Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
16 декабря 2017, суббота, 01:12
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

18 августа 2011, 09:57

Гражданская фотография

FotoFest 2010 Biennial. Фото с сайта проекта
FotoFest 2010 Biennial. Фото с сайта проекта

Крупнейший американский фестиваль фотографии FotoFest Biennial в 2012 году посвятит свою выставку современной российской фотографии. О самом фестивале и современной фотографии мы побеседовали с его создателями: арт-директором, главным куратором и основателем Международного фестиваля фотографии FotoFest Венди Вотрисс и президентом Международного фестиваля фотографии FotoFest (Хьюстон, Техас) Фредериком Болдуином.

Первый блок вопросов к вам касается вашей деятельности. Как бы вы описали свое место в мировой и американской фотографии? Кто ваш учитель? Кто ваши предшественники и соратники?

Венди Вотрисс: Мы создали в мире фотографии организацию, у которой есть представление о том, каким образом можно использовать фотографию, чтобы помочь творческим людям низвергнуть властные иерархии старых институтов и открыть новые возможности для других, а также соотнести искусство с важными социальными проблемами.

В чем была проблема с этими иерархическими структурами?

В.В.: Они ограничивали возможности для художников и в итоге образовали своего рода государство или правительство в сфере фотографии.

Какие события в мировой фотографии представляются вам наиболее значительными?

В.В.: Для начала я частично вернусь к вашему предыдущему вопросу и скажу пару слов о наших соратниках. Мы сотрудничаем с очень многими организациями и частными гражданами по всему миру. У нас есть единомышленники почти на каждом континенте, и частные лица, кстати, нам очень помогают, потому что они зачастую мыслят более творчески и независимо.

В России, например, мы уже давно общаемся с Евгением Березнером, Ириной Чмыревой, вообще с этим коллективом, потому что мы доверяем их взгляду на мир и ценностной ориентации. В Лондоне у нас есть, например, Марк Хейворт-Бут (Mark Hayworth-Booth), который создал отдел фотографии в музее Victoria and Albert, и, у которого тоже очень широкий взгляд на вещи. В Соединенных Штатах у нас есть близкий друг Сандра Филлипс (Sandra Phillips) из Музея изобразительных искусств Сан-Франциско. В чикагском Музее изобразительных искусств у нас есть человек, который буквально создал там соответствующий отдел, - Дэвид Трэвис (David Travis); а также директор нью-йоркского музея Whitney – Адам Вейнберг (Adam Weinberg). Ну, и множество индивидуальных фотографов – например, Даг и Майк Старн (Doug and Mike Starn), Альфредо Жаар (Alfredo Jaar), Лалла Эссайди (Lalla Essaydi). Это очень разные люди, но все они известные художники, обладающие прекрасным талантом и приверженные гуманистическим ценностям.

А в какой стране у вас больше всего единомышленников?

В.В.: По всему миру. У нас есть сильная поддержка в Китае, в Латинской Америке, в Южной Африке, Корее, Мексике, Канаде, Европе; мы работаем более чем в 50 странах.

Теперь о важных событиях в мире фотографии. Я думаю, в первую очередь мир фотографии изменили мероприятия вроде FotoFest, и они же расширили границы этого мира. Прежде всего, благодаря этому как профессиональные фотографы, так и общественность в целом увидели достижения фотографического творчества и масштабы деятельности художников, - что прежде никогда не удавалось сделать в должном объеме. FotoFest, конечно, не единственный фестиваль, есть и другие, равные ему по масштабу, есть похуже. Но когда мы только организовали FotoFest, помимо него в мире было всего три фестиваля. А уже потом появились большие коммерческие фотоярмарки вроде Paris Photo или AIPAD в Нью-Йорке. А затем и индивидуальные музейные выставки. Лично я считаю очень интересными выставки в лондонских галереях Tate Modern и Hayward. В США, пожалуй, можно особо выделить нью-йоркский музей Метрополитен, который придерживается классических традиций, но также устраивает очень хорошие экспозиции, особенно под руководством Марии Моррис (Maria Morris); еще там был прекрасный куратор Шарлотта Коттон (Charlotte Cotton), которая сейчас вернулась в Лондон. Замечательные выставки были в Центре Помпиду — их делал Квентин Бажак (Quentin Bajac), который приедет сюда на портфолио-ревю.

