Полiт.ua Государственная сеть Государственные люди Войти
24 июня 2017, суббота, 13:36
Facebook Twitter LiveJournal VK.com RSS

НОВОСТИ

СТАТЬИ

АВТОРЫ

ЛЕКЦИИ

PRO SCIENCE

СКОЛКОВО

РЕГИОНЫ

19 июля 2013, 13:20

Ultima ratio

Мария Шклярук. Фото Наташи Четвериковой
Мария Шклярук. Фото Наташи Четвериковой

Я хотела писать совсем о другом: о том, каким «типичным «нетипичным» делом» является дело Навального. Показать на этом примере траекторию уголовного дела, реальные правила игры для таких «нетипичных дел» (где нет признания вины, очевидности преступления, но есть примечательный фигурант). Это было в тот момент, когда – да, еще позавчера вечером – достаточно легко было спорить на исход (и насколько я знаю – я не была одинока в таком виде спора).

Что мне Навальный?

 
Алексей Навальный

Как юрист я сказала все еще до начала процесса – там нет доказанного состава преступления. Вчера – уже после схода на Малой Садовой – я втянулась в диспут в троллейбусе, с обычным парнем («я работаю, у меня свои проблемы, что мне Навальный?») И пока мы разговаривали – очень легко сформулировала то, что не давало мне покоя. Есть многое, что мне не нравится в Навальном, но если я юрист и мечтаю о правовом государстве, оно должно быть для всех – и неважно, какая у него фамилия. В этом беда нашей системы – власть согласна на независимый суд и объективную полицию/следствие/прокуратуру для государства, но по нескольким фамилиям – когда надо - должна быть возможность сделать исключение. Этих исключений все больше, и все постепенно летит к черту: а осознание этого процесса приходит ко всем по-разному.

Вы скажете – какое правовое государство? Но это то, что лежит в основе нашей философии права, по крайней мере, так учили меня – как смешно это ни звучит: в Университете МВД – справедливость и объективность.

«Теорию права нельзя выучить, ее можно только понять. Кто поймет – с тем и поговорим», - говорил наш преподаватель теории права, и я помню тот момент, когда поняла ее. Никакая отрасль права потом не вызывала потом проблем, а справедливость и объективность оправдывали то самое «творческое» применение того же уголовного права, на которое не преминут мне когда-нибудь указать. В моей работе часто Уголовный кодекс выступал ultima ratio, чтобы обеспечить что-нибудь из прав и интересов, закрепленных в Конституции – например, право на здоровье (и вот мы уже расследуем производство пищи на заводе, где по колено гнили и невозможно дышать) или борьбу со свалкой ртутных ламп.

Иллюзии и споры

Возвращаясь к спору и вечеру среды. Я ставила на вероятность: 1/69/30 – оправдательный, условный, реальный. И да – несмотря ни на что, надеялась на оправдательный: просто потому, что всегда есть шанс, что еще одному «человеку системы» надоест принимать решения, отключая логику. Это было бы чудом. Но на него многие надеялись или просто брали в расчет как опцию – в том числе те, кто работали или работают в правоохранительной системе. Потому что в нарративах следователей и прокуроров – как в свое время и в моем звучит - когда у нас какое-то спорное дело, где есть/нет состава – то решение же о виновности принимает суд, если что – «оправдает».

Знакомый адвокат, услышав это от меня, смеялся, а потом сказал: «Да, многие следователи так думают. Мы знаем, что это не так, но никогда не говорим им об этом: иллюзия, что суд может оправдать, дает нам возможность немного торговаться за квалификацию».

Да, только каждый 13-й реально работающий следователь СК за год (2011 г.) сталкивался с оправданием по своему делу (со своими двумя за 8 лет работы я, наверное, один из рекордсменов), для следователей ФСКН это было реальностью для каждого 38-го, а в МВД – только для каждого 54-го. Но иллюзия в отношении судебной системы – легитимирует возможность расследовать спорные дела (а если не расследовать их – что в случае «хороших» спорных дел, где, например, на убийцу указывают только косвенные доказательства, происходит всё чаще и чаще - простые потерпевшие лишаются шансов на справедливость), одновременно сдерживая от произвола. Она не заставляет следователя или прокурора чувствовать судьей самого себя, и тем самым удерживает систему уголовного преследования в хрупком и искаженном (по сравнению с нормальным, когда суд действительно критически оценивает работу следователей), но равновесии. Чем меньше становится иллюзий – в том числе у правоприменителей в погонах – тем ближе время, когда прятаться за правом не придется. Есть очень большая разница для тех, кто будет принимать решения по делу - между «направлять уголовное дело, где скорее всего нет состава и доказательств, но верить, что "если что – оправдают"» и «знать, что есть категории людей, которых по любому (любого качества, с любым составом преступления) осудят».

