15 октября 2019, вторник, 16:29
VK.comFacebookTwitterTelegramInstagramYouTubeЯндекс.Дзен

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

Что можно считать критерием хорошей медицины?

Е. Парнес и Р. Фрумкина
Е. Парнес и Р. Фрумкина

Мы продолжаем разговор о доказательной медицине и состоянии нашего здравоохранения нашего постоянного автора, лингвиста и гуманитарного эксперта, доктора филологических наук Ревекки Марковны Фрумкиной с доктором медицинских наук Евгением Парнесом.

Р.М. Фрумкина: Я тут решила сосчитать число моих постоянных лекарств: получилось 10 наименований. К счастью, почти все можно просто заказать по телефону или по Интернету: привезут и в разгар очередной эпидемии гриппа, и в гололед. Как подумаю, что какой-нибудь невинный калий или магний начнут отпускать по рецепту – я не настолько здорова, чтобы выслушивать дежурную фразу участкового врача «а что вы хотите в вашем возрасте?». Тут я пессимист…

Е.Я. Парнес: Один мой знакомый, известный академик, всякий раз, приезжая на лето в Москву из США, при встрече задает мне примерно один и тот же вопрос: «Ну и как состояние нашей медицины?». Правда, в последнее время, сразу на него сам и отвечает, добавляя: «Впрочем, вы к развитию медицины в России относитесь оптимистично».

Это действительно так. Я привожу примеры: в наших больницах появились приборы, о которых раньше можно было только мечтать; некоторые заболевания отныне можно лечить препаратами в соответствии с европейскими и американскими протоколами. Кардиологических больных стали чаще оперировать, многих запущенных онкологических больных – лечить химиопрепаратами. Вот собираются в больнице поставить установку для коронарографии, и тогда лечение инфарктов миокарда выйдет на новый уровень.

Р.Ф.: Ну, а в целом? Что следовало бы считать главным критерием, который мог бы отражать развитие медицины в стране? Конечно, есть официальные критерии, такие как смертность, заболеваемость, рост хирургической помощи, объем хирургической помощи по нозологиям и т.д. Да и вообще в СМИ утверждается, что все мы умеем, и все у нас делается…

Е.П.: Для каждого отдельного больного и его близких очевидным критерием состояния медицины служит, прежде всего, то, могут ли помочь непосредственно ему/ей.

Вопрос этот в очередной раз встал для меня остро, когда резко ухудшилось состояние моей соседки по даче. В связи с появлением приступов стенокардии в покое, а затем и приступов отека легких она была госпитализирована в московскую больницу. Вскоре стало ясно, что без оперативного вмешательства на сердце шансов прожить хотя бы еще полгода у нее уже нет. Договариваемся о консультации в одном крупнейшем кардиоцентре, где проводятся такие операции. Результат: «Из-за критического стеноза устья аорты операция противопоказана».

Следует сказать, что пациентке 84 года. В других московских центрах сердечно-сосудистой хирургии – тоже отказ, как только узнают возраст. А теперь представьте мое положение, когда ее дочь спрашивает меня, можно ли все-таки помочь? Ответ очевиден всем – только операция может дать шанс выжить.

И тут мне вспомнилась давнишняя история про подругу моей тети. Когда ей шел 81-й год, у нее возникла тяжелая стенокардия, а затем и приступы удушья. Назначенные лекарства на полгода год улучшили ее состояние, но потом все равно в с хроническим отеком легких она попала в Боткинскую больницу, где работала, уже будучи на пенсии.

Лежала она в Боткинской относительно долго, но состояние ее только ухудшалось. Спала она только на стуле, перемещаться по палате не было возможности. Тетя мне звонила в ужасе, что все плохо, и финал, вроде бы уже близок. А я как раз тогда, в 1999 году поехал в Израиль и зашел там в клинику, где работал бывший ассистент нашей кафедры.

Много чему я там удивлялся. Но один случай произвел на меня особое впечатление. Поступает женщина 94 лет с отеком легких. Ей через 1-2 часа делают эхокардиографию, а вскоре подходит доктор и говорит, что необходимо выполнить оперативное лечение: сузить отверстие между камерами сердца – и «согласна ли она на операцию?». То есть оперировать 94-летнюю пациентку – обыденное дело..

Поэтому, когда я вернулся в Москву, то сразу же связался с врачом института трансплантологии и рассказал историю про подругу моей тети. А врач сказала, что, скорее всего, они возьмут ее на операцию, но больную нужно посмотреть. Однако зав. терапевтическим отделением консультацию кардиохирурга категорически запретил: «только через мой труп, умирать будет здесь». Тогда была применена маленькая тактическая «хитрость». Подругу тети выписали из больницы под расписку и сразу же переправили в институт, где ее и прооперировали. Конечно, там было не всё гладко, но она выжила и прожила еще 11 лет.