Вся это взаимосвязь между организациями очень важна — благодаря ей создается мир, в котором могут работать творческие люди. Соответственно, нужны школы, в которых преподают историю искусства и изучают разные средства передачи информации; далее, нужны коммерческие галереи и независимые центры искусства, потому что они располагают большей свободой в своей деятельности. Еще нужны издательства (онлайн или печатные); нужны также средства массовой информации, которые освещают искусство, в частности - фотографию; нужны, наконец, музеи, аукционы и коммерческие ярмарки. Они вместе создают структуру, в которой могут работать люди. И коллекционеры тоже нужны.

Как влияют на фотоискусство цифровые технологии?

В.В.: Ну, здесь каждый скажет что-то свое. Так что пусть Фред тоже ответит. На мой взгляд, влияние, с одной стороны, есть, а с другой стороны, его нет. У художников и вообще у творческой среды появился в распоряжении новый инструмент. Но это просто инструмент, он не обязательно должен воздействовать на то, как они создают вещи, хотя, с другой стороны, с его помощью можно создавать и что-то новое, потому что это инструмент и технология. Сейчас наиболее заметные изменения произошли в процессе коммуникации. Появление цифровых технологий изменило форматы коммуникации, и всё, что касается фотографии — книги, печатные издания, журналы, — меняется и перемещается в Интернет. Интернет пока еще не стал идеальной платформой для искусства в целом и фотографии в частности и, возможно, никогда ею не станет.

Почему?

В.В.: Интернет меняет поверхность и текстуру творчества, и если взять какое-нибудь произведение искусства и посмотреть на него в Интернете, мы увидим, что его изображение не воспроизводит в точности его физический облик. И еще один момент. В 2002 г. мы делали серию выставок. Там, конечно, были классические работы, в том была выставка российского пикториализма, организованная по инициативе Евгения Березнера и Ирины Чмыревой. Но мы обращались и к современному искусству, и у нас был раздел веб-арта — искусства, которое вообще не представлено в физическом мире, которое существует только в Сети. Такого рода произведения никогда не бывают полноценно представлены в мире искусства. У этого есть техническая причина: музеи не могут нормально хранить и демонстрировать такие работы. Но, по-моему, тут есть и еще одна причина: у них нет такого ощутимого воплощения, которое предполагают другие виды искусства. На каком-то этапе в будущем, возможно, они сыграют свою роль. Некоторые музейные кураторы думали, что это уже началось, но это не так. Возможно, будет так же, как с видео в 1960-е гг. и в начале 1970-х гг. Тогда это было всемирным увлечением. Потом они почти вымерли, а теперь вернулись, но уже в иной форме. То же самое может произойти с интернет-искусством, хотя я думаю, что как вид искусства это не будет иметь большого успеха.

Фред Болдуин: Раньше, если вы занимались документальной фотографией, фотоискусством или снимали для прессы, надо было транспортировать пленку в то место, где ее можно обработать. А это иногда большая проблема, потому что, например, в аэропортах всё просвечивают рентгеном, причем иногда по 2-3 раза, если вы летите с пересадками. Это нехорошо для пленки. Сейчас всё стало проще благодаря цифровым технологиям. Изображения можно пересылать в  нужное место через телефон или беспроводным путем, что стало решением некоторых проблем — особенно для фотокорреспондентов. Кроме того, технологии стали теперь очень продвинутыми. Например, хотим мы устроить выставку российской фотографии в США или в Китае. Можно просто послать цифровые файлы и распечатать их уже в Китае, если там принтер хороший. Это тоже позволяет избежать множества проблем. Это важно и в тех случаях, когда, например, фотограф заключал контракт с музеем, например, в том же Китае, и после выставки фотографии по какой-то причине были уничтожены. Такое бывало. Благодаря этому можно спокойно транспортировать очень ценные отпечатки изображений почтой, в том числе авиапочтой. Современная печать стала настолько совершенной, что позволяет почти в точности воспроизвести результаты прежней фотопечати. Ну, не совсем. Но всё к тому идет.

В.В.: Чтобы проиллюстрировать те колоссальные возможности и ограничения, которые проистекают из цифровых технологий, вспомним, что творится на Ближнем Востоке начиная с января. Нет сомнений в том, что в качестве средства коммуникации они могут использоваться блестяще. И используются. Но в качестве средства для создания настоящего визуального искусства — едва ли.

А что вам как фотографам больше нравится: просматривать фотографии на экране или всё-таки отпечатки?

