22 ноября 2019, пятница, 10:38
VK.comFacebookTwitterTelegramInstagramYouTubeЯндекс.Дзен

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

Неверный диагноз

Совещание по вопросам деятельности судов. 2008 г. Слева - Антон Иванов и Валерий Зорькин. Справа - Вячеслав Лебедев и Сергей Нарышкин. В центре - Дмитрий Медведев. Фото: пресс-служба Президента России
Совещание по вопросам деятельности судов. 2008 г. Слева - Антон Иванов и Валерий Зорькин. Справа - Вячеслав Лебедев и Сергей Нарышкин. В центре - Дмитрий Медведев. Фото: пресс-служба Президента России

Прочитанные недавно - перед четырехчасовым семинаром по отдельным проблемам правоохранительной системы - слова российского премьера поразили меня как юриста (это одна из моих точек зрения, требующая переключения от (надеюсь) экономиста и (все еще не) социолога):

«Когда я занимал пост президента, я много размышлял над тем, почему в 95—97% случаев наши суды выносят обвинительные приговоры. Думаю, это проблема политического и правового сознания. Судьям стыдно оправдать человека и тем самым поставить под сомнение работу, проделанную следственными органами».

Увидев цитату, я перечитала ее трижды. Было невероятно сложно поверить, что это говорит человек, который является а) бывшим президентом, б) действующий премьером, в) юристом. Я не знаю, куда смотрят спичрайтеры, может быть, то был крик души юриста об «обвинительном уклоне», но подобные высказывания указывают на просто катастрофическую степень непонимания проблемы одним из первых лиц страны.

Если верить премьер-министру, у нас 3-5% оправдательных приговоров. Статистика судебного департамента говорит нам, что оправданных в периоды президентского срока Медведева у нас было от 0,84% в 2009 до 0,95% в 2011 (между прочим - вы же видите положительный тренд?). А 3-5% это вполне достойный показатель для европейских стран – там, где претензий к судебной системе на порядок меньше.

Но 0,95 % - это больше соответствует мнению «оправдательных приговоров мало». А вот в чем причины? Давайте посмотрим, что сказали бы нам (да, собственно, и говорят) о данной проблеме носители разных точек зрения. Например, что мы услышим от практиков, тех самых «людей из системы», особенно близких по уровню принятия решений к автору цитаты? А что - от правозащитников?

Оговорюсь сразу: мы будем обсуждать только ситуацию с уголовными делами. Более того – с «раскрытыми» делами, то есть, теми, где есть конкретный человек, обвиняемый в совершении преступления. Если такого человека нет (следовательно, дело до суда не дойдет), вынести оправдательный приговор сложновато.

Версия первая. Юридическая. «Такой у нас уголовный процесс – в нем не может быть много оправдательных приговоров»

Объясняя малое количество оправдательных приговоров, «условные практики» (я, допустим, еще год назад отстаивала бы эту точку зрения) будут говорить: «наша система расследования, закрепленная в уголовно-процессуальном кодексе, предусматривает то, что следователи предпринимают все меры, дабы установить лицо, совершившее преступление, и собрать доказательства, не оставляющие сомнений в его виновности. Если сомнения в обоснованности обвинения возникают, уголовное дело просто не может быть направлено в суд. Человек будет отпущен». Условный руководитель высокого ранга (это уже не про меня) в зависимости от представляемого ведомства, не преминет добавить что-нибудь типа: «В минувший год мы усилили «ведомственный процессуальный контроль» или «прокурорский надзор за следствием и дознанием», тем самым добились «повышения качества следствия», а «отдельные оправдательные приговоры были вынесены по сложным уголовным делам, в которых есть место оценочным понятиям. Каждый такой случай анализируется, часто такой приговор потом отменяется».