Кстати, этот случай докладывался через два года после операции на обществе кардиохирургов, куда подругу тети привезли на такси, а вот обратно в суровый мороз она ехала уже своим ходом и – увы! – схватила инфаркт миокарда.

В этой ситуации меня больше занимает не то, что хирурги – молодцы, а заведующий отделением, который решил, что в его праве решать, будет дальше жить пациент или нет.

Р.Ф.: И тогда возникает вопрос, а от чего зависит решение врача оказать полноценную помощь? И кому определять, жить человеку дальше или нет?

Е.П.: В связи с этим вспоминается другая история, связанная с моим дядей. У него в результате наличия в желчном пузыре множества мелких камней за год было три эпизода острого панкреатита, по поводу которых он госпитализировался. Прихожу на беседу с лечащим врачом. Вывод: «ему операция противопоказана». Однако речь идет об операции удаления желчного пузыря, которая в этой ситуации является основным методом лечения!

«Почему противопоказана?», – спрашиваю я у врача. Ответ: «Во-первых возраст – 80 лет, во-вторых, он уже дважды переносил операцию аортокоронарного шунтирования, и у него стоят стенты в сонной и почечных артериях. Он не перенесет». Мой ответ: «Да, он перенес эти операции, и именно поэтому у него сейчас и нет проблем, связанных с работой сердца, кровоснабжением почек и головного мозга, а вот поджелудочная железа с каждым приступом постепенно погибает, и лечение должно быть только оперативное». «Хорошо, мы соберем консилиум и тогда решим, будем его оперировать или нет».

Когда я пересказал этот мой разговор с лечащим врачом жене моего дяди, то ее ответ был категоричен: «А я и не дам им его оперировать, мы полетим в Израиль». Вскоре дядя выписался из больницы, и они улетели в Израиль, где дядю сразу же прооперировали, а через неделю он вернулся домой. И больше у него приступов острого панкреатита не было.

Вас интересует мнение консилиума в этом привилегированном отделении крупной московской больницы? Как вы и догадывались, участники консилиума в оперативном лечении отказали.

При этом понимание проблемы женой моего дяди точно отражает ситуацию в нашем здравоохранении. Она точно нащупала критерий оценки уровня профессионализма, который можно сформулировать так: если врачи бояться оказывать медицинскую помощь пожилым людям, значит они (а в случае с хирургией – вся команда: хирурги, анестезиологи, реаниматологи, сестры) не профессионалы.

То есть они что-то иногда делают на легких больных, и тогда у них чаще всего получается.

Р.Ф.: Но у проблемы оказания врачебной помощи пожилым людям есть и еще морально-нравственный аспект.

Е.П.: Бесспорно. Как часто слышишь от врача: «Ну вот, еще одного дедка привезли», – и это про работающего мужчину в возрасте 75-80 лет. Студенты часто на занятиях устраивают дискуссию – «Зачем лечить таких старых людей, кому это нужно?». (Случается, кстати, что и родственники больных бывают разочарованы, когда им сообщают, что их дедушка или бабушка поправились и скоро будут выписаны домой).

Р.Ф.: А есть в вашей практике случаи, которые могли бы быть очевидным ответом на такие вопросы.

Е.П.: Первый ответ я получил вскоре после окончания института. Правда, это не касалось именно пожилого человека, но, тем не менее, история, мне кажется, будет к месту. Как-то раз в мое дежурство оставили под наблюдением женщину с распадающимся раком молочной железы. Прихожу проверить и вижу ужас… Про себя думаю: ну и ?... Однако разговорились. Главная ее фраза, которая до сих пор сидит в моей памяти:

«Да с тех пор, как я заболела, я впервые жить начала, мир узнала. Ведь до этого дом-работа-дом, а сейчас я каждый день в театры, на выставки хожу…».

