29 ноября 2021, понедельник, 00:25
VK.comFacebookTwitterTelegramInstagramYouTubeЯндекс.ДзенОдноклассники

НОВОСТИ

СТАТЬИ

PRO SCIENCE

МЕДЛЕННОЕ ЧТЕНИЕ

ЛЕКЦИИ

АВТОРЫ

«Ужас Мой пошлю пред тобою». Религиозное насилие в глобальном масштабе

Издательство «Новое литературное обозрение» представляет книгу американского социолога Марка Юргенсмейера «"Ужас Мой пошлю пред тобою". Религиозное насилие в глобальном масштабе» (перевод Алексея Зыгмонта).

Насилие часто называют «темной изнанкой» религии — и действительно оно неизменно сопровождает все религиозные традиции мира, начиная с эпохи архаических жертвоприношений и заканчивая джихадизмом XXI века. Но почему, если все религии говорят о любви, мире и всеобщем согласии, они ведут бесконечные войны? С этим вопросом Марк Юргенсмейер отправился к радикальным христианам в США и Северную Ирландию, иудейским зелотам, архитекторам интифад в Палестину и беженцам с Ближнего Востока, к сикхским активистам в Индию и буддийским — в Мьянму и Японию. Итогом стала эта книга — наиболее авторитетное на сегодня исследование, посвященное религиозному террору и связи между религией и насилием в целом. Ключ к этой связи, как заявляет автор, — идея «космической войны», подразумевающая как извечное противостояние между светом и тьмой, так и войны дольнего мира, которые верующие всех мировых религий ведут против тех, кого считают врагами. Образы войны и жертвы тлеют глубоко внутри каждой религиозной традиции и готовы превратиться из символа в реальность, а глобализация, политические амбиции и исторические судьбы XX–XXI веков подливают масла в этот огонь.

Предлагаем прочитать фрагмент книги.

 

Обоснования насилия в христианстве

Поддержку своей позиции Майкл Брей нашел в том, как в Европе когда-то боролись с нацистским режимом. Моральным образцом для него в этом плане стал немецкий богослов и лютеранский пастор Дитрих Бонхёффер, который неожиданно для всех отказался от блестящей научной карьеры в Нью-Йоркской объединенной теологической семинарии, чтобы вернуться в Германию и примкнуть к тайному заговору с целью убить Гитлера. План разоблачили еще на этапе замысла, и Бонхёффер — молодой и талантливый этический мыслитель — был повешен нацистами, оставшись в памяти как мученик и автор нескольких богословских трудов. С тех пор теоретики морали часто приводят его как пример того, что ради праведного дела христианин может обратиться к насилию и что обстоятельства могут вынуждать его преступить закон ради высшей цели.

Один из коллег Бонхёффера в Объединенной теологической семинарии Рейнгольд Нибур, второй любимый автор Брея и, по всеобщему мнению, один из крупнейших протестантских богословов XX века, также много размышлял на сей счет. Его беспокоила старая, как само христианство, этическая дилемма: допустимо ли ради благих целей применять силу или даже насилие? Начав карьеру как пацифист, впоследствии Нибур скрепя сердце признал, что насилие для христианина допустимо — но только ради восстановления справедливости и в ограниченной мере[1].

Нибур обращался к традиции религиозного активизма, которая восходит к самим истокам христианства и раннему контексту революционной борьбы против римской оккупации Израиля. В Новом Завете упоминается, что по крайней мере двое из учеников Иисуса принадлежали к зелотам — иудейским бунтовщикам. Считалось ли движение Иисуса антиправительственным — вопрос по-прежнему дискуссионный, однако же в Новом Завете ясно говорится, что римские власти признали его виновным в подстрекальстве к мятежу, за что и казнили[2].