В.В.: Ну, опять же, я думаю, что цифровые технологии упрощают поиск и помогают при первоначальном отборе кадров, чтобы потом воспроизвести их в каком-нибудь издании. Но в 90% случаев, если говорить о нынешнем фотографическом искусстве, я предпочту физический отпечаток.

А чем вы сами пользуетесь для съемки? Работаете ли вы с пленочными камерами?

В.В.: На самом деле мы работаем очень по-разному. Мне не очень нравятся цифровые камеры, но, с другой стороны, у меня нет времени, чтобы полноценно пользоваться пленочными. Но мне кажется, что лучше всего — это когда снимают на пленочную камеру, а потом сканируют снимки, потому что компьютер позволяет гораздо тоньше редактировать фотографию, чем это получается в темной комнате, и итоговый продукт получается в каком-то смысле более совершенным. Если бы мне пришлось всерьез вернуться к фотографии, я бы, наверно, использовала сочетание цифровых и пленочных технологий. Кроме того, есть еще одна проблема: ассортимент материалов для пленочных технологий стал более ограниченным. Например, бумагу для цифровых фотографий сейчас делают гораздо лучше, чем ту, которую используют в темной комнате. Реактивы для аналоговой фотографии раньше были гораздо лучше, да и хорошую пленку сейчас почти не достать.

Ф.Б.: Конечно, я использую цифровую камеру. Но это, в частности, потому, что я больше не снимаю для журналов и вообще не занимаюсь серьезной фотографией. Я просто делаю снимки и потом размещаю их на сайте FotoFest, так что я пользуюсь только цифровой обработкой. Поэтому я делаю гораздо больше снимков, чем, собственно, необходимо, так что в работе с цифровыми снимками большую проблему представляет собой архивирование файлов. Я вот, например, за время пребывания в Москве сделаю порядка тысячи снимков. Из них я потом использую от силы десять. А с остальными что делать? Надо их как-то хранить. И если подходить к делу серьезно, то эти архивы надо еще и упорядочивать — писать, где была сделана фотография и т. д. Это, в общем-то, всегда было проблемой, но теперь масштабы изменились. И сейчас фотографы недостаточно аккуратно архивируют свои фотографии. У них огромные коллекции фотографий, которые они так и не приводят в порядок. Для примера сконструирую такую ситуацию: вот человек в Соединенных Штатах. И он фотографирует каждый сарай в штате Миннесота. Это величайший фотограф сараев. Вот он умер, и его дети отнесли этот архив в некий музей сараев. В этом архиве сотни тысяч фотографий с сараями. И работники музея говорят: «А кто будет платить за то, чтобы из этих фотографий сделали архив? Это ведь в $50 000 обойдется». И что в итоге? Всё это отправляется на свалку, а не в музей. Это распространенная проблема. Она касается, в первую очередь, цифровых фотографий — масса хороших работ пропадает только из-за того, что их надлежащим образом не упорядочили. Вот на эту камеру я могу снять 16 мегабайт снимков. Сегодня утром там было 3,2 мегабайта — это за последние три дня. Это же нелепо. С другой стороны, это, конечно, удобно. Я могу включить и посмотреть, что я снял. Но, опять же, если вы профессиональный фотограф, то вы думаете, прежде чем фотографировать. А сейчас есть искушение просто щелкать и щелкать наудачу.

В.В.: Да, вот о чем мы еще не сказали. Есть один момент, который цифровые технологии действительно изменили, как я думаю. Это то, что художник делает с визуальной информацией. Эта деятельность представляет собой конструирование реальности. Гораздо в большей степени, чем это было раньше. Нет, это, конечно, всегда было частью фотоискусства, с самого начала. Дагер этим занимался, например. Но сейчас это стало так легко, что в каком-то смысле, можно сказать, освободило художников. Потому что они могут просто пересоздать реальность. И грань между воображаемым миром и реальным, внешним по отношению к человеку, стирается. И это происходит по всему миру. Этот жанр в фотографии сейчас бурно развивается.

Есть ли сейчас фотографы, которые восхищают или шокируют?

В.В.: Я думаю, что шок и восхищение — это всё-таки разные вещи. Я всегда восхищаюсь, когда вижу хорошую работу, какой бы носитель при этом ни использовался. Я бы сказала, 35-40% того времени, пока я смотрю на работу. И я не говорю про великие работы — просто хорошие, продуманные и технически грамотные.

