19 января 2021, вторник, 14:55
VK.comFacebookTwitterTelegramInstagramYouTubeЯндекс.ДзенОдноклассники

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

23 апреля 2008, 11:42

Проект «Чехословакия»

История Чехословакии как отдельного государства насчитывает всего семьдесят лет, в ходе которых она, тем не менее, успела несколько раз сменить название, политический режим, идеологию и дважды исчезнуть с карты мира. Первая Чехословацкая республика просуществовала неполные двадцать лет, но ее культурно-политическое наследие до сих пор является предметом актуальных дискуссий. «Полит.ру» публикует главы из книги Александра Бобракова-Тимошкина «Проект "Чехословакия": конфликт идеологий в Первой Чехословацкой республике (1918—1938)», вышедшей в издательстве «Новое литературное обозрение». Межвоенная Чехословакия представлена автором как идеологический «проект», а ее политическая история рассматривается сквозь призму конфликта идеологий — этнонационализма и идеи «политической нации», либерального гуманизма и тоталитарных учений. В результате, частный пример построения республики представляется идеальной моделью для изучения процессов, которые происходят в молодых государствах, возникших на обломках империй.

Фабула

Чехословацкая республика[1] (сокращенно ЧСР) была официально провозглашена Чешским национальным комитетом 28 октября 1918 года (этот день отмечался в ней и до сих пор отмечается в Чехии как государственный праздник); решение о создании независимой республики было подтверждено 14 ноября 1918 года на первом заседании Национального собрания. Новое государство стало одной из «стран-наследниц» Австро-Венгерской империи, возникших после ее распада, наряду с Югославией, Польшей и собственно Австрией и Венгрией. Однако, в отличие от Польши и Югославии, в состав Австро-Венгерской империи перед началом Первой мировой войны входила вся территория будущей ЧСР. При этом западная часть новой республики -- «земли Чешской короны» (Богемия, Моравия и Силезия), населенные в основном этническими чехами и немцами, была в «двуединой» монархии Габсбургов частью Цислейтании (австрийской части империи), а расположенные к востоку от нее Словакия и Подкарпатская Русь (Закарпатская Украина) -- частью Венгерского королевства.

Чехословацкое государство возникло в результате военного поражения центральных держав в мировой войне, оказавшегося роковым для Австро-Венгрии. Программа создания независимого государства, в которое вошли бы Чешское королевство и населенные этническими словаками части Венгрии (отсюда название Чехо-Словакия, впоследствии Чехословакия), была публично выдвинута в 1915 году Чешским зарубежным комитетом, годом позже преобразованным в Чехословацкий национальный совет. Во главе этого совета со штаб-квартирой в Париже стояли эмигрировавшие из Чехии после начала войны депутаты австрийского Рейхстага профессор Масарик и Йозеф Дюрих (последний в 1917 году был выведен из руководства), а также журналист и социолог Эдвард Бенеш и словак по национальности, астроном и военный летчик, генерал французской армии Милан Растислав Штефаник.

С провозглашенными советом целями солидаризировались чешские и словацкие эмигрантские организации, а также немногочисленные участники подпольного антиавстрийского Сопротивления в чешских землях. В государствах Антанты под эгидой Чехословацкого совета образовывались так называемые легионы -- вооруженные формирования из чехов и словаков -- граждан этих стран, а также военнопленных (бывших солдат австро-венгерской армии), численность которых постепенно достигла десятков тысяч человек (самый многочисленный Чехословацкий корпус был сформирован в России). В 1917 году Антанта провозгласила «освобождение чехословаков из-под чужого господства» одной из своих целей в войне; в начале 1918 года президент США Вудро Вильсон назвал одним из основополагающих принципов будущего мира принцип самоопределения наций. Наконец, осенью 1918 года Чехословацкий национальный совет получил признание стран Антанты как воюющая сторона и правительство де-факто, тем самым существование Чехословацкого государства было признано еще до формального провозглашения его независимости.

Большинство чешских и словацких «официальных» (неэмигрантских) политиков в 1918 году порвало с Австро-Венгрией и выступило в поддержку эмигрантского Национального совета (что было подтверждено на переговорах в Женеве в октябре 1918 года). Переход власти от австрийских органов к сформированному уже в Праге Чехословацкому национальному комитету (затем преобразованному в так называемое Революционное Национальное собрание, с первого заседания которого, 14 ноября, мы начали эту книгу) произошел фактически бескровно, несмотря на протесты чешских немцев. Словацкий национальный совет 30 октября объявил об отделении Словакии от Венгрии и высказался в пользу чехословацкого единства; после установления демаркационной линии венгерские войска покинули Словакию. Парижская мирная конференция подтвердила независимость и границы Чехословакии. Подписав в 1919--1920 годах мирные договоры (Версальский, Сен-Жерменский и Трианонский), их признали также Германия, Австрия и Венгрия.

29 февраля 1920 года была принята конституция Чехословакии, на смену Революционному Национальному собранию пришли демократически избранные органы власти, и началась эпоха стабильного развития, нарушенная лишь приходом нацистов к власти в Германии.

Обоснованные сомнения

Каким бы гладким ни было это необходимое изложение «фабулы» пути чешского и словацкого народов к созданию независимого государства, при более глубоком анализе «сюжета», который сам протагонист, Т.Г. Масарик, напомним, назвал сказочным, возникают вопросы  принципиального характера, -- даже не «как» и не «что», а «почему».

1. Неочевидность государства, его «созданность», «искусственность».

Исторический факт, становясь таковым, неизбежно искажает оптику исследователей будущего: воплотившаяся в реальность альтернатива исторического развития априори кажется более логичной, чем прочие нереализованные, варианты. Чехословакия возникла; следовательно, она должна была возникнуть. Однако именно такой вариант развития исторических судеб народов, неожиданно для них самих оказавшихся осенью 1918 года гражданами Чехословацкой республики -- чехов и венгров, населявших пограничные горы и города Богемии немцев и словаков, компактно проживавших в районе Тешина поляков и закарпатских русинов, -- был далеко не единственным и никак не предопределенным. Вряд ли кто, помимо активных политиков и солдат чехословацких легионов, мог предположить еще в начале 1918 года, что спустя несколько месяцев превратится в «чехословацкого» гражданина. В конце концов, самого слова «Чехословакия» словари не знали -- такого исторического или географического понятия просто не существовало![2] Государство и его границы возникли раньше в мысли нескольких людей, а только затем на картах (причем границы, например, Словакии рисовались едва ли не «на глазок», а Подкарпатская Русь вообще выглядела необязательным «довеском» к государству[3]; борцы за независимость не в полной мере представляли себе размер территории, за независимость которой они боролись!) и в общественном сознании.