В определенной степени, это правда. По крайней мере, это самое легитимное, что ожидаешь услышать от юриста на государственной должности. И система процесса у нас действительно такова. И контроль с надзором теоретически (практически тоже, причем, с каждым годом все сильнее) работают именно для этого: не допустить привлечения лица, в случае, если нет гарантий (желательно стопроцентных) обвинительного приговора, или прекращения дела по нереабилитирующим основаниям. (Тут обязательно нужно следить за руками. Поскольку, я подчеркиваю, основным является не вопрос виновности/невиновности. А вопрос - «возможен ли оправдательный приговор?». Но об этом – чуть позже.)

Скажи нам господин премьер-министр именно это – о самой сути уголовного процесса в России - можно было бы спорить, но мнение выглядело бы обоснованным и понятным. А заодно, оправдывало бы, как минимум, современную генеральную линию развития правоохранительной системы: «не надо ничего серьезно менять, поднимем зарплату, усилим контроль (например, создав единый следственный комитет), и «отдельные перегибы на местах» закончатся».

А то, как-то нехорошо вышло. Следственные органы работают плохо (наверное), если судьям за них стыдно, но при этом (как-то) с судьями договариваются? Представители следственных органов вряд ли согласятся с такой точкой зрения.

Версия вторая. Правозащитная. «Большая часть дел сфальсифицирована, признания получены под пытками, осуждают невиновных»

С версией первой есть одна существенная проблема, хорошо известная практикам. Состоит она в том, что следователь получает материалы от оперативника, и там, как правило, уже есть явка с повинной (или иное признание лица). Если на этой стадии формально все правильно – то и уголовное дело возбудят, и привлекут человека в качестве обвиняемого. Даже в случае отказа от признания, нет стимулов этому верить: в первый момент формальные правила соблюдены, следовательно, велики шансы на окончательный успех. Правозащитники немедленно добавят, что все эти признания были получены оперативниками под пытками. Или - сфальсифицированы следователями. Или имело место коллективное творчество. Постоянные истории о том, как в отделе полиции оперативники избили очередного задержанного, являются аргументами именно этой версии.

За оперативников (как, впрочем, и за большую часть следователей из версии первой) мог бы обидеться министр МВД. Посмотрите на гордую статистику МВД за 2012 год (не отступающую от тенденции последних лет). Преступность снижается – в этот раз на 4,3 %. Больше половины преступлений раскрыто, и это - несмотря на сложный после-реформенный период. То есть, можно сказать, что система работает все эффективнее, а криминогенная обстановка становится все менее криминогенной.

Однако к статистике МВД как-то неласково относятся все, включая рабочую группу по реформированию этого самого МВД. А ее глава, помощник министра, рассказывает ужасные вещи. Например, что «даже в лихие девяностые не было такого масштабного вовлечения в ОПГ сотрудников правоохранительных органов». Вовлечение в организованную преступность и пытки, конечно, явления разные. Но суть у них одна: вся система - от оперативников до судей - в преступлениях участвует, так или иначе. Или - преступников покрывает.

В этом случае, от ответственного и информированного государственного чиновника мы вправе ожидать чего-то противоположного первой версии: «Ситуация ужасающая, система прогнила напрочь, куда смотрят судьи, ведь сколько невиновных осуждают? Это же (оценочное суждение) преступно - выносить обвинительные приговоры в отношении невиновных! Надо что-то серьезно менять, и срочно!».

Такая позиция, однако, вряд ли найдет полное понимание у последователей версии первой. Они будут говорить, что суды выносят вполне справедливые решения, а «ответственного чиновника» плохо информировали. Особенно обидятся судьи.

Версия третья. Социологическая. «Все не так просто»

Возможно, вы будете удивлены, но судьи на сказанное обидятся вполне обосновано (вопрос о качестве наказаний мы оставим в стороне, у нас вопрос с количеством оправдательных приговоров, помните?) Как это ни странно прозвучит, но подавляющее число дел, которые попадают к судьям, те:

а) рассматривают в особом порядке. Это значит, что обвиняемый (при защитнике) признал обвинение. Прилагается пара-тройка формально допустимых доказательств, это признание подтверждающих. Дело по существу не рассматривают, свидетелей не вызывают, никто ни от чего не отказывается. Тут, как вы понимаете, вынесение оправдательного приговора смотрелось бы странно.