А российские фотографы вас восхищают?

В.В.: Не думаю, что «восхищать» (amaze) - это подходящее слово, потому что мое восприятие не сводится к восхищению или шоку. Здесь, скорее, имеет место осознание того, что нечто сделано действительно хорошо, а само изображение может быть и смешным, и остроумным, и пародийным, и депрессивным, и печальным. Всё, что действительно хорошо сделано, с точки зрения вашего рассудка и ваших чувств, а также технически, приносит подлинное удовольствие. Пожалуй, да, такие слова, как «потрясающий» (striking), «волнующий» (moving) — лучше, чем «восхитительный». А ты что думаешь?

Ф.Б.: Я думаю, что все хорошие произведения искусства отличаются от не очень хороших только одной характеристикой. Они затрагивают нас изнутри, и они каждый раз кажутся удивительными. Я вот не разбираюсь в музыке, но мои друзья могут снова и снова приходить на концерты, где исполняют одно и то же произведение, и всякий раз находят в нем что-то новое. То же касается литературы, поэзии, живописи, фотографии — любой творческой работы. Если она действительно хороша, в ней всегда будет нечто особенное, что будет нас удивлять. И каждый раз вы будете находить в этом что-то новое. Вот что такое хорошее произведение.

Нет ли у вас впечатления, что российская фотография во многом — просто подражание американским и европейским образцам? Или в ней есть что-то самобытное?

Ф.Б.: У нас был один случай в Корее, когда мы смотрели работы одного корейского автора, который фотографировал очень кривые деревья. Мы показали эти работы американскому куратору, который специализируется на фотографии, и он сказал: «Да это просто подражание одному американскому фотографу!» Куратор, не имевший представления о корейской культуре, не понимал, что это не было производным от американских работ. На самом деле источником было отношение корейского художника к корейской земле и событиям во времена японской оккупации. Японцы срубили все прямые деревья и сделали из них орудия для военных действий. А кривые не рубили, и для корейского художника это стало символом свободы, который полностью произрастал из истории его родины и не имел ничего общего с американским фотографом. Так что надо хорошо понимать культуру и знать, откуда в ней что берется. Надо сначала как следует понять живопись, литературу, историю, а потом уже выносить суждения.

То есть вы хотите сказать, что в России тоже своя специфика, а не подражание?

В.В.: У России очень мощное культурно-историческое наследие. В том числе и в изобразительном искусстве. Оно восходит к очень давним временам - где-то к XII или XIII в. Соответственно, по мере развития новых технологий и мышления, это наследие будет находить новые формы выражения, а творческие люди будут по-разному использовать новые инструменты. Поэтому мы с Фредом думаем, что в таком контексте неизбежно появляются хорошие образцы современной фотографии, потому что здесь есть очень мощная история, визуальная выразительность и визуальная коммуникация в самых разных форматах. Многие форматы, в том числе и фотография, открываются заново. В странах вроде России, где властвовали специфические политические системы, которые жестко ограничивали творческое выражение, значительные куски прошлого скрыты. Это, во-первых, мешает людям, живущим в такой культуре, самовыражаться, а во-вторых, мешает узнавать о том, что происходило в прошлом, и исследовать это прошлое. В 90% правительств любого толка люди ничего не знают об искусстве. Монархи, короли, цари, современные правительства, в том числе демократические, - ничего в этом не понимают. Это просто не их дело. В общем, и у России, и у Китая есть такие исторические периоды, которые нужно открывать заново; этим должны заниматься ученые и люди, которые знают историю, и их задача – связать это с сегодняшним днем.

Например, Ирина и Евгений в каком-то смысле заново открыли тот период в истории российской фотографии – пикториализм, который был почти неизвестен, так как в 1935 г. это направление было официально признано неправильным. Это было очень продуктивное, очень хорошее направление, мы сейчас такие работы на выставках показываем. А многие россияне никогда не видели прежде таких работ. Таким образом, сама Россия ничего не знает о целом периоде в истории своей фотографии.

Ф.Б.: Когда мы были в Китае, некоторые китайские эксперты говорили нам, что в Китае на протяжение определенного периода не было авангардной фотографии. Но мы выяснили (благодаря одному ученому, который знал больше, чем эти эксперты), что в Китае как таковом в то время (1920-е — 1930-е гг.) этого действительно не было. Потому что фотографы-авангардисты уезжали в Японию. То есть физически в Китае этого не было, но это существует, просто в Японии. А вот в китайских академических кругах, действительно, не было никаких работ – книг или серьезных статей, - посвященных этой проблематике. Бывают такие дыры. Это еще не значит, что там ничего нет; это, возможно, значит, что просто еще не нашли.