2. Кто субъект революции? Отсутствие «чехословацкой» программы «снизу».

Распад империи, сопровождающийся изменением государственного строя в государствах-преемниках -- это, безусловно, революция[4]. Но кто был субъектом этой революции? Ее организатором, движущей силой? Кто создал Чехословакию?

Здесь неизбежен дополнительный вопрос: мог ли вообще быть субъектом чехословацкой революции народ (нация)? Уже из «фабулы» следует, что немцы в Чехии и венгры в Словакии выступали против создания независимого государства, в котором они стали меньшинствами. По логике, напротив, за создание такого государства должны были массово выступать чехи и словаки. Однако в реальности никакого массового, тем более общечехословацкого движения за независимость «снизу» не только не существовало, но и не могло существовать практически: эти два народа, наиболее близкие друг ко другу по языку и культуре среди западных славян, не составляли в начале ХХ века единой политической нации, которая могла бы формулировать какую-либо общую программу.

Вряд ли можно считать инициатором революции и более политически развитую чешскую нацию: чешские политические элиты до 1917 года стояли, за редким исключением, на безоговорочно лоялистских позициях (вплоть до осуждения меморандума Франции и Англии о целях войны; так что Масарик писал: «Я вел борьбу на двух фронтах -- против Вены и против Праги»[5] и до середины 1918 года не выдвигали требований радикальнее, чем автономия в составе Габсбургской монархии. Созданный наконец в Праге Национальный совет, возглавивший «переворот» 28 октября, фактически признал своей политической программой программу Масарика и его «зарубежной акции». Что касается «народных масс», то они оставались пассивными до последних месяцев; пара демонстраций и спонтанные митинги и свержение австрийских символов 28 октября вряд ли могут быть серьезной заявкой на политическую субъектность. Конечно, существовали легионы; однако руководство легионами, по крайней мере с момента, когда они стали представлять собой релевантную силу, находилось в руках парижского Национального совета и, соответственно, они были инструментом реализации политической программы Масарика. Не стоит забывать и о том, что в войне погибло больше чехов, воевавших в составе австро-венгерской армии (то есть на стороне контрреволюции), чем вообще было чехословацких легионеров.

Иными словами, антиавстрийская борьба велась по большей части извне, и роль внешних сил при создании государства была экстраординарной. Конечно, Масарик был опытным чешским политиком, а не «оторванным от родины» эмигрантом (он выехал за границу уже после начала войны, поняв, что из-за рубежа вести борьбу будет единственно возможно), и его не вполне «мэйнстримная» программа все же была программой чешского политика. Понятно, что впоследствии создание государства было легитимизировано народными представителями, хотя не все из них были избранными (Революционное Национальное собрание было сформировано представителями крупнейших чешских партий в соответствии с процентуальным распределением мандатов по итогам выборов 1911 года), и очевидно, что к осени 1918-го большинство чешского населения и словацких, во всяком случае, элит поддерживало идею независимого и единого государства. Однако это не может отменить того факта, что вплоть до самого 28 октября субъект перемен находился за пределами Чехословакии. Масарик формулировал политические программы, Бенеш и Штефаник вели организационную работу и взаимодействовали с правящими кругами Антанты, чешские и словацкие эмигранты обеспечивали внимание общественности в своих странах к чехословацкому делу, легионеры воевали в Сибири и на Западном фронте... И все это происходило за пределами чешских и словацких земель!

Особенно важно то, что в результате подобного руководящего положения именно руководитель заграничного сопротивления -- Т.Г. Масарик -- стал не просто первым президентом государства «в ознаменование заслуг», но и истинным создателем его -- начиная от идейной ориентации, заканчивая границами, которые он едва ли не произвольно чертил в своих меморандумах для политиков Антанты. Роль Масарика была действительно экстраординарной: он был не просто реализатором национальной или партийной политической программы, но и разработчиком ее. Однако и здесь присутствует элемент неочевидности: Масарик до войны не был общепризнанным политическим лидером и представлял в Рейхстаге самую маленькую чешскую партию; была ли историческая логика в том, что в борьбе за независимость именно он сыграл главную роль?

3. Плод «Версальской системы»?

Все вышесказанное подводит нас к констатации особой важности для судеб Чехословакии внешнеполитического фактора. «Чехословацкую карту» державы Антанты начали всерьез использовать только после того, как рухнули их планы заключить с Австро-Венгрией сепаратный мир. До весны 1918 года участь империи отнюдь не была решена: несмотря на весь авторитет профессора Масарика и демократическую программу чехословацкого сопротивления,  чехословацкий проект рассматривался лишь как одна из альтернатив будущего обустройства Центрально-Восточной Европы, причем предпочтительнее была федерализация Австро-Венгрии (как формулировал в своих «14 пунктах» и В.Вильсон). Перелом принесла первая половина 1918 года -- окончательная  утрата Австро-Венгрией свободы маневра после «аферы Сикста» и внезапно начавшиеся действия чехословацких легионеров против большевиков в Сибири (так называемый «белочешский мятеж»), о которых Масарик писал: «следствие этих известий в Америке было удивительным и, можно сказать, невероятным -- внезапно чехи, чехословаки, стали известны каждому»[6]. Завершись война годом раньше, «чехословацкий проект» мог бы остаться не более чем материалом для любителей «альтернативной истории»...

Впрочем, приняв решение, Антанта была последовательна. Планы разрушения Австро-Венгрии и создания на ее месте «малых» независимых государств, что, во-первых, ослабило бы Германию, во-вторых, организовало бы «санитарный кордон» на пути большевизма в Европу, нашли особенную поддержку Франции. Результатом стало признание Чехословакии ante factum, союзные державы были весьма благосклонны к ней и на мирной конференции, что позволило говорить о Чехословакии как опоре и даже «плоде» «Версальской системы». Непрочность этой системы, естественно, не могла не сказываться на прочности позиций Чехословакии на международной арене.