б) рассматривают в общем порядке, но только потому, что нельзя рассматривать в особом порядке дело, если за него предусмотрено наказание в виде лишения свободы больше, чем на 10 лет. А так, все то же – вину признает, свидетели/иные доказательства имеются.

Кажется странным? Откройте сайт любого суда и почитайте первые двадцать решений по уголовным делам. Я вот заглянула на сайт первого открывшегося федерального суда (им оказался Ленинский районный суд СПб). Могу посоветовать любому юристу с доступом в Интернет сделать то же самое. И попробовать поставить себя на место судьи, решив вынести гипотетический оправдательный приговор. Мы имеем следующую картину:

  • Шестнадцать дел, направленных в суд и рассмотренных в особом порядке (обвиняемый все признает, просит постановить приговор без судебного разбирательства). Из них восемь – хранение наркотиков без цели сбыта. Остальные - угон, кражи, мошенничества. На закуску - оказание услуг, не отвечающих требованиям безопасности жизни или здоровья потребителей на маршрутном такси (это обыденность для Питера, требующая отдельного разговора).
  • Три дела, где стороны настаивали на примирении сторон, и суд это удовлетворил (сотрудник милиции, совершивший хулиганство с применением табельного оружия, ДТП без смертельного исхода, самоуправство).
  • Одно дело – с частичным признанием вины (наркотики приобрел и хранил, но половину успел употребить лично, поэтому не согласен, что хранил наркотик массой, достаточной для преступления).

Из предложенных дел самоуправство и часть «наркотиков» - это, скорее «заниженная» квалификация, данная к удовольствию всех задействованных лиц. Особых шансов для судьи вынести оправдательный приговор я тут не вижу. А ведь такие дела составляют подавляющее большинство рассматриваемых судами.

Тут со мной могут поспорить коллеги. И даже чем-то поддержать версию, что судьи прощают недочеты (как, например, в варианте «кейса» с частичным признанием вины, где на процессуальные нарушения подсудимый тоже жаловался). Только вот слова «стыдно» и «следственные органы» там будут отсутствовать чуть больше, чем полностью. В ход пойдут рациональные аргументы, среди которых то, что судья знает, как вышестоящий суд оценивает доказательства - и экономит свои нервы и время, приводя эти доводы сразу. А могут и не поспорить - о чем ниже.

Нас интересует совсем другой вопрос - почему так происходит? Нормально ли то, что в суд попадают, в основном, такие дела?

Здесь нашему гипотетическому «ответственному государственному чиновнику» приходится несладко. Он заинтересован в том, чтобы разобраться, как оно «на самом деле». Ему придется допустить, что «возможно, закон не полностью исполняется» (если все законы исполняются по духу и букве, то все шагом марш в версию первую - у нас правовое государство, и судьям не может быть стыдно за качественную работу следствия и оперативников!). Да еще надо бы избежать однозначного клеймения всех (а это, на минуточку, больше миллиона) работников правоохранительной системы и судов как преступников. Конечно, можно посоветовать «неравнодушному чиновнику» изучить социологию права, со всеми ее методами, включая экономические (юристы могут провести аналогии с криминологией, изучающей не преступление, а правоохранителей и судей – в целом, и их деятельность, как системы организаций - в частности). Но пожалеем человека, у него и своя работа есть. Государственная.

Системные проблемы

Результатом применения методов социологии права (здесь заканчивается мое оценочное суждение, и все мои коллеги становятся полноправными - и даже больше – соавторами) становится вывод (обратите внимание: никакой политики, коррупцию выносим за скобки, говорим только об организациях и стимулах, ими управляющих) о следующих системных проблемах:

1. Сверхцентрализованность всех правоохранительных органов, приводящая к высокой численности. Которая, в свою очередь, требует многоступенчатой и разветвленной иерархической системы управления. Сюда же внесем изоляцию от местных сообществ и отсутствие обратной связи.

2. Вынужденная ориентация на показатели объема деятельности, а не на ее результативность. Это создает мелочный контроль, необходимость фиксации каждого шага, двойное и тройное подчинение. А также, дополнительно увеличивает объем отчетности и бумажной работы.

