Конец недели во многом прошел под знаком противостояния двух энергопроектов: диверсификации источников снабжения Европы нефтью и газом (саммит в Польше) и углубления сотрудничества постсоветских поставщиков энергоресурсов (саммит в Туркменбаши). Первый проект основывается на идее использования, наряду с энергоресурсами Азербайджана, транскаспийских поставок, минующих территорию России, второй - на базе расширения мощностей имеющихся трубопроводов и строительства новых по территории стран-участниц. В обоих саммитах участвовала делегация Казахстана, но лишь во втором - на уровне президента. Не спешит сделать однозначные ставки и Туркменистан - по заявлению его президента, транскаспийский проект не снимается с рассмотрения. Однако пока что договоренности достигнутые в ходе центральноазиатских переговоров Владимира Путина выглядят существенно более «живыми» и реализуемыми. Переговоры не закончились - визит Владимира Путина в Центральную Азию продлится до 15 мая, а до 1 сентября правительства России, Казахстана и Туркмении должны подготовить и подписать соглашение, предусмотренные нынешними договоренностями. Вряд ли прекратятся и попытки организации южного маршрута нефти и газа. Мы продолжим внимательно следить за происходящим, а пока публикуем первичный анализ результатов саммита, проведенный Анатолием Цыганком.
По мнению некоторых западных и российских СМИ, подписанная 12 мая президентом республики Казахстан, президентом России и президентом Туркменистана совместная декларация по итогам прошедшего в городе Туркменбаши саммита о строительстве прикаспийского газопровода, который пройдет вдоль побережья Каспия по территории Туркмении, Казахстана и выйдет на территорию России, имеет только политический смысл. Наличие политического аспекта отрицать трудно, однако подписание декларации - это еще и завершение многолетней работы большой группы ученых, специалистов по геодезии, океанографии, нефте- и газодобычи, транспортников и дипломатов, убедивших всех участников в том, что строительство подводных нефте- и газопроводов по дну Каспийского моря нанесет непоправимый ущерб всем прикаспийским странам, особенно России, Казахстану, Туркмении, а также в необходимости строительства дорожной сети для открытия транспортных коридоров «Север - Юг» и «Восток - Запад».
Каспийский регион в постсоветское время, особенно в последнее десятилетие, стал объектом активной политической деятельности многих государств и международных организаций. Это связано и с открытием новых месторождений углеводородного сырья, и с вводом в эксплуатацию новых трубопроводных маршрутов и открытием новых транспортных коридоров TRACECA (Transport Corridor Europe-Caucasus-Asia) и «Север - Юг», и близостью замороженных конфликтов Кавказа, и стремлением США, ЕС, НАТО, Ирана и Турции расширить свое политическое и экономическое влияние в этом стратегически важном регионе, а также стремлением ГУАМ и Польши «насолить России» и направить энергетические потоки по своей территории, минуя Россию.
Для России подписание совместной декларации означает прорыв в решении трех основных проблем Каспия, незнакомых и малозначимых для западных стран, но крайне болезненных не только для России но и для прикаспийских Казахстана и Туркменистана. Проблемные вопросы следующие: раздел Каспия, предотвращения строительства трубопроводов по дну моря и строительство вдоль побережья недостающей части дорожной сети, необходимой для полноценного открытия транспортного коридора «Юг- Север».
На Каспии открыто 20 нефтегазовых месторождений и выявлено более 250 перспективных нефтеносных участков, правда, но экспертным оценкам, вероятность обнаружения в них нефти в коммерческих количествах оценивается в 15-20%. Поэтому сроки разведки всех месторождений региона будут зависеть от цен на углеводороды в ближайшие десятилетия. Прогнозные ресурсы месторождений нефти ориентировочно составляют 24- 26 млрд. тонн. Если сравнивать с мировыми запасами нефти от 270 до 400 млрд. тонн, то запасы Каспия могут составить около 10%. Прогнозные запасы природного газа составляют около 8300 млрд. кубических метров. Многочисленные прогнозы и экспертизы дают противоречивые оценки энергетических запасов. Оценки разведанных запасов нефти и газа Каспия западными специалистами в несколько раз превышают российские оценки. Особенно это касается запасов углеводородов в азербайджанском секторе Каспия. Например, по американским оценкам ресурсы Азербайджана в 4 раза превышают российские оценочные показатели по нефти и газу. Понятно, что прикаспийские государства преувеличивают свои запасы для привлечения зарубежных инвесторов, а для геополитических соперников России это выгодно, поскольку позволяет формировать политику каспийских государств.
Российские компании, с учетом того, что Россия владеет примерно пятой частью каспийского морского дна, контролируют скромные 10% нефти и примерно 8% газа. Самые крупные месторождения нефти, как и три самых крупных нефтяных проекта, находятся в Казахстане и Азербайджане, а именно: месторождения Тенгиз и Карачаганак в Казахстане и месторождение Азери-Чираг-Гюнешли (подводное) в Азербайджане. В каждом проекте участвуют основные западные нефтяные компании в качестве акционеров. Потенциальные запасы нефти Туркмении в прибрежной зоне на Каспийском море еще не исследованы и не могут разрабатываться из-за споров между Туркменией, Азербайджаном и Ираном по поводу разграничения южной части моря.