4. Насколько вообще исторически обоснованно то, что произошло?

Этот вопрос представляет собой некий синтез первых трех на более высоком уровне абстракции. История, конечно, не имеет сослагательного наклонения, и создание ЧСР стало реальностью, которая так или иначе повлияла на судьбы не только населявших это государство людей и этнических групп, но и Европы в целом. Но насколько это событие соответствовало исторической логике развития чешской и словацкой нации (в терминологии того времени -- «смыслу» их истории)? Не было ли оно лишь девиацией, отклонением от «естественного» хода вещей, неизбежно подлежащим коррекции в будущем? Не было ли оно исторической случайностью? В сопоставлении с реальностью «капитулянтская» речь Эмила Гахи не кажется неаргументированной...

На протяжении 20 лет существования Первой республики первые три вопроса время от времени становились предметом дискуссий -- главным образом второй (так называемый спор о том, «кто нас освободил», большинство участников которого, однако, использовало его для решения сугубо внутриполитических проблем). Наименее артикулированным в чехословацком обществе был, однако, именно последний, «синтетический» вопрос, ставящий под сомнение само существование государства. Известно, какой ответ на него дало руководство нацистской Германии -- и в конце концов большинство чехословацких немцев: Чехословакая была объявлена историческим курьезом, подлежащим уничтожению. Но мнение немцев -- даже граждан Чехословакии -- о национальном проекте чехов и словаков все же мнение стороннее (пусть даже они оказались -- по большей части невольными -- соучастниками этого проекта). Интереснее оценка главной «государствообразующей» нации -- чехов.

Можно говорить о том, что создание независимого государства в 1918 году поддержали даже те, кто по приниципиальным (не говоря уже о конъюнктурных) соображениям занимал ранее австрофильскую позицию. «Негативистами», отрицавшими саму идею создания государства, были вполне логично многие чешские немцы, но не чехи и словаки. Однако в определенных кругах населения и элиты сохранялись сомнения относительно жизнеспособности нового государства, и тем более его идейной ориентации, заданной сильной личностью первого президента Масарика и самой историей создания ЧСР. К сожалению, эти сомнения по большей части не стали предметом общественных дебатов во времена Первой республики и были высказаны только после ее краха. Пожалуй, с такими опасениями выступали только радикальные католики и националисты (именно на уровне исторической логики, а не конкретной критики внутриполитического курса ЧСР, который ставили под сомнение довольно многие). Из идеологов же государства осознал важность этого вопроса и попытался дать на него ответ, по сути, только сам Масарик.

«Демиург»

Историю пишут победители, и после триумфального 1918 года они немало постарались, чтобы создать образ Масарика -- «отца нации», увенчанного лавровым венком седовласого народного вождя и учителя. Но 68 лет, прожитых Масариком до того момента, когда он был избран президентом нового государства, вместили в себя сражения и споры, поражения и травлю -- но отнюдь не всенародную любовь и поддержку. Масарик был учителем, пользовался авторитетом у молодого поколения, был признанным мастером полемик -- но как о «вожде» о нем могла говорить лишь горстка интеллектуалов, которую современники сравнивали с сектой. «Я всегда был еретиком», -- признался он как-то в 1925 году.

Что мог бы сказать о профессоре Масарике образованный чех в 1914 году? Что это немолодой уже человек -- ему 64. Человек, бесспорно, выдающегося ума, уважаемый многими за рубежом -- он читал лекции в США, спорил с Толстым в России, дружен с французскими и английскими историками. Пытается заниматься политикой -- не вполне успешно: хотя и основал свою партию «реалистов», и даже избирался несколько раз в Рейхстаг, но сейчас является единственным депутатом от этой партии. Автор нашумевших спорных книг о «смысле чешской истории», выводы которых большинство историков отвергло. Борец с клерикализмом и католической церковью, но при этом утверждает, что смысл чешской истории -- религиозный. Организатор споров о подлинности Краледворской и Зелена-гурской рукописей, а также кампании в защиту обвиненного в ритуальном убийстве еврея Хильснера, -- отстаивавший свою точку зрения едва ли не в одиночку против всего общества...

Итак, перед нами представитель интеллектуальной элиты, но никак не политического «мэйнстрима», скорее, действительно «еретик» и в чем-то даже маргинал. Но именно он, а вовсе не признанные и заслуженные политики, был увенчан в 1918 году лаврами «освободителя» и приобрел возможность -- пусть не абсолютную -- именно на фундаменте своих идей строить новое государство!

Томаш Масарик родился в 1850 году но на пограничье -- чешско-словацком или, если брать не этнические, а тогдашние политические границы, австро-венгерском, в культурно и лингвистически смешанной среде. Отец его был словаком, причем с некоторыми родственниками он мог договориться только по-венгерски; в жилах матери текла как чешская, так и немецкая кровь. Несмотря на бедность родителей, Томаш сумел получить хорошее образование -- окончил университет в Вене, получив степень доктора философии. Огромное влияние на молодого Масарика оказало знакомство с американкой Шарлоттой Гарриг. Шарлотта, ставшая в 1877 году женой Масарика (тот присоединил ее фамилию к своей, превратив свои инициалы в ставшие впоследствие известными каждому чеху буквы ТГМ), буквально раскрыла перед молодым философом новые горизонты -- не только географические (хотя тогда отнюдь не многие чехи могли похвастаться знакомством с американской цивилизацией), но и мировоззренческие. Именно под влиянием жены, родившийся в католической среде, Масарик перешел к протестантской церкви, провозвестников идеалов которой впоследствии углядел в Яне Гусе и «чешских братьях». Переход от господствовавшей в Австро-Венгрии религии к «оппозиционной», ставившей во главу угла личные отношения человека с Богом, а не догматы и обряды, стал важнейшим импульсом для развития Масарика-мыслителя.