Поддерживал ли Иисус насильственное свержение римской оккупации, неясно, испоры относительно того, может ли христианство одобрять насилие, ведутся в церкви испокон веков. Одни говорят, что христиане должны следовать преподанному Иисусом образцу самоотверженной любви, «любить врагов своих, благословлять проклинающих вас, благотворить ненавидящим вас и молиться за обижающих и гонящих вас» (Мф 5:44). Аргументами в пользу обратного служат известный случай с изгнанием торгующих из храма и загадочные фразы вроде мрачного пророчества:

«Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч» (Мф 10:34, также Лк 12:51–52).

По утверждениям ранних христианских богословов, в том числе Тертуллиана и Оригена, христиане твердо воздерживались от того, чтобы отнимать жизнь, — и в соответствии с этим отказывались, например, служить в римской армии. Первые христиане были, таким образом, пацифистами.

Когда в IV веке н. э. христианство получило статус государственной религии, видные церковные деятели стали отвергать пацифизм и продвигать доктрину справедливой войны — впервые эту идею предложил Цицерон, и ее же  потом развивали Амвросий Медиоланский и блаженный Августин[3]. Заключается же она в допустимости применения военной силы при определенных условиях, включая соотносительность (если она может спасти больше жизней, чем будет потеряно) и легитимность (применение силы лишь с одобрения официального авторитета). Из-за злоупотребления этим концептом, приведшего к военным авантюрам и жестоким гонениям на еретиков и прочих инакомыслящих, уже в XIII столетии Фома Аквинский настойчиво утверждал, что война неизменно греховна вне зависимости от того, что иногда и ведется за правое дело.

Примечательно, что теория справедливой войны до сих пор остается краеугольным камнем христианского представления о том, допустимо ли моральное насилие[4], а некоторые современные христианские мыслители задействуют ее в рамках теологии освобождения и заявляют, что церкви необходимо поддержать «справедливую революцию»[5].

Рейнгольд Нибур продемонстрировал актуальность этой теории применительно к общественным конфликтам XX века, увязав ее основную идею с «долгом» христианина построить справедливое общество. «Реалистически», с его точки зрения, глядя на мир, Нибур пришел к выводу, что для борьбы с социальной несправедливостью, особенно в ситуации подавления со стороны корпораций и государства, моральных увещеваний недостаточно. Именно поэтому, как он пишет в своем ключевом эссе «Почему христианская церковь не исповедует пацифизм», иногда приходится отказаться от ненасилия впользу силового решения[6]. Исходя из августиновской трактовки первородного греха, Нибур заявлял, что выкорчевать зло и неправду в нашем греховном мире иногда можно лишь праведной силой и что малые стратегические акты насилия порою нужны, чтобы предотвратить большее насилие и несправедливость. В ситуациях, когда нужно прибегнуть к насилию, пишет Нибур, его следует использовать осмотрительно, ловко и точно — совсем как хирург использует скальпель[7].

Однако же наряду с теорией справедливой войны в христианском наследии есть и другие, менее популярные образцы религиозного насилия: например, инквизиция и Крестовые походы. Инквизиция XIII столетия была попыткой средневековой церкви искоренить ересь, для чего обвиняемых пытали, а осужденных отправляли на костер.

Уже в XV веке испанская инквизиция охотилась прежде всего на крестившихся евреев и мусульман, чье обращение вроде как было неискренним; обыденными элементами духовных испытаний служили опять-таки пытки и смерть. Девять Крестовых походов, эпоха которых началась в 1095 году, когда папа римский Урбан II призвал христиан всего мира отвоевать захваченный мусульманами Храм Гроба Господня в Иерусалиме, и закончилась спустя триста лет, велись под звуки боевого клича «Deus vult» («Этого хочет Бог»). Продвигаясь по Европе к Святой земле, крестоносцы увлекали всех бедных и отчаявшихся в свое донкихотское предприятие, не принесшее сколько-нибудь устойчивых военных успехов, но стоившее жизни тысячам совершенно ни в чем не повинных мусульман и евреев.

