсе упразднено, только если мы исходим из априорной посылки Виктора Вахштайна о существовании «знания» и «общества» как двух феноменов разной природы. Другими словами, данный дискурс уже предполагает определенную онтологию, которая не вводится автором аксиоматически (напомним, именно на выяснении преданной забвению аксиоматики настаивает «эпистемолог»), а проскальзывает как нечто очевидное и естественное в используемом словаре[14]. Таким образом, Вахштайн пытается выстроить аргументацию в защиту тезиса, лежащего в основании самой этой аргументации. Но что станет с аргументом лектора, если мы эту позицию не разделяем? Что, если «социальные формы» и «знание» имеют одинаковую, социальную, природу, как утверждают социологисты?[15] Аргумент потеряет силу.

Чтобы проиллюстрировать эту мысль конкретным примером, рассмотрим пассаж, который следует сразу за фразой о выведении знания за скобки:

 «В этот момент нам совершенно нечего сказать о том, например, что же в работах Дюркгейма способствовало или препятствовало его классикализации. Мы говорим о том, какую позицию он занял в политическом споре, и через это указание объясняем его классичность»[16].

 Если всерьез отнестись к такому социологисту, как Мартин Куш, который утверждает, что «аргументы и теории являются социальными институтами определенного вида»[17], то для анализа «классикализации» Дюркгейма нам потребуются изучение как его позиции в политическом споре (он был умеренным «дрейфусаром»), так и его научной аргументации в дискуссии с оппонентами. Дюркгейм опирался на «онтологический антиредукционизм», наделенный собственной каузальной силой в сети других аргументов и теоретических позиций в рамках более широкого социального института «науки», обладающего собственной логикой функционирования («автономия»), несводимой к логике функционирования социального института «политики». Кроме того, понадобится установить характер связей между «политикой», «государством» и «наукой», то есть определить «степень автономии» последней. Иными словами, в данном подходе политическое давление, с одной стороны, и рациональная аргументация, - с другой, противостоят не как воплощения разнородных сущностей, а как правила функционирования двух классов социальных институтов, находящихся в сложных и подвижных отношениях друг с другом.

Априорно вводя разграничение «общества» и «знания», автор лекции в стремлении продемонстрировать абсурдность социологистского объяснения приходит к упрощению первого и десоциологизации второго. Все многообразие исследуемых в социологистских работах феноменов, таких, как, скажем, «социальное пространство» или «институт науки», лектор описывает в лучших традициях философской критики «вульгарного социологизма». Например, «социальное пространство» Бурдьё Виктор Вахштайн редуцирует к набору ответов на вопросы незамысловатой анкеты: «Прежде чем начать исследование, необходимо обозначить, к какой партии вы принадлежите, где вы учились, в каких отношениях состоите с такими-то и такими-то игроками в “поле”». А «институт науки» описывает в терминах «культуры подозрения»: «Конечно, есть еще два десятка метафор “политических” - наука в них представлена разновидностью политического противоборства». В другом месте лектор жалуется на слова Бурдьё: «Наука - это политика». В этих грубых реалиях, по мнению автора, теряется «само знание». В результате Вахштайн упрощает и искажает исследовательскую программу оппонентов, за всестороннее изучение которой он ратует[18], - если мы внимательнее ознакомимся с теорией французского социологиста, то поймем, что картина чуть сложнее, чем та, что представлена автором лекции. «Наука», понимаемая Пьером Бурдьё как социальное «поле», накладывает определенную цензуру на практики входящих в него агентов. Именно социальное принуждение «поля» вынуждает последних выяснять отношения с помощью аргументов и по правилам рациональной аргументации, а не по правилам политической борьбы - что объясняет реальную автономию научного знания по отношению к «внешним» социальным факторам.

