14 ноября 2019, четверг, 09:48
VK.comFacebookTwitterTelegramInstagramYouTubeЯндекс.Дзен

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

10 марта 2006, 06:00

О культе личности и его последствиях

Новое Литературное Обозрение

В последние советские десятилетия в научном сообществе обозначилось наличие некоторой группы ученых, которым отводилось особое место в истории науки и чьи имена были окружены ореолом, граничащим порой с самым настоящим культом личности. Бахтин, Лосев, Аверинцев, Лихачев… «Полит.ру» публикует статью Алексея Береловича «О культе личности и его последствиях (Заметки о позднесоветском интеллектуальном сообществе)», в основу которой был положен текст выступления, прочитанного на XIII Банных чтениях 2 апреля 2005 года. В своем исследовании автор предпринимает попытку проанализировать, каким же образом складывался этот особый культ личности и какими качествами должен был обладать ученый для приобретения этого ореола. «Совершенно ясно, что были другие ученые, которые создавали свои школы и чьи теории или научные работы были даже намного ценнее созданных перечисленными мной авторами, но при этом они не вызывали того почтения (граничащего с культом), какое окружало героев моего рассказа прижизненно и после ухода. Я намеренно говорю о культе личности именно потому, что большинство мемуаров и статей о них рассказывают нам прежде всего о личностях», - так характеризует автор этих культовых ученых. Статья опубликована в последнем номере журнала «Новое литературное обозрение» (2005. № 76).

Нижеследующие заметки никоим образом не являются какими-то диагностическими суждениями и не претендуют на окончательные выводы, а должны рассматриваться как своего рода ремарки — наблюдения, которыми мне хотелось бы поделиться. Может показаться, что я выступаю в роли западного исследователя, который рассказывает российским ученым или интеллектуалам, каковы они есть «на самом деле», что всегда и для всех неприятно. Поэтому я должен сразу подчеркнуть, что мои замечания нисколько не диктуются внешне-пренебрежительным отношением или каким-то энтомологическим настроением; мой способ видения — это взгляд одновременно изнутри и снаружи. Такие явления, как формирование групп посвященных или ритуализация интеллектуальной жизни, присущи отнюдь не только советской интеллигенции. Если говорить о Франции, следует вспомнить о культе, который окружал в разное время Лакана или Фуко, об очень замкнутом кружке Альтюссера и его учеников и так далее. Так что предложенный мной подход отнюдь не диктуется российской (советской) спецификой. В то же время некоторые особенности интеллектуальной жизни Советского Союза — а именно отсутствие публичного пространства и существование официальной идеологии, претендующей на научность, — и способствовали, на мой взгляд, развитию тех форм, которые принимал этот своеобразный культ.

Меня всегда интриговало то особое место, которое в последние советские десятилетия отводилось в кругу научного сообщества отдельным ученым, о которых говорили в другой форме, другим тоном и другим языком — в отличие от всех прочих. Стоит назвать Бахтина, Лосева, Аверинцева, Лихачева — и тот феномен, который я хочу описать, станет более явным; в меньшей мере это относится к Лотману, Гумилеву, Мамардашвили. Этот список персон, разумеется, совершенно гетерогенный в смысле научном, однако в самом отношении к названным личностям были некоторые общие черты и даже закономерности, которые, на мой взгляд, заслуживают внимания. При этом я нисколько не буду касаться ценности их теорий; в конце концов, кто станет спорить, что Гумилев и Бахтин — это совершенно разные миры. Можно было бы, конечно, рассуждать о том, насколько особенности мыслительного стиля, личного характера того или иного автора способствовали формированию этого «культа», почему вокруг одних людей он сложился, а относительно других, при наличии некоторых предпосылок, — нет, но это слишком увело бы мое повествование в сторону[1]. Меня будет интересовать не научное содержание, а те риторические формы, в которых об этих людях говорили тогда (и часто продолжают говорить сейчас), то место, которое им отводилось, и та роль, которую они в некоторых случаях сыграли. Совершенно ясно, что были другие ученые, которые создавали свои школы и чьи теории или научные работы были даже намного ценнее созданных перечисленными мной авторами, но при этом они не вызывали того почтения (граничащего с культом), какое окружало героев моего рассказа прижизненно и после ухода. Я намеренно говорю о культе личности именно потому, что большинство мемуаров и статей о них рассказывают нам прежде всего о личностях. Не то чтобы написанное ими вообще игнорировалось, но очень часто такие повествования начинают с масштаба личности.

