НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

29 декабря 2000, 14:27

Год в обмен на гимн. Владимир Путин подведет итоги в полночь 31-го

символический переворот

Под звуки сталинского гимна в новогоднюю ночь исполнится год пребывания Владимира Путина на вершине российской власти - один год пост-ельцинской эпохе. Сами по себе звуки напыщенной и лживой сталинско-брежневской музыки, звучащие изрядной дикостью в 2001 году - какой-то скелет в шкафу! - и станут, собственно, главным символическим итогом этого года, напоминанием, что время ныне другое. А отчетливо звучащее в них "союз нерушимый" и "партия ленина" прикроют набором новых напыщенных фраз.

Аналитики, политологи и просто разумные граждане безуспешно задавались вопросом: зачем Путину понадобилось буквально взрывать вполне безыдейную серость политического процесса вопросом о гимне - этим явным и не спровоцированным предательством переданной ему Ельциным посткоммунистической легитимности? Вопрос о гимне и прочих символах еще в августе - сентябре абсолютно никого не волновал. Вместе с тем совершенно ясно, что для определенной части общества вопрос этот совершенно принципиален, более того - вопрос этот совершенно принципиален для Бориса Ельцина, который, если чуть отвлечься от привычного плебейского поплевывания в его сторону, - является главным творцом пост-коммунистической российской государственности.

Между тем в отсутствии каких-либо объективных потребностей сделано это было именно благодаря целенаправленным усилиям лично Владимира Путина и части его окружения (прежде всего, как гласит общее мнение, заместителя Волошина - Суркова). И этот, действительно, заставляет искать неких глубоких причин напористой и пафосной политической акции.

здравствуй, совок!

Первое напрашивающееся объяснение было выдвинуто наиболее радикально настроенным в отношении Путина крылом общества - реванш и сознательная провокация органического гэбиста. Объяснение это было параллельно подхвачено Глебом Павловским, опубликовавшим на сей счет экзальтированный до полной нечитаемости текст, смысл которого, насколько можно рационализировать риторическое парение технолога, сводится к следующему: противники гимна - это те непосредственно, кто развалил СССР и дорогую ему (Павловскому) идею государства, за что он (Павловский) на них до сих пор очень сердит, и сим возвращением сталинского гимна показывает им дулю.

Неизвестно, насколько Путин разделяет пафос своего политконсультанта. Но совершенно очевидно, что игра в советское ему очень нравится. Он делает это охотно и артистично, особенно заботясь о расчетливом и постепенном продвижении советских дежавю в новый быт. Так, дважды оброненная оговорка "советский" вместо "российский" во время пронизанного ностальгией визита на Кубу показалась уже и тогда подозрительной, но сразу по возвращении Путин еще раз повторил свой номер - на праздновании 80летия ГОЭЛРО, который, как известно, есть коммунизм без советской власти, он вновь допускает оговорку "советский" и комментирует: - ну, в таком месте и по такому случаю, кажется, можно. - Да, можно, Владим Владимыч, у нас до фига, где можно! Всюду, где напыщенная демагогия прикрывает беспомощность, воровство и бардак, - везде подходит.

Можно вспомнить и другие случаи любовного воспроизведения эстетических признаков брежневского маразма, вроде сборов для офицеров запаса, выглядевших и 25 лет назад какой-то социальной паталогией. Но это все, так сказать, в порядке тонкого имиджевого пиара. Гимн - дело другое, ибо манифестирует историческую легитимность наличествующей государственности.

спрятанный кризис

Реальной причиной того, почему Путину понадобилось столь спешно к 31 декабря проталкивать уродливую идею реставрации сталинской песни, которая, вкупе с орлом и триколором, должна символизировать совершенно новую государственность, вбирающую в себя и советское, и несоветское, и символически отменить "неудачное десятилетие", является тот факт, что первый президентский год получился у Путина довольно тяжелым и неудачным.

И в этом нет ничего удивительного. Как заметил один публицист еще год назад, объем вмененных Путину на пороге его президентства ожиданий предвещал неминуемый кризис. Одним он вернет Советский Союз, другим - справедливость, третьим - рынок без аннексий и контрибуций, четвертым - госзаказ на танки, лодки, гидрометеорологию и исследования по аэродинамике. Отменит то есть все неправильности и неудачи, столь же успешно приписанные ранее другому человеку - Борису Ельцину. Владимир Путин по видимости избежал предсказанного ему кризиса и тем обрек себя на неудачу первого президентского года.

