НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

Все, что не запрещено

Опытные поля Московской сельскохозяйственной академии имени Тимирязева по ныне действующим законам могут быть изъяты под застройку, подобно тому как это делалось с землями учебных хозяйств. Между тем, этот шаг был бы преступлением перед мировой наукой – то, что изучали на этих полях, нельзя перенести ни на какие другие территории. Такое мнение в беседе с «Полит.ру» высказала Наталья Шагайда, директор Центра агропродовольственной политики Российской академии народного хозяйства и государственной службы при президенте РФ.

«Некоторое время назад структура, которая раньше называлась фондом РЖС, а сейчас – Агентством жилищного развития (в это Агентство вошли Федеральный фонд содействия развитию жилищного строительства (РЖС) и Агентство по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК) – прим. ред.), получила карт-бланш на вовлечение земель в федеральной государственной собственности под застройку. Первоначально речь шла о вовлечении вообще неиспользуемых земель – таким образом предполагалось способствовать строительству доступного жилья и решить социальные проблемы. В частности, планировалось, что некоторым категориям граждан будут либо продавать квартиры дешевле себестоимости, либо выдавать участки, чтобы они организовывали кооперативы и решали свои жилищные проблемы, другая же часть жилья должна поступать на рынок, насыщая его и снижая цены.

На самом деле, государство у нас – крупнейший собственник земли. Она в основном осталась в его собственности – приватизировано всего лишь 8%. Сельхозугодья преимущественно приватизированы, но государство и там остается одним из крупнейших собственников. Поэтому если бы оно хотело решить проблему содействия жилищному строительству для повышения доступности жилья, оно могло это сделать. Но есть и второй аспект проблемы. Посмотрите на любой город, даже крупный, даже Москву. За фасадами домов, выходящими на улицы, часто находятся здания, ветхие, требующие расселения, перестройки, нового строительства. Есть довольно много площадок, которые портят облик города. Но для того, чтобы их привести в нормальный вид, нужно очень много работы, а работу эту никому делать не хочется.

Не хочется переселять людей или реанимировать землю, если прежде на ней была промышленная застройка, не хочется возиться с коммуникациями. А хочется найти чистое поле и там строить дома – что, в принципе, неправильно даже с точки зрения развития города. Неправильно, потому что проблема ветхого жилья таким образом не решается – просто создается новое, которое отвечает запросам очень узкой группы людей, и при этом уничтожается невосполнимый ресурс.

Несколько лет назад в статью 15 Федерального Закона о содействии жилищному строительству внесли поправку. Сначала она гласила, что права пользователей федеральной земли на используемую ими землю могут быть прекращены без оснований, предусмотренных Земельным кодексом. Кодекс предусматривал, что земли могут быть изъяты, если человек или организация плохо использует их или наносит им ущерб, либо если возникают чрезвычайные государственные нужды вроде необходимости разместить где-то госпиталь в случае военных действий. Но во случаях второго типа было предусмотрено, что земля выкупается или предлагается что-то взамен. А эта поправка, которая была введена в Закон о содействии жилищному строительству, – о том, что земля может быть изъята без оснований, предусмотренных Земельным кодексом, – фактически, ввела в обиход рейдерскую практику. И  до Тимирязевской академии фонд РЖС, или Агентство жилищного развития, изъял эти земли практически во всех учебных хозяйствах аграрных вузов.

Это были питомники, учебные хозяйства, сельскохозяйственные НИИ – места, созданные для того, чтобы распространялись  знания, отрабатывались технологии, создавались или распространялись современные сорта и породы. То есть это были места, где можно было «ковать» нужное сейчас импортозамещение.

Собственно говоря, их назначение и ценность были ясны и в 30-е годы прошлого века, и двадцать лет назад. В 30-е создавали систему учебно-опытных и опытно-производственных хозяйств, чтобы сельхозорганизации зоны имели районированные сорта и животных, чтобы учились студенты, а селекционеры вели работы. В 1990-е, эти земли даже были исключены из приватизации – потому что считалось, что если их приватизировать как обычные хозяйства, то они могут уйти не по назначению, а ведь такие земли – богатство, которое нужно сохранить. Но за двадцать лет Минкомимущества не удосужился привести в соответствие фактическому землепользованию этих хозяйств их документы на землю. И теперь обнаружилось, что во всех учхозах землепользование почти незаконно.