Ну, например: «Аверинцев рано (начало 70-х) стал даже не “культовой фигурой”, но живым мифом… На его публичных выступлениях зачастую яблоку было негде упасть. Далеко не все читатели-посетители могли сполна оценить тонкость и смелость исследовательских концепций, но ощущение события, встречи с незаурядной и стоящей вне систем личностью было, пожалуй, у всех»[2]. Получается, что тема выступления была не столь важна, ибо никто ее толком не понимал, но зато все слушали завороженно. Тут можно вспомнить и характерные рассказы о Бахтине — вроде того, что даже его манера курить была исполнена многозначительности и особой свободы[3].

Главное в этих воспоминаниях — момент причастности к какой-то не то святости, не то исключительности, и именно это ставится во главу угла. Крайне любопытно, что некоторые из этих ученых вообще почти ничего не писали. Можно взять в качестве примера наследие Михаила Гефтера, который был таким человеком. Мы знаем, что Мераб Мамардашвили тоже сам лично писал очень мало. И эти люди часто нуждались в посреднике, и тогда между ними и читающей публикой вставал некий человек (час-то — главный ученик), который и передавал их знания вовне. Кстати, если обратиться к фигуре Альтюссера, то у него тоже был главный ученик (Этьен Балибар в 1970-е годы), который и занимался распространением его учения, то есть мы имеем дело тут вовсе не с какой-то российско-советской исключительностью..

Порой об этой изустности говорится совершенно определенно и почти бесхитростно: «Важнее всех мыслей, которые и теперь можно прочесть в его книгах, в этих лекциях был их автор, человек, который показывал, что мысль — это наслаждение и радость, и чужая, и своя… Пока он стоял на кафедре с характерным памятным жестом — острые локти вниз, а руки вскинуты вверх, — он был свободен. В этом, в своеобразии его облика со сложенными крыльями плеч и голосе, который попробуй опиши, но узнаешь с первого звука, было больше несоветскости, чем в предмете шедшего разговора о немецкой философии, или о Библии, или о патристике»[4].

Приведенный отрывок очень важен, ибо мы тут затрагиваем две нити, по которым можно проследить формирование культовых манифестаций: устность и несоветскость.

Почему именно устное высказывание столь важно? Мне кажется, тут присутствует несколько составляющих. Во-первых, это, конечно, прямой контакт с человеком или, употребляя модное слово, его личная харизма. Но с другой стороны, мне кажется, здесь работает и воспроизводство традиционного отношения учителя к ученику. Тем самым мы как бы повторяем греческих философов, от досократиков до Аристотеля. И эта непосредственная связь тем более важна, что обходит всякий официоз. Когда я напрямую слушаю то, что мне говорит учитель, я не прохожу через книгу, которой обязательно занималась советская цензура. Ибо в этом случае у меня отношение с ним уже опосредованное, а когда я слушаю его — отношение прямое. Вдобавок, в этот момент я непосредственно с ним связан, и это знание не транслируется через книгу в открытом для всех и анонимном пространстве, а является чем-то, что передается мне лично, hic et nunc и только hic et nunc. И тогда я уже причастен к какому-то событию. По иному говоря, можно сказать, что такие лекции были немного похожи на перформанс. И участие в таком событии, конечно, создавало ощущение элитарности, исключительности не только по отношению к большому обществу, но также и по отношению к власти, — не говоря уже о полузакрытых неофициальных семинарах, квартирных семинарах и так далее. Ведь в связи с Аверинцевым большинство пишущих о нем вспоминают и особо отмечают сперва его лекции конца 1960-х — начала 1970-х годов, и только затем — книгу о ранневизантийской литературе. Потому что событие должно быть устным.