Газета "Ведомости" опубликовала недавно редакционную колонку исключительно простого содержания. В момент прихода Путина к власти индекс РТС был на исключительно низкой отметке - 175 пунктов, а ожидание установления равных правил игры и имеющего последовать за ним инвестиционного подъема было практически всеобщим. В день публикации заметки (почти через год) индекс составил 155 пунктов, а разговор о "равных правилах" выглядит не иначе как скверным анекдотом.

реформа - не результат, а процесс

Наиболее пафосными компаниями власти были, несомненно, федеративная реформа и борьба за "равноудаление олигархов". В обоих случаях Президент и его администрация пользовались полгода назад ощутимой поддержкой реального большинства, и в обоих случаях результаты весьма сомнительны.

Федеративная реформа, первоначально осторожно поддержанная большинством, видевшим в ней механизм ограничения сложившихся на местах феодальных режимов, несколько ошарашивает своим итогом. В результате мы оказались в стране с каким-то вовсе невиданным и нежизнеспособным устройством. Вместо Совета Федерации, консервативного и громоздкого, но конституционно сбалансированного президентской властью и легитимного, мы имеем по видимости конституционный, но не обладающий никакой легитимностью новый СФ, состоящий из неких "представителей", никому не известных и не интересных, назначаемых - как уже стало вполне очевидно - по принципу "синекуры", а с другой стороны - неконституционный, существующий, так сказать, на общественных началах и в виде президентского бонуса за понесенные потери Госсовет, обладающий, впрочем, определенной фактической легитимностью (все-таки - избранные губернаторы), но не обладающий никакими полномочиями и ответственностью. То есть едва ли не главным результатом федеративной реформы стала необходимость новой федеративной реформы.

Собственно, варианта, как известно, два. Первый - легализовать Госсовет и получить структуру еще более сомнительную, чем прежняя палата. Т.е. пока у президента высокий рейтинг и много компромата на его членов, он может служить вполне удобной ширмой для манипулирования его госчленами, однако, как только вектор смещается, Госсовет, являющийся практически палатой исполнительной власти, становится органом конституционно бесконтрольным. Напомним, что именно такая структура была последней моделью власти, при помощи которой Горбачев пытался удержать разваливающуюся страну, - и именно она легализовала ее распад (привет Павловскому). В моменты кризисов структура "Президент + главы территорий" оказывается исключительно опасной, потому что выясняется, что Президент - это губернатор без губернии, ненужная надстройка. Второй вариант - несомненно более разумный - прямые выборы представителей регионов в Совет Федерации (американская модель) чреват конфликтами внутри местной власти, а кроме того - требует развития партийной инфраструктуры, которая только и может обеспечить относительный контроль избирателей над делегированными в Совет Федерации выборными представителями.

наколка года: новое право

Но самое сокрушительное поражение ждало Владимира Путина на ниве реализации других важнейших его лозунгов - "диктатуры закона" и "равноудаления олигархов". Собственно, результатом этой деятельности стало то, что два этих словосочетания ныне в языке русском имеют смысл преимущественно сатирический. Между тем одним из самых сильных и впечатляющих ходов путинской предвыборной компании было то, что, являясь де-факто преемником Ельцина, он сумел сделать своим политическим лозунгом и знаменем открытое признание нелегального характера сложившейся социально-экономической системы. (Помните знаменитое, смелое и точное: "У нас везде Чечня".)

Однако уже через месяц после выборов имел место один не слишком шумный, но очень важный инцидент. Несмотря на то, что в комитетах Совета Федерации уже обсуждена была фигура нового генпрокурора, Кремль в последний момент, почти ночью, внес кандидатуру действующего "и.о." Устинова, занявшего этот пост на волне жестокой предвыборной борьбы за власть и именно в качестве ее активного участника, ну и - не связанного, понятно, серьезными предрассудками репутации. Как выяснилось, Кремлем был сделан принципиальный выбор: политическое признание нелегальности бизнеса (поддержанное в ходе предвыборной кампании в том числе и самим бизнесом!) фактически отменяло в сознании общества понятие о легальной собственности, а этим открыло дорогу крупномасштабному переделу сфер влияния и владения. И это был тот соблазн, от которого власть и особо приближенные к ней бизнес-группы не смогли отказаться.

Именно силовые ведомства стали на протяжении года ключевым, практически эксклюзивным рычагом решения хозяйственных, имущественных и политических конфликтов. При этом блистательный трюк заключался в том, что предъявляемые ими к фигурантами претензии практически всегда были более-менее правдоподобными, но столь же постоянно получали неправовое разрешение (в форме неформальных договоренностей о политических и имущественных уступках в пользу власти или "своих" структур). Иными словами, не создав никакого легального механизма существования для граждан и субъектов экономики, государство оставило за собой репрессивное право, превратившееся в отлаженный механизм государственного рэкета. Сложившаяся репрессивная экономика уж во всяком случае не менее уродлива, чем "ельцинский рынок", а в историческом смысле, несомненно, более аморальна, ибо институализирует и узаконивает то, что в предыдущую эпоху являлось стихийным результатом революции и витальности ее пасынков. Если милиционер куда-то испаряется в тот момент, когда вас грабят, это все-таки терпимее чем, когда он в этот момент вас держит за руки.