В наши дни память об этих трагических событиях христианской истории сохранилась в эпитете «крестоносец», как называют любого проявляющего излишний фанатизм. Одухотворенное рвение борцов с абортами вроде преподобного Майкла Брея, которые в борьбе с врачами и их защитниками — то есть светскими властями — не чураются даже насилия, и вправду напоминает о крестоносцах. Однако же Брей опирался не на историю Крестовых походов, а на этический аргумент Нибура и образец христианской жертвенности Бонхёффера с его заговором против фюрера. Именно благодаря этим современным либеральным христианам — апологетам праведного насилия — у Брея создалось впечатление, что его собственные попытки добиться социальных перемен путем насилия теологически обоснованы.

Кардинальное отличие Брея от Нибура и Бонхёффера и в плане богословия, и в смысле оценки нынешней ситуации заключается в том, что он сравнивает демократическую Америку с нацистским Третьим рейхом и настаивает, что светское правительство следует заменить ориентированной на Библию религиозной политикой. Весьма сомнительно, чтобы эти или иные представители протестантского богословского мейнстрима с этим бы согласились. Как и большинство современных теологов, Бонхёффер и Нибур поддерживали отделение церкви от государства ради сохранения целостности того и другого. От вторжения религиозных и любых других идеологических ценностей в политические расчеты и государственные дела — так называемого морализма — особенно предостерегал Нибур.

Исходя из этого, поддержку своим религиозно-политическим идеям Брей вынужден был искать за пределами мейнстрима протестантской мысли. Осуждая «пагубную слабость» Бонхёффера и Нибура к умеренной богословской неоортодоксии, Брей нашел себе идейных союзников в лице группы авторов, представляющих более консервативную теологию доминиона и полагающих, что христианство должно вновь утвердить владычество (или «доминион») Бога над целым миром, включая светскую политику и светское же общество. Подобная точка зрения, которую выражают такие «правые» спикеры-протестанты, как преподобные Джерри Фарвелл и Пэт Робертсон, вызвала в христианской консервативной среде бурный всплеск социально-политического активизма, начавшийся в1980-е годы и продолжившийся уже в XXI столетии.

Христианское движение против абортов буквально пронизано идеями доминионистов. Рэндал Терри, основатель воинствующей антиабортной организации под названием «Операция "Спасение"» и постоянный автор доминионистской газеты «Встречный ветер» (Crosswinds), подписал опубликованный в этом издании «Манифест для христианской церкви». В нем утверждается, что Америка должна «функционировать как христианская страна», и критикуются «проявления морального зла» в светском обществе: «аборт по первому требованию, блуд, гомосексуализм, индустрия секс-развлечений, узурпация данных нам Господом Богом родительских прав и свобод, государственно-корпоративное воровство у граждан путем обесценивания их денежных средств и перераспределения их богатств, а также теория эволюции, которая преподается в школах как единственно допустимая точка зрения»[8].

Крайне «правый» сектор доминионизма представлен еще одним туманным, но, с точки зрения Майка Брея, более чем убедительным богословским движением — теологией реконструкции, то есть «восстановления», представители которой стремятся к построению христианской теократии[9].

Их работы, которым Брей посвятил немало времени, составляют у него дома отдельную полку. Цитирует реконструкционистов и такой рьяный борец с абортами, как Пол Хилл, который одно время даже учился у основателя движения, Грега Бансена, в Реформированной богословской семинарии в Джексоне, штат Миссисипи[10].

Сами предводители реконструкционистов возводят свои идеи, которые иногда называют «теономией», к Корнелиусу ван Тилю — жившему в XX столетии пресвитерианскому профессору богословия из Принстонской семинарии, отнесшемуся к словам протестантского богослова XVI века Жана Кальвина о необходимости установить Божью власть над всем сущим со всей серьезностью. Наследники ван Тиля — его бывшие студенты Бансен и Русас Джон Рашдуни, а также его зять Гэри Норт — приняли «установленчество» (presuppositionalism) в качестве доктрины с полным набором выводов относительно роли религии в политической жизни.