Правила и «справедливость»

В этих же рамках иллюзий и мифов – куда больше оснований было ждать условного срока – это был расчет на «справедливость по правилам». Суд может прекратить дело, дать условно или ниже низшего – в общем, разберется по справедливости. Это был не миф, а вполне себе известная практика, отдававшая суду последнее слово в судьбе человека – и хотя бы в таких рамках исправлявшая ошибки предыдущих юристов. В этих рамках можно было бы вычесть из 16 миллионов 14, дать другую часть статьи за растрату или просто – слово в слово пересказать этот же приговор, но дать, как и исполнителю, – условный срок в разумных пределах. На такой исход я бы внутренне пожала плечами: дескать, все знали правила игры, обзавелась бы выигранной бутылкой Jameson и, включив в себе исследователя, засела бы писать про «траекторию типичного нетипичного уголовного дела на примере дела Навального».

Это был бы еще один текст о том, что вот был противник, нашли какое-то событие, подыскали состав преступления (основываясь на одной фразе Пленума Верховного суда, написанной явно про другое), как-то расследовали, рассмотрели, соблюдая минимум процедуры (уже по новым, «пуссирайотовским», стандартам – без свидетелей защиты и «лишних» экспертиз). Ну, и о том, что за время процесса почти всем стало ясно, что Навальный, конечно, не ангел – как и почти любой человек, имевший отношение к бизнесу в России, но не менее ясно стало и то, что ничего серьезного ему даже не потрудились найти. И вот условный приговор, все говорят «ну, мы же говорили» и обсуждают, как быстро «засилят» приговор (т.е. пройдет обжалование и приговор вступит в законную силу) и успеют ли до 8 сентября.

А потом коллега зачитывает трансляцию и в первый момент просто невозможно поверить в то, что «реальных правил игры» не осталось. Тех самых, исходя из которых, приговор должен был бы быть обвинительным, а наказание – условным.

Затем приходит попытка понять, каковы же новые правила игры?

«Мы» и «они»

Кажется, что по этим правилам под угрозой и все оппозиционеры, и все бизнесмены. Вместо общественного договора между обществом и государством – пакт о ненападении между правоохранительной системой и властью. Его суть: за выполнение обязанности «разбираться с несогласными» появляется новая «удобная» опция: собирать материалы постатье «растрата» в трактовке – приобретение по заведомо невыгодной цене (в этом «прецеденте» меньше 10% разницы) - и под угрозой уголовного преследования торговаться с предпринимателями. Если, конечно, кто-то из предпринимателей все ещё готов пытаться играть по этим правилам в своеобразную «русскую рулетку».И желающие найдутся - инвестиции в России рисковые, но выгодные. Это для «одних».

«Для других» все вроде останется как прежде. Только вот иллюзии на тему «суд разберется, а если что – нас поправит» - потеряет еще какое-то количество людей в системе. Скорее всего, из тех, кто еще цепляется за идеи справедливости или хотя бы за «эту работу кто-то должен делать» – в конце концов, подавляющее число лиц, предстающих пред судом,- это маргиналы. Полиция (в широком смысле) чувствует себя «чистильщиком улиц», и это во многом оправдано. Но исключений из этого правила будет все больше и больше. А, значит, уходить будут те, кто не сможет работать без таких легитимирующих работу (хотя бы в своих глазах) мифов.

Средний стаж работы следователей (особенно в СК) очень низкий, разочарование в профессии приходит быстро, остается – работа у станка: слепить по шаблону дело, не вдаваясь в подробности, не думая о том, почему два убийства, произошедшие в разное время и по разным мотивам, надо писать как одно преступление и каким же мог быть умысел. Или почему сорванный погон – это тоже применение насилия, почему купить имущества на 14 миллионов, а продать его за 16 – это (безвозмездное) хищение. В конце концов, на «подумать» часто нет времени.

Но жалеть из-за сложности условий работы по одну сторону все ещё виртуальных баррикад будут всё меньше, а по другую – все проще будет верить в западные деньги и оплаченные протесты, чем в то, что становишься исполнителем расправы. Разрыв между «мы» и «они» - с обеих сторон будет нарастать.

