НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

10 апреля 2010, 17:42

"Сретенье" СОБОРНОСТЬ

Картина Евгения Ицковича

Картина Евгения Ицковича

Церковь моей жизни… Это нечто с трудом проговариваемое сквозь детское косноязычие, пробующее на языке орешковый лепет. Это то, чем заканчивается речь и путь, путь изначальный – путь речи.

Нарышкинское барокко... барок-ко... как будто мама ведет за руку, а ты неуверен и спотыкаешься, пробуешь башмачком подошву асфальта – барок-ко... нарыш-кинское...
Так и повелось. Подъезжая к дому поездом метро, тоскуешь, скучаешь, но как только улыбнется тебе золотая луковица нарышкинская... – всё…приехали!.. Счастье, трепет... дома!
Сознание мира детского, как и карта древности на трёх китах, непременно оканчивается церковью. Весь район укрепляется ею и как бы берёт в название.

Ну, право, откуда бы ещё такая нежность, такая по-птичьи вытянутая шея, если бы не она – «Покрова в Филях». Ну разве есть ещё такое, только послушайте: Фи-ли... Это потому, что под Покровами.

А если уж надо совсем где-то далеко – на другом конце – не обратной стороне луны, то и длиннейший путь придомного автобуса заканчивается прозрачным отражением красной кладки с розовой кисеёй раствора стен женского монастыря.

– Здравствуй, Новодевичий! Здравствуй, Нарышкинское барокко!
Я возвращаюсь по приметам жизни.

Метро – это первый шаг на порог. Метромост от Смоленской через Москва-реку на уровне третьего этажа – это второй. Жутко: въезжаешь в стену жилого дома, и, кажется, вторгаешься коричневой кожей сиденья в чужую постель, чужую интимную жизнь, и тут же, от теплого пара совокупления, выскакиваешь на чистый воздух, на просторную волю реки!

– Есть ли кораблик? Можно ли потрогать?

А вон и буй, и пристань, и гранитные берега! И здесь река, как сердце между ребер бьется, плещется, успокаивается.

И тут уж не зазеваться, через пролёт с туннелем, через Киевскую и Студенческую – моё дерево, моя круглая загадка. Оно первое расцветает и последним становится прозрачным, и тогда на его разоренных ветвях обнаруживается гнездо и птица – сторожевой подъездных путей.

Так близко, что из окна рукою достанешь, и уместишь ствол на ладони ребенка! Всего через несколько путей, у домика железнодорожного смотрителя, скользящего между рельс и похожего на каменную конуру неведомого мастодонта металлолома. Но никогда, никогда не мог я взять в губы листик его, и ощутить языком зелёную мякоть причащения!

Так близко, но не дойти – всё загорожено будками и заставами, пропусками и недоверием. Оттого-то и не знаю я дерева моего. Кто ты – Липа или Тополь? Или, быть может, Вяз? Круглое, рисунок жизни смятой копиркой на белом листе, древо мира, Вседрево.

Иногда поезда устраивают соревнование, и метропоезд нагоняет электричку, чтобы уже отстать навсегда у ближайшей станции. И ты болеешь, ёрзаешь на сиденье, только бы твой поезд обогнал уходящий, только бы твое окно вырвалось вперёд, хоть на грудь. А потом устаешь, обмякаешь. Они же куда-то в другое место, не к дому... в Киев!..

И, опустошенный, погружаешься в транс туннеля…

Кутузовская, Фили – неужели и вас когда-нибудь переименуют?!

И здесь спиной ощущаешь пронзительный окрик холодной глади.

– Река!

Но уже другая, сосредоточенная, с красным баком на сером теле, с низким купающимся берегом, под высоким мистралем звездного неба... и попыткой опомниться считаешь вагоны расходящегося с моста за пустынные горизонты товарняка: 1, 2, 3... 30... 50... 100...

Всё!.. Умерли!..

Подъездные пути, сдавленные заводами, цехами – вдруг открываются куполом золотых покровов, и пока ещё смотришь, твердишь глазами крест, поезд заученно выговаривает: «Суворовское училище, детский парк, депо с часами в дальнем конце на здании. А сколько же там?..

Дома!!!»

Разговоры из детства:

– Пойдём к старым складам за «Детский парк», знаешь, церковь?

–А что в ней хранится?
Разговоры из юности:

– В нашей церкви «Покрова в Филях» теперь музей Андрея Рублёва. Там будет концерт, очень хорошая музыка, пойдём?!
И в молчании провожаю взглядом, нет – душой, нет – сердцем!!!
Я уезжаю!!..

На долгий путь Нарышкинским барокко
Я был отпущен с раннего утра.
Я тихо молвил горькое – Ура!
Прощай, прощай – звучало, как – пора!
Я поклонился храму или року.

И долго ждали «Покрова в Филях»,
Пока я скроюсь в долгий пласт дороги,
Пока замрут встревоженные боги,
И небо покраснеет на углях.

3-4.06.1991г. © ЕСИ

http://www.algabriona.ru/
eciarteci@mail.ru

Еще Евгений Ицкович

Обсудите в соцсетях

Редакция

Электронная почта: polit@polit.ru
VK.com Facebook Twitter Telegram Instagram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2022.