Авторы-реконструкционисты считают, что вскоре после Реформации история протестантской политики «пошла по кривой дорожке», и особенно недовольны возникшим в эпоху Просвещения форматом разделения церкви и государства. Христианское общество, по их мнению, нужно «реконструировать», сделав законодательно-социальным идеалом Библию. Для распространения своих взглядов реконструкционисты основали Институт христианской экономики вТайлере, штат Техас, и Халкидонский фонд в Валесито, штат Калифорния. Они делают собственную газету и публикуют множество книг и брошюр с богословскими разъяснениями, почему христианские идеи должны пронизывать экономическую, правовую и политическую жизнь общества[11].

Как пишет самый «пролайферский» реконструкционист Гэри Норт, «вернуть все общественные институты под контроль Иисуса Христа — вот моральный долг христиан»[12]. Особенно же это якобы необходимо в Соединенных Штатах, где светское законодательство, как его трактует Верховный суд и защищают либеральные политики, намеренно, по мнению Рашдуни и прочих, отходит от христианства — в частности, в плане абортов и гомосексуализма. Однако в конечном счете реконструкционисты стремятся не просто сбросить бремя секуляризма. Как и другие доминионистские богословы, они говорят, что христианам суждено править миром в качестве нового богоизбранного народа.

Взгляд реконструкционистов на историю — «пост-милленаристский»; они полагают, что Второе пришествие Христа состоится лишь по истечении тысячелетнего религиозного триумфа (в этом и заключается христианская идея «тысячелетнего царства»), так что верующие должны обеспечить все общественно-политические условия для явления Христа.

«Премилленаристы», напротив, придерживаются мнения, что христианское тысячелетнее царство настанет уже после Второго пришествия, которое будет величайшим катаклизмом в мировой истории. Исходя из этого, их политическая активность намного ниже. Последователи теологии реконструкции наподобие Майка Брея, доминионисты вроде американского политика и телеведущего Пэта Робертсона, многие предводители политически активной Христианской коалиции — все они сплошь постмилленаристы и уверены, что христианское царство на земле установится еще до конца света. К идее христианского общества они относятся всерьез и трактуют ее буквально — как формат религиозной политики, при котором библейский закон станет общеамериканским.

В беседе со мной Майк Брей настаивал, что общество, основанное на христианской морали, — не новшество, и в слове «реконструкция» подчеркивал смысл восстановления, воссоздания. Несмотря на всю чуждость идеи папства, он высоко оценивал многое из католической социальной доктрины и восхищался традицией канонического права.

Ведь, в конце-то концов, по его словам, политический порядок на Западе был основан на библейском фундаменте еще совсем недавно. Будучи противником подобного «расформирования» политической роли церкви, Брей определяет себя как «антирасформирователя».

Идея прихода христиан к власти для Брея — более чем реалистическая. Так, он сказал, что при исполнении ряда условий христианская революция может прокатиться по стране волной и повлечь конституционные перемены, что позволит перекроить ее законы по библейским лекалам.

В ином же случае вполне вероятно, что при новом федеральном устройстве отдельные штаты смогут экспериментировать с религиозной политикой по своему усмотрению. На вопрос, какие штаты могли бы быть к такому готовы, он помедлил, но в итоге назвал Луизиану и Миссисипи, присовокупив Северную или Южную Дакоту.

Не все мыслители-реконструкционисты поощряют обращение к насилию — особенно того рода, какое оправдывают Брей и Хилл. Как признает реконструкционистский автор Гэри Норт, по вопросу о насилии, в частности антиабортному, «в лагере теономистов размежевание». За несколько месяцев до убийства доктора Бриттона и его телохранителя Пол Хилл отправил Норту письмо — очевидно, надеясь заранее получить от него одобрение, — приложив к нему черновик эссе, где в теономистском духе обосновывал возможность таких убийств. Норт ответил лишь после убийства и выразил сожаление, что отговаривать Хилла от его «ужасного намерения» уже слишком поздно. В открытом письме, опубликованном впоследствии в виде брошюрки, он осудил его взгляды как «линчевательное богословие»[13].