В.В.: А дыра там находится по политическим причинам. И позднее не проводилось никаких исследований, потому что правительство после начала войны с Японией решило, что это всё несерьезное искусство — буржуазное,  развращенное и декадентское.

Теперь давайте поговорим подробнее про фестиваль. В чем специфика FotoFest'а? Чем он отличается от других фестивалей?

В.В.: Чем отличается FotoFest? Ну, я думаю, дело в ценностной шкале наших общественно-политических взглядов, которые определяют наш подход к искусству и творческому процессу, — в этом главное его отличие от других фестивалей. FotoFest организовали два человека, которые были фотографами, журналистами и работали по всему миру. Так что у нас был очень широкий взгляд на мир и творчество, и мы считали, что необходимо дать дорогу новым и неизвестным художникам (как современным, так и прежним) и направлениям — всему тому, что прежде никто не видел.

Он нацелен, прежде всего, на обретение возможностей.

Ф.Б.: Есть еще одно отличие, о котором Венди не сказала. Мы оба были фотографами, но главное, мы были фрилансерами, что позволяло нам разрабатывать свой собственный подход и создать сеть контактов с нашими единомышленниками по всему миру. Для того чтобы добиться сотрудничества, нужно было хорошо изучить культурные особенности. Мы хорошо знаем, с какими трудностями сталкивается фотограф, если он хочет раскрыть идею через фотографию и потом продать эту фотографию какому-нибудь журналу. Мы сотрудничали со всеми крупными журналами – Life, National Geographic – по всему миру, но мы никогда не были штатными фотографами. Это важная деталь. Когда приезжаешь в какую-нибудь страну, начинаешь работать и говоришь: «Я из National Geographic», - то для вас организуют встречи, вас приветствуют в министерстве культуры, и вам самим ничего делать не надо. С фрилансерами всё иначе. Надо пойти и подружиться с полицией, потом – с прессой, потом – с вашими конкурентами. Потому что вдруг в один прекрасный день у вас камера сломается. Тогда, возможно, ваш друг, который работает на другое издание, даст вам на время свою. Так мы помогаем им, они – нам, и в итоге мы взаимодействуем и сотрудничаем с представителями самых разных культур. Благодаря этому, в частности, вырабатывается глубокое уважение к культурным различиям.

В.В.: В общем, в итоге мы обнаружили сотни художников из разных стран …

Ф.Б.: Я бы сказал, не меньше тысячи…

В.В.: … благодаря нашим выставкам, которые очень внимательно организовывались и курировались, а также нашим портфолио-ревю. Мы, собственно, создали эти современные портфолио-ревю, которые теперь стали воспроизводиться по всему миру. На этих портфолио-ревю нет предварительного отбора. Это открытая платформа, где люди могут знакомиться с влиятельными представителями в области фотографии и журналистики и показывать им свои работы. Собственно, так начиналось это мероприятие, которое теперь пришло и в Москву.

Ф.Б.: Важно понимать, что ревьюеры, - это не профессора, которые говорят «делай так», «убери это»… Они не дают таких советов. Их задача – оказывать практическую помощь. Они отвечают за музейные программы и экспозиции. Они могут помочь опубликовать ваши работы в журнале или в книге. Они могут купить ваши работы. Вот таких людей мы приглашаем к сотрудничеству – чтобы они могли помочь художнику, который показывает им свою работу. Теория тут очень простая: берем талант, добавляем к нему возможности - и получается чудо.

Но в Москве предварительный отбор всё-таки будет проводиться. Что представляет собой жюри?

В.В.: Люди в России очень заинтересовались нашим проектом, и эта заинтересованность значительно превосходит наши бюджетные возможности, выделенные на это мероприятие. Это ведь только первое, пробное мероприятие (надеюсь, они будут проходить регулярно). Пока что у нас есть только порядка 170-200 мест. И у нас будет только 4 дня на проведение этого мероприятия. Мы пригласили сюда самых выдающихся профессионалов.

