Кремлевский пропагандист, историк, наставник молодежи и вообще замечательная личность Павел Данилин попросил всех своих коллег дать комментарий на тему, «какую Россию вы бы хотели увидеть в 2020 году (год, до которого теоретически у многих есть шанс дожить)». Так он сказал. А для затравки написал еще и следующее: «Ну, а если бы меня попросили написать о том, какую Россию я бы хотел увидеть в далеком будущем одним предложением, то тут все просто: «Границы России проходили по орбите Плутона»… ;-)))».
Ничего, не могу с собой поделать, но меня данное высказывание сильно встревожило. Особенно, сочетанием атрибутов. Места – орбитой Плутона, времени – далекого будущего, и действия – учреждения новых границ и, очевидно, новых пунктов пограничного контроля.
Шутил Данилин или не шутил, но, боюсь, что автор главы о суверенной демократии, вошедшей в учебник по истории для средней школы, в очередной раз разболтал секреты своей головной организации. Какие-то такие мысли, по всей видимости, и бродят в головах его шефов, связывающих прогресс с прогрессирующим контролем и добровольной изоляцией.
В далеком будущем, по их представлению, по-прежнему остаются границы. Даже если границы де-факто потеряют свое функциональное значение у стран загнивающей демократии, где бизнес неумолимо становится транснациональным, а средства транспорта и связи явно перехлестывают через любые барьеры, они будут только расти в протяженности и крепнуть у России, деля уже и безбрежный холодный космос. Можно только представить себе шок иных космических странников, вдруг задержанных в зале ожидания где-то на орбите Плутона. Кажется, там человеческому организму и существовать-то невозможно, а?
Не знаю уж, что навеяло столь мрачные фантазии Данилину, но слова его прямо пророческие. Не в космосе в будущем, а сейчас, в наши дни, в Домодедово, например, по самой прозаической причине поломки пограничных компьютеров вдруг образовалась невиданная пробка прибывающих на Родину. Не пришельцев с далеких и чуждых нам планет, а наших же соотечественников.
«Ситуация накаленная, рейсы прибывают, много пассажиров с детьми, - рассказывает корреспондентам член президиума Народно-демократического союза Иван Стариков, так же оказавшийся в числе пассажиров. - Людям ничего не объясняют, они готовы идти напролом, но у пунктов выставлен ОМОН».
Причем, каждый, кто когда-нибудь был на прилете в наших российских аэропортах (впрочем, и в не наших тоже), прекрасно знает и понимает, что остановиться и задержаться там просто негде. Если рейсы прибывают, а граница по той или иной причине (не по злому умыслу) вдруг оказывается на замке, ситуация становиться по-настоящему страшненькой. А если тут еще и ОМОН появляется с дубинками, а дело происходит в преддверии выборов нового президента… есть о чем призадуматься.
Не хочу ничего сказать плохого про российскую власть и ее компьютеры. Если честно, любая сеть может когда-нибудь полететь, и сеть таможни – в том числе, но данный эпизод вкупе с пожеланием Данилина провести границу по орбите Плутона вдруг заставил меня задаться вопросом: а зачем, собственно, на нашей границе эти компьютеры, с чем их сеть соединена и почему совершенно иная ситуация на границах Евросоюза?
Действительно, я прилетал и в Варшаву, и в Париж, и в Прагу, и в Копенгаген, и во Франкфурт. Видел там и пограничников-пофигистов, и тех, кто «лютовал». В Копенгагене, например, стразу же отправили в урну мою баночку пива «Козел» - как неизвестную природе и, возможно, опасную жидкость. Зато стеклянную банку красной икры, завернутую в фольгу (уж не знаю, во что она превратилась в конечном итоге на рентгеновский просвет) с уважением пропустили. «О, кавиа!», - только и заметил суровый датчанин.
Интересно приезжают отдыхать россияне в Турцию. Тут визы ставят прямо в месте ее проверки же – за двадцать долларов. Деньги в кассу – и никаких проблем, лишь бы ты из России вылетел. Зато и россияне чувствуют себя, мягко говоря, раскованно, начинают раздеваться прямо в аэропорту, проходя мимо турецких пограничников в плавках и с полотенцем на шее. Уж не знаю, за кого они принимают претендующих на вступление в Евросоюз турков. За диких папуасов, должных падать ниц перед представителями высшей расы?
Но нигде в то же время не видел я тех манипуляций, которые совершаются на нашей границе. У нас каждый раз сканируют сам паспорт, полученные данные сверяют с неведомой базой данной по программе идентификации. И, судя по суровым взглядам, которые потом на вас бросают, компромата в той базе лишь прибавляется и когда-нибудь все это плохо кончится.
На проклятой западной границе смотрят лишь визу. Виза есть, следовательно, нет вопросов. Для того и документ, документ выдан уполномоченным органом, нет причины сомневаться. Единожды преодолев границу Шенгена, бродишь где угодно – в запутанном аэропорту Шарль де Голль я умудрился забрести в сектор багажа и долго выбирался. Но на российской границе, наличие визы, загранпаспорта и российского паспорта при нем, российского же гражданства явно недостаточно. Ни чтобы уехать, ни, тем более, чтобы нормально вернуться на Родину. Как бы стучишься в дверь: пустите, люди добрые! А там: а мы еще подумаем!
У Каспарова все было нормально – с паспортом, визой и гражданством, но его по возвращению задержали, бессмысленно, бесцельно, поскольку потом все равно пропустили. Однако сканированные с паспорта данные соединились с неведомым центром, вызвали кратковременный ступор пропускной системы в данной точке. Полный ступор вызвали данные паспорта журналистки The New Times Натальи Морарь, гражданки некогда входившей в СССР Молдавии. Но мы ж хотим СССР сконфигурировать заново вроде бы?
Согласен, статью Морарь написала в свое время неумную. Что это такое вообще утверждать, что в Кремле существует какая-то черная касса, из которой финансируется избирательная кампания Кремля! Бррр, как можно было до такого кощунства додуматься?! И что это за доказательства тезиса такие: когда я, мол, своих информаторов спрашивала, они лишь многозначительно отмалчивались. Все мы знаем, что не так все делается. И не нужно никаких денег, чтобы победить на выборах, достаточно нажать кнопку… Другое интересно, как эти глупые домыслы Морарь скоммутировались в конечном итоге с конкретным пограничным компьютером, по какой процедуре? Неужели, ТАМ все копится в неведомых досье, которые, как по Галичу, «пригодятся еще по случаю». Получается, на самом деле, что законы, права человека у нас пишутся и принимаются прекраснодушными утопистами, а в реальности у российского права одна дорога, у практики ФСБ – своя.
Хуже всего, что почему-то всему этому не очень-то и удивляешься. Читая Данилина, легко представить, что и в далеком будущем у нас все останется по-прежнему, а высылка с границы Плутона станет вполне возможна…