Р.Ф.: Эта больная вообще не собиралась умирать в то время, которое для нее было реально обозримым – это «смерть вообще», не моя собственная…. Когда-нибудь, несмотря на рак, несмотря на все…

Похожим образом жила моя кузина с фатальным заболеванием крови – она вообще никогда ничем не болела, а тут одна пневмония за другой, далее – Гематологический Центр; жила на уколах – а при этом поехала хоронить сотрудника конструкторского бюро, где она работала много лет; даже зашла на обратном пути к нам на дачу – благо это было близко – и наотрез отказалась от такси; вернулась в город на электричке. Была тщательно одета и причесана, оживленно играла со своими племянниками и в свои 66 выглядела (при своем недуге!) на 50. Еще год прожила…

 Е.П.: А вот история про пожилого, точнее – старого человека. Пригласили меня однажды к мужчине за 80, который по поводу пневмонии около полутора месяцев пролежал в ЦКБ и теперь в бессознательном состоянии с температурой 39-40, с выраженной одышкой, с выкашливанием кусков легкого был выписан из больницы. И тут вдруг звонок из Америки, где в это время работал его сын, на предмет того, какой прогноз у его отца. Ну, я честно и сказал, что если он хочет успеть на похороны или проститься с отцом, то пусть срочно вылетает.

А родственники, которые были в Москве, настаивают, чтобы я что-нибудь сделал. К этому времени в Москве появились новые антибиотики, я и назначил их два сразу, плюс еще много всякой всячины. Можете представить мое удивление, когда примерно через неделю позвонил его сын уже из Москвы и говорит, что температура стала снижаться, и что делать дальше?.

Долго мы его потом лечили: прошла пневмония, затем постепенно зажили пролежни. Он пришел в сознание, стал ходить по квартире. И вот тут свершилось неожиданное. Он стал центром этой семьи. То есть раньше он всегда был на работе, и родственники практически о нем ничего не знали. А тут каждый день приезжают домой родственники, он начал им петь (чему родственники были необычайно удивлены), уговорил крестить внуков (это бывший партийный министерский работник) и т.д.

Его жена, всегда до этого потихоньку бранившая мужа, в отношениях с ним стала сама кротость. То есть наступила какая-то семейная идиллия, чем со мной с восхищением делились его дочь и сын.

Кончилась эта идиллия, правда, так же мистически, как и началась. У больного случился тромбофлебит вен нижних конечностей, в связи с чем был назначен гепарин, а внутривенные вливания гепарина проводили через катетер, установленный в вену на ноге, так как все вены на руках были исколоты.

Тромбофлебит тоже прошел, но однажды медицинская сестра, дежурившая у него дома, забыла закрыть отверстие в катетере, и больной истек кровью во сне. Можно спросить, ну и что дали ему эти 3 месяца жизни? Надо ли отвечать?

Р.Ф.: Во-первых, знать это наверняка никому не дано… Во-вторых, если бы сестра закрыла катетер, то это могли быть не три месяца, а полгода, а то и больше – больной ведь был адекватен обстоятельствам, его бы продолжали лечить. Был уход, семья…

Е.П.: А еще меня удивил случай в Израиле. Поступил в отделение практически умирающий дедушка за 80 лет в глубокой деменции из дома престарелых (то есть как бы совсем уже «никому не нужный») с урогенным сепсисом. В течение нескольких часов установили, что сепсис вызван синегнойной инфекцией, и начали вливать огромные дозы сверхдорогих антибиотиков внутривенно (эта бактерия устойчива ко многим антибиотикам). На высказанное мною удивление русскоязычный врач с негодованием ответила: «А как же иначе?».

Р.Ф.: Мне кажется, что отношение к пожилым – это такая лакмусовая бумажка для недоразвитого общества слобод и «недогородов», которое уже не является ни в какой мере традиционным сельским, но и городским оно тоже не стало – все цивилизационные процессы поверхностны и фрагментарны.

Мало того, что наше здравоохранение – бедное; оно не может быть принципиально более гуманным и цивилизованным, чем общество в целом – а поскольку современное общество – массовое, здравоохранение тоже может быть или реально массовым (помощь оказывается всем, и ее доступность в главном не зависит от того, богат больной или беден) или никаким. 

Мы декларируем одинаковую помощь всем, но реально она оказывается «по минимуму» – старшее поколение в «недообществе», где утрачены традиции и не возникло новых социальных привычек, изначально ущемлено и бесправно, отсюда априорное высокомерие по отношению к хронически немощным, старикам и уж тем более – к психически ущербным.

Традиционное общество имело свои ресурсы поддержания слабых и ущербных (например, феномен «хождения в кусочки», описанный еще А.Н. Энгельгардтом); все это ушло. В среднем общество не стало богатым, но, утеряв все традиции, не приобрело взамен новых навыков и не нажило «общего богатства» социальных связей, что позволило бы оказывать помощь всем нуждающимся хотя бы в пределах наличных возможностей. 