3. «Работа на показатели»: в ситуации, когда оценивается не исполнение целевых функций правоохранительного ведомства, а процесс деятельности, это означает:

  • Отбор простых и однозначных дел, нарушающий права пострадавших в ущерб более сложным, неочевидным преступлениям;
  • Незаконные методы работы, призванные упростить достижение нужных показателей и скрыть «сбои», ухудшающие статистику;
  • Фабрикация дел для нужд статистики;
  • Неэффективная трата ресурсов.

4. Перегруженность бумажной работой. Постоянно повышающиеся требования к оформлению дел не оставляют времени на содержательную деятельности. В результате, мы получаем незаконные методы, призванные ускорить процесс. Не говоря уже о формальном выполнении сотрудниками одних ведомств обязанностей по контролю законности действий сотрудников других (следователи «доверяют» оперативникам, прокуроры не выполняют обязанности по надзору, суды не «наказывают» обвинение за незаконно добытые доказательства путем оправдания подсудимых, чьи права были нарушены).

5. «Сдвигание» содержательной работы по выяснению реальных обстоятельств дела и определению виновности на более ранние этапы процесса, что характеризуется:

  • Недостаточной защитой прав подозреваемых
  • Безнаказанным отбором «удобных» дел, отбрасывание неудобных до начала формального следствия с учетом интересов отчетности ведомств, вступающих в дело позднее;
  • Приоритетом данных, полученных в ходе предварительного расследования, над обстоятельствами, выяснившимися в судебном заседании – в том случае, когда в судебном заседании вообще что-то рассматривается.

6. Слабость судов, их неспособность играть роль арбитра в уголовном процессе, призванного соблюдать законные интересы граждан (потерпевшего и обвиняемого).

Все эти факторы в совокупности (и очень сложной взаимосвязи), в условиях отсутствия организационной культуры и внешних факторов, противостоящих системе существующих стимулов и бюрократического давления, делают две вещи.

1. Превращают всех, от полицейского до прокурора (а то и судьи) – в человека рационального, хорошо информированного о рисках, выгодах, и издержках того или иного поведения. И действующего именно рационально: без понятий «плохо», «хорошо», или, например, «стыдно» - в обыденном значении этих слов.

2. Заставляют систему мутировать к состоянию, когда:

  • обвиняемый появляется только в «простых» делах, где его виновность очевидна (тут претензий вообще ни к кому нет, правоохранительные органы выполняют свою функцию,
  • убирают с улицы в тюрьму самых зарвавшихся, легко попавшихся преступников. Другой вопрос, что занимаются они этим - хорошо, если четверть своего рабочего времени. Да и вообще – часто для любой работы, которая непосредственной функцией правоохранительной системы является, сотрудникам (тем, которым это всё еще надо) приходится находить время «вопреки» всему остальному – «бумажкам, отчетам, справкам».
  • там где она (виновность) неочевидна, но подозреваемый относится к «маргинальному» классу. К нему оперативники применяют тот набор методов для получения доказательств, которым владеют (легко оправдываясь, что «он все равно что-то совершил). Дальше дело техники: правильно оформленные документы вынуждают следователя привлечь лицо (как там работали оперативники - он знать не хочет, и, по общей практике системы, как и по большому счету законов – не обязан). А там уже отступать почти некуда (ну разве что, на 2911 человек реабилитированных в период следствия в 2011 году). Если повезет – а чаще всего везет – человек уже не будет отказываться от признания.

Страдает, в результате, потерпевший, который по нераскрытым преступлениям для системы практически враг. Страдает общество, потому что правоохранительные органы, которые большую часть времени думают о чем угодно, кроме своей реальной задачи, опасны. Страдает государство, которое вообще ничего не знает о том, какая у нас структура преступности, и какую эффективную «криминальную политику» - в данном случае «криминальная» это «против преступности» – следует проводить.

Конечно, остаются дела, которые не «оттуда», не из «маргинальной» преступности. Дела экономические и политические. Но о них и разговор другой.