И, к сожалению, нам придется отбирать людей, чтобы провести мероприятие. В жюри будет пять человек. Трое из них — организаторы: Фред Болдуин, Евгений и Ирина. Потом еще Энрико Боссан (Enrico Bossan), который руководит фотопроектами в центрах Benetton и La Fabrica (последний устраивает учебные программы для молодых фотографов). Энрико - очень открытый и великодушный человек, а также прекрасный специалист в области фотографии. Он, кстати, открыл сайт для работы с молодыми фотографами.

И еще один человек – Кристоф Таннерт (Christoph Tannert), который сейчас в Берлине руководит очень важной онлайн-программой для художников, занимающихся мультимедиа и фотографией. Это очень прогрессивная программа, а Таннерт – тоже очень компетентный специалист. Но он специализируется в несколько иной области, нежели Энрико и Фред.

Вот, собственно, эти пять человек. У каждого своя специализация. У них очень широкий взгляд на вещи, они честны и ищут сильные концептуальные работы.

По какому принципу отбираются участники?

В.В.: У всех пятерых свои собственные оценочные критерии, поэтому общая оценка не основывается на ригидных условностях. Мы добились того, чтобы в жюри был хорошо представлен голос России, принадлежащий людям, которые разбираются в российском культурном и профессиональном контексте и которые показали нам, что они стремятся помочь фотографам в России. И что они готовы быть непредвзятыми.

Плюс к тому трое международных специалистов, у каждого из которых свой профессиональный опыт. Фред хорошо разбирается в фотожурналистике, а также уже 25 лет занимается Фотофестивалем. Энрико занимается редакторской деятельностью, а также рекламой и концептуализацией. Недавно он был куратором на нью-йоркском фотофестивале, до того был приглашенным куратором на нескольких фотофестивалях в Европе. А Кристоф Таннерт специализируется в сфере фотоискусства и современного искусства, а также занимается инсталляциями. Мы думаем, что пять человек, у каждого из которых свой специфический угол зрения, но при этом большой профессиональный опыт за спиной, смогут обеспечить профессиональный, тонкий и внимательный подход. Если мы просто создадим кодекс правил, это не будет работать.

Будут ли такие мероприятия проводиться в Москве в дальнейшем?

В.В.: Мы надеемся, что это будет продолжаться — может быть, не каждый год, возможно раз в два года. Это трудно организовывать. Хороших фотографов здесь, несомненно, много, и их бы вполне хватило на то, чтобы устраивать это раз в два года. Мы бы хотели, чтобы так и было. И Евгений, Ирина и Наташа, конечно, хотят. Но тут еще многое зависит от спонсоров (Iris Foundation and Garage) и от того, насколько, по их мнению, такие мероприятия способствуют развитию российского фотоискусства, и имеет ли смысл их поддерживать.

Одна из причин, почему портфолио-ревю проходит в Москве, в том, что мы считаем, что здесь это действительно принесет пользу, потому что здесь нет сильной инфраструктуры для поддержки креативной фотографии, и начинающим фотографам очень трудно выезжать на зарубежные выставки, фестивали и портфолио-ревю. И в Россию в поисках хороших фоторабот из-за рубежа приезжают редко. Так что я думаю, что Россия, и особенно Москва - это очень подходящее место для такого мероприятия, потому что для здешних фотографов оно может стать большим подспорьем.

Мы с Фредом с радостью наблюдаем, как информация об этом событии распространяется по всей стране, а не только в пределах Москвы и Санкт-Петербурга. К нам уже поступили заявки из 20 городов. А также из Белоруссии и Украины.

Ф.Б.: В 1991 г. мы решили взглянуть на то, что происходит в Южной Америке, и некие эксперты, опять же, нам сказали, что там есть всего 2-3 нормальных фотографа, а так ничего интересного не происходит. Но мы знали, что это неправда, потому что мы знали местную историю и литературу. Поэтому мы всё-таки поехали и обнаружили там в каждой стране выдающихся фотографов, причем в каждой стране они были совершенно разными. Это очень напоминает ситуацию с Россией. Разница только в том, что в Москве уже работает опытная инициативная группа, которая нам помогает. А сходство в том, что это тоже волнующее событие, когда у нас опять появляется возможность установить связь с не известными нам и вообще западным странам художниками, особенно молодыми, у которых еще просто не было возможности заявить о себе.

На что может рассчитывать победитель портфолио-ревю?

В.В.: Это вообще не конкурс и не соревнование. Здесь нет победителей. Точнее, мы надеемся, что победителями будут все.

