НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

19 января 2009, 09:25

Обезопасить Афганистан

В ходе предвыборной кампании Барак Обама много говорил о ситуации в Афганистане. Фактически он утверждал, что он против войны в Ираке, так как она отвлекает внимание от Афганистана и от преследования «Аль-Каиды», - и это весьма печально, ибо войну в Ираке следует считать ужасной ошибкой независимо от того, что происходит в Афганистане. Он уже высказался в пользу афганской «волны» и планирует послать в эту область дополнительные военные бригады. Обама также дал понять, что он готов продолжать «операции» в Пакистане.

А между тем «волна» не принесет пользы, если только сам подход не будет фундаментально изменен. На настоящий момент существует огромное противоречие между «Войной с терроризмом», имеющей целью подавление врагов Америки военными методами, и намерением стабилизировать ситуацию и защитить афганское население. Это противоречие отразилось в существовании там двух центров активности: американских войск, осуществляющих «операцию “Несокрушимая свобода”» и Международных сил содействия безопасности (ISAF) – сил НАТО, уполномоченных ООН. Несмотря на то, что в различных коммюнике и на форумах высшие чины в администрации США, НАТО и ООН часто заявляют, что войну в Афганистане нельзя выиграть военными методами, и несмотря на то, что НАТО и США якобы применяют «всеохватный» и «всеправительственный» подход, в соответствии с которым факторы нестабильности в жизни простых афганцев искореняются как военными, так и мирными способами, тема международной интервенции по-прежнему понимается в терминах традиционной концепции безопасности, при которой стабилизация ситуации в государстве осуществляется по большей части военным путем, а охота за террористами и повстанцами приоритетна по отношению к защите мирного населения.

На наш взгляд, требуется иное. Но не вывод войск, так как это значило бы оставить мирных афганцев на милость «Талибана», милитаристов и наркоторговцев, нужен новый подход к безопасности человека, сфокусированный на защите каждого жителя Афганистана, а также соседних государств.

Ситуация в Афганистане не предвещает ничего доброго. За последние три года мирное население, которое также больше всех страдает от возрождающегося «Талибана», оказалось в эпицентре усилившегося вооруженного конфликта между силами НАТО и повстанцами. Кинетические операции, проводимые легковооруженными сухопутными ВС при мощной огневой поддержке, неизбежно приводят к многочисленным жертвам среди мирного населения и к так называемому «сопряженному ущербу». Американцы возлагают большие надежды на воздушные атаки, и это объясняется тем, что в этой огромной стране недостаточно вооруженных сил, и тем, что защита войск приоритетнее защиты мирных афганцев. О приоритетах этой войны свидетельствует и тот факт, что, как нам известно, за ноябрь 2008 г. войска коалиции потеряли 1011 человек, а по поводу жертв среди мирного населения вообще нет официальной статистики. Вероятно, они исчисляются тысячами от прямых обстрелов, и при этом еще больше погибает от побочных эффектов войны, например, болезней и бездомности.

Афганцы, помимо того, что они сейчас страдают от насилия, находятся в числе беднейших народов в мире. Согласно индексу развития ПРООН (Программы развития Организации Объединенных Наций) за 2007-2008 гг., Афганистан занимает 174-е место из 178. Даже после семи лет восстановления и развития (при внешней поддержке) огромный процент населения страдает от нехватки жилья, чистой воды, электричества  и не может позволить себе многие продукты питания из-за роста цен. Процент неграмотности и материнской смертности среди афганских женщин один из самых высоких в мире, а безработица всё еще колеблется в районе 40-70%, и шансов на улучшение мало.

По-прежнему, Афганистану помогают мало, гораздо меньше, чем требуется. Та небольшая помощь, которую Афганистан всё-таки получил, по большей части определяется не спросом, а предложением и отражает предпочтения доноров, а не реальные нужды населения. Отчет по эффективности гуманитарной помощи Оксфордского комитета помощи голодающим (OXFAM) / Ассоциации по координации возрождения Афганистана (ACBAR), опубликованный в прошлом марте, содержащий множество критических замечаний, указывает, что из первоначально обещанных 39 млрд. долларов поступило только 15 млрд. Из них «ошеломительные» 40% вернулись странам-донорам в виде доходов компаний и зарплат консультантам. Более половины международной гуманитарной помощи ограничено государственными правилами о закупках, которые требуют, чтобы ресурсы и услуги покупались в стране-доноре.