Что делать?

Теперь я перестаю разделять ответственность с коллегами и выражаю свое личное оценочное суждение. При этом мне хочется продолжить аналогию с больным организмом, и сказать, что деятельность правоохранительных органов из соображений «коррупции» или «политической целесообразности» - это уже болезнь психики. А вот проблемы, перечисленные в третьей версии – болезнь тела. И зашла она настолько далеко, что если не лечить тело – комплексно и системно, поставив четкие диагнозы, не прячась от действительных проблем – пациент не доживет до начала психотерапии.

Сейчас хоть какой-то вариант реформирования предлагает только что отреформированное МВД (при этом, частично озвучивая проблемы, перечисленные выше). В списке мер - ликвидация стадии возбуждения уголовного дела, «очищение» рядов сотрудников органов внутренних дел (от коррупционеров, предателей интересов службы, людей, не способных осуществлять профессиональные функции), обеспечение регистрации всех преступлений. Три метода из трех разных областей, совсем не связанные между собой. Готова спорить, что первый и третий сделают все только хуже. А второй – вместе с естественной сменой кадров – будет только закачивать новую кровь в серьезно больной организм.

Пока от юриста, премьер-министра и недавнего президента, мы слышим диагноз «судьям стыдно оправдать человека», с предложением поискать причины этого в «печальной истории XX века», можно только развести руками. И согласиться с комментарием к исходному интервью премьер-министра моего знакомого юриста: «Печалька... опять ничего не получилось... опять ничего делать не будем». Впрочем, не совсем ничего. Вот, зарплату подняли – и полиции, и следователям, и прокурорам. В нынешней ситуации это примерно равно уколу допинга – чтобы лошадь хоть как-то ковыляла. Правда, в какую сторону ее понесет – это уже непредсказуемо.

Сколько-то пациент еще протянет. «Сколько?» – это вопрос того же порядка, что и: «Сколько протянет экономика без институциональных реформ?». Может, год. Три. Пять. Вот только от такого функционирования правоохранительной системы, в частности, пострадать может любой (что всех и беспокоит), и уж точно, пострадает экономика в целом (что беспокоит гораздо меньшее число людей). Потому что для развития экономики необходимо гарантировать права собственности – как институт. А для этого нужна правоохранительная система, которая занимается максимально «своим делом». И одним из гарантов обеспечения права собственности выступает.

К правам собственности придется доложить комплект прочих гражданских прав. И это проблема. Да, и когда я говорю «стимулы» - это не только, и не столько про «палки» (систему отчетности). Тут и внешние факторы нужно менять. Да-да, мы, таки, пришли к словам «демократия», «общественный контроль», «реальное влияние общественных организаций, адвокатов, прессы». И другим, не менее прекрасным. Которые в совокупности с очень кардинальными, но обязательно системными и продуманными изменения системы могут создать условия для положительного развития.

Но, конечно, проще отделываться реанимационными мероприятиями и диагнозами-мифами. Пациент будет существовать. И продолжать мутировать – в постоянной борьбе соматических заболеваний с психическими за право оказывать наибольшее влияние на процесс.

Любой результат этого пугающего эволюционного процесса вряд ли придется по душе. Что юристам - которым по долгу и идеологии профессии положено желать соблюдения духа и буквы закона, хотя бы, самого основного. Что чиновникам, не разобравшимся в диагнозе. Что нам – конечным потребителям. Когтей, знаете ли, многовато.