Мы надеемся, что портфолио-ревю будут повторяться, и что мы сможем найти для этого ресурсы. И если так и произойдет, то будет больше мест для людей, и мы сможем дальше их поддерживать. В ходе этого ревю люди смогут завязывать знакомства с профессионалами – с теми, с кем в обычных обстоятельствах они бы никогда не встретились. Иногда это дает немедленные блестящие результаты. Иногда может потребоваться время – год или два. Не обязательно сразу. Главное, это обеспечит поток информации за границы России в большой мир фотоискусства, давая художникам возможность распространять свои работы через книги, журналы, выставки, портфолио. Конечно, это происходит не со всеми. Такова жизнь. Но даже просто разговор с теми, у кого есть более масштабный взгляд на практические вещи и на мироустройство в целом, почти всегда полезен творческому человеку. Там можно получить ответы на такие вопросы, которые нельзя просто «загуглить»: какому музею понравятся мои работы? Какое агентство выбрать? А тут люди делятся опытом.

Ф.Б.:  Мы, собственно, что стараемся сделать. Это как вы приходите в ресторан, и вам дают меню, чтобы вы выбрали то, что вам нравится. Всё сразу вы не выберете. Но в случае с портфолио-ревю люди смогут приходить туда снова. Вот что важно.  Мы стараемся создать такую атмосферу, в которой российское искусство будет вызывать интерес. Так было с латиноамериканскими работами: мы показали музеям, что они важны. Это не значит, что люди пришли и всё посмотрели. Это значит, что они заинтересовались темой в целом.

В.В.: Благодаря спонсорам, Iris Foundation и Garage, мероприятие бесплатное. Вот это настоящее чудо. А для нас портфолио-ревю — это первый шаг к формированию нашей программы на 2012 г. Мы планируем в ходе выставок сосредоточить внимание на современной российской фотографии: послевоенный период, затем перестройка 1980-х гг. и, наконец, последние годы, вплоть до 2011 г., включая самых молодых на сегодняшний день фотографов. Это будет пересмотр и переосмысление 40-летнего периода в истории российской фотографии. И вся эта деятельность уже вызвала у людей желание побольше узнать о российской фотографии.

Где проходит граница между фотографией как искусством и ее гражданскими аспектами? Есть ли миграция фотографов из одной области в другую?

В.В.: Активисты встречаются и в мире фотоискусства, и в мире фотожурналистики. Но есть и фотожурналисты, которые не занимаются активистской деятельностью. Думаю, тут нет особой границы. Тут всё зависит от личных предпочтений. Есть один фотограф, который 20 лет занимался проектом, посвященным латиноамериканским молодежным группировкам в Лос-Анджелесе и вообще в США. Она прослеживает их перемещения и после депортации из страны. Она открыла для них школу, где сама преподает, и еще у нее есть вебсайт, через который люди могут делать пожертвования, чтобы поддержать ее деятельность. При этом она не фотокорреспондент.

Ф.Б.: Мы фотографы-документалисты, и мы проявляли активность во взаимодействии с миром. В 1983 г. мы решили, что мы сможем добиться большего, если привлечем к нашей деятельности других фотографов, если мы будем вникать в сложности международных взаимодействий, наводить мосты. Мы стремились к этому в своей собственной работе. Собственно, Венди была первой женщиной, которая стала победительницей конкурса World Press Award в 1982 г. за работу, которую она проделала для журнала Life. И мы оба старались работать так, чтобы время от времени приносить пользу гражданскому активизму. Но два фотографа никогда не смогут достичь того, чего достигли совместными усилиями тысячи фотографов в период с 1986 г. до настоящего момента. И мы можем добиться еще большего, раскрывая новое в вещах и помогая людям постигать мир — с помощью других, а не только своими силами. И мы, собственно, создали организацию, которая этим занимается.

«Полит.ру» уделяет большое внимание проблематике фотографии. Совместно с сообществом PhotoPeople нами создан специальный проект PhotoPeople на «Полит.ру».