Молодость Масарика прошла вдали от чешских политических страстей, в пространстве во многом космополитичной, хотя и немецкоязычной Вены. Подобная «оторванность от почвы», на первый взгляд гандикап, сослужила ему хорошую службу: дала необходимую «незамыленность» взгляда, возможность посмотреть на чешские проблемы с разных точек зрения, как изнутри (с позиции чеха по культурной и языковой идентичности), так снаружи (с позиции человека, который мог считать «своим отечеством все человечество»).

На пороге зрелости Масарик получил возможность громко заявить о себе в Праге, столице своего народа. В 1882 году Пражский университет был разделен на 2 части -- чешскую и немецкую, -- и молодой философ получил в нем кафедру.

Чешское общество к тому времени оказалось в идейном тупике, и Масарик стал одним из первых, кто не только указал на этот факт, но и начал предлагать пути выхода. Нет, внешне чехи добились впечатляющих успехов, особенно если учесть, что всего 100 лет назад само их существование как языкового народа было под вопросом. В ходе Национального возрождения была создана современная политическая нация, которая за последующие неполных 50 лет практически догнала по экономическому и культурному уровню большинство европейских народов. Чешские «будители» в начале XIX века, следуя в фарватере идей Просвещения, «вспомнили» о своей великой истории, расцвете Чешского королевства при Пршемысловичах и римском императоре Карле IV, гуситском движении, «опередившем» на целое столетие европейскую реформацию, и создали на историко-филологической основе «национальный миф», с которым идентифицировало себя большинство населения. К концу XIX века, однако, наиболее прозорливым чешским интеллектуалам стало ясно, что патриотическая риторика и ориентация на прошлое не могут более быть политической программой нации.

Молодой философ Хуберт Гордон Шауэр в статье «Наши два вопроса» (1886) «выразил сомнения в том... не вели ли усилия (чешской культуры) до сего момента к сугубому обоснованию ее существования как отличающейся от любой другой, не является ли ее поддержание и развитие лишь потерей энергии, когда можно примкнуть к большей, более стабильной культуре»[7]. Естественно, эти идеи вызвали яростную критику чешских «патриотов», ведь смыслом существования чешской культуры как раз и было -- максимально дистанцироваться от доминирующей немецкой. Однако вопросы, поставленные Шауэром -- прежде всего о смысле существования нации, который заключался бы в чем-то большем, чем просто физическое ее выживание, -- были как раз теми, на которые попытался дать ответ Масарик.

И в том же самом году в основанном Масариком тремя годами ранее журнале «Атенеум» была опубликована серия статей, положивших начало так называемому «спору о рукописях». Языковед Ян Гебауэр, историк Ярослав Голл -- и сам издатель как социолог и, не в последнюю очередь, вдохновитель и организатор «кампании» -- подвергли сомнению подлинность Краледворской и Зелена-гурской рукописей, якобы памятников древнечешского эпоса, созданных в IX--XIII веках и открытых в начале XIX века Вацлавом Ганкой, причем эти сомнения равнялись фактически объявлению «рукописей» поздней литературной мистификацией (вероятнее всего, делом рук самого Ганки). Масарик и его единомышленники не были первыми, кто заявил о неподлинности рукописей; сомневался в ней и сам «отец славистики» Йозеф Добровски. Однако это не помешало «рукописям» стать частью чешского культурного «мэйнстрима», на котором воспитывались целые поколения патриотов -- мифические герои Бивой, Забой и Славой, не говоря уже о княжне Либуше, ставились на уровень исторических фигур вроде Яна Гуса и Яна Жижки как доказательства отваги и демократичности «чехов былых времен», наличия у чехов древней культуры и традиций государственности.

Если коллеги Масарика, историки и лингвисты, выступили против «рукописей» в поисках научной правды, то участие в споре самого ТГМ обусловливалось мотивами прежде всего этическими, из коих следовали политические: «здание» чешского национального «проекта» не могло строиться на лжи. Это еще было допустимо во времена Ганки, но сейчас необходимо отринуть мифы и взглянуть в лицо истории прямо, не боясь ставить вопросы, подобные тем, что задал Шауэр. Потому, хотя собственно научный вклад Масарика в «разоблачение» «рукописей» был скромным, из всех противников их подлинности он защищал свои позиции наиболее яростно, был истинным руководителем всего «проекта», поскольку боролся с «рукописями» не как с художественным текстом или научной задачей, а как с культурным феноменом, породившим определенный политический дискурс. Неудивительно, что и львиная доля нападок оппонентов -- чешских ура-патриотов, в том числе и признанных политических вождей, и «национальных поэтов», -- досталась именно ему[8]. Победа, однако, была одержана -- большая часть общества признала «рукописи» мистификацией.

Спор стал для Масарика не только «боевым крещением» его метода, как научного, так и публицистического, но и первой демонстрацией примата этики в политике (а спор о «рукописях» перерос, конечно, политический) -- принципа, на котором был впоследствии основан «чехословацкий проект».

После не вполне успешных двух лет депутатства Масарик продолжил политическую деятельность на ином уровне, обратившись напрямую к чешскому обществу с призывом разобраться в самом себе, определить этический фундамент своей политики, ответить наконец на назревшие «чешские вопросы». Его программная работа, идеи которой в переработанном виде позже легли в основу «чехословацкого проекта», так и называется -- «Чешский вопрос». На основании анализа событий чешской истории, и в первую очередь -- истории интеллектуальной, а не политической или социальной, Масарик формулирует в ней и связанных с ней трудах (обычно говорят о «трилогии» Масарика, посвященной «смыслу чешской истории», -- в нее входят также книги «Наш нынешний кризис» и «Ян Гус», опубликованные в 1895--1896 гг.) оригинальную концепцию философии чешской истории.