Е.П.: Читатели могут подумать, что вообще суперпрофессионалы находятся только вне границ нашей Родины. А это не так.

В связи с Вашими соображениями не могу не рассказать историю про свою тетю. Как-то после пневмонии у нее выявилась тяжелая анемия. Пообследовали ее в больнице – причин для анемии нет, в гематологическом центре (НИИ Гематологии) сказали – «это не наше» и предложили поискать онкологию. Тетю «прокрутили» с головы до пят, но опухоли не нашли. А анемия на фоне разных «бабушкиных средств» вроде бы и сама собой исчезла.

Через полтора года анемия вернулась, только стала сопровождаться снижением тромбоцитов. Опять обследование в гематологическом центре. Опять «не наше», но «для лечения анемии ложитесь в Боткинскую, там вам кровь покапают». Тете эта процедура очень понравилась, так как после переливания крови она сразу пошла гулять по больничному парку, хотя перед этим с трудом волочила ноги. Но тромбоциты продолжали снижаться, а возврат плохого самочувствия был уже через 2 недели. Повторное переливание крови такого сказочного эффекта уже не имело.

И тут тетя «взбунтовалась»: она не хотела в такой степени быть привязана к гематологическому отделению, тем более что эффекта переливания крови хватало на 1-2 недели. Опять повторное комплексное обследование в гематологическом центре и опять заключение «не наше».

А ситуация серьезная, так как тромбоцитов почти нет, анемия тяжелая, диагноза нет, а следовательно, любой эмпирический способ лечения можно подвергнуть сокрушающей критике.

Ищу гематологов. Подсказали выход на гематолога в Германии, притом русского происхождения. Она отказывается давать какие-либо консультации, но говорит, что в Москве есть один Настоящий Гематолог, к которому можно попасть. Попадаем к нему на прием примерно через четыре месяца после обследования и первого переливания крови. Он все выслушал, взял старые стекла с трепанобиопсией, посмотрел под микроскопом, почитал результаты проведенных ранее анализов и сказал, что это довольно банальный вариант течения В-лимфомы (по-старому – хронического лимфолейкоза). Заболевание требует комбинированной химиотерапии, которую, конечно, нужно было бы назначить значительно раньше. Его диагноз потом полностью подтвердился, а я увидел воочию суперпрофессионала.

…Потом мы больше месяца ждали свою очередь на госпитализацию в гематологическое отделение, а далее на 3-й неделе госпитализации врач сказал: «да вы с ума сошли, какая химиотерапия, бабушке 84 года». Тогда все стало ясно, и моя тетя сбежала из больницы. Тетя и раньше сбегала из больницы, например, когда при первой госпитализации по поводу выявленной анемии ей постоянно объясняли, что анемия вероятнее всего вызвана раком – что частично оказалось правдой, так как лимфома – это злокачественное разрастание клеток крови. Ей это было очень неприятно слышать, и она тогда сказала «увези меня отсюда» – и мы поехали из больницы прямо на выставку Шагала.

Р.Ф.: Еще один пример того, что возраст в паспорте довольно относительная характеристика…

Е.П.: Кстати, когда тетя отказалась от повторных переливаний крови, так как это крепко привязывало ее к больнице, мы с ней договорились, что я назначу ей лечение (хотя и не знаю диагноз), которое ей позволит жить без больницы и чувствовать себя более или менее хорошо, но которое на течение самого заболевания не влияет, а может даже несколько его усугубить. Действительно, на фоне средних доз глюкокортикостероидов у нее практически исчезла анемия, и резко выросли тромбоциты.

Как только тетя поняла, что так можно спокойно жить, она купила себе путевку на автобусе по скандинавским странам на 14 дней. А потом гордилась, что ходила с группой ко всем замкам и даже поднималась в долину троллей в Норвегии. И потом она еще ездила в Торжок в музей Пушкина, а за две недели до появления симптомов резкой прогрессии заболевания пошла на ночной спектакль, на который позвал ее знакомый актер. С гордостью она говорила, что никого в зале близкого с ней возраста не обнаружила...

Р.Ф.: Возраст как таковой вообще лишь одна из координат, зато эта координата открыта всем, а иногда еще и внешне весьма заметна, хоть и обманчива, притом в обе стороны: бывают такие иссохшие на вид старики, а на деле – они крепки как старое дерево… И тут же вполне бодрая полноватая женщина неопределенного возраста, которую старушкой не назовешь – а у нее неоперабельная опухоль мозга …

В бесчеловечном социуме не задумываются о том, что не так уж мал процент тяжелых, в конечном счете неизлечимых больных, которым сегодняшний уровень медицины в принципе позволяет продлить их жизнь, притом она может быть достаточно полноценной – но надо, по меньшей мере, задаться такой целью. Суммарно наличие или отсутствие такой установки и есть показатель уровня здравоохранения, а в нашем обществе – свидетельство того, как социум приспосабливается, мирится и закрепляет равнодушие по принципу «умри ты сегодня». 

