Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
23 августа 2017, среда, 05:33
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

23 марта 2012, 10:18

Социальное предпринимательство

В России, как и в других странах, повышается роль гражданских инициатив, некоммерческих организаций, коммерческих организаций с отчетливо выраженной социальной функцией (речь идет не о «социальной ответственности бизнеса», но о структурах имеющих соответствующую изначальную установку). Появляется речь и о социальном предпринимательстве. Мы побеседовали об этом феномене с известным специалистом в этой области - Джанель Керлин (Janelle Kerlin, Assistant Professor of Public Management and Policy at Georgia State University). Интервью взяла Анна Сакоян.

На каком этапе и при каких условиях мы можем говорить о таком феномене, как социальное предпринимательство?

Чтобы ответить на этот вопрос, мне нужно дать определение социальному предпринимательству. Общее определение, которое я использовала, звучит так: это «использование рыночных в своей основе методов для решения социальных проблем». Речь идет о таких организациях, для которых главная задача состоит как раз в решении социальных проблем. Те структуры, для которых деятельность в социальной сфере второстепенна по отношению к их основной деятельности, мы не считаем социальными предприятиями.

Когда мы смотрим на то, как это работает в разных странах мира, мы видим, что нет никаких стандартизированных параметров, чтобы установить это явление. Нельзя сказать: «в такой-то стране раньше социального предпринимательства не было, а теперь оно есть». Это довольно текучее явление. Собственно, когда я работала над своей книгой, я искала, прежде всего, такие страны, где дискуссия о социальном предпринимательстве переросла уже в относительно большое движение в том или ином секторе.

Скажем, в Европе государство поддерживало социальные предприятия и принимало участие в их развитии, и там это стало широко обсуждаться. В США социальное предпринимательство обсуждают в основном фонды — весьма видные фонды. Они стараются поддерживать их деятельность и распространять о них информацию. В некоторых частях мира эта тема обсуждается в контексте проблематики гражданского общества. Иными словами, речь идет о том уровне, когда эта дискуссия получает значительное освещение — о ней начинают писать СМИ, ею интересуются исследователи.

Каковы проявления этого феномена в разных странах?

Это очень зависит от того, о какой части мира мы говорим. Примером социального предприятия может быть некоммерческая организация, которая по совместительству занимается еще и коммерческой деятельностью, чтобы обеспечить себе средства на выполнение социальной миссии. Это также может быть организация микрокредитования — проекты вроде тех, что разработал лауреат Нобелевской премии мира Мухаммад Юнус в Бангладеш, хотя они не очень распространены в других частях мира. Это также могут быть, так сказать, социальные кооперативы, которые как разновидность социального предпринимательства особенно популярны сейчас в Европе. Так что

у социального предпринимательства много различных форм.

Насколько изменилась ситуация с тех пор, как была опубликована ваша книга?

Изменилась, безусловно. В одних регионах больше, в других меньше. Я всё больше слышу об инициативах в области социального предпринимательства в Китае [1]. Хотя там движение пока еще небольшое, в нем есть несколько очень сильных игроков. И я думаю, что как только они получат поддержку от правительства или от частного сектора, они еще шире развернут свою деятельность. Хотя эта тема обсуждается там еще очень мало, но даже в этом есть прогресс по сравнению с тем, что было, когда я только начала свое исследование. Появились также ученые, которые стараются привлечь внимание к этой проблематике.

Что касается России, то у меня нет точных данных о том, на какой стадии находится дискуссия о социальном предпринимательстве, но я подозреваю, что с тех пор, как я начала писать книгу, ситуация изменилась. Если я решу написать новую работу на более широком материале, я, конечно, буду смотреть, что происходит в России.

Удалось ли вам в результате вашего исследования сформулировать более узкое и при этом универсальное определение социального предпринимательства?

Когда дело доходит до точного определения, то разумнее всего вписывать его в региональный контекст — об этом я говорю в первой главе своей книги. В каждом случае социальное предпринимательство развивается с помощью механизмов, которые работают в условиях конкретной страны. Можно попытаться навязать общее определение всем случаям, но тогда для многих стран оно не будет работать. Поэтому лучше всего, если каждый регион сам будет вырабатывать для себя оптимальное определение социального предпринимательства. Для общих исследований феномена подходит то широкое определение, которое я привела вначале.