Вторая важная черта — несоветскость, притом выражаться она может вовсе не напрямую. Когда пишут, или говорят, или размышляют о Лосеве или о Бахтине, например, прежде всего прочего упоминают об их принадлежности дореволюционному времени. Они из того мира, их притягательность связана с тем, что в советском времени они остаются представителями другой эпохи, досоветской. И поскольку досоветская действительность воспринимается как совершенно утраченная, то именно это представительство, живое присутствие якобы исчезнувшего мира и является главной силой моих героев. Эта связь с прошлым может быть непосредственной или же опосредованной: он — ученик самого Х… Или: такой-то — ученик Соловьева… Или: ему читал лекции сам… и так далее. Бывает, что эта причастность к прошлому принимает очень интересную форму, где на первый план выдвигается знание античного мира — как самого противоположного или самого отдаленного от советскости. Например, такое свидетельство об одном из юбилеев Лосева. Мероприятие проходит довольно скучно, какой-то чиновник читает приветственный адрес, все происходит казенно и очень по-советски. Но вот встает Аверинцев и начинает говорить свою речь Лосеву, а потом уже и Лосев по-латыни начинает отвечать на поздравления. И тогда все совершенно меняется: мы словно выходим в абсолютно другой мир, который исключает и чиновника и всю окружающую советскую унылую реальность. Мы реально попадаем в иную культурную и временную плоскость. И вся аудитория, которая не понимает по-латыни, заворожена, ибо не важно, что они говорят, главное, конечно, в том, что по-латыни говорят именно здесь[5]. Важно заметить, что эта античность является как бы опосредованной мыслителями начала века, приходит через Вячеслава Иванова, например. Перед нами не прямой диалог с античностью, но воспроизводство той традиции знания о ней, что существовала в России до революции.

Самая главная функция (и миссия, если угодно) этих культовых личностей и заключалась в том, что они были своего рода сгустком традиции, в них концентрировалась сама возможность передать наследие. Мыслитель здесь воспринимается в первую очередь как хранитель традиции и тот, кто традицию передает, а вовсе не как изобретатель новых форм, новых идей, парадигм, чего хотите нового. Он способен и смог вопреки внешнему миру или сохранить в себе, или найти заново великую традицию и теперь передает ее остальным.

И здесь налицо важное отличие советского (скорее с приставкой не-) культа личности, кружка почитателей и передачи традиции от аналогичных французских феноменов, которые мне известны лучше прочих. Часто во Франции аналогичные «секты» или даже «церкви» (с приверженцами, еретиками, изгнанными и так далее) складывались вокруг основателей новых школ и течений, а не наследников великого прошлого. Лакан, Фуко, Бурдьё строили свое учение на разрыве с предыдущими постулатами и общепризнанными схемами, хотя почти у каждого из них были свои — обязательно непрямые — предшественники, скорее старшие коллеги, чем учителя. Это была своего рода антитрадиционалистская традиция, и если сам феномен «передачи огня», неформальной преемственности младшего старшему, безусловно, имел место, в нем не было такой почти безусловной отсылки к хранению наследия, а, напротив, подразумевалось новаторство, способность сохранить традицию через радикальный разрыв с нею.