По мнению Норта, библейский закон допускает исключения из заповеди «не убий» (Исх 20:13), но только в смысле учения о справедливой войне, когда «транслятор завета» благословляет кого-либо на это в военный период с целью защитить свой дом, казнить осужденного преступника, отомстить за смерть близких, спасти целый народ или не допустить беззаконников навлечь гнев Божий на всю общину[14].

В ответном письме Хилл и Брей возразили ему, что ситуация с абортами в США соответствует многим из этих условий. Пол Хилл, находившийся тогда в тюрьме города Старк, штат Флорида, утверждал, что библейский запрет на убийство также предполагает, что «необходимо также применять силу, хотя бы и смертельную, для защиты, для предотвращения убийства»[15]. И далее он писал, что в наши дни «нож абортника» — это «острие дьяволовой атаки» и поэтому у его действий есть богословская значимость[16].

В своей книге «Время убивать» Брей затронул поднятый Нортом вопрос о санкции на насилие со стороны легитимного источника авторитета — как тот писал, «транслятора завета» — и заявил о возможности «праведного восстания»[17].

Подобно тому, как приверженцы теологии освобождения говорили о праве на незаконное применение силы ради установления должного морального порядка, Брей писал, что насилие допустимо не только ради противодействия «убийству», то есть абортам, но и ради построения христианского политического порядка, как его представляют себе реконструкционисты вроде того же Гэри Норта. Немного насилия для Брея — малая цена за исполнение Божьих заповедей и построения царствия Его на земле.

Для приверженцев «Христианской идентичности» и реконструкционистов наподобие Тимоти Маквея, Буфорда Фарроу, Бенджамина Смита, Уильяма Пирса, Ричарда Батлера и Майкла Брея мир охвачен войной. Так, с отсылкой к скрытой, но «космической» войне между силами тьмы и света «идентичники» приводят библейские истории об архангеле Михаиле, уничтожающем семя зла[18]. Что повсюду бушует великий моральный конфликт, согласны и реконструкционисты. Как писал сам Брей, «вершится убийство, и наш долг — положить этому конец». Картина мира «Идентичности» — это тайное противостояние ООН, США и других правительственных агентов с малочисленными группами просвещенных, которые видят подлинную суть этих невидимых супостатов — с их точки зрения, дьявольских сил — и достаточно отважны, чтобы бросить им вызов. Хотя Брей по большей части и отвергает конспирологические теории «идентичников» и особенно осуждает их антисемитизм, их участие в борьбе против секулярного зла и упорство в создании христианского общества заслужили его высокую оценку.

По словам Майка Брея, его насилие в отношении абортариев обосновано не какой-то личной вендеттой против агентств, с которыми он-де расходится по вопросам морали. Причина — чисто религиозная. Его позиция — выражение масштабного крестового похода американской христианской субкультуры против всего остального общества, вроде как их угнетающего. Взяв на вооружение богословские построения реконструкционистов и «Христианской идентичности», носители этой субкультуры полагают, что эта их насильственная реакция на массовые и жестокие репрессии со стороны светских — или, как иногда говорится, «жидовских» — воплощений дьявольских сил полностью оправданна.

Майк Брей и его разбросанные по всем США сторонники утверждают, что насилие для них — не самоцель, а лишь реакция на институциональное насилие или якобы исходящие от светских властей репрессии. Поэтому когда Брея обвиняли в том, что он с помощью бензина и тряпок сжег абортарий, представители его культуры не считали это нападением на гражданские свободы или же местью на почве ненависти. Напротив, они решили, что он выступил в авангарде великой оборонительной борьбы христиан с секулярным государством — сражении между силами духовной истины и варварской тьмы, ставкой в котором являются моральный облик Америки и праведность ее народа.



[1] См. Niebuhr R. Moral Man and Immoral Society. Scribner’s, 1932; а также Niebuhr R. Why the Christian Church is not Pacifist? Student Christian Movement Press, 1940.