Каково соотношение терминов «третий сектор» и «социальное предпринимательство»?

Я хочу сначала оговорить на всякий случай специфику терминов social entrepreneurship (на русский обычно переводится как «социальное предпринимательство») и social enterprise (на русский обычно переводится как «социальное предприятие»). В американском словоупотреблении эти термины означают разные вещи. Я не знаю, как эти термины соотносятся в других странах, но в США, когда мы говорим о social enterprise, мы имеем в виду, главным образом, организации. Когда мы используем этот термин, мы подразумеваем, что организация занимается некоторым бизнесом.  А когда мы говорим о social entrepreneurship, мы имеем в виду, прежде всего, индивидуальные случаи социального активизма и инновационного подхода. В этих случаях американцы имеют в виду не столько бизнес, сколько новизну идеи, лежащей в основе проекта, который разрабатывает какой-то конкретный человек.

Я говорю это для того, чтобы точнее указать сферу моих исследований. Я занимаюсь, в первую очередь, social enterprise [2], то есть я рассматриваю организации. И именно в таком ключе я могу ответить на вопрос о разграничении социального предпринимательства и третьего сектора.

Начнем с того, что это в большой степени пересекающиеся понятия. Но «третий сектор» также включает в себя институты гражданского общества. Такие организации, впрочем, тоже иногда занимаются каким-нибудь бизнесом — например, продают печенье, как это делают скауты, или футболки. Некоторые некоммерческие больницы и музеи открывают у себя сувенирные лавки. Такая деятельность уже относится к сфере социального предпринимательства. Таким образом, многие организации третьего сектора, не будучи собственно социальными предприятиями, перенимают некоторые практики социального предпринимательства. В этом они, собственно, и пересекаются.

Здесь также следует отметить еще один момент, касающийся социального предпринимательства. Во многих странах, в том числе в США, социальные предприятия – это бизнес, то есть это организации с коммерческой направленностью, зарегистрированные юридически именно в этом качестве. Таким образом,

социальное предпринимательство, с одной стороны, соприкасается с третьим сектором, а с другой стороны - с коммерческим сектором.

В последнее время тема третьего сектора и социального предпринимательства широко обсуждается в Великобритании даже на государственном уровне (проект Big Society). Что вы думаете о таких проектах?

Я думаю, это очень интересный случай, когда правительство до такой степени вовлекается в социальное предпринимательство. С одной стороны, это внушает большие надежды, потому что благодаря этому создается среда, где могут появляться социальные предприятия, которые в иных условиях не могли бы возникнуть. Но с другой стороны, с этим могут быть связаны некоторые проблемы, и

иногда большое количество государственной поддержки само по себе становится препятствием к развитию,

потому что социальное предприятие, как и любой другой бизнес, должно быть способно существовать самостоятельно и приносить доход. И если оно находится в зависимости от государственного финансирования, то оно никогда не научится быть независимым и успешным игроком на рынке. Так происходит в Великобритании, а также в Южной Корее, где правительство тоже активно поддерживает социальные предприятия. Но я думаю, что это решаемая проблема. Тут дело в том, что люди первоначально не ожидали, что может возникнуть такая проблема, а теперь начинают понимать, что нужно вырабатывать новые подходы к государственному финансированию и к тому, как распоряжаться этими деньгами. Пока что государственное финансирование — это такая палка о двух концах.

Может ли мировое сообщество воспользоваться локальным опытом?

Да, конечно. В США, например, обращаются к опыту Британии, потому что в некоторых штатах эта тема серьезно разрабатывается, особенно в аспекте юридического определения социального предпринимательства. Такого государственного финансирования, как в Британии, у нас, конечно, скорее всего, не будет, но нас в первую очередь интересует британский опыт в плане статуса социального предприятия как юридического лица.