Отсюда может появиться и легитимация уже совсем другого подхода к работе следователя/оперативника/прокурора: мы сажаем ваших несогласных – так что не надо лезть во все остальное. А настоящей работы в этом «остальном» будет всё меньше, иллюзий на бумаге – еще больше, а итогом станут все новые очаги локальных вспышек негодования – по поводу незадержанного убийцы или наоборот – «не того» избитого.

Выборы и возможности

Но есть и более локальный повод, вызывающий мое сожаление – это то, что Навальный готов сняться с выборов. Дотянуть с кассацией – а, значит, и со вступлением в силу приговора и снятием с выборов – до 8 сентября сложно, но не невозможно. Принятое решение выглядит противоречащим его же программному посту с призывом бороться до конца.

Каждый день предвыборной кампании позволял бы все большему количеству людей узнавать его историю: теперь уже вопиюще несправедливую. Чем более явными становились бы абсурд обвинения и назначенного срока – по сравнению с чиновниками, правоохранителями и так далее – тем ближе был бы день, когда что-то изменится.

Недавно мы с друзьями смотрели фильм «Нет»- про проигрыш Пиночетом референдума 1988 г. Не буду пересказывать – просто посмотрите и подумайте: они начинали в условиях «мы знаем, что референдум будет честный и Пиночет выиграет». Снимаясь с выборов, Навальный лишает москвичей возможности сказать: «Нет», а остальных – увидеть путь к другому сценарию или – пересмотреть свое отношение к происходящему. Никто не может предсказать результат Навального на выборах – если он до них дотянет, но участие в этих выборах в любых условиях – это пинок в сторону власти: «Я выкрутился – теперь ваша очередь».

* * *

Можно долго обсуждать, для кого какое событие стало знаковым в деле избавления от иллюзий. Для многих им стал процесс над Pussy Riot. Но он был сильно окрашен «посягательством на традиционные ценности», что и в этом случае оправдывало для некоторых применение уголовного права как «ultima ratio».Для меня в том деле «закончился» уголовный процесс, но всё еще оставалась иллюзия небеспредельности уголовного права.

Вчера же такой день наступил и для меня – когда не только головой понимаешь, но и на эмоциональном уровне принимаешь: судебная система как средство легитимации власти умерла. Что осталось от права как философии справедливости – не знаю.

Почти год назад у нас была дискуссия с Никитой Петровым – в «Системе ценностей» мы разговаривали о Конституции. Одним из последних вопросов было – что делать, если она не соблюдается. И тогда я промолчала, озвучив свое мнение только после.

Самый простой ответ на это есть в Основном законе страны, переживший не меньше нашего. Страны, где правовое государство – практически идеология, как минимум - для юристов, которым я завидую.Особенно тем, для кого нет разницы, в отношении кого расследовать дело: хоть президента, хоть советника главы правительства, хоть главы крупной компании. Для них правовое государство – это равенство перед законом и живая, каждый день действующая Конституция – пусть она так и не обрела имени «Конституции». А для меня правовое государство – это когда закон легитимирует то, что будет сделано для его спасения, когда «ultima ratio» – это не уголовный закон, а статья Конституции.

«Законодательство связано конституционным строем, исполнительная власть и правосудие - законом и правом.

Если иные средства не могут быть использованы, все немцы имеют право на сопротивление (отпор, неповиновение) любому, кто предпринимает попытку устранить этот строй».

Какая статья в нашей Конституции могла бы спасти в моих глазах юриста конструкцию «законности» при любом дальнейшем развитии – я не знаю. У нас нет легитимного инструмента сопротивления, подкрепляющего требование властям: «Исполняйте, судари, нашу Конституцию».

Вчера был день, когда уже не хотелось искать такого инструмента. Но сегодня другой день – и надо находить силы для этого поиска. Поиска, который не зависит от самого по себе дела Навального или даже от «Болотного дела». Поиска инструмента, который должен привести к понятным и одинаковым правилам для всех.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