[2] Несколько спорную постановку вопроса о том, что современники первых христиан воспринимали их как политическое движение, см. в: Brandon S. F. G. Jesus and the Zealots: A Study of the Political Factor in Primitive Christianity. Charles Scribner’s Sons, 1967. Более современный взгляд на Иисуса как на революционера представлен в: Aslan R. Zealot: The Life and Times of Jesus of Nazareth. Random House, 2013.

[3] См.: War and the Christian Conscience: From Augustine to Martin Luther King, Jr. / ed. Marrin R. Henry Regnery, 1971; Turner James J. Ideology, Reason, and the Limitation of War: Religious and Secular Concepts. Princeton University Press, 1975. См. также мою статью «Ненасилие» (Nonviolence) в: The Encyclopedia of Religion/ ed. Eliade M. Macmillan, 1987. P. 463–467.

[4] См.: См.: Potter R. War and Moral Discourse. John Knox Press, 1969; Ramsey P. The Just War: Force and Political Responsibility. Charles Scribner’s Sons, 1968; MertonT. Faith and Violence: Christian Teaching and Christian Practice. University of Notre Dame Press, 1968.

[5] См.: Brown R. M. Religion and Violence, 2nd ed. Philadelphia: Westminster Press, 1987. P. 56–61; Gutierrez G. ATheology of Liberation: History, Politics, and Salvation, rev. ed. Maryknoll. Orbis Books, 1988; Cabastrero T. Revolutionaries for the Gospel: Testimonies of Fifteen Christians in the Nicaraguan Government. Orbis Books, 1986.

[6] Niebuhr R. Why the Christian Church is not Pacifist.

[7] См.: Niebuhr R. Moral Man and Immoral Society.

[8] «Manifesto for the Christian Church», Crosswinds. Цит. по: Berlet C. John Salvi, Abortion Clinic Violence, and Catholic Right Conspiracism. Political Research Associates, 1996. P. 8.

[9] См. книгу Джулии Ингерсолл: Ingersoll J. Building God’ s Kingdom: Inside the World of Christian Reconstruction. Oxford University Press, 2015.

[10] North G. Lone Gunners for Jesus: Letters to Paul J. Hill. Institute for Christian Economics, 1994. P. 2.

[11] Книгой, определившей теологию реконструкции в качестве движения, стал двухтомный труд Русаса Джона Рашдуни «Основания библейского закона» (Rushdoony R. J. Institutes of Biblical Law. Craig Press, 1973). Изложение основных идей ван Тиля можно найти в его книге «Какой мерою мерить?» (Rushdoony R. J. By What Standard? Thoburn Press, 1978), а также в работе Ричарда Прэтта «Всякое плененное помышление» (Pratt R. Every Thought Captive. Presbyterian and Reformed Publishing, 1982). Главный печатный орган реконструкционистов — выходящий два раза в месяц журнал Chalcedon Report («Халкидонский вестник»), позднее сменивший название на Faith in All of Life («Вера в любую жизнь»), — был основан в 1965 году и позднее вытеснен блогом на сайте www.chalcedon.edu. Прочие оригинальные источники движения цитируются в книге Ингерсолл.

[12] North G. Backward, Christian Soldiers? An Action Manual. Institute for Christian Economics, 1984. P. 267. По Норту, четыре столпа христианского реконструкционизма — это библейский закон, эсхатологический оптимизм, предопределение и «предпосылочная апологетика», которую он определяет как «философскую защиту веры» (Ibid. P. 267). Норт был автором или редактором свыше двадцати томов, включая «Введение в христианскую экономику» (An Introduction to Christian Economics, 1973), а также книг «Милленаризм исоциальная теория (Millennialism and Social Theory, 1990) и «Безоговорочная капитуляция: как Бог победит» (Unconditional Surrender: God’ s Program for Victory, 1988, здесь и везде — Institute for Christian Economics).

[13] North G. Lone Gunners for Jesus. P. 25.

[14] Ibid. P. 6–8.