рейтинг в рыночном выражении

Наконец, еще один серьезный политический выбор первого президентского года - отказ Владимира Путина от личной политической ответственности за экономические реформы. Эти реформы оставались важным политическим лозунгом, однако в действительности Кремль почти полностью сохранил ельцинскую структуру управления экономикой: либеральное крыло правительства, отвечающее за эти реформы, ведет позиционные бои с лоббистами и различными группами давления, что дает Кремлю возможность выступать арбитром, вставая то на одну, то на другую сторону, не теряя при этом важнейших рычагов управления и в то же время не связывая себя с возможными результатами экономической политики.

Весьма характерной и показательной стала здесь история реструктуризации естественных монополий, которая была объявлена одной из главных целей правительства и к которой оно так и не смогло приступить. И не потому, что эти вопросы были плохо проработаны в МПС, РАО ЕЭС или ведомстве Грефа. Просто все эти реструктуризации затрагивают вопросы перераспределения огромной собственности, а они лежат вне сферы политической компетенции правительства. Этими вопросами заняты у нас в стране почти исключительно разводящие - то есть Президент и его администрация.

Скандал вокруг реформы РАО ЕЭС обнажил эту ситуацию с яркостью почти пародийной. Как совершенно справедливо отмечает советник Путина Андрей Илларионов, задуманная приватизация РАО не может быть сегодня хоть сколько-нибудь справедливой в силу исключительной недооцененности компании. РАО ЕЭС может стоить 40, 100 млрд. долларов, говорит Илларионов, а будет продана за 4. Оно, может быть, и правда, вот только лукавство, что виноват в этом г-н Чубайс. Ибо, как признает сам Илларионов, для этого необходимо коммерциализовать цену электроэнергии, которая на сегодня, фактически, рассматривается как вещь факультативная по отношению к государственной задаче обеспечения населения светом и теплом (о чем так любит рассуждать мэр Лужков). И коммерциализовать цену электричества мешает не Чубайс, а путинский рейтинг, который является для страны несомненно гораздо более реальной ценностью. Позволим себе указать искренне уважаемому г-ну Илларионову, что в нашей стране вообще ничего не стоит ни 100, ни даже 40 млрд. долларов. Просто нет такого порядка цифр. Может быть, только вот этот самый рейтинг с приданными ему МВД, прокуратурой и налоговой полицией, если бы их выставить на торги. Но зато, кроме них, уже - ничего. Элементарный, Андрей Николаевич, экономический закон административного рынка.

опять об гимн

По широко известным уже данным ВЦИОМ, положительный баланс по шкале "успешности/неуспешности" имеет в представлении респондентов только деятельность Путина на международной арене. И это очень характерно: ничего то есть у нас особого не получилось, но уважать нас стали больше. И это славно! Мы все очень рады. Что ж, что мы живем в параше, тем сильнее гордость наша. Это и есть - гимн.

Содержанием сталинского гимна является ложь о государстве, призванная компенсировать в массовом сознании неудачи и неустройства партикулярной жизни. Вы, к примеру, просыпаетесь в задрипанной казарме на сером белье, или в засаленном общежитии с туалетами, воняющими на пол этажа, в предвкушении чая из сена, или в захламленной, затоптанной коммуналке, а вам орут - "Союз нерушимый республик сва-абодных - Сплотила наве-еки Велича-айшая Ру-усь!!!" Именно так, а не на спортивных состязаниях и не на площадке Байконура преимущественно слушали несчастные поколения наших отцов и дедов эту апофеозу тоталитаризма. (Кстати, совершенно непонятно, почему - как заметил мой совершенно реальный родитель, - когда, к примеру, человек всю жизнь лечил людей в поликлинике, то жизнь эту - как уверяет товарищ Путин - следует признать прожитой зря, если в 6 утра и в 12 ночи нам по радио не запускают эту ерундовину?)

Ровно о том же и слова квази-Михалкова, старые и новые. Великая, единственная, бескрайняя, нету другой такой, гордимся с шести до двенадцати ночи тобой. - Чего вы все бубните, блин!

Обсудите в соцсетях

Редакция

Электронная почта: polit@polit.ru
VK.com Facebook Twitter Telegram Instagram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2022.