1 октября 2023, воскресенье, 01:29
TelegramVK.comTwitterYouTubeЯндекс.ДзенОдноклассники

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

Иван Грозный как герой нашего времени

Памятник Ивану Грозному в Орле.
Памятник Ивану Грозному в Орле.

В России появился первый памятник царю Ивану Грозному. Его открытие приурочили к православному празднику Покрову Пресвятой Богородицы. Памятник был открыт в Орле по инициативе местных властей.

Губернатор Орловской области Вадим Потомский и раньше уже высказывался на тему личности Грозного, по его мнению, несправедливо оболганного историками. Открытие памятника вызвало новый виток споров на эту тему.

 
Открытие памятника Ивану Грозному в Орле. Фото: orel-region.ru

Памятник поставлен неслучайно, убежден аналитик «Полит.ру» Василий Измайлов.

«В Орле поставили памятник Ивану Грозному. Про это многое уже сказано и, по сути, больше разговаривать тут особо не о чем, поскольку в России много плохого, много хорошего, и среди хорошего – это, в общем-то устоявшаяся точка зрения по поводу того, что дурно, а что благо в русской истории, особенно что касается дореволюционной эпохи, поскольку авторитет Николая Михайловича Карамзина по большому счету непререкаем, и все оценки, которые содержались в его «Истории государства российского» и есть магистральные оценки, которых придерживается все общество.

Хотелось бы обратить внимание на два обстоятельства, которые представляются в этой связи важными. Обстоятельство первое (и, в общем, лежащее на поверхности) – это то, что происходит сейчас.

Плохое образование. Это очень серьезная борьба. Победитель в этой борьбе может получить настолько много, что мы в результате можем потерять страну. Это не пугалки, это не увещевания – это абсолютная констатация того, что мы видим вокруг себя. Дальше каждый сам заполняет пустые места в предложении, как посчитает нужным: «Мы потеряем страну, потому что (впишите желаемое)».

 
Открытие памятника Ивану Грозному в Орле. Участницы торжественной церемонии. Фото: orel-region.ru

Борьба за плохое образование – это борьба за плохое все. Борьба за плохую медицину, борьба за плохие товары, борьба за плохое поведение на улице, и так далее, и так далее. Я, конечно, далек от мыслей, что если человек предпочитает Эдуарда Асадова Константину Случевскому, то это говорит о том, что страна в находится в когнитивном тупике. Но высшее образование – это такая страшная штука. Она как пепел Клааса – все время стучит в сердце. И все-таки что-то в этом есть. Отсутствие вкуса, как мне представляется, тоже очень дурно влияет на социально-политический климат – о чем, собственно, были очень хорошие статьи у нас на «Полит.ру», если не ошибаюсь, Вахштайна.

Не хочу тут поднимать святых мертвецов из могил и ссылаться на то, что лучше знать правильно, хорошо и много, чем не знать ничего. Не об этом речь. В известном смысле то, что мы видим по Ивану Грозному, является естественным следствием того культа своеобразной истории, который мы видим в течение последних десяти лет.

 
Возложение цветов к памятнику Ивану Грозному. Орел, 14 октября 2016 года. Фото: orel-region.ru

Я не хочу сказать о том, что это – какая-то плохая и неправильная история. Я хочу сказать о том, о чем всегда хочется сказать в этой связи. По-настоящему образованный слой в России всегда был настолько тонким и настолько узким, что, как только знание выходило за его пределы, начиналось то, что мы видели вокруг себя очень часто. Классический пример – это революционные события начала двадцатого века. Но есть и много неклассических примеров, и один из них мы видим сейчас: отсутствие профессионального кластера, в том числе и в истории, в том числе и в исторической социологии, в том числе и в каких-то количественных дисциплинах, отсутствие обратной связи с обществом и выдает то, что мы видим сейчас. Попытка присоединиться к корням какими угодно методами, какими угодно способами, зачастую – теми, которые не выдерживают сколько-нибудь серьезной исторической критики.

 
Открытие памятника Ивану Грозному в Орле. Участники торжественной церемонии. Фото: orel-region.ru

Тут, конечно, надо говорить о кризисе гуманизма, поскольку сам интерес к фигуре Грозного и, как следствие, к фигуре Сталина (тут можно поменять их местами – как мне кажется, одно и то же), свидетельствует об этом. И, конечно, интерес к фигуре Грозного – это уж, конечно, история совсем в сторону, но важно это понимать – в общем, конечно, рефлексия по поводу фильма Сергея Михайловича Эйзенштейна главным образом, а не по поводу «Истории государства Российского». Точно так же, как когда мы говорим о культе Александра Невского, присущем тем или иным территориям, тем или иным социальным группам.

 
Профиль Феликса Дзержинского в офисе УФМС Пресненского района. 2013 год. Фото Алины Пущиной

Но, повторяю, сейчас не о том речь. Речь о том, что стремление к своему «укоренению» приводит к попытке отыскания своих предков странным образом, в странное время и при странных обстоятельствах. Ну, а с другой стороны: а почему бы, собственно, части спецслужб, особенно – искушенной в определенных делах, вести свою родословную не от Феликса Дзержинского, а от Малюты Скуратова? По-моему, нормально. Или от Шишковского. И те, и другие – точно такие же исторические персонажи; и те, и другие – не просто звери-людоеды и кровопийцы-душегубы, а звери-людоеды и кровопийцы-душегубы, руководствовавшиеся какими-то совершенно конкретными историческими и, может, даже благими соображениями.