На сегодняшний день наибольшую активность из стран Каспия в разведочных и эксплуатационных работах на своих нефтяных месторождениях проявляют Азербайджан и Казахстан. Предполагается, что к 2012 году первое место по объему добычи нефти займет Казахстан - примерно 55%, на втором месте окажется Азербайджан с 32 %, а на Российскую Федерацию и Туркменистан суммарно придется около 13%. Неудивительно, что Вашингтон, при реализации так называемой «хьюстонской инициативы» Буша - Назарбаева, -намерен инвестировать в сырьевую отрасль Казахстана в течение 10 лет огромную сумму 200 млрд. долларов <http://www.e-journal.ru/desop-st8-22.html>.
Из множества российских нефтяных и газовых компаний появился на Каспии только «ЛУКОЙЛ» (LUKoil), который за последние десять лет инвестировал только в Казахстан более 1.5млрд. $. Компания владеет 15% в проекте «Карачаганак», 50% в проекте «Кумколь», работает в проекте «Достык». Сильны позиция «ЛУКОЙЛА» в Азербайджане. На равных с западными партнерами «ЛУКОЙЛ» разрабатывает Азери - Чираг - Гюнешли (владеет 10%), 5% владеет в месторождении Шах - Девиз. За последние четыре года «ЛУКОЙЛ» (LUKoil) и Газпром совместно стали разрабатывать новые месторождения: Хвалынское, Ракушечное и им Ю.Корчагина, где к 2020 году намерены довести добычу нефти до 50млн. тонн, газа до 20млрд. куб.м.
Каспий - не самый крупный источник нефти и газа в России, вдобавок добыча с морского дна затруднена. Как бы ни были привлекательны для России каспийские энергетические возможности, но, по большому счету, к сожалению, они не входили до последнего времени в перечень приоритетных стратегических задач энергетического развития страны, из-за правовой неопределенности Каспия и отсутствия прикаспийской части трубопровода и совмещенной с ней дорожной сети. На первых местах находятся Северно-Европейский проект и увеличение мощности Балтийской трубопроводной системы, создание сети магистралей Восточной Сибири Дальнего Востока, обеспечение увеличения добычи и экспорта нефти из регионов Крайнего Севера на шельфе Арктических морей. Именно эти вопросы являются ключевыми в реализации Энергетической стратегии РФ до 2020 года. Хотя крупнейшие энергетические компании России: «Газпром» и « ЛУКОЙЛ» три года назад, в 2004году, приняли решение совместно разрабатывать нефтегазовую структуру «Центральная», но это не означает, что Каспийское направление для России стало более значимо.
Важнейшие рынки для России - западно- и центрально-европейские - остаются рынками, где российская нефть не смешивается с «каспийской». Независимая нефть Каспия, доставляемая нынешними трубопроводами для европейского покупателя, оставалась успокоительным направлением. Каспийская нефть и газ для России рассматривались, в основном, не в стратегическом плане, а в региональном (оперативном). В отличие от стран СНГ каспийского региона и Южного Кавказа, для которых каспийская нефть и газ стратегически важны и перспективны. Это вопрос жизненно важен для Грузии, Армении (при улучшении отношений с Баку) и Турции, стратегической важности для США и Европы, но до последнего времени был не важен для ведущих российских нефтяных и газовых компаний.
В российских национальных интересах Каспий трансформируется из пасынка России в ее любимое детище. Деятельность «ЛУКОЙЛ» демонстрирует, что позиции России на Каспии можно не только сохранять, но и наращивать. И подписание декларации о строительстве прикаспийского газопровода, который пройдет вдоль побережья Каспия, тому пример. Стратегическая заинтересованность России в разработке новых месторождений на Каспии совпадает с национальными интересами по развитию устойчивых, дружественных интересов с каспийскими государствами Средней Азии - Казахстаном, Узбекистаном и Туркменистаном.
Видимо, можно полагать, что в результате переговоров Ашхабад присоединится к соглашению о разграничении морского дна, подписанном тремя государствами: Россией, Казахстаном и Азербайджаном. При заключении этими странами трехстороннего соглашения в мае 2003 года было разделено 64 % акватории Каспийского моря. В соответствии с ним Казахстану принадлежит 27%, России - 19% , а Азербайджан получил контроль над 18 %. Участники северного соглашения готовы отдать Тегерану только ту часть акватории, которая ему принадлежала ранее до развала СССР. Сейчас Ирану принадлежит 14% шельфа Каспия. Но Тегеран претендует на 20% каспийской акватории и настаивает на переносе границы на 80 км севернее так называемой линии Астара - Иранская - Гасан - Кули (Туркмения), по которой прежде проходила граница СССР. В таком случае Иран будет претендовать на нефтяные месторождения Алов, Араз, Шарг, ныне осваиваемые по соглашению с Азербайджаном международным консорциумом.
Еще одним плюсом трехстороннего саммита можно считать тот факт, что возобладала точка зрения России и Казахстана на отрицательную роль подводных трубопроводов. Москва и Астана резко возражали против прокладки трубопроводов по дну Каспийского моря. Такая позиция была обоснованна тем, что северная (российская и казахская) части Каспийского побережья находятся в зоне 7-9 бальной сейсмической активности. Учитывая , что большая часть промышленной, транспортной инфраструктуры и системы жизнеобеспечения большей части Калмыкии, Астраханской области РФ, Гурьевской области Казахстана находятся в прибрежных зонах и не рассчитаны на условия повышенной сейсмичности, оба государства настаивали на максимальном уменьшении донных трубопроводов.
Таким образом, в ходе саммита Россия, Казахстан и Туркмения значительно продвинулись в решении трудных правовых и энергетических проблем Каспия и заключили экономически выгодные договора по совместному использованию энергетических коридоров.