В 90-е – для сохранении земли учхозов –  ее передали сельхозакадемиям в постоянное бессрочное пользование. А академии – на основе разработанных в Москве уставов передавали землю учхозам. Но после принятия Земельного Кодекса РФ оказалось, что такая передача перестала быть законной. При этом представители собственника – Федерации -  Росимущество и Минсельхоз продолжал утверждать уставы с незаконными формулироваками по передаче земли от академий учхозам. И вот приходит Фонд РЖС или АЖР и начинает оценивать эффективности или неэффективности использования земли. Первой проверяется законность использования земли. Как я уже говорила, у всех учхозов земля, получается, используется незаконно – ведь академии не имели права передавать ее им в  пользование. Потом смотрят на доходы с земли. Ну, у нас налог на землю под застройку выше, чем на сельскохозяйственные земли. И получается, что от сельхозземель маленький доход в бюджет, а при передаче земель под застройку он стал бы больше, то есть вся сельхозземля априори неэффективно используется.

 
Строительство жилых домов. фото: wikipedia.org

При этом в Законе о содействии жилищному строительству говорится еще, что права на землю могут прекращаться ради общественной цели – содействие доступному жилью. Мы проводили исследования и выявили, что цены на такое жилье оказывались абсолютно рыночными. Выгоды получает небольшая группа наших граждан – многодетные семьи, бюджетники, нуждающиеся работники сельхозакадемий. Все остальное, что будет построено,  продается по рыночным ценам. Да они и не могли быть другими. Получалось, что государство отдает в Агентство или Фонд уникальные земли, у которых плодородность часто была выше, чем где-либо, зачастую доводит до банкротства тех, кто ранее этой землей пользовался – а доходы от этой бесплатно переданной земли в итоге идут на содержание Фонда или Агентства, а бюджет получает только налоги.

Решение о прекращении прав на землю принимается очень высокой комиссией – это люди уровня министров примерно. Они просто не в состоянии вникать во все эти вещи. В результате у нас теперь есть федеральная организация, которая отчитывается, что она выполняет работу – но эффекта от этой работы нет. Жилье не дешевеет, плюс мы теряем центры, к которым могли бы привлечь инвесторов, создать государственно-частное партнерство – например, организации, которые занимались бы семенами и т.д., всем, что делали эти учхозы. А мы этого всего уже не имеем.

И кстати, если раньше в Законе о содействии жилищному строительству упоминалось, что  именно на федеральные земли могут быть прекращены права пользователей, то теперь так можно поступать уже со всеми неразграниченными землями – а у нас между федерацией, субъектом и муниципалитетом не разграничены большинство земель. Строго говоря, теперь, после принятия соответствующих поправок, можно прийти на любой неразграниченный участок и прекратить права добросовестного пользователя. И самое циничное то, что на землях, изъятых из сельхозпроизводства, строят теперь что угодно, необязательно жилье – можно и производство. В Пермском крае вот стали строить завод соков – на землях с высоким уровнем плодородия. Я занималась этим случаем и убедилась: не то чтобы там выбирали какие-то неплодородные участки – до 80% выбранных земель были землями с высоким уровнем плодородия. В принципе не должны прекращаться права по основаниям, не предусмотренным Земельным Кодексом РФ. В противном случае пользователи государственной земли не имеют никаких гарантий, не могут планировать свои действия, развивать производство, бизнес, если их права могут быть прекращены даже если они являются добросовестными пользователями.

Конечно, каждому из участников этого процесса – фонду РЖС, территории – достается немало выгод (появляется жилье, малая толика которого идет на выполнение социальных обязательств, федеральная структура получает средства для своего безбедного существования), но не оцениваются долгосрочные последствия. Дома строятся без учета существующих коммуникаций, новые жильцы и уже живущие на территории будут испытывать транспортные проблемы.  В учхозах повально проходят банкротства. При прекращении прав на землю не считали, сможет ли хозяйство существовать дальше. У меня была об этом статья – «Про рейдерство под государственным зонтиком». Там я как раз и предполагала, что хозяйству, у которого несколько лет назад фонд РЖС забирал землю,  предстоит банкротство. Ну, теперь процедура началась.