Это было первое, хотя и непропорционально большое размышление. Второе – короткое и, как мне кажется, значительно более важное. Мы знаем, что в обществе не консенсуса в отношении фигуры Сталина. Говорят сейчас про это много, и очень хорошо говорят – знаете, как у Тургенева: «Они поженились, и, может быть, доживут до любви». Так и здесь: надеюсь, мы доживем до какого-то консенсуса.

Но при этом надо понимать, что, в общем, Сталин, при всем своем «большевистском антибольшевизме», все-таки, конечно, был, скажем так, социальным технологом. Когда он сталкивался с задачей, которую, как ему казалось, он не в состоянии решить, он прибегал к «хирургическому вмешательству», полагая, что тем самым задача будет разрешена. Классический пример, да простят меня наши польские друзья и коллеги, – это Катынь.

 
Книжный развал в Москве. Фото Алины Пущиной.

Опять-таки, здесь очень не хочется давать каких-либо оценок, но было для советского истеблишмента было совершенно очевидно, что польская элита никогда, ни про каких условиях не будет проводить не то что просоветскую, но даже пророссийскую политику. И поэтому было поступлено так, как поступлено. Прощения этому нет, забвения этому нет, но тут есть какие-то внятные побудительные мотивы. Как у преступника: «я убил ее, потому что…» – и дальше следует какой-то перечень. Это достойно того, чтобы быть исследованным, – хоть, конечно, не достойно того, чтобы быть прощено или понято. А в случае с Иваном Грозным мы имеем дело с совершенно другими вещами.

Иван Грозный – это правитель, который многое сделал, но, как говорят футбольные болельщики, «счет на табло». Посмотрите, что было с русским государством в 80-ых годах шестнадцатого века. Посмотрите, во что оно превратилось. Посмотрите, в какую яму оно, благодаря усилиям Ивана IV, было опущено. Можно много говорить про Казанское и Астраханское ханство. Но, как мне кажется, эти достоинства не стоят и половины тех недостатков, которые мы легко отыскиваем в его правлении.

Тем не менее, на сегодня у части истеблишмента существует версия «Ну, царь – это же хорошо!». Я не говорю о том, что здесь какие-то «кесаребожие» возникает. Я не говорю о том, что кто-то проецирует события шестнадцатого века на события века двадцать первого и пытается должным образом показаться перед какими-то освященными властью лицами. В этом отношении был замечательный текст Дмитрия Орлова – почитайте и насладитесь в полной мере тем, как работает сознание у людей, которые привыкли выдавать наверх то, что, как им кажется, должны хорошо читать в околовластных кругах.

 Но речь даже не об этом. Для меня в той связи, о которой мы говорили, Иван Грозный – это классический пример того русского государства, к которому очень не хотелось бы никаким образом примыкать. Поскольку убийство своих политических врагов – и даже не врагов, а людей, заподозренных в том, что они как-то негативно могут что-то сделать – есть свидетельство только одного: свидетельство глубочайшего непрофессионализма управленческой политики.

Принципом «человека наоборот» является знаменитое наполеоновское: «Мне совершенно все равно, как человек ко мне относится – важно, чтобы он на меня работал». И так судит профессиональный государственный деятель. С Иваном Грозным все ровно наоборот. Дело не в том, что он – самодур, убийца и человек, по-видимому, страдавший каким-то психическим недугом. Дело в том, что он – государственный непрофессионал. Ничем другим подобные немотивированные репрессии (если слово «репрессии» в данном случае уместно) объяснить невозможно.

Можно сколько угодно рассказывать о Варфаломеевской ночи, когда было уничтожено больше людей, чем за все правление Ивана Грозного, можно сколько угодно говорить про Генриха VIII и подобных странных персонажах в европейской истории. Но это совершенно не отменяет того, о чем я говорю: каждый человек должен находиться на своем месте. И, например, поэтому лично я с очень большим пониманием отношусь к культу Александра III, который с легкой руки Никиты Сергеевича Михалков вторгся в российское сознание – царя, безусловно, думающего, профессионального и достойного, если можно говорить о том, что царствование в России требует профессионализма. 

В случае с Иваном Грозным мы имеем дело с абсолютно другой историей, и в этой связи, конечно, Иван Грозный – герой нашего времени. Потому что то, что зачастую мы видим вокруг себя, то неумение хозяйствовать, то нежелание трудиться, то отсутствие всякого побуждения к общественному благу в известном смысле и связывается лично мной, Василием Измайловым, с именем Ивана Грозного.

Поэтому вот все ругают [орловского] губернатора [Вадима] Потомского, а я в известном смысле хвалю. Говорю: «Молодец, губернатор! Тонко почувствовал момент. Поставил памятник именно тем общественным порокам, которые первенствуют сегодня». Возможно, это станет той самой низшей точкой нашего падения, после которой мы поймем, что, может быть, что-то не так, и начнем что-то делать вокруг себя», – объяснил Василий Измайлов.

Редакция

Электронная почта: [email protected]
VK.com Twitter Telegram YouTube Яндекс.Дзен Одноклассники
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2023.