13:32 В Ухте не нашли нарушений в использовании студентов для учений по разгону митингов
13:14 Путин рассказал о работе во внешней разведке
13:00 В Лондоне из-за опасности пожара эвакуировали жителей пяти высоток
12:49 Торнадо повредил два самолета «судного дня» в США
12:34 CNN удалил материал о контактах близкого с Трампом инвестора с фондом правительства РФ
12:08 Сторонники президента попытались прорваться в парламент Венесуэлы
11:50 Автора скандального романа уволили из газеты после лекции в штабе Навального
11:35 От отравления суррогатом в Сергиевом Посаде скончался пятый пострадавший
11:17 Американцев утомило расследование о вмешательстве России в выборы
10:59 В Армении перевернулся грузовик с военными
10:44 Кремль заказал масштабные исследования об отношении россиян к Навальному
10:22 Расстрелянный протестующий в Венесуэле оказался сыном бывшего начальника Мадуро
10:05 Катар отказался выполнять ультиматум соседей по региону
09:49 140 человек оказались под завалами при сходе оползня в Китае
09:34 Кандидат на пост канцлера Германии заявил об авторитаризме Путина и Трампа
09:13 Шестеро паломников пострадали при задержании террориста в Мекке
23.06 21:01 Источники рассказали о связанном с Россией «утреннем ритуале» Трампа
23.06 20:51 Дуров отверг обвинения в нейтральности к террористам
23.06 20:36 США показали снимок опасного сближения российского истребителя с разведчиком ВВС
23.06 20:13 Ректор Европейского университета ушел в отставку
23.06 19:59 Экспертиза МВД назвала возможным предотвращение наезда на мальчика в Балашихе
23.06 19:35 СК расследует гибель 11 детей в перинатальном центре Брянска
23.06 19:19 Дума одобрила законопроект о президентском фильтре для главы РАН
23.06 19:05 Госдума одобрила в первом чтении запрет анонимайзеров
23.06 18:46 НОД сорвал пресс-конференцию о пытках в колониях
23.06 18:31 Глава Роскомнадзора ответил Дурову «ВКонтакте»
23.06 18:30 Глава ФАС объявил об отказе от роуминга в России
23.06 18:01 Ройзман стал кандидатом в губернаторы Свердловской области
23.06 17:51 Полиция не проводила экспертизу на алкоголь у сбитого в Балашихе мальчика
23.06 17:51 СМИ назвали главные слова президентской кампании Путина
23.06 17:17 ЦИК выпустил разъяснение по поводу участия Навального в выборах
23.06 17:08 Более тысячи сотрудников Uber призвали вернуть прежнего гендиректора
23.06 16:33 Источники сообщили о разработке в США «цифровой бомбы» против России
23.06 16:23 В польском болоте нашли средневековый двуручный меч
23.06 16:16 Сечин: персональная помощь Ролдугину не оказывалась, хотя он ее заслуживает
23.06 16:09 Россияне стали на треть чаще расплачиваться картами
23.06 15:51 Дуров ответил на угрозы блокировки Telegram
23.06 15:37 Экономисты объяснили рост промышленности манипуляциями со статистикой
23.06 15:09 Пожар в лондонской высотке произошел из-за холодильника
23.06 14:52 СМИ рассказали о встрече депутатов с главой ФСБ
23.06 14:51 Летные способности птицы определяют форму ее яиц
23.06 14:42 Путин раздал поручения после прямой линии
23.06 14:21 Кадыров предложил Дурову и Роскомнадзору провести переговоры в Грозном
23.06 14:02 Путин поздравил выпускников через «ВКонтакте»
23.06 13:40 Госдума приняла закон о блокировке зеркал пиратских сайтов
23.06 13:21 Хакеры из РФ выставили на продажу данные десятков тысяч британских чиновников
23.06 13:05 Самолет ВМС США проследил за пусками российских ракет по целям в Сирии
23.06 12:47 При обрушении на угольной шахте в Коми погиб горняк
23.06 12:46 Минкомсвязь ответила на возможность блокировки Telegram
23.06 12:43 Астрономы напали на след еще одной планеты в Солнечной системе
Apple Boeing Facebook Google IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Twitter аварии на железной дороге авиакатастрофа Австралия Австрия автопром администрация президента Азербайджан акции протеста Александр Лукашенко Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев алкоголь амнистия Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антимайдан Армения армия Арсений Яценюк археология астрономия атомная энергия аукционы Афганистан Аэрофлот баллистические ракеты банковский сектор банкротство Барак Обама Башар Асад Башкирия беженцы Белоруссия Белый дом Бельгия беспорядки бизнес биология ближневосточный конфликт бокс болельщики «болотное дело» большой теннис Борис Немцов Бразилия Валентина Матвиенко ВВП Великая Отечественная война Великобритания Венесуэла Верховная Рада Верховный суд взрыв взятка видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» видео «Полит.