Совершенно очевидно эту пассеистскую сторону «культа личности» демонстрирует весьма болезненная реакция на известную статью Михаила Леоновича Гаспарова о Бахтине конца 1970-х годов, где он говорит, что Бахтин принадлежит не святым десятым годам, а революционным двадцатым (если грубо упрощать его аргументы). Почему отклик на такой, казалось бы, совершенно частный вопрос — каким десятилетием определяется сумма взглядов того или иного мыслителя — был столь несоразмерно бурным? В очерченном мной контексте болезненность этой реакции становится понятна: тогда Бахтин уже предстает не оставшимся мамонтом, прямо связанным с нашей великой философией начала века, а, наоборот, одним из разрушителей этой традиции в двадцатые годы. И тогда ставится под сомнение вся легитимность Бахтина — я думаю, это и входило в задачу статьи Гаспарова, но речь у него шла, конечно, не о какой-то публичной дискредитации, а о том, чтобы оспорить статус Бахтина как непререкаемого авторитета для тогдашней историографии литературы и культуры. Этот ряд примеров канонизации через традицию можно продолжать очень долго; можно добавить еще одну цитату — даже без указания автора, поскольку она характерна как общее место — например, про Лихачева: «Лихачев олицетворяет собой связь времен, ту совестливость, с которой ассоциируется представление о российской интеллигенции». То есть сила перечисленных мною людей — это их связь с прошлым, отсылка к предыдущему времени. Когда в жизни страны и ее научно-гуманитарной среды началась новая эпоха, сама ориентация на общий круг великих личностей практически ушла (оставшись одним из механизмов передачи традиции в культуре как таковой) и уступила место иным механизмам интеллектуальной легитимации. Вероятно, и устная, кружковая эзотеричность, и связь с досоветским прошлым в постсоветских условиях потеряли былую значимость, поскольку исчез их прежний социальный и идеологический контекст. (Достаточно сравнить роль и репутацию Аверинцева и Вячеслава Всеволодовича Иванова, например, в 1970-е и 1990-е годы.)

Далее я хотел бы очень бегло затронуть процессы настоящего времени и связать свои заметки о недавнем прошлом с тем, что происходит, на мой взгляд, в интеллектуальном сообществе сегодня[6]. В позднесоветскую эпоху, в особенности в 1970-е годы и первой половине 1980-х годов, у государства уже не было монополии на легитимацию работы интеллектуалов; оно раздавало степени и звания, посты в Академии наук, но параллельно уже существовала совершенно другая сфера, где легитимность устанавливалась как раз обратным порядком, в противовес этой официальной системе. То есть если сравнивать — в качестве образцов — Храпченко с Лотманом, то ясно, что для большинства собственно ученым был как раз Лотман, а не Храпченко, даже если последний был главой соответствующего отделения в Академии наук. Можно сказать, что неформальные структуры внутри научного сообщества (круг участников летних школ в Тарту у Лотмана или ближайших почитателей Бахтина его последних лет) были еретическими по отношению к внешнему большому обществу и несогласные, отторгнутые этими еретиками, в свою очередь, так или иначе тяготели к официозу. И очень важной была, с моей точки зрения, конкуренция между этими двумя легитимирующими инстанциями: государственной и интеллектуального сообщества. Но здесь уже становилось не совсем ясно, кто остается еретиком, а кто принадлежит к так называемому мейнстриму: к концу советского периода в гуманитарных науках профессиональная компетентность и искреннее исповедание официальной доктрины были не просто едва совместимы, но почти полярно противоположны друг другу. Дальнейшая поляризация начинала просто разрушать структуры научной легитимации: становились размытыми критерии ее получения и подкрепления. Кем она выдавалась, в конце концов? Если это не советские кандидатские «корочки», то достаточно ли противостояния официозу, чтоб быть зачисленным в состав «настоящей науки»? Ведь именно по этой логике на страницах очень уважаемых «Трудов по знаковым системам» в начале 1980-х годов появились одни из первых публикаций Фоменко по «новой хронологии»[7].