Автор «Чешского вопроса» полагает, что ведущая роль в истории наций принадлежит Божественному провидению, которое уготовало для каждого народа свой, особый план, и именно этим оправдано существование различных наций: «чем мы как особая культурная нация, живем, чего хотим, на что надеемся? Какие причины у нас есть для наших национальных усилий?.. Я, как и Коллар, верю, что история народов не случайна, что в ней проявляется некий определенный план Провидения, и что поэтому целью историков и философов, целью каждой нации, является постижение этого всемирного плана; необходимо познать и определить свое место в нем и в соответствии с этим познанием с возможно более полным и ясным осознанием поступать при всей своей работе, включая политическую»[9]. Применительно к чешской нации эти наиболее, пожалуй, часто цитируемые слова Масарика означали:

  • наличие аксиологического и эсхатологического (а не только биологического и исторического) горизонтов ее существования;
  • ее встроенность в мировую цивилизацию, неотделенность от тенденций развития мира и Европы, необходимость деятельного участия в этом развитии («чешский вопрос есть вопрос всемирный», пишет Масарик, отрицая идею смысла существования малого народа как только лишь сохранения его физического существования);
  • наличие «смысла существования» ее как нации, который наилучшим способом открывается посредством анализа ее истории;
  • наличие, соответственно, исторической преемственности с идеями, сформулированными предками современных чехов, и практикой их реализации в прошлом;
  • современная политическая программа чешской нации должна основываться на этой преемственности, логично следовать из «смысла чешской истории». Общее прошлое нации -- ключ к ее общему будущему.

Правы интерпретаторы, считающие «Чешский вопрос» и связанные с ним книги прежде всего политическими, а уже потом -- историко-философскими. «Стремление Масарика в середине 90-х годов найти смысл чешской истории -- не что иное, как попытка найти смысл современных национальных устремлений и зачленение современных событий в структуру некоего высшего, пересекающего границы поколений идеала»[10]. Прошлое Масарик призывает в свидетели только для того, чтобы обосновать нынешнюю политическую программу, основанную, как ни парадоксально, как раз на отказе от «национальных мифов», выдвижении практических требований прежде всего морального характера.

Ключевым здесь является не просто констатация наличия некоего «плана» и «смысла» существования нации, но, во-первых, сам подход к нации не как к биологическому, расовому единству, а как к идейному сообществу, и, во-вторых, интерпретация этого «плана» в терминах современной практической политики. В этом основная задача Масарика, потому он обращается именно к истории идей, ища идейную преемственность между разными эпохами чешской истории.

План, вложенный Провидением в чешский народ, смысл его существования и место в историческом развитии человечества  открываются через чешскую историю. Масарик пытается найти именно в ней ту традицию, которой надлежит следовать в настоящем и будущем. Он не ограничивается заявлениями о своей приверженности идеалам Национального возрождения, а делает смелый вывод о том, что само это Возрождение есть трансформация гуманистической традиции эпохи реформации.

Кульминацию чешской истории -- и, следовательно, квинтэссенцию смысла ее, -- Масарик видит именно в чешской реформации, причем не только в идеях ее «предтечи» -- Яна Гуса и первых гуситов, но и в идеологии «чешских братьев», их духовного отца -- Петра Хельчицкого и последнего епископа -- Яна Амоса Коменского. «Чешский гуманистический идеал имеет свое историческое и материальное основание в нашей Реформации, а не Французской революции, либеральный гуманизм не тождественен гуманизму нашей Реформации»[11].

Красной нитью через всю интеллектуальную и политическую жизнь чехов, утверждает Масарик, проходят идеи гуманности  («гуманность -- это наша последняя национальная и историческая цель, гуманизм -- это чешская программа»[12]), ненасильственности и стремления к правде, выраженные, как правило, в религиозной форме. Вождями чешской нации обычно  были также религиозные реформаторы; опираясь на все это, Масарик делает один из самых спорных -- и самых обязывающих -- своих выводов: «Чешский вопрос является вопросом религиозным»; но религиозен он ни в коем случае не в смысле католицизма.

Так выстраивается не обычная «государственно-правовая», от св.Вацлава через Карла IV, линия чешской государственности, а линия интеллектуалов, духовных вождей нации, тех, кто одновременно формулировал и воплощал ее смысл: Ян Гус -- Петр  Хельчицкий -- Ян Амос Коменский -- Ян Коллар -- Карел Гавличек -- Франтишек Палацкий.

Особенно интересны последние две фигуры, -- деятели совсем недавнего прошлого, фактически современники Масарика. Гавличек был первым чешским современным политическим журналистом, поставившим идею личной и политической свободы выше ложно понимаемых коллективных интересов, сам разрушитель национальных мифов (например, панславистского), противник «квасного патриотизма», антиклерикал, первый чешский интеллектуал «западноевропейского» образца, подвергнутый в конце концов австрийскими властями репрессиям не за абстрактный патриотизм, а за защиту свободы печати. В историке и политическом вожде Палацком автор «Чешского вопроса» ценит прежде всего идеолога, своего предшественника в деле поиска «смысла чешской истории», подошедшего к разгадке очень близко. Палацкий видел главное содержание чешской истории в «связях и борьбе» с немецкой стихией -- но борьбе прежде всего не межэтнической, а духовной; в чехах как славянах историк усматривал «божественный» дух, позволяющий любить окружающих, стремиться к высшему. И на эти взгляды Палацкого Масарик мог опираться, говоря о его преемственности идеям чешской реформации, о «религиозном» смысле чешской истории. Помогало и то, что именно в гусизме Палацкий видел вершину чешской истории (что не было свойственно его предшественникам -- «будителям», которые, подобно Ганке с его «рукописями», обращались скорее к доисторическим временам, где отмечали у чехов общеславянские добродетели).

Основываясь на открытых им традициях (от Гуса с его приматом этики, через Хельчицкого с идеей религиозного ненасильственного сопротивления злу, «чешских братьев» с их идеями братства, до Гавличека и Палацкого) Масарик формулирует квинтэссенцию смысла чешской истории: «не насилием, но миром, не мечом, но плугом, не кровью, а примирением, не смертью, но жизнью… -- вот ответ чешского духа, вот смысл нашей истории и наследство великих предков»[13]. Именно отсюда -- с учетом религиозного характера ответа на чешский вопрос -- Масарик отталкивается, формулируя актуальную политическую программу: «Гуманизм как цель и программа нашего народа должен последовательно определять и нашу национальную тактику»[14]. Сущность этой тактики -- в постоянном этическом совершенствовании (в том числе и в форме отхода чешского народа от препятствующей ему воплощать свое историческое предназначение католической церкви) и работе по улучшению окружающего мира «малыми делами» -- а не в бесплодных «патриотических» кампаниях, характерных для большинства участников чешской политической сцены: «Гуманность -- это не сентиментальность, а работа и снова работа»[15].