Следующий тезис Вахштайна непосредственно связан с предыдущим и призван проиллюстрировать абсурдность поиска социальных оснований «знания»:

 «…социолог социологии оказывается как бы “социологом второго порядка”. А что если мы сделаем с социологом второго порядка то же, что он делает с социологами первого порядка, - опишем его собственных идолов, ритуалы и тотемы? Например: идол идола. Социолог первого порядка верит в то, что есть “фундаментальная наука”, и это его “идол”, а социолог второго порядка верит в то, что есть идолы, которые застят взор социологов и скрывают от них истинное положение дел (“а на самом деле…”), - и это его идол»[19].

Далее автор предлагает поиграть в мысленный эксперимент и представить «социолога третьего порядка» и так далее. В чем заключается парадокс, который, по мысли автора, доказывает тщетность «социологии социологии» и указывает на границы «социологизма» и его кризис? Ответ на поверхности: социолог № 1 верит во что-то, социолог № 2 ищет социальные основания этой веры и объясняет ее как иллюзию, порожденную этими основаниями; в свою очередь, социолог № 3 ищет социальные основания веры социолога № 2 в социально порожденные иллюзии и, в свою очередь, объясняет ее как иллюзию. Круг замыкается. В случае, если наша переформулировка верна, мы оказываемся перед социологическим вариантом известного «парадокса лжеца»: «критянин говорит, что все критяне - лжецы». Выход из него, предлагаемый Виктором Вахштайном, - признать автономию и суверенность когнитивного содержания науки. Иными словами, всем социологистам Вахштайн неявно вменяет то, что Дэвид Блур критически назвал «асимметричным объяснением»[20], в рамках которого социальная обусловленность знания неизбежно ведет к его ошибочности. Однако необходимость занять эту внешнюю позицию - не единственное решение социологического варианта «парадокса лжеца». Альтернатива ему интуитивно схвачена Фридрихом Ницше в том отрывке из его «Генеалогии морали», где он спорит с Кантом:

 «Будем-ка лучше, господа философы, держать впредь ухо востро перед опасными старыми бреднями понятий, полагавшими “чистый, безвольный, безболезненный, безвременный субъект познания” […] Существует только перспективное зрение, только перспективное познавание; и чем большему количеству аффектов предоставим мы слово в обсуждении какого-либо предмета, чем больше глаз, различных глаз, сумеем мы мобилизовать для его узрения, тем полнее окажется наше “понятие” об этом предмете, наша “объективность”. Устранить же волю вообще, вывести из игры все без исключения аффекты при условии, что нам удалось бы это: как? не значило бы это - кастрировать интеллект[21]

 Самым важным в данном утверждении является не столько перспективизм, который давно стал общим местом, или идея стереоскопии, сколько позитивная оценка обусловленности познания определенной «волей к власти». Последняя оказывается не только источником специфических ошибок и искажений, но и позитивным основанием процесса познания, тем, что позволяет что-то увидеть. Другими словами, альтернативой утверждению трансцендентального субъекта и суверенности «когнитивного содержания науки» будет признание наличия социального основания не только у «искажений», «иллюзий» и «лжи», но и у «истины», как бы ее ни понимать. Именно это представление легло в основание «сильной программы» в социологии знания в виде «тезиса о симметрии», который противопоставляется всем «асимметричным» объяснениям:

 «Форма ее [социологии знания] объяснений должна быть симметричной. Одни и те же типы причин будут объяснять, например, и истинные и ложные представления»[22].

 Таким образом, размыкается замкнутый круг данного парадокса: когда «социолог второго порядка» объясняет верования «социолога первого порядка», это отнюдь не означает их автоматического зачисления в категорию «иллюзий» и, следовательно, не делает иллюзорными его собственные верования. Далее, если последовать совету Вахштайна и добавить «социолога третьего порядка» и «социолога n-ого порядка», то не изменится ровным счетом ничего. В итоге, упрощенный характер понятия «социологизм» вновь сыграл против аргументации автора доклада: если для одних его типов, склонных к «асимметричным» объяснениям, упреки верны и вполне заслуженны (это прежде всего, конечно, некоторые марксистские версии, систематически склонные использовать риторику разоблачения), то для других - нет.