В экономике Афганистана главный источник средств – это наркоторговля. По данным за 2007 г., афганские поставки опиума по всему миру достигали 93%, что составило 52% от валового внутреннего продукта страны в рамках законного производства (ВВП) и 33% от общего ВВП. Последний отчет Управления ООН по борьбе с наркоманией и преступностью (УНП ООН) прогнозирует на 2008 г. еще больший рост производства в южных областях страны, больше всего пострадавших от повстанцев. Наркоторговля, предположительно, финансирует больше трети операций «Талибана». Это стало главной статьей дохода для полевых командиров, боевиков и криминальных организаций, а также для государственных чиновников, включая полицию.

США выступают сторонниками опрыскивания наркопосевов с самолетов, хотя ООН, НАТО и афганское правительство возражают против этого, так как в этом случае крестьяне могут перейти на сторону повстанцев и начать поддерживать «Талибан». За неимением иных средств к существованию, крестьяне видят в разведении мака единственный способ обеспечить своим семьям благосостояние. И даже в этом случае они получают менее 20% от общего дохода с наркоторговли, а остальное идет к сети наркоторговцев, спекулянтов, коррумпированных госчиновников и корыстных военачальников. Если программы по уничтожению маковых полей будут педалироваться, это только еще больше возмутит и без того уже нестабильные провинции. Ситуацию осложняет то, что в наркоторговлю вовлечены многие госчиновники, а правительство не может их за это покарать. К началу 2007 г. ни один высокопоставленный государственный чиновник еще не преследовался за коррупцию в связи с наркоторговлей.

Власть правительства Карзая практически не распространяется за пределы Кабула. Влияние бывших полевых командиров и бевиков, чьи злоупотребления и жестокость только форсировали переворот, организованный «Талибаном» в 1990-х гг., возрастает, создавая атмосферу страха, террора и полного отсутствия законов.  Когда в 2001 г. вооруженные силы Коалиции под предводительством США надеялись, что антиталибские партизанские отряды расправятся с «Талибаном», это только усилило власть этих действовавших изолированно полевых командиров. Во время Боннского процесса они в качестве вознаграждения получили места в правительстве. Это только закрепило традицию безнаказанности и успешно подчинило государство этим полевым командирам.

Ни в чем это не проявлялось с такой очевидностью, как в случае с афганской полицией, которая находится в полном распоряжении полевых командиров и которая всё чаще используется для подавления и грабежа мирного афганского населения. Кроме того, международные вооруженные силы переориентировали ту же самую полицию с правоохранительных задач на борьбу с повстанцами. Такое изменение приоритетов еще сильнее обесценило главную функцию полиции – защиту населения и поддержание правовых норм, что повлекло за собой еще большее недоверие к ней.

Как и полиция, система правосудия страдает от необузданной коррупции, недостатка человеческого капитала и зачастую подвергается политическому давлению. Это приводит к вакууму, который во многих областях Талибан с охотой заполняет своими параллельными правительствами. Их суровая судебная система оказывается более предсказуемой и надежной, чем коррумпированное, медлительное и неэффективное официальное правосудие. Они немедленно выпускают постановления по целому ряду уголовных и гражданских дел, включая земельные и семейные споры, споры о долговых обязательствах, грабежи и убийства. По сути, они выполняют основополагающие управленческие задачи, которыми должны заниматься полиция и судебная система.