С точки зрения социологических механизмов научного развития эта советская ситуация (учитывая сохранявшуюся идеологическую монополию, конечно!) не была абсолютно уникальной. Пьер Бурдьё в книге «Homo Academicus», изданной еще в 1984 году, показывал, как старая Сорбонна, с одной стороны, и новая Высшая школа социальных исследований, с другой, входят в конкурентные отношения друг с другом — несмотря на это, они не изолированы, у них остаются некая общая инстанция и пространство действий, между ними проходят разные каналы коммуникации, взаимной оценки и так далее. Но когда в России первой половины 1990-х годов эта система противостояния официального и неофициального исчезла вместе с крахом государственной монополии на занятия наукой, на этом месте так и не возникло, на мой взгляд, единого пространства гуманитарного знания, которое давало бы некую общую легитимность и научным исследованиям, и самим ученым.

И размытый круг «великих личностей» эту консолидирующую роль ныне не выполняет, уже хотя бы потому, что является достоянием прошлого. Отсутствие общей и общепризнанной инстанции остается, на мой взгляд, сегодня серьезной проблемой, результатом чего и становится опасное для ученого ощущение самодостаточности, своеобразной окукленности. Вы получаете научную легитимность внутри вашей собственной группы, и не важно, если она не признана более широко, потому что по традиции, исходящей еще от советского времени, это признание, в общем, и не существенно, а в конечном счете и не нужно. В результате такого отсутствия общих для всех существующих школ критериев и границ исследовательской работы построения упомянутых мною Гумилева или Фоменко обсуждаются сегодня в статусе вполне научных теорий, несмотря на их явную принадлежность совершенно другому жанру, чему-то сродни научной фантастике (если угодно, можно их и так читать). Как эту взаимоизоляцию преодолеть — у меня, конечно, нет рецептов, и было бы странно, если бы я их стал давать. Все сказанное ничуть не означает, что теперь всем следует работать какой-то одной большой группой или создавать какую-то сверхакадемию экспертов, но надо, чтобы разные инстанции и разные группы хотя бы знали о существовании друг друга, что сегодня не всегда имеет место. И мне кажется, что одна из главных проблем общественных и гуманитарных наук в России — именно преодоление этой почти полной разобщенности, существующей ныне.


[1] Попытка деконструкции такого культа до сих пор вызывает характерно болезненную реакцию; см. в этой связи полемику вокруг статьи: Жолковский А. К переосмыслению канона: советские классики-нонконформисты в постсоветской перспективе // НЛО. № 29. 1998. С. 55—68.

[2] In Memoriam: Сергей Аверинцев. М.: ИНИОН, 2004. С. 31—32.

[3] Из переписки М.М. Бахтина с В.Н. Турбиным (1962— 1966 годы) // Знамя. 2005. № 7. С. 121 (комментарии Турбина начала 1990-х годов).

[4] In Memoriam: Сергей Аверинцев. С. 95—96.

[5] См., впрочем, скептическое описание: Гаспаров М.Л. Записи и выписки. М.: НЛО, 2002. С.. 186.

[6] О более общем социальном и культурном контексте того периода см. подробнее: Берелович А. Семидесятые годы XX века: реплика в дискуссии // Мониторинг общественного мнения. 2003. № 4(66). С. 59—65.

[7] См. обсуждение этого эпизода в одном из писем Лотмана Б.А. Успенскому: Лотман Ю.М. Письма. М.: Школа «Языки русской культуры», 1997. С. 634.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