Главным следствием принятия «симметричных» типов объяснения, которое, увы, регулярно остается без внимания, является невозможность использовать социальный анализ знания как форму разоблачения и стигматизации[23]. Если «один и тот же тип причин будет объяснять и истинные и ложные представления», то наличие социальных оснований у определенной теоретической позиции ровным счетом ничего не говорит о ее «иллюзорности» или «ложности». Последнее будет требовать отдельного доказательства и обоснования - разумеется, если мы находимся в рамках научной коммуникации, а не, например, политики, где порой достаточно просто обозначить «друзей» и «врагов» (что не означает отказа от активной политической позиции). Таким образом, возвращаясь к началу данного раздела, когда мы предполагаем, что теоретическая позиция самого Вахштайна (утверждение «автономии» и «суверенитета» «когнитивного содержания науки», метафора «оптики» со всеми ее импликациями) является своего рода цензурированной версией определенной «воли к власти», формой утверждения «автономии» и «суверенитета» самого «эпистемолога» и социолога-теоретика, это отнюдь не значит, что она с необходимостью неверна. Нет, она неверна потому, что на протяжении всего выступления мы встречаем множество риторических приемов (вроде исторических анекдотов про Гуссерля и Латура и забавных аналогий с географией) и мало аргументов, которые на поверку оказываются довольно слабыми и неубедительными. Иронизируя, автор доклада утверждает:

 «Вот и я сейчас, вероятно, критикую социологизм не потому, что вижу в нем опасность исчерпания социологической мысли, а потому, что принадлежу определенной банде - самому страшно подумать какой - и пытаюсь свергнуть с пьедестала канона один способ анализа, чтобы утвердить на нем другой».

 Поймаем его на слове: да, конечно, «принадлежит» и, без сомнения, «пытается свергнуть» - и именно поэтому он видит то, чего упорно не замечают другие - «опасность исчерпания социологической мысли». Существует ли эта опасность и действительно ли наступил «кризис социологизма»? Вопрос дискуссионный, но пока внятных и бесспорных доводов в его пользу найти (по крайней мере, в тексте доклада) не удалось. «Кризис социологизма», настойчиво утверждаемый на протяжении всего текста, больше напоминает риторическую уловку, когда желаемое положение вещей выдается за фактическое. В действительности, на самом деле, существует не столько «кризис», сколько «дилемма», две альтернативных программы исследований, каждая из которых обладает своими сильными и слабыми сторонами и претендует на описание/объяснение одного ряда явлений. «Социологизм» и «эпистемология» являются не изолированными друг от друга «познанием» и «теорией познания», но конкурирующими способами объяснения «общества» и «знания», и, чтобы аргументировано доказать преимущество одного из них, недостаточно просто априорно заявить о различных природах их объектов и исконном превосходстве одной дисциплины над другой.

 

[1] Вахштайн В. Конец социологизма: перспективы социологии науки // Полит.ру. 2009. 6 августа (www.polit.ru/lectures/2009/08/06/videon_vahshtain.html).

[2] Дюркгейм Э. Социология. Ее предмет, метод, предназначение. М.: Канон, 1995. С. 128.

[3] Другой социальный мыслитель того времени Герберт Спенсер, чья социальная траектория прошла вдали от академических учреждений, стал автором концепции универсального эволюционного закона, действительного как для неживой природы, так и для индивидуальных и коллективных организмов.

[4] Вахштайн В. Указ. соч.

[5] Формулировка, заимствованная у Бруно Латура (см.: Латур Б. Когда вещи дают отпор: возможный вклад «исследований науки» в общественные науки // Социология вещей. М.: Территория будущего, 2006. С. 344). Далее по тексту Латур дает еще более сильную характеристику социологистского объяснения, включая в свое описание предикаты «истинный» и «ложный»: «Как только произошла подмена ложных объектов, относящихся к верованиям, истинными объектами, относящимися к обществу, ничего больше в религии не заслуживает внимания, кроме социальных сил, которые она умело скрывает и символизирует».