Кроме того, «Талибан» проявляет большее мастерство в использовании разнообразных СМИ, преувеличивая свои сильные стороны, представляя себя в роли национального движения и играя на законных жалобах местного населения. Стремясь к более широкой народной поддержке, ««Талибан»» взывает к национальным и религиозным чувствам граждан, и с этой целью ставит этот конфликт в контекст войны за ислам. Обращения, озвучиваемые «Талибаном», неизменно просты и представляют его в виде справедливой – в отличие от коррумпированного правительства Афганистана – силы. Правительство и международные войска, наоборот, обычно используют оперативно-стратегическую систему коммуникаций, выраженную в форме указаний «сверху», которые зачастую непоследовательны и в целом противоречат бытовому опыту простых афганцев.

В отличие от полиции и судебной системы, Афганской национальной армии (АНА) по большей части удается завоевывать уважение и доверие простых афганцев, и ныне она считается наименее коррумпированным из развивающихся институтов страны. Хотя АНА формировалась практически «с нуля», сегодня она насчитывает 70 000 человек, и в ближайшие пять лет планируется расширить ее до свыше 130 000 человек. Но, несмотря на растущий профессионализм, для борьбы с мятежами этой армии до сих пор не хватает ни умений, ни ресурсов. И действительно, недавний правительственный доклад США выявил, что армия страдает от критической нехватки снаряжения, неспособна проводить операции без поддержки международных войск и отличается высоким уровнем дезертирства.

На оперативном уровне, работа международных сил в Афганистане остается разобщенной и страдает от недостатка последовательности и слаженности действий. Эта путаная международная структура оказалась крупнейшим препятствием на пути операций в Афганистане. Разногласия, соперничество и вражда между различными группировками международных сил (то, что было названо «организационным трайбализмом») мешало выработке связных стратегических принципов и интеграции различных частей работы по стабилизации и восстановлению. Само количество участников процесса усложняет развитие структур, отвечающих за координацию. Помимо двух отдельных групп войск, есть еще несколько агентств ООН, трое специальных гражданских представителей (ООН, ЕС и НАТО), десятки двусторонних агентств по развитию и тысячи неправительственных организаций и подрядчиков, участвующих в восстановлении страны.

И, наконец, следует, разумеется, упомянуть, что война продолжает распространяться. Хотя шесть соседних государств обещали невмешательство, подписав в 2002 г. Кабульскую декларацию, они продолжают поддерживать связи со своей клиентской сетью в Афганистане, которые могут в случае чего дестабилизировать страну. Укрытие и база повстанцев на пакистанской территории, где они вербуют новых членов, продолжает оставаться одной из главных угроз стабильности в Афганистане. Недавние атаки в Мумбаи выявили сложные региональные разветвления этого продолжающегося конфликта.

Что здесь можно сделать? Как противопоставить этим колоссальным проблемам подход, в основе которого лежит безопасность человека?

Прежде всего, гуманистический подход к безопасности должен положить конец воздушным атакам и переориентировать военную тактику: вместо того чтобы нападать на повстанцев, нужно защищать население и работать на местном уровне. В США говорят о том, что генерал Петреус воспользовался подобным подходом, ориентированным на население, в ходе «волны» в Ираке. Но, не говоря уже о том, что эффективность самой этой «волны» находится под большим вопросом, применить это в Афганистане было бы еще труднее: тамошнее население гораздо более рассеяно, а по территории труднее пробираться. Для этого потребуется иной тип сотрудничества с местным населением: сначала нужно учредить систему местных властей, которые бы защищали права гражданского населения и отвечали бы за соблюдение правопорядка. Далее, нужно разработать новый инструктаж, чтобы войска в сотрудничестве с местным гражданским руководством смогли понять и начать разрабатывать адаптированные к местным условиям стратегии и тактики безопасности. Только путем непосредственного сотрудничества и открытого, прозрачного сотрудничества с местным населением они смогут принять участие во всеобщем гуманистическом проекте безопасности, который заслуживает репутацию законного мероприятия в глазах общественности, уменьшит число повстанцев и создаст условия для развития.