Кроме того, мне известно, что в Южной Корее, где определение социального предпринимательства обсуждалось на государственном уровне, очень интересовались ситуацией в Великобритании и проводили там исследования.

Нет ли в США тенденции к тому, чтобы государство принимало больше участия в деятельности социальных предприятий?

Да, помимо этой волны интереса к юридической стороне дела в США, администрация президента Обамы была заинтересована в развитии социальных инноваций. Поэтому они даже создали специальный департамент, который вначале собирались назвать департаментом социального предпринимательства, но потом им захотелось чего-то более эффектного, и его назвали департаментом социальных инноваций. Этот департамент ежегодно отводит около двух миллионов долларов на поддержание наиболее перспективных инновационных проектов (которые отбираются в результате конкурса заявок). В числе этих проектов встречаются и социальные предприятия. Но, к сожалению, пока что это только очень незначительная помощь. По сравнению с государственной поддержкой в Британии или в других европейских странах, это не такие уж большие деньги. Конечно, хорошо, что предпринимаются хотя бы такие меры, но это еще далеко не полномасштабное участие.

Я также хочу отметить, что в Европе важную роль в оказании помощи социальным предприятиям сыграл Евросоюз. Он также инициировал исследования в этой области. В США это пока не развито до такой степени.

Есть ли какая-нибудь отчетливая разница между американскими республиканцами и демократами в отношении к социальному предпринимательству?

Скажем так: администрация президента Буша не проявляла большого интереса к этой теме, а администрация президента Обамы интересуется ею гораздо больше. Но пока еще рано судить, станет ли поддержка социальных предприятий уделом демократов или республиканцев.

По идее, республиканцам должны нравиться такие проекты. Республиканцы вообще любят бизнес-проекты. Пусть они не очень любят оказывать государственную поддержку, но они всегда приветствуют организации, которые хотят взяться за решение социальных проблем вместо государства. Так что они вполне могут помогать таким проектам, например, в плане законодательства, то есть дать социальному предпринимательству некоторые юридические бонусы. Сейчас, например, у нас есть проблемы с финансированием социальных предприятий. Им трудно собрать начальный капитал, потому что некоммерческие организации, в отличие от обычных компаний, не имеют права привлекать инвесторский капитал. Таким образом, решение некоторых юридических недоразумений способствовало бы развитию социального предпринимательства в США. Это, опять же, не требует больших финансовых вливаний со стороны государства, так что республиканцы вполне могут стать большими сторонниками социального предпринимательства.

Кроме того, республиканцы всегда заинтересованы в поддержке бизнес-стартапов. В правительстве есть соответствующее ведомство, которое занимается малым бизнесом, и туда идет большое количество средств. Имеет смысл обсудить вопрос о том, чтобы учредить аналогичное ведомство для начинающих социальных предприятий, чтобы помогать им встать на ноги. В этом республиканцы тоже могут быть заинтересованы, потому что это будут только стартапы, а не долгосрочное государственное финансирование.

Каково соотношение участия частного сектора и социального предпринимательства в разных общественных сферах в США? Существуют, например, частные тюрьмы. Можно ли представить себе аналогичную организацию среди социальных предприятий?

Существует некая совокупность социальных проблем. Иногда коммерческие компании берутся предоставлять услуги, отвечающие некоторым социальным потребностям. Иногда этим занимаются некоммерческие и гражданские организации. В вашем вопросе упоминаются тюрьмы, и этой сферой в настоящий момент занимаются и государство, и частный бизнес. Не припомню, чтобы я когда-либо слышала о некоммерческих тюрьмах, хороший вопрос.

В остальном – я не знаю точных цифр, но в основном всё зависит от того, о каком секторе социальных услуг идет речь. Например, если мы говорим о домах для престарелых или о больницах, то там исторически было много некоммерческих организаций. Потом возникла идея о том, что существуют состоятельные старики (или их семьи), которые готовы платить за такие услуги. Так стали появляться коммерческие дома для престарелых. В итоге, в США теперь существуют и те, и другие.