[6] Точнее, не просто «проблема познания», а ее конкретная область - спор эмпиризма и априоризма, в котором социологизм «подменяет/замещает» трансцендентальный субъект классической эпистемологии «обществом». Образцовым примером, как и прежде, является Дюркгейм, который соглашается с априористской критикой эмпиризма, но сами априорные категории рассматривает как «коллективные представления» (см.: Дюркгейм Э. Социология и теория познания (www.humanities.edu.ru/db/msg/17101)).

[7] «Оптика» социологии, говорит Вахштайн, должна рассматриваться в несоциологической «оптике».

[8] Парадоксальным образом это требование формулируется на отчетливо политическом языке «варварской приватизации» и «национализации».

[9] Вахштайн В. Ответ этнометодологу, или Мартышка и очки (www.cfs.hse.ru/content/view/118/64/).

[10] Он же. Конец социологизма…

[11] Как это делает современная генетика, видно из книги Мэтта Ридли «Геном», где почти в каждой главе можно найти эмпирически обоснованные претензии к «социальному детерминизму» (Ридли М. Геном: автобиография вида в 23 главах. М.: Эксмо, 2008).

[12] Характер институции можно уловить по тем задачам, которые ставит перед собой связанный с ней журнал: «Но… главное все-таки другое: массированное (сколько это возможно в ограниченное время и в ограниченном объеме) представление недавней истории и современного состояния современной теоретической социологии» (Филиппов А. Еще одна попытка социологического просвещения // Социологическое обозрение. 2001. Т. 1. № 1. С. 4).

[13] Вахштайн В. Конец социологизма…

[14] Обвиняя социологов в том, что они являются бессознательными эпистемологами, и претендуя на анализ этого «бессознательного» со сторонней позиции своеобразной «теории познания», оперирующей категориями «когнитивного стиля», «оптики» и так далее («наука не мыслит» - завещал всем философам Хайдеггер), «эпистемолог» не замечает, как сам становится социологом, неявным образом вводя содержательное различие «общество/знание».

[15] См., например: «Мы прошли длинный путь. Я начал с указания на то, что социология знания уделяет внимание как аргументам, так и интересам, как доводам, так и политике, как теориям, так и конфликтам. На протяжении большей части этой статьи я старался сблизить эти виды сущностей, показывая, что первые пункты этих оппозиций похожи на вторые в том, что все они также являются социальными» (Куш М. Социология философского знания // Логос. 2002. № 5-6(35). С. 25).

[16] Вахштайн В. Конец социологизма…

[17] Куш М. Указ. соч.

[18] Заметим, что в «эпистемологических» исследованиях Вахштайна и его учеников «оптики» социологов изучаются во всей своей полноте и сложности - без упрощений и передергиваний. Можно сказать, что есть две «позиции эпистемолога»: исследователя, изучающего теории других ученых, и выразителя определенной теоретической программы, который в рамках манифеста позволяет себе их упрощенный пересказ.

[19] Вахштайн В. Конец социологизма…

[20] Блур Д. Сильная программа в социологии знания // Логос. 2002. № 5-6(35). С. 11. Заметим, что эта критика была осуществлена внутри «социологизма», для этого не потребовался взгляд «со стороны».

[21] Ницше Ф. К генеалогии морали // Ницше Ф. Так говорил Заратустра. К генеалогии морали. Рождение трагедии. Воля к власти. Посмертные афоризмы. М., 2003. С. 391-392.

[22] Блур Д. Указ. соч. С. 5.

[23] Парадигматический пример такого рода использования представлен Лениным: «…Поскребите “народного друга”… и вы найдете буржуа» (цит. по.: Ленин В.И. Что такое «друзья народа» и как они воюют против социал-демократов (http://libelli.ru/works/1-1.htm)).

