НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

10 января 2011, 08:38

Он раскололся

В августе 2010 года, когда Москва задыхалась от смога, мэр столицы Юрий Лужков, в результате многолетнего сидения у властного кормила утративший чувствительность к бедам москвичей, отправился в отпуск в Австрию. Это стало не только началом конца его карьеры, но и историей, отправившей в самостоятельное политическое плавание Дмитрия Медведева.

Президент, деликатно выражаясь, недолюбливал московского градоначальника, а его циничное безразличие к экологической катастрофе в Москве и вовсе взорвало главу государства. И тот начал работу по отставке могущественного мэра, одного из самых влиятельных политиков последних двух десятилетий.

Надо ли говорить, что премьер-министр Владимир Путин, самый влиятельный член дуумвирата, еще в 2007 году названный спикером парламента Борисом Грызловым «национальным лидером», не видел прагматической необходимости в смене мэра, у которого и так в 2011 году заканчивался срок полномочий? И, разумеется, эта отставка могла быть только согласованным действием двух руководителей России.

Наблюдатели немедленно объявили, что происходящее – «тест» для Медведева на самостоятельность: состоится отставка Лужкова, значит, президент может принимать решения сам, не состоится – не может. Хотя в данном случае речь шла о другом – о способности президента привести «бронебойные» аргументы в споре с «национальным лидером» в пользу отставки мэра. И, судя по всему, он, проявив волю и настойчивость, такие аргументы нашел.

Вторым тестом стала ситуация с Химкинским лесом: протесты гражданских активистов и экологов против строительства участка новой трассы Москва-Санкт-Петербург через лес уже нельзя было не услышать. Хотя в традициях российской власти, скорее, было бы естественным не заметить возмущение общественности (то есть, в ее терминах, - «маргиналов»), которое постепенно начало политизироваться. К тому же законность строительства трассы была подтверждена Верховным судом РФ и премьер-министром. И, тем не менее, в конце августа Медведев распорядился начать общественную и экспертную дискуссию, приостановив строительство дороги и показав, что он готов прислушиваться к мнению гражданского общества через голову бюрократии и даже… Путина.

В начале сентября президент встретился в рамках Мирового политического форума в Ярославле с группой российских и иностранных политологов. Будучи приглашенным на эту встречу, я спросил Медведева, намерен ли он и дальше использовать столь необычные для России формы прямой демократии. И вот что он, в частности, ответил: «Для меня эта форма органична, поэтому я этим занимаюсь и буду заниматься. Некоторые в это не верят, говорят, что это все делается только для пиара, что называется, только для того, чтобы получить какие-то информационные очки, никакой реальной политики за этим нет. Это ошибка. Потому что в результате этого рождаются вполне конкретные президентские поручения и приводится в действие государственный механизм. И примеры, которые Вы приводите, об этом красноречиво свидетельствуют. В ряде случаев я не предрешаю итогов этой дискуссии, это абсолютно нормально… Буду ли я этим заниматься дальше? Я буду этим заниматься, потому что я считаю, что это как раз элемент политической культуры и той самой прямой демократии, о которой мы сегодня говорим. Если кому-то этим не органично заниматься, это его выбор, но я считаю, что такой политик будущего не имеет».

Среди примеров, приведенных мной, были и услышанные президентом протесты против строительства башни «Газпрома» (Охта-Центр) в Санкт-Петербурге, предотвратить которое было практически невозможно, ввиду того, что газовая монополия – это все-таки своего рода второй бюджет в России. Забегая вперед, скажу, что в результате к концу года произошел своего рода размен Охта-Центра на Химкинский лес. Строительство «газоскреба» было, благодаря президенту, приостановлено, а прокладку химкинской трассы все-таки разрешили, но с большими оговорками, связанными с экологическим режимом (в частности, запретили строительство любой инфраструктуры вдоль дороги и решили «заковать» ее в шумозащитные экраны). Это была своего рода уступка Владимиру Путину – все-таки в строительстве были заинтересованы многие его cronies…