Таким образом, Масарик парадоксально выступает как традиционалист-реформатор, ищет опору в традиции не ради прошлого (как его оппоненты вроде защитников подлинности «рукописей» -- а впоследствии и по «спору о смысле чешской истории»), а ради будущего.

Руководствуясь двумя главными политическими заповедями -- «малыми делами» и этической основой -- Масарик в 1899--1900 годы вступил во второй в своей жизни спор с большинством общества, выступив в защиту Хильснера (сюжет этого дела похож на более позднее «дело Бейлиса»). Хотя объективно дело окончилось неудачей (Хильнер был признан виновным), участие в нем Масарика, вновь оказавшегося в явном меньшинстве по отношению к актуальному общественному мнению, позволило впоследствии его сторонникам констатировать: «демократия для него не была никогда количественным примитивизмом, но моральным качеством и правлением морального качества»[16]. Таким образом, к началу Первой мировой Масарик уже имел опыт выступления практически в одиночку в защиту своих идеалов.

Как идеологу, Масарику удалось своими книгами взбудоражить чешское общество, вызвать дискуссии, к главной из которых -- так называемому «спору о смысле чешской истории», разгоревшемуся в преддверии мировой войны, мы еще вернемся. Как политик он был не так успешен. Созданная им партия «реалистов» по сути не вышла из интеллектуального «гетто». Однако у Масарика было то, чего недоставало его оппонентам -- его политика основывалась на четко определенном идеологическом фундаменте и могла гибко реагировать на изменения, не разрушая этого фундамента: ведь смысл чешской истории (и чешской политики) оставался неизменным. А поскольку смысл любой чешской политики Масарик видел в создании наиболее благоприятных условий для реализации «смысла чешской истории», постепенно он пришел к идее политической демократии как практического воплощения идей «гуманности» и среды, где для чешской нации создаются благоприятные условия. Пока они существовали в рамках Австрии, Масарик выступал за ее сохранение; после начала мировой войны им был сделан выбор в пользу «чехословацкого проекта».


[1] Формально по конституции 1920 года государство именовалось Republika Československá, то есть Республика Чехословацкая; такой порядок слов уже для тех времен был архаичен и являлся данью исторической традиции (ср. Království České -- Королевство Чешское и т.п.); чешский и словацкий неофициальный узус в целом принял иной порядок слов, как делает и подавляющее большинство историков, и мы, если речь не идет о прямых цитатах.

[2] Изредка -- в лингвистическом, этнографическом значении -- можно было встретить упоминание о чем-либо «чехословацком» (československý), например языке (в трудах сторонников теории о единстве языка) или национальных обычаях. Гораздо чаще употреблялось похожее слово českoslovanský, обозначавшее, однако, нечто иное -- «чешский и (обще)славянский» (иногда оба понятия путались -- не вполне уверенно употребляет их и К. Крамарж в цитированном нами выступлении на первом заседании Национального собрания). Известно, что М.Р. Штефаник, сам словак, выступал в пользу названия «Чешский национальный комитет», предпочитая его «чехословацкому», на том основании, что политики Антанты не поймут последнего прилагательного. Курьезом (хотя и имевшим серьезные политические последствия) в этой связи можно считать уже упомянутый нами ответ Франции и Англии президенту США В. Вильсону от 12.01.1917 о целях держав Антанты в войне, в котором говорится об «освобождении итальянцев, славян, румын и чехословаков» (курсив наш. -- А.Б.) И в этой формулировке чувствуется некая случайность, необязательность последнего слова: и действительно, оно было добавлено в текст благодаря успешному лоббированию Э. Бенеша во французском МИДе (Masaryk T.G. Světová revoluce. Praha, 1925. S. 148).

[3] В планах чешской эмиграции и антиавстрийского движения внутри страны было присоединение к будущей Чехословакии, например, Сербской Лужицы или даже «коридора» к Югославии и Адриатическому морю -- но не Закарпатья, тема которого возникла лишь в 1918 году.

[4] Под «революцией» в Первой республике понимались все события, приведшие к созданию ЧСР, в своей совокупности («зарубежная акция» или «сопротивление» сторонников Масарика, антиавстрийская деятельность чешских и словацких политиков, борьба «легионов» и т.п.): «Революция одержала победу над легитимистской косностью» (Т.Г. Масарик, Послание Национальному Собранию 22.12.1918). Масарик назвал «мировой революцией» саму Первую мировую войну и все изменения, произошедшие в мире в результате войны, в том числе, разумеется, и создание Чехословакии (Э. Бенеш «поправил» президента, назвав свои мемуары «Мировая война и наша революция»). При этом собственно события 28 октября 1918 года -- провозглашение республики в Праге -- революцией называл мало кто, для их обозначения укоренилось название «переворот».

[5] Masaryk T.G. Světová revoluce. Praha, 1925. S. 41.

[6] Masaryk T.G. Světová revoluce. Praha, 1925. S. 323.

[7] Marek J. Česká moderní kultura. Praha, 1998. S. 215.

[8] Поэтесса Элишка Красногорская писала: «иди к черту, мерзкий предатель... не смей более даже подумать о том, чтобы пользоваться нашим святым языком... забудь, что ты родился от чешской матери, мы исключаем тебя из нашего национального тела!», другой знаменитый стихотворец, Адольф Гейдук, утверждал: «Тебя родила не женщина, чешская мать, а злобная, пышущая ядом ведьма». И такое говорилось о будущем «батюшке Масарике», «президенте-освободителе» и т.п.

[9] Masaryk T.G. Česká otázka. Praha, 1969. S. 7--8.

[10] Zouhar J. Minulý konec století. Brno, 2000. S. 136.

[11]  Masaryk T.G. Česká otázka. Praha, 1969. S. 316.

[12]  Masaryk T.G. Česká otázka. Praha, 1969. S. 165.

[13] Ibid. S. 155.

[14] Ibid. S. 154.

[15] Ibid. S. 220.

[16] Černý V. Paměti I. 1921--1938. Praha, 1994. S. 145.