Во-вторых, необходимо как можно быстрее перераспределить экономические и военные ресурсы и сосредоточиться, в первую очередь, на том, чтобы обеспечить местное население коммунальными услугами и законными способами заработка. Лидеры НАТО постоянно твердят о важности восстановления страны, но они видят в нем дополнение к военным действиям и жалуются, что штатские для этого слишком мало делает. Но без безопасности деятельность в экономической сфере невозможна; экономика начнется только при условии, что подход к безопасности изменится, и его главным приоритетом будет защита и стабилизация. Легитимные способы заработка включают, в частности, наличие каких-нибудь сельскохозяйственных альтернатив наркопроизводству или легальное производство опиума в медицинских целях (например, для производства кодеина или морфина), как предложила французская НПО Senlis.

В-третьих, и для безопасности, и для организации действующей легальной экономики необходимо учредить легитимную политическую власть и покончить с привычной безнаказанностью. Грядущие выборы в Афганистане в 2009 и 2010 гг. могут дать новую возможность вернуть доверие населения; для этого нужно исключить кандидатов, замешанных в зверствах или имеющих связи с организованной преступностью, в случае необходимости последовательно предъявляя им официальное обвинение и отводя их кандидатуру; в ходе предыдущих выборов этого не делалось. Помимо отвода кандидатов, крайне важно предоставить технические и финансовые возможности, чтобы с их помощью обеспечить полноценное функционирование органов правопорядка (что включает надлежащие процедуры отстранения полицейских и судей) которые бы работали по правилам, и министерства внутренних дел, обеспечивающее качественный надзор. Кроме того, необходимо продолжать создание и укрепление легитимной и самостоятельной армии, которая бы постепенно заменила собой международные вооруженные силы. Это помогло бы также бороться со слухами о постоянных базах США и долгосрочной оккупации, которые успешно используются повстанцами в целях пропаганды и сеют беспокойство в соседних с Афганистаном странах.

Легитимность, помимо прочего, предполагает вовлечение в политические процессы простого афганского населения, особенно женщин. Это бы также значило найти «точки соприкосновения» с повстанцами (с которыми возможно достичь примирения). Большинство рядовых повстанцев – это люди, недовольные своей жизнью: у них нет работы, и им надоели коррупция и слабое правительство. Необходимо переосмыслить оперативно-стратегическую систему коммуникации, чтобы она выражалась не в указаниях «сверху», а была бы настоящим посредником, передающим недовольство афганцев не только через СМИ, но и в форме общественной полемики, на местных советах и других безопасных форумах.

В-четвертых, нужно придать ООН статус главного органа, координирующего стратегию, обеспечивающего руководство и задающего направление. Кроме того, США должны подписать с афганским правительством соглашение о статусе своих войск, участвующих в операции «Несокрушимая свобода», и действовать в рамках полномочий ООН. Законодательный вакуум развязал руки американским войскам, что привело к необоснованным арестам, применению пыток и безответственному отношению к потерям среди мирного населения.

Наконец, необходимо создать многостороннюю региональную систему, куда бы входили правительства и гражданские общества всех соседних (и не только соседних) государств. Без переговоров с Ираном, Пакистаном, Индией и государствами Средней Азии мир и стабильность в регионе будут оставаться иллюзией.

Сможет ли администрация Обамы добиться всего этого в сотрудничестве с союзниками по НАТО? Есть риск, что охота за Осамой бен Ладеном будет и дальше оставаться стержнем этой истории, а так называемая стратегия, ориентированная на население, будет рассматриваться новой администрацией как средство к достижению цели – победить «Аль-Каиду». Пока не изменятся приоритеты и защита афганцев не станет столь же важной задачей, как защита американцев, придется ожидать худшего: конфликт распространится по всему региону и, вероятно, в устрашающей форме обратится на Запад, как это произошло в Мумбаи.

Мэри Калдор - профессор глобального управления (Лондонская школа экономики), член группы по изучению безопасности человека, готовящей материалы для верховного представителя ЕС по внешней политике и безопасности Хавьера Соланы.

Марика Терос работает вместе с Мэри Калдор в Центре изучения глобального управления при Лондонской школе экономики. Она готовиться защитить диссертацию по военной политике США.

Редакция

Электронная почта: [email protected]
VK.com Twitter Telegram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2022.