Химкинский лес был объявлен поражением Медведева. К тому же все это произошло после не слишком яркого Послания Федеральному собранию и перед фантастически агрессивным выступлением Владимира Путина во время его «прямой линии», все больше напоминавшей многочасовые выступления Фиделя Кастро. В частности, Путин очень резко высказался по поводу Ходорковского и либеральных оппозиционных политиков. Ужесточение его дискурса четко сигнализировало о том, что предвыборный сезон начался, и в рамках этого сезона у Владимира Путина есть своя программа, пускай и не слишком четкая, но отличная от политического маршрута Дмитрия Медведева. Аналогичным образом это происходило в ходе предыдущей предвыборной кампании, прелюдией к которой была «мюнхенская речь» Путина в феврале 2007 года, где он обнажил вполне советизированные приоритеты своей внешней политики, а кульминацией – его же выступление в Лужниках в ноябре 2007 года, когда досталось олигархам и либералам. И в той речи, и в ходе недавней «прямой линии», согласно элегическому повествованию Путина, эти самые персонажи очень мешали жить российскому народу и постоянно продавали кому-то народное добро. Недаром в честь «Триумфа воли» Лени Рифеншталь «лужниковское» соло Путина было прозвано «Триумфом Вовы»…

Казалось, модель тандема не предполагает споров одной головы с другой. Эта модель изначально строилась на принципе взаимодополнения: премьер работает с более простонародной аудиторией, любовно взращивая в себе имидж прагматика-хозяйственника, президент – с более продвинутой, делающей стойку при словах «гаджеты» и «модернизация». Тем самым два лидера «покрывали» всю территорию страны и все социальные страты, являя собой образ этакого двуглавого «президента всех россиян». Эта модель, надо отдать должное кремлевским политтехнологам и прежде всего первому заместителю главы администрации президента Владиславу Суркову, работала. Но именно по той причине, что дуумвиры не договорились заранее, кто из них идет на президентские выборы-2012, раскол тандема оказался неизбежен. Или – с учетом непредсказуемости российской политики - почти неизбежен.

Словом, в правилах игры не была предусмотрена взаимная фронда. Поэтому мало кто мог разглядеть интригу в предновогодней беседе Медведева с руководителями федеральных телеканалов, людьми, ответственными за манипулирование мозгами электората. И, тем не менее, невозможное случилось, напомнив бунт на корабле. Самым ярким оказался пассаж о Михаиле Ходорковском и неряшливой фразе Путина, нарушавшей презумпцию невиновности, по поводу того, что «вор должен сидеть в тюрьме». Вот что сказал на этот счет президент: «Ни президент, ни любое иное должностное лицо, состоящее на государственной службе, не имеет права высказывать свою позицию по этому делу или по какому-то другому делу до момента вынесения приговора».

С этого момента модель тандема как работающей конструкции дала трещину. С этого момента Путин не просто стал изображать поддержку инвестиций – политических и бюджетных – в поддержание стабильности, он и на самом деле начал тянуть страну назад, в советское прошлое (особенно симптоматичными оказались его предновогодние предложения сузить географию судов присяжных и восстановить советскую норму об уголовной ответственности за нарушение паспортного режима). А Медведев перестал имитировать идею технологической модернизации – с ним стали связываться надежды даже на модернизацию политическую. Причем несмотря на компромисс по Химкинскому лесу и обвинительный приговор по Ходорковскому.

После всего произошедшего наиболее вероятный сценарий развития событий – сохранение тандема в прежнем виде (Медведев – президент, Путин – премьер) без изменения сути политики – уже не кажется главным. Вариант с роялем в кустах – некоей третьей фигурой – остается весьма призрачным. Сергей Собянин, новый московский мэр, считающийся эффективным управленцем, пока на деле не доказал, что он может стать по-настоящему популярным политиком. Хотя именно его прочат на роль третьей фигуры. Основная интрига, пожалуй, все-таки в том, кто решится взять на себя всю полноту власти, а не довольствоваться ее фрагментами, – Путин или Медведев.

Интрига сохраняется. 2011-й год будет для «дорогих россиян», как называл граждан России Борис Ельцин, очень тяжелым.

Редакция

Электронная почта: [email protected]
VK.com Twitter Telegram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2022.