ру» визовый режим Виктор Янукович вирусы Виталий Мутко «ВКонтакте» ВКС Владивосток Владимир Жириновский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин ВМФ военная авиация Волгоград ВТБ Вторая мировая война вузы выборы выборы губернаторов выборы мэра Москвы гаджеты газовая промышленность «Газпром» генетика Генпрокуратура Германия ГИБДД ГЛОНАСС Голливуд гомосексуализм госбюджет Госдеп Госдума госзакупки гражданская авиация Греция Гринпис Грузия гуманитарная помощь гуманитарные и социальные науки Дагестан Дальний Восток декларации чиновников деньги День Победы дети Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин доллар Домодедово Дональд Трамп Донецк допинг дороги России драка ДТП Евгения Васильева евро Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет ЕГЭ «Единая Россия» Екатеринбург ЕСПЧ естественные и точные науки ЖКХ журналисты Забайкальский край закон об «иностранных агентах» законотворчество здравоохранение в России землетрясение «Зенит» Израиль Ингушетия Индия Индонезия инновации Интервью ученых интернет инфляция Ирак Ирак после войны Иран Иркутская область искусство ислам «Исламское государство» Испания история История человечества Италия Йемен Казань Казахстан казнь Калининград Камчатка Канада Киев кино Киргизия Китай Климат Земли, атмосферные явления КНДР Книга. Знание Компьютеры, программное обеспечение Конституционный суд Конституция кораблекрушение коррупция космодром Восточный космос КПРФ кража Краснодарский край Красноярский край кредиты Кремль крушение вертолета Крым крымский кризис Куба культура Латвия ЛГБТ ЛДПР Левада-Центр легкая атлетика лесные пожары Ливия лингвистика Литва литература Лондон Луганск Малайзия Мария Захарова МВД МВФ медиа медицина междисциплинарные исследования Мексика Мемория метро мигранты МИД России Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст мировой экономический кризис «Мистраль» Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский МКС Молдавия Мосгорсуд Москва Московская область мошенничество музыка МЧС наводнение Надежда Савченко налоги нанотехнологии наркотики НАСА наука Наука в современной России «Нафтогаз Украины» недвижимость некоммерческие организации некролог Нерусский бунт нефть Нигерия Нидерланды Нобелевская премия Новосибирск Новые технологии, инновации Новый год Норвегия Нью-Йорк «Оборонсервис» образование обрушение ОБСЕ общественный транспорт общество ограбление Одесса Олимпийские игры ООН ОПЕК оппозиция опросы оружие отставки-назначения офшор Пакистан палеонтология Палестинская автономия Папа Римский Париж ПДД педофилия пенсионная реформа Пентагон Петр Порошенко пищевая промышленность погранвойска пожар полиция Польша похищение Почта России права человека правительство Право правозащитное движение «Правый сектор» преступления полицейских преступность Приморский край Продовольствие происшествия публичные лекции Рамзан Кадыров РАН Революция в Киргизии Реджеп Эрдоган рейтинги религия Реформа армии РЖД ритейл Роскомнадзор Роскосмос «Роснефть» Роспотребнадзор Россельхознадзор Российская академия наук Россия Ростов-на-Дону Ростовская область РПЦ рубль русские националисты РФС Санкт-Петербург санкции Саудовская Аравия Сахалин Сбербанк Свердловская область связь связь и телекоммуникации Севастополь сельское хозяйство сепаратизм Сербия Сергей Лавров Сергей Собянин Сергей Шойгу Сирия Сколково Славянск Следственный комитет следствие смартфоны СМИ Совбез ООН Совет по правам человека Совет Федерации сотовая связь социальные сети социология Социология в России Сочи Сочи 2014 «Спартак» спецслужбы «Справедливая Россия» спутники СССР Ставропольский край стихийные бедствия Стихотворения на случай страхование стрельба строительство суды суицид Счетная палата США Таджикистан Таиланд Татарстан театр телевидение телефонный терроризм теракт терроризм технологии транспорт туризм Турция тюрьмы и колонии убийство уголовный кодекс УЕФА Украина Условия труда ФАС Федеральная миграционная служба физика Филиппины Финляндия ФИФА фондовая биржа фоторепортаж Франсуа Олланд Франция ФСБ ФСИН ФСКН футбол Хабаровский край хакеры Харьков Хиллари Клинтон химическое оружие хоккей хулиганство Центробанк ЦИК Цикл бесед "Взрослые люди" ЦРУ ЦСКА Челябинская область Чехия Чечня ЧМ-2018 шахты Швейцария Швеция школа шоу-бизнес шпионаж Эбола эволюция Эдвард Сноуден экология экономика экономический кризис экстремизм Эстония Южная Корея ЮКОС Юлия Тимошенко ядерное оружие Япония

Редакция

Электронная почта: politru.edit1@gmail.com
Адрес: 129343, Москва, проезд Серебрякова, д.2, корп.1, 9 этаж.
Телефон: +7 495 980 1894.
Стоимость услуг Полит.ру
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003г. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2014.