То же самое с больницами. Когда-то многие больницы были некоммерческими, а сейчас появилось много коммерческих. Таким образом, существует тенденция к тому, что в некоторых областях общественной сферы появляются организации, предлагающие услуги на коммерческой основе. В других областях это не так. Например, приюты для бездомных – это всё еще удел некоммерческих организаций, зачастую при поддержке государственного финансирования. Так что всё очень зависит от специфики того или иного социального сектора.

А существуют ли государственные приюты для бездомных?

Здесь всё-таки преобладают некоммерческие организации. Государство может помогать им деньгами. Государство может заниматься обеспечением жильем как таковым. Приют – это еще не жилье, это просто большие комнаты с большим количеством кроватей, куда могут обратиться люди, которым больше негде переночевать. Это такое промежуточное жилье, где люди могут подождать, пока государство выделит им собственное помещение, и эту нишу занимают некоммерческие организации.

Согласно вашему исследованию, социальное предпринимательство в США находится на пересечении гражданского общества и коммерческого сектора, а в Европе  - на пересечении гражданского общества и государственного сектора. Можете ли вы сказать что-нибудь о специфике социального предпринимательства в странах постсоветского блока?

Я могу рассказать, что мне известно о Польше. Там есть ожидание, что государство должно поддерживать социальное предпринимательство. Думаю, на то есть две причины. Во-первых, люди привыкли к тому, что государство должно обеспечивать социальные потребности, то есть они считают, что это обязанность государства. Во-вторых, они видят перед собой пример Западной Европы: во всех этих странах социальное предпринимательство получает поддержку от государства и Евросоюза. И хотя к этому примешивается некоторое исторически обоснованное опасение, что услуги, предоставляемые государством, будут плохими, они, тем не менее, рассчитывают на помощь государства в социальном предпринимательстве. В первую очередь, конечно, имеется в виду финансирование некоммерческих организаций и кооперативов.

Они не хотят, чтобы государство их учреждало или управляло ими. Они хотят, чтобы государство предоставляло средства частным некоммерческим проектам.

Не могли бы вы, скажем, на примере США, проиллюстрировать, как может варьироваться общерегиональная модель социального предпринимательства в локальных проявлениях?

Думаю, одно из главных региональных различий в США – это разница между восточным и западным побережьем. На восточном побережье преобладает модель некоммерческого социального предпринимательства, то есть некоммерческие организации, которые отчасти занимаются и коммерческой деятельностью, что и делает их социальными предприятиями.

На западе это пошло немного дальше. В Калифорнии, Орегоне, Вашингтоне и других штатах западного побережья идея социального предпринимательства понимается шире. У них, конечно, тоже есть некоммерческие организации, занимающиеся социальным предпринимательством, но там больше коммерческих организаций, которые тоже действуют в этой сфере. Кроме того, помимо общественной проблематики и бизнеса, у них важную роль играет экологическая повестка. То есть их задача не только в том, чтобы бизнес приносил средства для общественной деятельности, но и в том, чтобы этот бизнес был экологичным. Поэтому в их случае говорят о тройной повестке (бизнес плюс общество плюс экология) в противоположность двойной повестке (бизнес плюс общество) обычного социального предпринимательства.

В целом, на западе социальное предпринимательство в большей степени представляет собой идеологическое движение. Отчасти это связано с тем, что там находится Силиконовая долина и там появляется больше новых инновационных стартапов (в частности, доткомов). Там много молодых предпринимателей, воспитанных на ценностях социальной ответственности. Они склонны серьезно вкладываться в социальное предпринимательство или хотя бы учитывать социальную проблематику в своих бизнес-стратегиях (взять хотя бы Google). Всё это способствует тому, что

на западе США складывается более плодородная для социального предпринимательства среда, нежели на востоке.

Какую роль социальное предпринимательство играет в самоидентификации людей? Связано ли это как-нибудь с конкретной культурной средой?