[15] Hill P. Paul Hill Speaks. Reformation Press, 1997. P. 1.

[16] Ibid. P. 2.

[17] Bray M. A Time to Kill. P. 158.

[18] Aho J. Politics of Righteousness. P. 85.

Обсудите в соцсетях

«Ангара» Африка Византия Вселенная Гренландия ДНК Иерусалим КГИ Луна МГУ МФТИ Марс Монголия НАСА РБК РВК РГГУ РадиоАстрон Роскосмос Роспатент Росприроднадзор Русал СМИ Сингапур Солнце Титан Юпитер акустика антибиотики античность антропогенез археология архитектура астероиды астронавты астрофизика бактерии бедность библиотеки биоинформатика биомедицина биомеханика бионика биоразнообразие биотехнологии блогосфера вакцинация викинги виноделие вирусы воспитание вулканология гаджеты генетика география геология геофизика геохимия гравитация грибы дельфины демография демократия дети динозавры животные здоровье землетрясение змеи зоопарк зрение изобретения иммунология импорт инновации интернет инфекции ислам исламизм исследования история карикатура картография католицизм кельты кибернетика киты клад климатология клонирование комары комета кометы компаративистика космос кошки культура культурология лазер лексика лженаука лингвистика льготы малярия мамонты математика материаловедение медицина металлургия метеориты микробиология микроорганизмы мифология млекопитающие мозг моллюски музеи насекомые наука нацпроекты неандертальцы нейробиология неолит обезьяны общество онкология открытия палеоклиматология палеолит палеонтология память папирусы паразиты пауки перевод питание планетология погода политика право приматы природа психиатрия психоанализ психология психофизиология птицы путешествие пчелы ракета растения реки религиоведение рептилии робототехника рыбы сердце смертность собаки сон социология спутники средневековье старение старообрядцы стартапы статистика табак такси технологии тигры топливо торнадо транспорт ураган урбанистика фармакология физика физиология фольклор химия христианство цифровизация школа экзопланеты экология электрохимия эпидемии эпидемиология этология язык Александр Беглов Алексей Ананьев Дмитрий Козак Древний Египет Западная Африка Латинская Америка НПО «Энергомаш» Нобелевская премия РКК «Энергия» Российская империя Сергиев Посад Солнечная система альтернативная энергетика аутизм биология бозон Хиггса вымирающие виды глобальное потепление грипп защита растений инвазивные виды информационные технологии искусственный интеллект история искусства история цивилизаций исчезающие языки квантовая физика квантовые технологии климатические изменения когнитивные науки компьютерная безопасность компьютерные технологии космический мусор криминалистика культурная антропология культурные растения междисциплинарные исследования местное самоуправление мобильные приложения научный юмор облачные технологии обучение одаренные дети педагогика персональные данные подготовка космонавтов преподавание истории продолжительность жизни происхождение человека русский язык сланцевая революция темная материя физическая антропология финансовый рынок черные дыры шнобелевская премия эволюция эволюция звезд эмбриональное развитие этнические конфликты ядерная физика Вольное историческое общество Европейская южная обсерватория жизнь вне Земли естественные и точные науки НПО им.Лавочкина Центр им.Хруничева История человека. История институтов дело Baring Vostok Протон-М 3D Apple Big data Dragon Facebook Google GPS IBM MERS PayPal PRO SCIENCE видео ProScience Театр SpaceX Tesla Motors Wi-Fi

Редакция

Электронная почта: polit@polit.ru
Яндекс.Метрика Top.Mail.Ru
Свидетельство о регистрации средства массовой информации
Эл. № 77-8425 от 1 декабря 2003 года. Выдано министерством
Российской Федерации по делам печати, телерадиовещания и
средств массовой информации. Выходит с 21 февраля 1998 года.
При любом использовании материалов веб-сайта ссылка на Полит.ру обязательна.
При перепечатке в Интернете обязательна гиперссылка polit.ru.
Все права защищены и охраняются законом.
© Полит.ру, 1998–2021.