Обсудите в соцсетях

Система Orphus

Главные новости

10:18 «Яндекс» профинансирует новый сезон «Смешариков». Он выйдет в 2020 году
10:00 В Непале нашли место размножения самых редких в мире крокодилов
09:48 Victoria’s Secret впервые за 25 лет отменила показ
09:39 В Калифорнии прошла презентация первого электропикапа Сybertruck от Tesla
08:48 Приморскому бизнесмену отменили приговор по делу о хищении 300 млн рублей
08:02 «Победа» предупредила о возможных катастрофах из-за халатности сотрудников аэропортов
06:41 В московских аптеках впервые появилась услуга экспресс-кредитования
05:53 Самый первый номер комиксов Marvel продали за $1,26 млн
05:32 Twitter разрешил пользователям скрывать ответы на свои публикации
21.11 22:01 Российского программиста приговорили в США к четырем годам тюрьмы
21.11 21:23 Глава ФСИН пообещал россиянам новые тюрьмы
21.11 20:58 Оксфордский словарь назвал главное слово 2019 года
21.11 20:40 Группа KISS отыграла подводный концерт для акул, но ни одна из хищниц не захотела слушать
21.11 19:57 ФБК опубликовал подробное расследование о главе Роскосмоса. Рогозин назван «космически богатым»
21.11 19:35 Путин наградил звездами Героев России летчиков, которые посадили самолет в кукурузное поле
21.11 19:00 Испания начала расследование по поводу вмешательства ГРУ в дела Каталонии
21.11 18:07 В Курске несовершеннолетнего оштрафовали за отрывок из «Тома и Джерри» с нацистской символикой
21.11 17:16 Госдума приняла закон об обязательной предустановке российского ПО на смартфоны
21.11 16:20 В Перми на школьницу завели дело об убийстве. Она спасала бабушку и подругу от побоев пьяного отчима
21.11 16:19 Госдума разрешила признать любого человека иностранным агентом
21.11 15:39 Большинство работодателей не будут выплачивать новогодние премии
21.11 15:35 Жители России выстроились в очередь к наркологам
21.11 14:55 «Каста» записала новый гимн России и предложила его Путину
21.11 14:17 В Петрозаводске чиновницу уволят за оскорбления горожан, которые «мусор до помойки не донесли»
21.11 14:02 Российский космонавт заявил, что космос не предназначен для женщин
21.11 14:00 Около тысячи лет назад на берега Аравийского полуострова обрушилось сильное цунами
21.11 13:32 ФСБ утверждает, что не крало унитазы с кораблей, задержанных в Керченском заливе
21.11 13:24 В Турции пропал российский футболист
21.11 13:03 Прототип ракеты SpaceX для межпланетных полетов взорвался во время испытаний
21.11 13:00 Найденное в Норвегии двойное погребение удивило археологов
21.11 12:51 ФБК подал иск к президенту России из-за уголовного дела против фонда
21.11 12:10 Клиент Сбербанка получил пароль со словами «Убивай евреев». Сначала банк обвинил его в фотошопе, а потом признал ошибку
21.11 11:45 В сеть попало видео, на котором военные в Сирии отрезают голову человеку. Убийцами оказались бойцы ЧВК «Вагнер»
21.11 11:19 В «Одноклассниках» появились аккаунты для предпринимателей
21.11 10:32 На разработку российского аналога «Википедии» потратят 2 млрд рублей. Проект запустят в 2022 году
21.11 10:30 Быстрое охлаждение мозга пациентов даст больше времени для их спасения
21.11 10:05 СК возбудил новые уголовные дела о хищениях на космодроме Восточный
21.11 09:48 Семьям пострадавших при стрельбе в Благовещенске выплатили 2,5 млн рублей
21.11 08:51 Фильм «Мальчик русский» получил спецприз испанского кинофестиваля «За новое звучание в кинематографе»
21.11 08:00 В Латвии приостановлено вещание девяти российских телеканалов
21.11 07:17 Российский участник «Детского Евровидения» проведет сутки в больнице. Он почувствовал себя плохо во время репетиции
21.11 06:51 Google ужесточит правила размещения политической рекламы