Е.П.: Кстати, еще раз о профессионализме. Когда обсуждалось здоровье моей соседки по даче, я все время вспоминал один разговор с моим знакомым, человеком «в летах» – ему было около 65. Я помню, что он когда-то не просто много курил, а зажигал новую, как только докуривал предыдущую сигарету. А тут вижу – он не курит и спокойно относится к тому, что другие курят. «Что случилось?» – спрашиваю. –  «Да вот, как соперировался, шунты поставил, больше и не курю». Разговорились. Оказалось, что как только у него появились боли в груди, он обследовался, и врачи установили, что надо делать шунтирование. Тогда он поехал к своим соплеменникам в институт сердечно-сосудистой хирургии (он грузин), чтобы выяснить, где лучше всего делают АКШ. Ему сказали – да давай у нас, На что он ответил «дудки!» и поехал в Германию.

Далее были вполне ожидаемые слова про то, как он перенес операцию: все очень четко, быстро, на 2-й день перевод из реанимации в палату и т.д. Его там еще поразил своего рода конвейер по проведению шунтирования. Врач за день делает, если я правильно его понял, четыре операции. То есть одни врачи подготавливают операционное поле и т. д., а вот накладывает сами шунты только один ведущий хирург.

Я ему задал только один вопрос: «В вашей группе оперированных больных, которых на седьмой день после операции вывели пешком в парк на реабилитацию, сколько было лет старшему?». Его ответ был «101 год». А вот дальше фраза, которую я вспоминаю: «Только не надо никаких университетских клиник, только частная клиника, которая специализируется на этом виде операции».

Р.Ф.: А что же с Вашей соседкой по даче?

Е.П.: Я предложил ее внуку переслать все документы обследования в клиники Израиля, которые приглашают на лечение больных из других стран и проводят подобные операции. Он послал в 6 центров, из 4-х получил приглашение. Выбор клиники определялся тем, чтобы там можно было выполнить одновременно две операции – замену клапана и наложение шунтов к коронарным артериям. В конце концов, остановились на университетской клинике в Иерусалиме – Шаарей-Цедек. Внук купил билет в бизнес-класс, организовал врачебное сопровождение в самолете. (Надо сказать, что родственники моей соседки – не «новые русские», это обычные научные сотрудники, выложившие все свои деньги на спасение бабушки). Мы ее напичкали лекарствами так, что во время перелета не то что отека легких, – серьезных болей в груди не было.

Зато дальше начались «еврейские штучки». То внук звонит, что врачи не знают, какими лекарствами мы ранее пользовались и просят принести их в стационар. (А я-то перед отлетом убеждал семью, что наша задача только бабушку довезти, далее они уж сами справятся). Потом, что бабушке забывают колоть инсулин…

Потом внук позвонил, чтобы спросить совета, что делать, так как к бабушке ходит много русскоговорящего персонала, и каждый считает своим долгом высказать свое мнение. Сестра говорит: «Только вы не соглашайтесь на полостную операцию, а то потом очень больно будет». Палатный врач стал рассказывать, какую бы он выполнил операцию и т.д. «А она волнуется после этих разговоров и у нее удушье появляется».

Я спрашиваю, а коронарографию делали? Ответ – нет, а д-р Битран (заведующий отделением) сказал, что примет окончательное решение только после дообследования. Мы договорились, чтобы он попросил этого д-ра Битрана, чтобы к бабушке больше со своими идеями персонал не подходил. Опять звонок. «Бабушку привезли на коронарографию, но врач-ангиографист отправил ее назад». Похоже, у нее была повышена мочевая кислота, на которую не обратил внимание палатный доктор…

Целый день ее «отмывали», а на следующий день все-таки сделали коронарографию. После этого все завертелось с 10-кратной скоростью. Врач-ангиографист с вытаращенными глазами говорил, что он не видел таких запущенных больных: субокклюзия ствола левой коронарной артерии, выраженный стеноз правой коронарной артерии, площадь отверстия аортального клапана 0,6 см2 -, при норме 3 см2. Ее немедленно повезли в операционную, заменили аортальный клапан и поставили два шунта от аорты. На следующий день были восторженные звонки. «Был у бабушки, все хорошо, мы с ней долго говорили. Д-р Битран очень доволен, так как она сама держит давление и ритм». Ну, тут мы все выдохнули и расслабились…

 А через 5 часов после этого звонок: «Бабушка умерла». Оказывается, убедившись, что состояние больной стабильное, ей удалили специальный проводник, стоявший в бедренной артерии, через который проводят коронарографию. А вскоре у нее стало падать давление, и нарастать анемия, и перелитые дозы крови не помогли. Оказалось, что кровь вытекала из прокола в бедренной артерии, но врачи не смогли это распознать.