09:00 Пропавшую в Крыму девочку будут искать с помощью беспилотников
08:01 Facebook: с апреля по сентябрь 2019 года удалены более 3 млрд фальшивых аккаунтов
07:30 Картина XVII века «Лукреция» продана на аукционе за $5,2 млн
07:11 В Благовещенске студент колледжа устроил стрельбу по одногруппникам и покончил с собой
06:38 За сутки на сервис Disney+ подписались около 10 млн человек
05:53 На Украине освобожден организатор «убийства» журналиста Бабченко
05:31 Полицейскому, стрелявшему в коллег в столичном метро, продлен арест до 18 марта
13.11 21:59 В краснодарском торговом центре задержали мужчину с человеческим черепом
13.11 21:28 «ВКонтакте» введет дизлайки и тематические ленты новостей
13.11 20:56 Комиссия ВШЭ извинилась перед филологом Гусейновым. Ранее она рекомендовала извиниться ему
13.11 20:34 Экс-бухгалтера «Седьмой студии» уволили из театра «У Никитских ворот»
13.11 20:01 Apple показала новый мощный MacBook Pro с улучшенной клавиатурой
13.11 19:42 Хакерская группировка Lurk пыталась украсть у Пригожина более 20 млн рублей. После этого против нее начали расследование
13.11 19:37 СПбГУ уволил доцента Олега Соколова. Ранее он признался в убийстве аспирантки
13.11 18:36 «Бирюзовое северное солнце» за 7 млн рублей стало новым логотипом Петербурга
13.11 18:26 В Петербурге появится мемориальная доска Борису Стругацкому
13.11 16:54 Московский школьник украл у родителей 2,5 млн рублей и отдал на раскрутку канала в Telegram
13.11 16:35 Канал «Россия 1» отменил запись программы Малахова об экологии в Кисилевске. Зимой там выпал черный снег
13.11 16:28 Выплаты по уходу за ребенком в 2020 году увеличатся на 15 тыс. рублей
13.11 16:14 В Петербурге санитарку онкодиспансера уволили из-за жалобы на низкую зарплату
13.11 15:19 Во Внуково задержали третьего фигуранта дела об угрозах судье Мосгорсуда – он выносил приговор по «московскому делу»
13.11 15:10 В Ростове задержали руководителя местного управления ФСИН Муслима Даххаева
13.11 15:08 Писать про культуру – безопасно, про политику – нет: профильные комитеты Госдумы одобрили новый закон об иноагентах
13.11 14:01 Россияне в день распродаж потратили на AliExpress рекордные 17 млрд рублей
13.11 14:00 На карту прибрежных вод Исландии нанесли 400 затонувших кораблей
13.11 13:06 People: самый сексуальный мужчина 2019 года – певец Джон Ледженд
13.11 12:42 РБК: «Газпром», «Роснефть» и «Лукойл» − богатейшие нефинансовые компании России
13.11 12:37 Основатель канадской цирковой компании Cirque du Soleil задержан за выращивание марихуаны
13.11 12:12 Сборная России по футболу отказалась играть в новой форме от Adidas
13.11 12:00 Биологически активные материалы для костных имплантатов получены из керамики и порошков
13.11 11:47 В Венеции из-за сильных дождей затопило более 80% города. Это сильнейшее наводнение за 50 лет
13.11 11:18 В США девушка выдавала себя за благотворителя с помощью соцсетей. Так она получила работу в Госдепартаменте
13.11 11:00 В молекуле уникального белка гигантских вирусов имеется странное отверстие
13.11 10:27 В Тульской области следствие потеряло вещдок − кота-наркокурьера. И заменило его похожим животным
13.11 10:22 Первый европейский завод Tesla построят в Берлине
13.11 10:04 Экс-фигурантка «макового дела» отсудила 700 тыс. рублей за незаконное уголовное преследование
13.11 10:01 Ущерб от деятельности экстрадированного в США Буркова оценен в $20 млн. Хакеру грозит до 80 лет тюрьмы
13.11 10:00 Цель «Новых горизонтов» получила название Аррокот. Оно взято из исчезнувшего языка
13.11 08:11 В России создано экологичное топливо из мусора
13.11 06:41 В Париже активисты сорвали премьеру фильма Полански из-за обвинений в изнасиловании
13.11 05:58 Facebook запустил новый сервис электронных платежей – Facebook Pay