Теперь о Тимирязевской академии. Там претендуют на опытные поля. При том, что в Москве еще много ветхого жилья, много неприглядных районов, где можно строить новые дома взамен ветхих. Но ими слишком муторно заниматься: расселять, уговаривать. А тут открытое пространство и рядом с метро!  Да его стоило сохранить уже просто потому, что нем глаз отдыхает среди неприглядных коробок! Но если уж говорить всерьез, говорить о научной ценности, то уничтожение таких полей – это кощунство.

Там есть земли, на которых опыты ставятся больше сотни лет. Результаты этих опытов идут в копилку мировой науки – там ведь с дореволюционных времен без удобрений возделываются культуры, и почвы восстанавливаются только на основании чередования культур, без химии. Это в принципе никуда нельзя перенести, ни на какую территорию – и это мировая копилка знаний. В научном аспекте эти поля в самом деле имеют мировую ценность, и именно туда еще и выводят студентов на занятия.

И ведь те два клочка земли, два поля, из-за которых идет спор, ничего не решат с точки зрения жилищного строительства, в особенности для 14-миллионой Москвы. Ну, застроят их – и что дальше? Цену рыночную собьют? Сделают жилье доступным? Что потом? Пойдут в парк «Дубки», как уже пытаются? Строительным организациям нужны объемы. Они этим отчитываются, им остальное – не интересно. Но ведь на этом месте для строителей свет клином не сошелся. А эти остатки открытых пространств в столице, которые Петровской академии – это ж еще Петровская академия была – придают ценность.

Созданы федеральные организации. Сначала – Фонд РЖС, потом – АЖР. Их бюджет формируется за счет распоряжения нашим с вами богатством – сельскохозяйственными землями. Бюджет у них – позавидуешь! Кто почувствовал, что эти организации созданы для доступного жилья? Что для граждан России улучшилось? Так что с точки зрения конечного результата деятельность этих организаций требует разъяснений.  Вот в Белгородской области, например, есть организация с похожим названием – ну, так там и впрямь есть доступное жилье. Там правительство области создало еще и систему организаций, которая позволяет любому жителю области с небольшим достатком иметь индивидуальный дом. Это я могу понять, это цель. При этом – не нарушают права добросовестных пользователей. В такой ситуации можно ожидать развития территории и бизнеса на ней.

Что можно сделать? Нужно срочно внести поправку в ФЗ «О развитии жилищного строительства» и убрать норму о прекращении прав пользования государственной землей без оснований, предусмотренных Земельным Кодексом РФ. Этот Кодекс – основной земельный документ. Им пренебрегать нельзя. В целях развития страны. Если мы этого хотим», – заключила Наталья Шагайда.

Информация о том, что АЖР претендует на земли Тимирязевской академии и что принципиальное решение на этот счет уже принято, появилась в СМИ 31 марта. Речь шла об опытно-экспериментальных полях, расположенных вдоль Лиственничной аллеи и Большой Академической улицы. История вызвала бурную реакцию в социальных сетях.

Интерес к теме вспыхнул с новой силой после того, как в первой декаде апреля замминистра сельского хозяйства России Джамбулат Хатуов приезжал в академию с намерением убедить ее сотрудников и учащихся, что лишение их опытных полей не нанесет научному сообществу ущерба, так как взамен академии будут выделены другие земли и выплачена компенсация. Сами же сотрудники академии, как объяснял замминистра, получат квартиры в домах, построенных на ранее использовавшихся в научных целях участках. Позиция замминистра не встретила понимания в вузе.

8 апреля десять бывших министров сельского хозяйства написали письмо президенту России Владимиру Путину с просьбой остановить ликвидацию Тимирязевской академии. После этого руководство «Единой России» обратилось к премьер-министру Дмитрию Медведеву с просьбой приостановить реализацию проекта, чтобы снизить «социальное напряжение».

Как сообщила газета «Коммерсантъ», Минсельхоз России и Фонд РЖС уже пообещали провести общественное обсуждение «развития территории Тимирязевской академии», однако сотрудники и учащиеся академии добиваются полной отмены проекта. 11 апреля состоялся митинг протеста студентов и преподавателей академии против решения правительственной комиссии о застройке опытных полей. 

Редакция

Электронная почта: [email protected]
VK.com Twitter Telegram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2022.