Потом было много разговоров, что это у них только второй случай за 5 лет. Но бабушку уже не вернешь. Всяко бывает, любая операция – риск...

Однако вспоминая все, что с ней происходило в этой больнице, очень часто я вспоминал и слова своего знакомого про университетскую клинику

Р.Ф.: Какой же итог можно подвести сегодняшнему разговору?

Е.П.: Да он, мне кажется, и так очевиден. Врач должен оказывать всю возможную помощь независимо от возраста, сопутствующих заболеваний, социальной значимости сохранения (продления) жизни конкретному больному. А вот мера профессионализма как раз и зависит от того, будет ли врач отказывать больным «в возрасте», да еще и  с сопутствующими заболеваниями и т д. Это и есть главный показатель самооценки профессионализма. Важно отметить, что решение врача об объеме оказания помощи – это его собственное решение, которое в очень малой степени зависит от указаний свыше (и состояния здравоохранения в стране).

Хотя, с другой стороны, иметь высококвалифицированную бригаду, с которой можно было бы браться за рискованные операции, то есть содержать ее на деньги, выделяемые в нашей стране государством и страховыми компаниями, невозможно...

См. также:

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

15:53 Жители острова Ольхон на Байкале решили спрятать от недоброжелателей бюст Путина. И сами его сломали
15:29 Китай и Непал вновь измерят высоту Эвереста
14:11 Роспотребнадзор: 1,4 млн человек в год умирает от немытых рук
14:02 Издание «Момент истины» оштрафовали по статье о фейковых новостях. Это первый приговор по новому закону
14:00 Тающий ледник позволил найти потерянную тысячу лет назад стрелу
13:18 РАНХиГС: треть россиян заняты на теневом рынке труда
13:10 Кирилл Серебренников получил французский Орден искусств и литературы
12:38 Полиция задержала еще одного фигуранта «московского дела»
12:00 На древнем осколке горшка найдено изображение японской шаманки
11:35 Российские университеты вошли в топ-3 лучших вузов Восточной Европы
11:09 Рэпер Баста купил футбольный клуб СКА из Ростова-на-Дону
11:00 Желтые гипергиганты меняют свою температуру на тысячи градусов за несколько десятилетий
10:44 Криштиану Роналду забил 700-й гол в карьере
10:32 В Москве полиция завела дело о мошенничестве на 1 млрд рублей. Подозреваемые трейдеры вместо сделок выводили деньги за границу
10:00 Новый метод поможет иммунной системе разыскивать опухолевые клетки
09:51 В Дагестане два человека заболели сибирской язвой
09:05 Силовики пришли c обысками к сторонникам Навального в 30 регионах России
08:27 В Сан-Франциско похищена гравюра Сальвадора Дали
08:05 Чеченский министр назвал «фейками» сообщения о «чистке» в ближнем круге Кадырова
07:39 В Японии число погибших в результате тайфуна достигло 66 человек
06:57 Борис Моисеев получает пенсию в 50 тыс. рублей. Его директор назвал деньги небольшими
06:11 Россияне оказались на месте столкновения протестующих и полиции в Каталонии
05:44 Женщина погибла при обрушении дома в Приморье. Предварительная причина – взрыв водонагревателя
05:21 Два автора получили Букеровскую премию в обход правил
14.10 19:28 «Новая газета»: Рамзан Кадыров проводит «зачистку ближайшего круга»
14.10 18:18 Мосгорсуд оставил без изменений приговор по «дадинской» статье Константину Котову
14.10 17:25 Режиссер «Джокера» рассказал, что танцевальной сцены Флека не было в сценарии
14.10 16:39 Экоактивистку, которая боролась против мусорного полигона на Шиесе, обвинили в распространении порнографии. В ее доме провели обыски
14.10 15:55 Правоохранители задержали четырех новых фигурантов «московского дела». Еще двое подозреваемых скрываются
14.10 15:49 Ирландец перед смертью записал аудио, чтобы разыграть близких на своих похоронах
14.10 15:00 C 2007 года заболеваемость раком в мире выросла на треть
14.10 14:49 В Астрахани на троих полицейских завели уголовное дело. Их обвиняют в фальсификации дела о наркопритоне
14.10 14:28 12 каталонских лидеров получили от 9 до 13 лет по делу о независимости Каталонии. В Барселоне начались протесты
14.10 14:25 В Екатеринбурге храм Святой Екатерины построят на месте бывшего завода. В опросе приняли участие 100 тыс. горожан
