Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
21 июня 2018, четверг, 09:53
Facebook Twitter VK.com Telegram

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

30 июля 2012, 20:47

"Процесс" Кафки и процесс Pussy

Процесс над  Pussy Riot стоило бы назвать кафкианским, но как-то неловко. Или же перед нами было продолжение многомесячного уже постмодернистского перформанса, начало которому положило короткое выступление (вернее — два выступления) девушек из «панк-феминистского» коллектива. По ходу происходит неприятный процесс— десакрализация и обессмысливание всех акторов истории.

И вот начало собственно судебного суда над Pussy Riot. Судья не судила, прокурор не обвинял, адвокаты не защищали, подсудимые улыбались — все играли роли в давно уже сыгранном спектакле. Причем показ был не премьерный, а какой-нибудь финал шестого сезона.

Суд отклонил все ходатайства членов панк-группы Pussy Riot, за исключением одного, в котором не имел права отказать. А заявление гособвинителя было признано всеми адвокатами устроителей панк-молебна непроцессуальным «художеством», требующим пересмотра. Но это не помешало судье продолжить процесс.

В Хамовническом суде 30 июля началось рассмотрение по существу дела членов панк-группы Pussy Riot Надежды Толоконниковой, Марии Алехиной и Екатерины Самуцевич, устроивших 21 февраля панк-молебен в храме Христа-спасителя. Обвинение, защита и потерпевшие направили суду ходатайства. В частности, обвинение и адвокаты потерпевших настаивали на запрете онлайн-трансляции, фото- и видеосъемки заседания под предлогом угрозы безопасности судьи и свидетелей (удовлетворено судьей Мариной Сыровой частично: закрытыми будут исследование вещественных доказательств и опрос свидетелей). А защита Pussy Riot потребовала длинным списком ходатайств пригласить в суд самого патриарха Кирилла и всех причастных к психологическим и культурологическим экспертизам обвиняемых специалистов и экспертов. 

По всем этим ходатайствам возразило обвинение и потерпевшие и суд их отклонил. Также не внял суд и просьбе защиты отложить слушания, проигнорировав заявление и самих обвиняемых, и их защиты о том, что им не дали ознакомиться с вещественными доказательствами и не дали ни одной конфиденциальной встречи (встречи проходили только в присутствии конвоя и судебных приставов).

Екатерина Самуцевич, Надежда Толоконникова и Мария Алехина. Фото: Геннадий Гуляев/Коммерсантъ 

По мнению суда, возможностью конфиденциально пообщаться с обвиняемыми защита не воспользовалась по личной прихоти (Мария Алехина не выдержав крикнула – «Это неправда!», но услышана не была). А все доказательства были переданы адвокату Виолетте Волковой (она один из трех адвокатов членов Pussy Riot), и, значит, нельзя утверждать, что обвиняемые и защита не готовы к слушаниям.

«Судя по тому, что вы направили ходатайства, вы готовились к судебному заседанию», - заявила Сырова адвокатам Pussy Riot.

Не удовлетворила судья и ходатайство о возвращении дела в прокуратуру: неверно указанные данные обвиняемой Алехиной не могут, по ее мнению, помешать вынесению справедливого решения суда.

Единственное ходатайство обвиняемых, которое было удовлетворено, касалось приобщения к материалам дела их письменных заявлений относительно заключения обвинения, которое защита Pussy Riot назвала непроцессуальным, абсурдным и «не имеющим отношениях к произошедшему в храме.

Обвинение прокурор (написанное, по его же словам, «литературным юридическим языком») прочитал многократно, повторяя одну и ту же тираду в отношении каждой из обвиняемых. По мнению обвинения, все трое подсудимых обвиняются в преступлении, предусмотренном ч.2 ст.213 УК. Они, по мнению прокурора, совершили «хулиганство, то есть грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу по мотивам религиозной ненависти и вражды», «совершенное группой лиц по предварительному сговору в виде провокационных и оскорбительных действий в религиозном здании, с целью привлечения широкого круга внимания верующих граждан».

Девушки, как считает обвинение, «распределили между собой роли» и использовали одежду, «противоречащую общим церковным правилам» для того, чтобы «открыто выразить неуважение к христианскому миру и церковному канону», что «подрывает духовные основы государства».

Разноцветные балаклавы, как считает обвинение, были надеты для затруднения определения личности (хотя обвиняемые заявляли, что сняли их сразу после выступления и дали переписать свои личные данные), а оповещение о готовящейся акции в сети оно расценивает как «кощунственное» стремление «нанести верующим еще более глубокие духовные раны».

«Причинив страдание всем лицам, нашедшим свое духовное чрево в служении Русской православной церкви, ими предполагалось спровоцировать волнение среди верующих, затронув тем самым самые сокровенные идеалы, представления о справедливости, добре и зле», - гласит обвинение.

Выражая свое отношение к обвинению Толоконникова заявила: «Я не признаю свою вину, потому что я не признаю приписываемый мне мотив. У меня не было такого мотива – посеять ненависть вообще к кому-либо. Я признаю, что была в храме, совершала там какие-то преступления. Но не по мотивам религиозной ненависти и в