Да, безусловно, культурная специфика играет здесь важную роль. Но я думаю, что во многих странах это явление еще недостаточно распространено, чтобы оказывать ощутимое влияние на самоидентификацию. Здесь, пожалуй, есть одно исключение. Это Бангладеш и те области, где большое распространение получило микрокредитование, которое сказалось на том, как люди себя воспринимают. Особенно те, кто непосредственно этим занимается. Возможность участвовать в микрокредитовании и получать таким образом финансовую самостоятельность вызывает гордость. И когда люди видят, что это становится распространенной практикой, это существенно повышает самооценку у представителей всего региона. В этом случае мы можем говорить о том, что самоидентификация людей изменилась. Когда определенная практика получает большое распространение в той или иной области, ее жители начинают воспринимать себя по-новому.

Какие динамики наблюдаются в глобальных масштабах?

Безусловно, разные страны и регионы взаимно влияют друг на друга. Мы уже говорили об этом на примере Великобритании и Южной Кореи, где происходит очень интенсивный обмен информацией. Аналогичная картина наблюдается в случае с Японией. Японские ученые проводят исследования в США, Европе и Великобритании, чтобы в дальнейшем привить подобные практики в японской среде. Кроме того, уже упоминавшиеся страны Восточной Европы стремятся перенять модели социального предпринимательства, которые они наблюдают в Западной Европе. Можно также вспомнить Зимбабве и Замбию, где распространяются идеи микрокредитования (в первую очередь, через посредничество международных негосударственных организаций). Таким образом, обмен идеями и моделями происходит, и в перспективе он может стать еще более интенсивным. Но, опять же, здесь должен быть очень осторожный подход, потому что у каждой страны и у каждого региона свой особый контекст, и чтобы идея сработала, она должна точно соответствовать этому контексту. Это, в первую очередь, задача тех, кто, собственно, импортирует новые идеи. Они должны подстраивать их под определенную среду и ее культуру.

Механическое перенесение модели из одной страны в другую работать, скорее всего, не будет.

Например, микрокредитование далеко не везде оказывалось эффективным именно потому, что модель не была адаптирована.

Каковы перспективы социального предпринимательства? Есть ли тенденция к унификации?

Мне не очень нравится идея унификации формальных признаков социального предпринимательства. Но мне нравится идея движения за повышение осведомленности о социальном предпринимательстве. Это разные вещи. Чем больше люди узнают о социальном предпринимательстве и его возможностях, тем лучше. Но применение этого знания на практике должно быть вписано в конкретные условия. Для информирования и создания такого движения достаточно того общего определения, которое я приводила вначале (использование рыночных методов для решения социальных проблем). А потом уже, исходя из местной специфики, нужно решать, кто будет финансировать и кто станет приводить это в исполнение.

Возможен ли сценарий, при котором социальное предпринимательство заменит собой прочие институты во всех секторах?

В каком-то смысле замена уже происходит. Я имею в виду коммерческие организации, которые решили перенаправить всю свою прибыль или значительную ее часть на благотворительные нужды. Это в своем роде свидетельствует о том, что социальное предпринимательство начинает замещать собой бизнес-сектор. Некоторые говорят о том, что в перспективе все коммерческие фирмы превратятся в социальные предприятия. В частности, одни, например, будут обеспечивать рабочие места людям, которым трудно найти работу в обычном бизнесе; другие, в свою очередь, будут активно заниматься благотворительностью, пользуясь своей прибылью. Так или иначе,

бизнес будет вынужден переосмыслить свои задачи.

Сейчас, по крайней мере, в США, все юридические требования к бизнесу заключаются, прежде всего, в том, чтобы защитить инвестора, чтобы благодаря этому бизнесу инвестор получил как можно больше прибыли, иными словами – обогатился. Главная цель бизнеса состоит в том, чтобы получать деньги.

Сейчас многие социальные предприниматели говорят: нет, здесь необходимы изменения. Цель бизнеса должна быть не в том, чтобы обогатить отдельного человека, а в том, чтобы помогать всему обществу. Возможно, благодаря коммерческой деятельности обогатится и инвестор, но это должно быть побочным эффектом, а не целью. Таким образом, идеи о том, чтобы заменить бизнес социальным предпринимательством, развиваются. Существуют и отдельные примеры такого смещения приоритетов. Хотя, конечно, до полного воплощения этих идей еще далеко. По крайней мере, в США.