12.11 21:59 Минюст внес в список нежелательных организаций чешскую «Человек в беде»
12.11 21:31 Instagram начал тестировать видеоролики, как в TikTok
12.11 20:46 Эксперту по «маковому делу» Ольге Зелениной назначили компенсацию за 6,5 лет незаконного уголовного преследования
12.11 20:00 В США выяснили причину отравления вейперов
12.11 19:29 Во время поиска останков аспирантки СПбГУ в Мойке нашли череп. Он оказался пособием по анатомии
12.11 19:14 В работе Disney+ произошел сбой сразу после запуска
12.11 18:46 Картину Марка Шагала выставили на торги за 1 рубль
12.11 17:55 В Тюмени блогера арестовали на 15 суток за пост во «ВКонтакте». Его вычислили по IP
12.11 17:20 В Великобритании работники McDonald`s устроили забастовку из-за низких зарплат. Сотрудники сети из США к ним присоединились
«АвтоВАЗ» «ВКонтакте» «Газпром» «Зенит» «Мемориал» «Мистраль» «Оборонсервис» «Роснефть» «Спартак» «Яблоко» Абхазия Австралия Австрия Азербайджан Антимайдан Аргентина Арктика Армения Афганистан Аэрофлот Башкирия Белоруссия Бельгия Бразилия ВВП ВКС ВМФ ВПК ВТБ ВЦИОМ Ватикан Великобритания Венгрия Венесуэла Владивосток Внуково Волгоград ГИБДД ГЛОНАСС Генпрокуратура Германия Голливуд Госдеп Госдума Греция Гринпис Грузия ДТП Дагестан Домодедово Донецк ЕГЭ ЕСПЧ Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет Екатеринбург ЖКХ Израиль Ингушетия Индия Индонезия Интерпол Ирак Иран Испания Италия Йемен КНДР КПРФ Казань Казахстан Калининград Камчатка Канада Каталония Кемерово Киев Кипр Киргизия Китай Коми Конституция Кремль Крым Куба Курилы ЛГБТ ЛДПР Латвия Ливия Литва Лондон Луганск МВД МВФ МГУ МКС МОК МЧС Малайзия Мексика Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минск Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст Молдавия Мосгордума Мосгорсуд Москва НАСА Нигерия Нидерланды Новосибирск Норвегия ОБСЕ ООН ОПЕК Одесса ПДД Пакистан Паралимпиада Париж Пентагон Польша Приморье РАН РЖД РПЦ РФС Росавиация Росгвардия Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Россия Росстат СМИ СССР США Сахалин Сбербанк Севастополь Сербия Сирия Сколково Славянск Сочи Таджикистан Таиланд Татарстан Трансаэро Турция УЕФА Узбекистан Украина ФАС ФБР ФИФА ФСБ ФСИН ФСКН Филиппины Финляндия Франция Харьков ЦИК ЦРУ ЦСКА Центробанк Чехия Чечня Швейцария Швеция Шереметьево Эбола Эстония ЮКОС Якутия Яндекс Япония авиакатастрофа автопром алкоголь амнистия арест армия археология астрономия аукционы банкротство беженцы бензин беспилотник беспорядки биатлон бизнес бокс болельщики вандализм взрыв взятка вирусы вузы выборы гаджеты генетика гомосексуализм госбюджет госзакупки госизмена деньги дети доллар допинг драка евро журналисты законотворчество землетрясение изнасилование импорт инвестиции инновации интернет инфляция ипотека искусство ислам исследования история казнь кино кораблекрушение коррупция космос кража кредиты культура лингвистика литература математика медиа медицина метро мигранты монархия мошенничество музыка наводнение налоги нанотехнологии наркотики наука недвижимость нейробиология некролог нефть образование обрушение общество ограбление оппозиция опросы оружие офшор палеонтология педофилия пенсия пиратство планетология погранвойска пожар полиция похищение правительство право православие преступность продовольствие происшествия ракета рейтинги реклама религия ретейл робототехника рубль санкции связь сепаратизм следствие смартфоны социология спецслужбы спутники страхование стрельба строительство суды суицид тарифы театр телевидение теракт терроризм технологии транспорт туризм убийство фармакология физика фоторепортаж футбол хакеры химия хоккей хулиганство цензура школа шпионаж экология экономика экспорт экстремизм этология «Единая Россия» «Исламское государство» «Нафтогаз