Обсудите в соцсетях

Главные новости

14:38 «Интерфакс»: Некоторые регионы Урала приостановили вакцинацию от коронавируса, так как использовали все дозы препарата
14:31 Власти Сахалина решили использовать QR-коды для вакцинированных вместо бейджей
14:18 Роспотребнадзор: антиковидная вакцина «Эпиваккорона» эффективна на 100%
14:07 «Утверждения относительно того, что кто-то кого-то боится, – это абсолютная ерунда»: Песков заявил, что Путин не боится Навального
14:00 Новый вид пауков был назван в честь канадского певца и поэта Леонарда Коэна
13:50 Из-за схода лавины в Норильске задержали еще двух дежурных диспетчеров администрации города
13:31 Суд не принял иск Навального к Пескову о защите чести и достоинства
13:17 Прокуратура: Перед ЧП в Домбае специалисты выстрелили для принудительного спуска лавины с горы
12:59 В Москве на ВДНХ решили установить две фигуры Берии
12:51 В Хабаровском крае создадут центр судебных экспертиз для содержания и лечения диких животных
12:13 Палестина получит 5 тыс. доз российской вакцины «Спутник V»
12:00 Более восьми тысяч лет назад обитатели острова на Онежском озере украшали себя лосиными зубами
12:00 Новость из прошлого: 19 января 2001 года — Иосифу Кобзону вновь закрыли въезд в США
11:59 Трамп отменил запрет на въезд в США из Европы. Байден пообещал его вернуть
11:49 Хабаровского журналиста оштрафовали на 75 тыс. рублей за съемку на протестах и в третий раз задержали
11:27 В России зарегистрировали более 21 тыс. случаев COVID-19 за сутки
10:37 Скончался бывший ведущий программы «Время» Игорь Выхухолев
10:05 СК возбудил дело о халатности после гибели человека под лавиной в Домбае
10:00 Электрические угри способны охотиться группами
09:55 «Оренбургнефть» экономит миллиард в год благодаря модернизации энергосети
09:34 Белоруссия получит компенсацию из-за лишения чемпионата мира по хоккею
09:25 РБК: самарского полицейского проверят на «слив» информации о поездках возможных отравителей Навального
08:44 Эпидемиолог предположила, что спад заболеваемости коронавирусом в России будет к лету
08:20 На Сахалине в купели для крещенских купаний нашли нефтепродукты
07:44 РАПСИ: Члены ОНК проверили условия содержания Навального в СИЗО и не нашли нарушений
07:13 Открытие парижского Диснейленда перенесли на апрель
06:37 Для расстрелявшего сослуживцев срочника Шамсутдинова запросили 25 лет колонии
06:08 После схода лавины в Домбае четырех человек нашли живыми
05:30 В мире с начала пандемии коронавирус выявили у 95,5 млн человек
18.01 21:53 В Петербурге на акции в поддержку Навального подрались две пожилые женщины. Одна из них была за Путина
18.01 21:19 Меланья Трамп заявила, что сделала Белый дом красивее
18.01 20:52 В Буйнакске после отравления сотен человек питьевой водой задержали главу «Водоканала»
18.01 20:06 В Красноярском крае владельца предприятия впервые осудили за загрязнение воздуха. Штраф составил 25 тыс. рублей
18.01 19:36 Навального отправили в СИЗО «Матросская тишина», суд об отмене условного наказания перенесли на пять дней
18.01 18:52 Минск лишили права проводить чемпионат мира по хоккею
18.01 18:42 Песков не стал в день ареста Навального общаться с журналистами, чтобы «не отвлекать их от Лаврова»
18.01 18:25 Один человек погиб в результате схода лавины на Домбае, восьми понадобилась помощь врачей
18.01 17:57 Навальный призвал сторонников выходить на акции протеста. Его штабы готовят митинги 23 января
18.01 17:31 Генсек НАТО призвал освободить Алексея Навального
18.01 17:10 Суд арестовал Алексея Навального на 30 суток
18.01 16:59 ТАСС и «Интерфакс»: на Домбае спасли женщину, попавшую под лавину
18.01 16:47 Туркменистан зарегистрировал вакцину «Спутник V». Местные власти утверждали, что в стране нет случаев COVID-19
18.01 16:36 Свердловский Минздрав передумал судиться с сайтом 66.ru из-за новости о смертности от коронавируса
18.01 15:56 Муж главреда «Рязань.Лайф» Жанны Шепляковой признался в ее убийстве
18.01 15:52 В РУДН появился курс астрологии. Ректор пообещал наказать его создателей за «за дискредитацию университета»
18.01 15:34 В районе Домбая лавина сошла на горнолыжную трассу. Под завалы могли попасть до 12 человек
18.01 15:28 Голикова: масштабное производство вакцины центра «Вектор» начнется с февраля
18.01 14:49 Лавров рассказал, что переболел коронавирусной инфекцией
18.01 14:38 Финляндия введет дополнительные ограничения на въезд
18.01 14:06 Родственники расстрелянных солдат потребовали от срочника Шамсутдинова компенсацию в 28 млн рублей
«АвтоВАЗ» «ВКонтакте» «Газпром» «Зенит» «Мемориал» «Мистраль» «Оборонсервис» «Роснефть» «Спартак» «Яблоко» Абхазия Австралия Австрия Азербайджан Антимайдан Аргентина Арктика Армения Афганистан Аэрофлот Башкирия Белоруссия Бельгия Болгария Бразилия ВВП ВКС ВМФ ВПК ВТБ ВЦИОМ Ватикан Великобритания Венгрия Венесуэла Владивосток Внуково Волгоград ГИБДД ГЛОНАСС Генпрокуратура Германия Голливуд Госдеп Госдума Греция Гринпис Грузия ДТП Дагестан Дания Домодедово Донецк ЕГЭ ЕСПЧ Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет Екатеринбург ЖКХ Израиль Ингушетия Индия Индонезия Интерпол Ирак Иран Испания Италия Йемен КНДР КПРФ Казань Казахстан Калининград Камчатка Канада Каталония Кемерово Киев Кипр Киргизия Китай Коми Конституция Красноярск Кремль Крым Куба Курилы ЛГБТ ЛДПР Латвия Ливия Литва Лондон Луганск МВД МВФ МГУ МКС МОК МЧС Малайзия Мексика Минздрав Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минск Минтранспорта Минтруд Минфин Минцифры Минэкономразвития Минэнерго Минюст Молдавия Мосгордума Мосгорсуд Москва НАСА Нигерия Нидерланды Новосибирск Норвегия ОБСЕ ООН ОПЕК Одесса Омск ПДД Пакистан Паралимпиада Париж Пентагон Польша Приморье РАН РЖД РПЦ РФС Росавиация Росгвардия Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Россия