А возможность заменить государство?

Думаю, государство никуда не денется, и для него всегда найдется работа. Пусть даже оно станет меньше участвовать в обеспечении общественных нужд, всё равно будут задачи, которые должно будет решать именно государство.

Была ли какая-нибудь реакция на вашу книгу со стороны социальных предпринимателей?

Хороший вопрос. Я не знаю, смогли ли социальные предприниматели почерпнуть из моей книги что-то новое. Это, в первую очередь, научная работа. В ней не так много внимания уделяется практике. Я была бы рада, если бы эта книга заинтересовала действующих социальных предпринимателей, но всё-таки целевая аудитория этой книги – научное сообщество. К сожалению.

Мне бы хотелось, чтобы некоторые идеи этой книги как-то достигли самих социальных предпринимателей.

Это в принципе возможно. Например, эту книгу используют в своей программе некоторые колледжи; вероятно, в дальнейшем кто-то из их студентов займется социальным предпринимательством.

Есть еще американская организация Ashoka. Это фонд, который занимается поддержкой индивидуальных социальных предпринимателей. Они, в частности, известны тем, что они стремятся поддерживать развитие социального предпринимательства в разных странах. Они также открыли проект углубленного изучения социального предпринимательства. В рамках этого проекта они рассылают всем интересующимся научные работы по этой теме. Таким образом, идеи исследователей тоже могут достигать социальных предпринимателей. Так что я не знаю, прочитают ли социальные предприниматели мою книгу, но такой шанс есть.

Существуют исследовательские центры, которые специализируются на изучении третьего сектора и социального предпринимательства. Например, Third Sector Research Centre, который открыто публикует на своем сайте массу научных работ, посвященных этой теме. Для кого пишутся эти работы?

Многие исследователи, и я в том числе, конечно, хотели бы, чтобы их работы прочитали практикующие предприниматели. Для многих из нас это главная цель. Но главная проблема здесь заключается в том, как донести до них эту информацию. Я думаю, что упомянутый Third Sector Research Centre занимается, прежде всего, академическими исследованиями. Но, так или иначе, его вебсайт, как и ему подобные, - это попытка вступить в контакт с социальными предпринимателями, хотя прямого пути к этому пока нет.

Кроме того, в некоторых странах в таких исследованиях заинтересованы правительства. Тот же Third Sector Research Centre в Великобритании получает значительную государственную поддержку. Хотелось бы надеяться, что результаты этих исследований будут учитываться. Это тоже один из способов контакта между учеными и социальными предпринимателями.

Примечания

[1] В книге Джанель Керлин оговаривается, что данные по Китаю и России и странам Ближнего Востока в ней не приведены, потому что на момент проведения исследования (середина 2000-х гг.) никаких сведений о развитии там социального предпринимательства не было.

[2] В дальнейшем в беседе Керлин употребляет термин social enterprise как в значении «социальное предприятие», так и в значении «социальное предпринимательство».