14.10 13:24 Лауреатами Нобелевской премии по экономике стали борцы с бедностью
14.10 13:19 В России отключили аналоговое телевещание – для этого символически нажали на кнопку на МКС
14.10 13:15 В Петербурге после массовой драки на Апраксином дворе полиция задержала 43 нелегальных мигрантов
14.10 13:10 В Томской области задержали экс-полицейского. Он подозревается в серии изнасилований на протяжении 15 лет
14.10 12:02 В Петербурге мужчина ограбил банк на восемь миллионов. На два из них он уже купил BMW и часы
14.10 12:00 Собаки снижают риск смерти от инфаркта и инсульта у своих хозяев
14.10 11:39 В Волгограде общественник организовал платную парковку на месте для инвалидов. Его посадили на четыре года
14.10 11:29 В Башкирии и в Воронеже дешевле всего снимать однокомнатную квартиру
14.10 11:00 Около тысячи средневековых монет найдены в лесу в Дании
14.10 10:20 Президент Израиля попросил Путина помиловать девушку, которую осудили на 7,5 лет за гашиш в багаже
14.10 10:14 В Москве задержали активиста «Декоммунизации» Дэнни Кулинича. Еще к пятерым пришли с обысками по «московскому делу»
14.10 10:04 В Приморье администрация заплатит за каждый пострадавший дом от паводка по 10 тыс. рублей
14.10 10:00 «Геномный иммунитет» был открыт благодаря заражающему коал вирусу
14.10 09:12 «Коммерсант»: суд вынес приговор по делу о хищении 250 млн рублей. Один из подсудимых освобожден в зале суда
14.10 08:38 Число погибших от тайфуна «Хагибис» выросло до 44 человек
14.10 08:05 «Коммерсант»: судья КС РФ усомнился в «репутации» дипломов российских вузов
«АвтоВАЗ» «ВКонтакте» «Газпром» «Зенит» «Мемориал» «Мистраль» «Оборонсервис» «Роснефть» «Спартак» «Яблоко» Абхазия Австралия Австрия Азербайджан Антимайдан Аргентина Арктика Армения Афганистан Аэрофлот Башкирия Белоруссия Бельгия Бразилия ВВП ВКС ВМФ ВПК ВТБ ВЦИОМ Ватикан Великобритания Венгрия Венесуэла Владивосток Внуково Волгоград ГИБДД ГЛОНАСС Генпрокуратура Германия Голливуд Госдеп Госдума Греция Гринпис Грузия ДТП Дагестан Домодедово Донецк ЕГЭ ЕСПЧ Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет Екатеринбург ЖКХ Израиль Ингушетия Индия Индонезия Интерпол Ирак Иран Испания Италия Йемен КНДР КПРФ Казань Казахстан Калининград Камчатка Канада Каталония Кемерово Киев Кипр Киргизия Китай Коми Конституция Кремль Крым Куба Курилы ЛГБТ ЛДПР Латвия Ливия Литва Лондон Луганск МВД МВФ МГУ МКС МОК МЧС Малайзия Мексика Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минск Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст Молдавия Мосгордума Мосгорсуд Москва НАСА Нигерия Нидерланды Новосибирск Норвегия ОБСЕ ООН ОПЕК Одесса ПДД Пакистан Паралимпиада Париж Пентагон Польша Приморье РАН РЖД РПЦ РФС Росавиация Росгвардия Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Россия Росстат СМИ СССР США Сахалин Сбербанк Севастополь Сербия Сирия Сколково Славянск Сочи Таджикистан Таиланд Татарстан Трансаэро Турция УЕФА Узбекистан Украина ФАС ФБР ФИФА ФСБ ФСИН ФСКН Филиппины Финляндия Франция Харьков ЦИК ЦРУ ЦСКА Центробанк Чехия Чечня Швейцария Швеция Шереметьево Эбола Эстония ЮКОС Якутия Яндекс Япония авиакатастрофа автопром алкоголь амнистия арест армия археология астрономия аукционы банкротство беженцы бензин беспилотник беспорядки биатлон бизнес бокс болельщики вандализм взрыв взятка вирусы вузы выборы гаджеты генетика гомосексуализм госбюджет госзакупки госизмена деньги дети доллар допинг драка евро журналисты законотворчество землетрясение изнасилование импорт инвестиции инновации интернет инфляция ипотека искусство ислам исследования история казнь кино кораблекрушение коррупция космос кража кредиты культура лингвистика литература математика медиа медицина метро мигранты монархия мошенничество музыка наводнение налоги нанотехнологии наркотики наука недвижимость некролог нефть образование обрушение общество ограбление оппозиция опросы оружие офшор палеонтология педофилия пенсия пиратство планетология погранвойска пожар полиция похищение правительство право православие преступность продовольствие происшествия ракета рейтинги реклама религия