Росстат Ростех Ростуризм СМИ СССР США Сахалин Сбербанк Севастополь Сербия Сирия Сколково Славянск Сочи Таджикистан Таиланд Татарстан Трансаэро Турция УЕФА Узбекистан Украина ФАС ФБР ФИФА ФСБ ФСИН ФСКН Филиппины Финляндия Франция Хакасия Харьков ЦИК ЦРУ ЦСКА Центробанк Чехия Чечня Швейцария Швеция Шереметьево Эбола Эстония ЮКОС Якутия Яндекс Япония авиакатастрофа автопром алкоголь амнистия арест армия археология астрономия аукционы бактерии банкротство беженцы безработица бензин беспилотник беспорядки биатлон бизнес благотворительность блогосфера бокс болельщики вандализм взрыв взятка вирусы вузы выборы гаджеты генетика гомосексуализм госбюджет госзакупки госизмена деньги дети доллар допинг драка евро журналисты законотворчество здоровье землетрясение изнасилование импорт инвестиции инновации интернет инфляция ипотека искусство ислам исследования история казнь кино кораблекрушение коронавирус коррупция космос кража кредиты культура лингвистика литература математика медиа медицина метро мигранты монархия мошенничество музыка наводнение налоги нанотехнологии наркотики наука недвижимость нейробиология некролог нефть образование обрушение общество ограбление оппозиция опросы оружие офшор палеонтология педофилия пенсия пиратство планетология погранвойска пожар полиция похищение правительство право православие преступность продовольствие происшествия ракета рейтинги реклама религия ретейл робототехника рубль санкции связь сепаратизм следствие смартфоны смертность социология спецслужбы спутники статистика страхование стрельба строительство суды суицид тарифы театр телевидение теракт терроризм технологии транспорт туризм убийство фармакология физика фоторепортаж футбол хакеры химия хоккей хулиганство цензура школа шпионаж экология экономика экспорт экстремизм этология «Единая Россия» «Исламское государство» «Нафтогаз Украины» «Правый сектор» «Северный поток» «Справедливая Россия» «болотное дело» Александр Лукашенко Александр Новак Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев Алтайский край Амурская область Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антон Силуанов Аркадий Дворкович Арсений Яценюк Астраханская область Барак Обама Басманный суд Башар Асад Белый дом Борис Немцов Бутовский полигон Валентина Матвиенко Верховная Рада Верховный суд Виктор Янукович Виталий Мутко Владимир Жириновский Владимир Зеленский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин Вячеслав Володин Дальний Восток День Победы Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин Дональд Трамп Евгения Васильева Забайкальский край Интервью ученых Ирина Яровая Иркутская область История человечества Калужская область Кирилл Серебренников Кировская область Конституционный суд Космодром Байконур Краснодарский край Красноярский край Ксения Собчак Ленинградская область МИД России Мария Захарова Михаил Прохоров Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский Московская область Мурманская область Надежда Савченко Наталья Поклонская Нижний Новгород Николас Мадуро Нобелевская премия Новосибирская область Новый год Олег Дерипаска Олимпийские игры Ольга Голодец Павел Дуров Палестинская автономия Папа Римский Первый канал Пермский край Петр Порошенко Почта России Приморский край Рамзан Кадыров Реджеп Эрдоган Республика Карелия Ростовская область Саратовская область Саудовская Аравия Свердловская область Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Следственный комитет Совбез ООН Совет Федерации Ставропольский край Счетная палата Тереза Мэй Тюменская область Франсуа Олланд Хабаровский край Хиллари Клинтон Человек дня Челябинская область Черное море Эдвард Сноуден Элла Памфилова Эльвира Набиуллина Эммануэль Макрон Южная Корея Юлия Тимошенко Юрий Чайка авторское право администрация президента акции протеста атомная энергия баллистические ракеты банковский сектор биология большой теннис визовый режим военная авиация выборы губернаторов газовая промышленность гражданская авиация гуманитарная помощь декларации чиновников дороги России информационные технологии климат Земли компьютерная безопасность космодром Восточный крушение вертолета легкая атлетика лесные пожары междисциплинарные исследования мобильные приложения морской транспорт некоммерческие организации общественный транспорт патриарх Кирилл пенсионная реформа пищевая промышленность права человека правозащитное движение преступления полицейских публичные лекции российское гражданство русские националисты русский язык сельское хозяйство сотовая связь социальные сети стихийные бедствия телефонный терроризм уголовный кодекс фигурное катание финансовый рынок фондовая биржа химическое оружие хроники обнуления эволюция экономический кризис ядерное оружие Великая Отечественная война Вторая мировая война Ирак после войны Ким Чен Ын Революция в Киргизии Российская академия наук Стихотворения на случай Федеральная миграционная служба Федеральная таможенная служба борьба с курением выборы мэра Москвы здравоохранение в России связь и телекоммуникации тюрьмы и колонии Совет по правам человека аварии на железной дороге естественные и точные науки закон об «иностранных агентах» компьютеры и программное обеспечение видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» Новые технологии, инновации Сочи 2014 рейтинг Forbes Аль-Каида Кабардино-Балкария Левада-Центр Нью-Йорк Санкт-Петербург отставки-назначения шоу-бизнес Ростов-на-Дону ЧМ-2018 Книга. Знание ВИЧ/СПИД Путин20летназад новость20летназад Apple Bitcoin Boeing Facebook G20 Google iPhone IT Microsoft NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Telegram Twitter Wikileaks YouTube

Редакция

Электронная почта: polit@polit.ru
Телефон: +7 929 588 33 89
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2021.