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

12.12 21:22 Саакашвили вызвали на допрос в качестве подозреваемого
12.12 21:11 Путин перечислил условия успешного развития России
12.12 20:50 Задержанного после взрыва в Нью-Йорке обвинили по трем статьям
12.12 19:46 «Хамас» провозгласило третью интифаду
12.12 19:38 НАСА прекратило переговоры о закупке мест на «Союзах»
12.12 19:23 Оргкомитет ОИ-2018 допустил появление россиян под национальным флагом
12.12 19:00 Рогозина не устроил отчет госкомиссии по крушению «Союза»
12.12 18:50 Пожар после взрыва на газовом хабе в Австрии полностью потушен
12.12 18:39 Директор ФСБ объявил резню в ХМАО терактом
12.12 18:21 Россия приостановила работу посольства в Йемене
12.12 18:16 МОК дисквалифицировал шесть хоккеисток и результаты сборной РФ
12.12 18:03 МВД РФ обвинило боевиков из Сирии в звонках с угрозами взрывов
12.12 17:59 НАТО продлило полномочия генсека Столтенберга до 2020 года
12.12 17:43 Суд отказался снять с Telegram штраф за нераскрытие данных ФСБ
12.12 17:32 Генпрокуратура РФ подготовила французам запрос по делу Керимова
12.12 17:23 СМИ сообщили о намерении ЕС продлить санкции против России
12.12 16:50 Бомбившие боевиков в Сирии самолеты ВКС прибыли в Россию
12.12 16:38 «Первый канал» решил частично транслировать Олимпиаду
12.12 16:25 Киев пригрозил осудить Поклонскую за военные преступления
12.12 16:18 Пчелы сибирских старообрядцев помогут в исследованиях опасной болезни
12.12 15:55 Суд заочно арестовал владельца «Вим-Авиа»
12.12 15:42 Варвара Караулова решила просить Путина о помиловании
12.12 15:29 Глазьев поддержал создание крипторубля ради обхода санкций
12.12 15:22 ЕСПЧ присудил россиянам 104 тысячи евро за пытки в полиции
12.12 15:04 СМИ рассказали об инструктаже Кремля по сбору подписей за Путина
12.12 14:43 «Яндекс» назвал самые популярные запросы за 2017 год
12.12 14:28 Европа осталась без российского газа из-за взрыва на газопроводе
12.12 14:22 Прочитан полный геном вымершего сумчатого волка
12.12 14:14 Песков подтвердил включение твитов Трампа в доклады для Путина
12.12 14:00 Минобрнауки РФ поддержало обучение школьников «Семьеведению»
12.12 13:55 «Сколково» и «Янссен» поддержат проекты по диагностике и терапии социально-значимых заболеваний
12.12 13:51 ФБР признало право генпрокурора не сообщать о встречах с Кисляком
12.12 13:44 Песков признал «большое волнение» Кремля из-за Саакашвили
12.12 13:37 Новый препарат замедляет развитие болезни Хантингтона
12.12 13:26 Минспорта финансово поддержит решивших не ехать на ОИ-2018
12.12 13:25 Помощник Путина раскритиковал «Роскосмос» за неумение делать деньги
12.12 13:11 Украинское Минобрнауки разработало отдельную модель для русскоязычных школьников
12.12 13:06 CardsMobile и Bitfury Group объединяют рынок программ лояльности
12.12 13:00 ОКР попросит МОК пересмотреть решение о российском флаге
12.12 12:41 ОКР одобрил участие российских спортсменов в ОИ-2018 под нейтральным флагом
12.12 12:39 По делу о хищении денег из разорившихся банков арестованы топ-менеджеры
12.12 12:35 ГП потребовала заблокировать сайты «нежелательных» организаций
12.12 12:18 При взрыве на газопроводе в Австрии пострадали десятки человек
12.12 12:03 Разоблаченная в Москве группа террористов оказалась ячейкой ИГ
12.12 11:55 Трамп «узаконил» удары коалиции по сирийской армии
12.12 11:42 Сотрудники российской военной полиции вернулись из Сирии
12.12 11:25 Счетная палата решила взяться за хозяев «старой» недвижимости
12.12 11:18 В Москве арестован подозреваемый в шпионаже в пользу ЦРУ
12.12 11:11 Ведущие мировые политологи и руководители банков – среди участников Гайдаровского форума в РАНХиГС
12.12 10:54 ФСБ объявила о срыве готовившихся на Новый год терактов в Москве
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.