Украины» «Правый сектор» «Северный поток» «Справедливая Россия» «болотное дело» Александр Лукашенко Александр Новак Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев Амурская область Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антон Силуанов Аркадий Дворкович Арсений Яценюк Астраханская область Барак Обама Басманный суд Башар Асад Белый дом Борис Немцов Бутовский полигон Валентина Матвиенко Верховная Рада Верховный суд Виктор Янукович Виталий Мутко Владимир Жириновский Владимир Зеленский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин Вячеслав Володин Дальний Восток День Победы Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин Дональд Трамп Евгения Васильева Забайкальский край Интервью ученых Ирина Яровая Иркутская область История человечества Калужская область Кирилл Серебренников Кировская область Конституционный суд Космодром Байконур Краснодарский край Красноярский край Ксения Собчак Ленинградская область МИД России Мария Захарова Михаил Прохоров Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский Московская область Мурманская область Надежда Савченко Наталья Поклонская Нижний Новгород Николас Мадуро Нобелевская премия Новосибирская область Новый год Олимпийские игры Ольга Голодец Павел Дуров Палестинская автономия Папа Римский Первый канал Пермский край Петр Порошенко Почта России Приморский край Рамзан Кадыров Реджеп Эрдоган Республика Карелия Ростовская область Саратовская область Саудовская Аравия Свердловская область Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Следственный комитет Совбез ООН Совет Федерации Ставропольский край Счетная палата Тереза Мэй Франсуа Олланд Хабаровский край Хиллари Клинтон Человек дня Челябинская область Черное море Эдвард Сноуден Элла Памфилова Эльвира Набиуллина Южная Корея Юлия Тимошенко Юрий Чайка авторское право администрация президента акции протеста атомная энергия баллистические ракеты банковский сектор биология большой теннис визовый режим военная авиация выборы губернаторов газовая промышленность гражданская авиация гуманитарная помощь декларации чиновников дороги России информационные технологии климат Земли компьютерная безопасность космодром Восточный крушение вертолета легкая атлетика лесные пожары междисциплинарные исследования мобильные приложения морской транспорт некоммерческие организации общественный транспорт патриарх Кирилл пенсионная реформа пищевая промышленность права человека правозащитное движение преступления полицейских публичные лекции российское гражданство русские националисты русский язык сельское хозяйство сотовая связь социальные сети стихийные бедствия телефонный терроризм уголовный кодекс фигурное катание финансовый рынок фондовая биржа химическое оружие эволюция экономический кризис ядерное оружие Великая Отечественная война Вторая мировая война Ирак после войны Ким Чен Ын Революция в Киргизии Российская академия наук Стихотворения на случай Федеральная миграционная служба Федеральная таможенная служба борьба с курением выборы мэра Москвы здравоохранение в России связь и телекоммуникации тюрьмы и колонии Совет по правам человека аварии на железной дороге естественные и точные науки закон об «иностранных агентах» компьютеры и программное обеспечение видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» Новые технологии, инновации Сочи 2014 рейтинг Forbes Кабардино-Балкария Левада-Центр Нью-Йорк Санкт-Петербург отставки-назначения шоу-бизнес Ростов-на-Дону ЧМ-2018 Книга. Знание ВИЧ/СПИД Apple Bitcoin Boeing Facebook G20 Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Telegram Twitter Wikileaks

Редакция

Электронная почта: [email protected]
Телефон: +7 929 588 33 89
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2019.