ретейл робототехника рубль санкции связь сепаратизм следствие смартфоны социология спецслужбы спутники страхование стрельба строительство суды суицид тарифы театр телевидение теракт терроризм технологии транспорт туризм убийство фармакология физика фоторепортаж футбол хакеры химия хоккей хулиганство цензура школа шпионаж экология экономика экспорт экстремизм этология «Единая Россия» «Исламское государство» «Нафтогаз Украины» «Правый сектор» «Северный поток» «Справедливая Россия» «болотное дело» Александр Лукашенко Александр Новак Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев Амурская область Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антон Силуанов Аркадий Дворкович Арсений Яценюк Астраханская область Барак Обама Басманный суд Башар Асад Белый дом Борис Немцов Бутовский полигон Валентина Матвиенко Верховная Рада Верховный суд Виктор Янукович Виталий Мутко Владимир Жириновский Владимир Зеленский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин Вячеслав Володин Дальний Восток День Победы Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин Дональд Трамп Евгения Васильева Забайкальский край Интервью ученых Ирина Яровая Иркутская область История человечества Калужская область Кирилл Серебренников Кировская область Конституционный суд Космодром Байконур Краснодарский край Красноярский край Ксения Собчак Ленинградская область МИД России Мария Захарова Михаил Прохоров Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский Московская область Мурманская область Надежда Савченко Наталья Поклонская Николас Мадуро Нобелевская премия Новосибирская область Новый год Олимпийские игры Ольга Голодец Павел Дуров Палестинская автономия Папа Римский Первый канал Пермский край Петр Порошенко Почта России Приморский край Рамзан Кадыров Реджеп Эрдоган Республика Карелия Ростовская область Саратовская область Саудовская Аравия Свердловская область Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Следственный комитет Совбез ООН Совет Федерации Ставропольский край Счетная палата Тереза Мэй Франсуа Олланд Хабаровский край Хиллари Клинтон Человек дня Челябинская область Черное море Эдвард Сноуден Элла Памфилова Эльвира Набиуллина Южная Корея Юлия Тимошенко Юрий Чайка авторское право администрация президента акции протеста атомная энергия баллистические ракеты банковский сектор биология большой теннис визовый режим военная авиация выборы губернаторов газовая промышленность гражданская авиация гуманитарная помощь декларации чиновников дороги России информационные технологии климат Земли компьютерная безопасность космодром Восточный крушение вертолета легкая атлетика лесные пожары междисциплинарные исследования мобильные приложения морской транспорт некоммерческие организации общественный транспорт патриарх Кирилл пенсионная реформа пищевая промышленность права человека правозащитное движение преступления полицейских публичные лекции российское гражданство русские националисты русский язык сельское хозяйство сотовая связь социальные сети стихийные бедствия телефонный терроризм уголовный кодекс фигурное катание финансовый рынок фондовая биржа химическое оружие эволюция экономический кризис ядерное оружие Великая Отечественная война Вторая мировая война Ирак после войны Ким Чен Ын Революция в Киргизии Российская академия наук Стихотворения на случай Федеральная миграционная служба Федеральная таможенная служба борьба с курением выборы мэра Москвы здравоохранение в России связь и телекоммуникации тюрьмы и колонии Совет по правам человека аварии на железной дороге естественные и точные науки закон об «иностранных агентах» компьютеры и программное обеспечение видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» Новые технологии, инновации Сочи 2014 Кабардино-Балкария Левада-Центр Нью-Йорк Санкт-Петербург отставки-назначения шоу-бизнес Ростов-на-Дону ЧМ-2018 Книга. Знание ВИЧ/СПИД Apple Bitcoin Boeing Facebook G20 Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Telegram Twitter Wikileaks

Редакция

Электронная почта: [email protected]
Телефон: +7 929 588 33 89
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2019.