21.11 06:07 Принц Эндрю временно прекратил исполнение официальных обязанностей из-за скандала с Эпштейном
20.11 21:35 Объявлены номинанты на премию «Грэмми»
20.11 21:12 Следователи заманили преступницу в тюрьму поддельной фотосессией
20.11 20:10 Уязвимость на устройствах Google и Samsung позволяет шпионить за пользователями
20.11 20:00 ЛГБТ-активистку подозревают в распространении порнографии из-за страницы ВК
20.11 19:17 The Hollywood Reporter: Тодд Филлипс снимет сиквел «Джокера»
20.11 18:34 Две новые игры про покемонов стали самыми быстро продаваемыми для Nintendo Switch
20.11 17:46 Глава ВМС Украины: Россия сняла даже унитазы с кораблей, задержанных в Керченском проливе
«АвтоВАЗ» «ВКонтакте» «Газпром» «Зенит» «Мемориал» «Мистраль» «Оборонсервис» «Роснефть» «Спартак» «Яблоко» Абхазия Австралия Австрия Азербайджан Антимайдан Аргентина Арктика Армения Афганистан Аэрофлот Башкирия Белоруссия Бельгия Бразилия ВВП ВКС ВМФ ВПК ВТБ ВЦИОМ Ватикан Великобритания Венгрия Венесуэла Владивосток Внуково Волгоград ГИБДД ГЛОНАСС Генпрокуратура Германия Голливуд Госдеп Госдума Греция Гринпис Грузия ДТП Дагестан Домодедово Донецк ЕГЭ ЕСПЧ Евровидение Еврокомиссия Евромайдан Евросоюз Египет Екатеринбург ЖКХ Израиль Ингушетия Индия Индонезия Интерпол Ирак Иран Испания Италия Йемен КНДР КПРФ Казань Казахстан Калининград Камчатка Канада Каталония Кемерово Киев Кипр Киргизия Китай Коми Конституция Кремль Крым Куба Курилы ЛГБТ ЛДПР Латвия Ливия Литва Лондон Луганск МВД МВФ МГУ МКС МОК МЧС Малайзия Мексика Минздрав Минкомсвязи Минкульт Минобороны Минобрнауки Минпромторг Минсельхоз Минск Минтранспорта Минтруд Минфин Минэкономразвития Минэнерго Минюст Молдавия Мосгордума Мосгорсуд Москва НАСА Нигерия Нидерланды Новосибирск Норвегия ОБСЕ ООН ОПЕК Одесса ПДД Пакистан Паралимпиада Париж Пентагон Польша Приморье РАН РЖД РПЦ РФС Росавиация Росгвардия Роскомнадзор Роскосмос Роспотребнадзор Россельхознадзор Россия Росстат СМИ СССР США Сахалин Сбербанк Севастополь Сербия Сирия Сколково Славянск Сочи Таджикистан Таиланд Татарстан Трансаэро Турция УЕФА Узбекистан Украина ФАС ФБР ФИФА ФСБ ФСИН ФСКН Филиппины Финляндия Франция Харьков ЦИК ЦРУ ЦСКА Центробанк Чехия Чечня Швейцария Швеция Шереметьево Эбола Эстония ЮКОС Якутия Яндекс Япония авиакатастрофа автопром алкоголь амнистия арест армия археология астрономия аукционы банкротство беженцы бензин беспилотник беспорядки биатлон бизнес бокс болельщики вандализм взрыв взятка вирусы вузы выборы гаджеты генетика гомосексуализм госбюджет госзакупки госизмена деньги дети доллар допинг драка евро журналисты законотворчество землетрясение изнасилование импорт инвестиции инновации интернет инфляция ипотека искусство ислам исследования история казнь кино кораблекрушение коррупция космос кража кредиты культура лингвистика литература математика медиа медицина метро мигранты монархия мошенничество музыка наводнение налоги нанотехнологии наркотики наука недвижимость нейробиология некролог нефть образование обрушение общество ограбление оппозиция опросы оружие офшор палеонтология педофилия пенсия пиратство планетология погранвойска пожар полиция похищение правительство право православие преступность продовольствие происшествия ракета рейтинги реклама религия ретейл робототехника рубль санкции связь сепаратизм следствие смартфоны социология спецслужбы спутники страхование стрельба строительство суды суицид тарифы театр телевидение теракт терроризм технологии транспорт туризм убийство фармакология физика фоторепортаж футбол хакеры химия хоккей хулиганство цензура школа шпионаж экология экономика экспорт экстремизм этология «Единая Россия» «Исламское государство» «Нафтогаз Украины» «Правый сектор» «Северный