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

15.12 21:08 Отца предполагаемых организаторов теракта в метро Петербурга выслали в Киргизию
15.12 20:57 Майкл Джордан назван самым высокооплачиваемым спортсменом всех времен
15.12 20:36 Вероника Скворцова обсудила с Элтоном Джоном борьбу с ВИЧ
15.12 20:23 Полиция открыла огонь по мужчине с ножом в аэропорту Амстердама
15.12 20:07 Falcon 9 отправила груз на МКС и вернулась на космодром в США
15.12 19:47 В Пентагоне рассказали о новом сближении с российской авиацией в Сирии
15.12 19:44 ЦБ оценил объем докапитализации Промсвязьбанка в 100-200 млрд рублей
15.12 19:27 Пожизненно отстраненная от Игр скелетонистка Елена Никитина выиграла ЧЕ
15.12 19:18 Косово объявило о создании собственной армии к марту 2018 года
15.12 19:03 В Назарете отменили Рождество
15.12 18:51 В Испании не поверили в угрозу отстранения от ЧМ-2018
15.12 18:35 Программу безопасности на дорогах увеличили на 2 млрд рублей
15.12 18:25 ФАС проверит частичную отмену роуминга сотовыми операторами
15.12 18:25 РФ и Египет подписали соглашение о возобновлении авиасообщения
15.12 18:19 Трамп попросил у России помощи с КНДР
15.12 18:03 Курс биткоина приблизился к 18 тысячам долларов
15.12 17:54 Промсвязьбанк сообщил о проблемах в работе интернет-банка
15.12 17:48 ФИФА пригрозила отстранить сборную Испании от ЧМ-2018 из-за действий властей
15.12 17:28 Задержанный в Петербурге планировал взорвать Казанский собор
15.12 17:25 Промпроизводство в РФ в ноябре упало максимальными темпами за 8 лет
15.12 17:01 Турция потребует в ООН отменить решение США по Иерусалиму
15.12 16:43 В посольстве США назвали ложью обвинение во вмешательстве в российскую политику
15.12 16:33 Букингемский дворец назвал дату свадьбы принца Гарри
15.12 16:29 Журналист сообщил о готовности Захарченко внедрить на Украину 3 тысячи партизан
15.12 16:14 МИД Украины опроверг ведение переговоров об экстрадиции Саакашвили
15.12 16:08 Страны ЕС согласились начать вторую фазу переговоров по выходу Великобритании
15.12 15:49 Дипломатов из США не пустят наблюдать за российскими выборами
15.12 15:47 Глава ЦИК назвала стоимость информирования избирателей о выборах
15.12 15:36 Гафт перенес операцию из-за проблем с рукой
15.12 15:21 В Кремле посчитали недоказанными обвинения в адрес Керимова во Франции
15.12 14:55 ФСБ задержала в Петербурге планировавших теракты исламистов
15.12 14:33 Сенаторы одобрили закон о штрафах за анонимность в мессенджерах
15.12 14:15 В Кремле признали нежелание Путина упоминать фамилию Навального
15.12 14:02 Дума отказалась ограничить доступ к сведениям о закупках госкомпаний
15.12 13:59 Минфин пообещал не допустить «эффект домино» из-за Промсвязьбанка
15.12 13:52 Алексей Улюкаев приговорен к восьми годам строгого режима
15.12 13:39 Госдума разрешила внеплановые проверки бизнеса по жалобам сотрудников или СМИ
15.12 13:36 ЦБ снизил ключевую ставку
15.12 13:24 Ученые заглянули в глаз трилобита
15.12 13:23 Власти Москвы отказали Илье Яшину в проведении акции 24 декабря
15.12 13:19 Индекс потребительских настроений по всей России вышел в «зеленую зону»
15.12 13:08 Прокуратура назвала самое коррумпированное подразделение силовиков
15.12 13:00 Лавров заявил о вмешательстве США в выборы в России
15.12 12:47 Совет Федерации подключился к поиску источника вони в Москве
15.12 12:40 Минтранс анонсировал возобновление рейсов в Каир в феврале
15.12 12:25 Дед Мороз заявил об отказе от пенсии
15.12 12:20 Дума приняла закон об индексации пенсий в 2018 году
15.12 12:07 Антитела к вирусу лихорадки Эбола вырабатываются через сорок лет после болезни
15.12 12:01 ЦИК снова пересчитал желающих баллотироваться в президенты
15.12 11:41 Улюкаев признан виновным в получении взятки
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аргентина Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки биатлон бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко вандализм Ватикан ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай климат Земли КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения МОК Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка Мурманская область МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение православие «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Республика Карелия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии Трансаэро транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда фармакология ФАС ФБР Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие химия хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Яндекс Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129090, г. Москва, Проспект Мира, дом 19, стр.1, пом.1, ком.5
Телефон: +7 495 980 1894.
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.