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

22.08 20:50 Порошенко представит в ООН идею введения миротворцев в Донбасс
22.08 20:35 «Барселона» решила отсудить у Неймара 8,5 млн евро за срыв контракта
22.08 20:24 СМИ узнали о планировании террористами в Каталонии более крупных терактов
22.08 20:03 Суд Лондона удовлетворил иск «Татнефти» о взыскании с Украины 144 млн долларов
22.08 20:02 Merrill Lynch повысил целевую стоимость депозитарных расписок «Роснефти». Мнение эксперта
22.08 19:43 В СКР рассказали о новом фигуранте дела Кирилла Серебренникова
22.08 19:16 Суд продлил на полгода арест Белых и разрешил ему жениться
22.08 18:57 США ввели санкции против еще четырех россиян за связи с КНДР
22.08 18:27 Суд отказался вернуть дело Белых в прокуратуру
22.08 18:12 Один из крупнейших производителей аммиака оказался под угрозой потери актива
22.08 18:09 Серебренникова отправили в СИЗО «Матросская тишина»
22.08 18:02 «Гоголь-центр» призвал зрителей прийти на суд по избранию меры пресечения Серебренникову
22.08 17:44 Аман Тулеев провел первое рабочее совещание после операции
22.08 17:36 Найдены тела пропавших после аварии эсминца ВМС США моряков
22.08 17:28 Водопроводная вода в Помпеях содержала опасное количество сурьмы
22.08 17:21 Суд примет решение об аресте Серебренникова 23 августа
22.08 17:03 Начался суд над экс-губернатором Кировской области Никитой Белых
22.08 16:55 За помощью после пожара в Ростове-на-Дону обратились более 560 погорельцев
22.08 16:34 СКР предъявил Серебренникову обвинение в мошенничестве
22.08 16:23 В «пятую волну» сноса самостроя в Москве попали 78 объектов
22.08 16:03 Сирийские СМИ сообщили о гибели 78 человек в Ракке при ударах коалиции США
22.08 15:31 Серебренников отказался признавать вину в мошенничестве
22.08 15:28 Австралийские сейсмологи решили измерить усилия болельщиков
22.08 15:27 На Украине завели новое дело на Поклонскую
22.08 15:13 Forbes назвал Марка Уолберга самым высокооплачиваемым актером мира
22.08 14:59 В МЧС отчитались о полной ликвидации пожара в Ростове-на-Дону
22.08 14:40 Ростовские власти рассмотрят возможность выделить жилье погорельцам
22.08 14:31 СМИ узнали имя второго давшего показания против Серебренникова бухгалтера
22.08 14:13 Число пострадавших при столкновении поездов в США превысило 40 человек
22.08 14:07 Самыми распространенными в России названы болезни органов дыхания
22.08 13:48 Астероид Флоренс пролетит мимо Земли 1 сентября
22.08 13:44 МЭР предсказало падение цен на плодоовощную продукцию на 80%
22.08 13:12 Правительство одобрило выдачу Белоруссии кредита на 700 млн долларов
22.08 12:54 Адвокат Серебренникова рассказал подробности его задержания
22.08 12:37 Работодатели США потеряли почти 700 млн долларов из-за солнечного затмения
22.08 12:21 Стало известно о первой жертве пожара в Ростове-на-Дону
22.08 12:12 СКР считает гибель чемпиона мира по пауэрлифтингу убийством
22.08 11:54 Восьмую версию Android назвали в честь печенья Oreo
22.08 11:42 У посольства США в Москве выстроилась очередь за визами
22.08 11:37 Правительство выделило дополнительно 5,5 млрд на лекарства россиянам
22.08 11:07 Из США на Украину отправлена первая партия угля
22.08 10:47 Опухоли человека научились выращивать в аквариумных рыбках
22.08 10:40 ФАС дала сотовым операторам отсрочку для отмены роуминга до 15 декабря
22.08 10:38 Кирилл Серебренников задержан по делу о мошенничестве
22.08 10:20 ИГ опубликовало видео присяги устроившего резню в Сургуте
22.08 10:13 В МЧС назвали поджог свалки причиной пожара в Ростове-на-Дону
22.08 09:53 СМИ узнали о подготовке в США новых мер для давления на Китай
22.08 09:43 В Ростове-на-Дону при пожаре сгорело 118 домов
22.08 09:26 СМИ узнали о решении Трампа отправить в Афганистан еще 4 тысячи солдат
22.08 09:14 ООН начало расследование поставок грузов из КНДР в Сирию
Apple Boeing Facebook Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter Абхазия аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Аркадий Дворкович Арктика Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов борьба с курением Бразилия Валентина Матвиенко ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы ВЦИОМ выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы Вячеслав Володин гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай Климат Земли, атмосферные явления КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика Ленинградская область лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минсельхоз Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС мобильные приложения Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Узбекистан Украина Условия труда ФАС Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие хоккей хулиганство цензура Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Якутия Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129343, Москва, проезд Серебрякова, д.2, корп.1, 9 этаж.
Телефон: +7 495 980 1894.
Стоимость услуг Полит.ру
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.