поток» «Справедливая Россия» «болотное дело» Александр Лукашенко Александр Новак Александр Турчинов Алексей Кудрин Алексей Навальный Алексей Улюкаев Амурская область Анатолий Сердюков Ангела Меркель Антон Силуанов Аркадий Дворкович Арсений Яценюк Астраханская область Барак Обама Басманный суд Башар Асад Белый дом Борис Немцов Бутовский полигон Валентина Матвиенко Верховная Рада Верховный суд Виктор Янукович Виталий Мутко Владимир Жириновский Владимир Зеленский Владимир Маркин Владимир Мединский Владимир Путин Вячеслав Володин Дальний Восток День Победы Дмитрий Медведев Дмитрий Песков Дмитрий Рогозин Дональд Трамп Евгения Васильева Забайкальский край Интервью ученых Ирина Яровая Иркутская область История человечества Калужская область Кирилл Серебренников Кировская область Конституционный суд Космодром Байконур Краснодарский край Красноярский край Ксения Собчак Ленинградская область МИД России Мария Захарова Михаил Прохоров Михаил Саакашвили Михаил Ходорковский Московская область Мурманская область Надежда Савченко Наталья Поклонская Нижний Новгород Николас Мадуро Нобелевская премия Новосибирская область Новый год Олимпийские игры Ольга Голодец Павел Дуров Палестинская автономия Папа Римский Первый канал Пермский край Петр Порошенко Почта России Приморский край Рамзан Кадыров Реджеп Эрдоган Республика Карелия Ростовская область Саратовская область Саудовская Аравия Свердловская область Сергей Лавров Сергей Нарышкин Сергей Полонский Сергей Собянин Сергей Шойгу Следственный комитет Совбез ООН Совет Федерации Ставропольский край Счетная палата Тереза Мэй Франсуа Олланд Хабаровский край Хиллари Клинтон Человек дня Челябинская область Черное море Эдвард Сноуден Элла Памфилова Эльвира Набиуллина Южная Корея Юлия Тимошенко Юрий Чайка авторское право администрация президента акции протеста атомная энергия баллистические ракеты банковский сектор биология большой теннис визовый режим военная авиация выборы губернаторов газовая промышленность гражданская авиация гуманитарная помощь декларации чиновников дороги России информационные технологии климат Земли компьютерная безопасность космодром Восточный крушение вертолета легкая атлетика лесные пожары междисциплинарные исследования мобильные приложения морской транспорт некоммерческие организации общественный транспорт патриарх Кирилл пенсионная реформа пищевая промышленность права человека правозащитное движение преступления полицейских публичные лекции российское гражданство русские националисты русский язык сельское хозяйство сотовая связь социальные сети стихийные бедствия телефонный терроризм уголовный кодекс фигурное катание финансовый рынок фондовая биржа химическое оружие эволюция экономический кризис ядерное оружие Великая Отечественная война Вторая мировая война Ирак после войны Ким Чен Ын Революция в Киргизии Российская академия наук Стихотворения на случай Федеральная миграционная служба Федеральная таможенная служба борьба с курением выборы мэра Москвы здравоохранение в России связь и телекоммуникации тюрьмы и колонии Совет по правам человека аварии на железной дороге естественные и точные науки закон об «иностранных агентах» компьютеры и программное обеспечение видеозаписи публичных лекций «Полит.ру» Новые технологии, инновации Сочи 2014 рейтинг Forbes Кабардино-Балкария Левада-Центр Нью-Йорк Санкт-Петербург отставки-назначения шоу-бизнес Ростов-на-Дону ЧМ-2018 Книга. Знание ВИЧ/СПИД Apple Bitcoin Boeing Facebook G20 Google iPhone IT NATO PRO SCIENCE видео ProScience Театр Pussy Riot Telegram Twitter Wikileaks

Редакция

Электронная почта: [email protected]
Телефон: +7 929 588 33 89
Яндекс.Метрика
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2019.