Десять лет назад, 25 февраля 1997 года, в парижском пригороде Фонтенэ-о-Роз скончался Андрей Донатович Синявский (Абрам Терц) — литературный критик, литературовед, писатель, главный обвиняемый на самом известном политическом судебном процессе 1960-х.
Андрей Синявский родился в 1925 году. В 1952 окончил филфак МГУ, работал научным сотрудником в Институте мировой литературы, защитил кандидатскую диссертацию; в 1959–1965 – член Союза советских писателей; с начала 1960-х — один из ведущих критиков журнала “Новый мир”. Автор множества статей, посвященных творчеству литераторов, выпавших в свое время из официального мейнстрима советской литературы или не вписавшихся в него полностью.
Однако эстетические и философские расхождения молодого литературоведа с “советской действительностью” оказались намного глубже, чем это было возможно выразить, оставаясь в рамках официальных публикаций даже самых либеральных советских журналов. В 1950-е гг. Синявский разрабатывает собственную альтернативу “социалистическому реализму”, официальной культурной догме советской идеологии; позднее, в 1959, в анонимной статье “Что такое социалистический реализм?”, опубликованной во французском журнале “Эспри”, он назвал этот альтернативный творческий метод “фантастическим реализмом”. С 1954, во исполнение этой культурологической программы, он осуществляет рискованный литературный проект: создает несуществующего писателя Абрама Терца, который работает исключительно в манере “фантастического реализма”, игнорируя решительно все ограничения и нормы, диктуемые советской идеологической традицией. С 1956 рассказы, повести и романы Абрама Терца тайно переправлялись за рубеж, где и публиковались.
В конце 1950-х Синявский привлек к подпольному писательству своего друга, переводчика Юлия Даниэля, который, в свою очередь, стал тайно публиковаться на Западе под псевдонимом Николай Аржак.
Арест Синявского и Даниэля в сентябре 1965 по обвинению в “антисоветской пропаганде” (под которой подразумевалась опубликованная ими за границей беллетристика), массированная газетная кампания против двух “провокаторов и отщепенцев”, первые за много десятилетий Советской власти публичные протесты против уголовного преследования литераторов за их творчество (включая манифестацию московской молодежи 5 декабря на Пушкинской площади), твердое мужество, проявленное обоими писателями на следствии и суде, приговор, вынесенный Верховным судом РСФСР в феврале 1966, — 7 лет лагерей строгого режима Синявскому и 5 Даниэлю, — все это вывело интеллектуальную авантюру, затеянную Андреем Синявским, за рамки собственно литературного процесса. Побочным следствием “фантастического реализма” стало не менее фантастическое в советских условиях появление в СССР независимого общественного движения – протестного правозащитного движения.
Но далеко идущие общественно-политические процессы, вызванные к жизни “делом Синявского и Даниэля”, происходили уже практически вне связи с дальнейшей биографией писателя. Отбыв наказание почти полностью (он был освобожден досрочно летом 1971, за 14 месяцев до конца срока), Синявский, не имея перспективы продолжения своей литературной работы на родине, вскоре эмигрировал во Францию. Жил под Парижем, преподавал в Сорбонне, писал и публиковал — в основном, по-прежнему под именем Абрама Терца — эссеистику, литературоведческие статьи и книги, мемуары. Принимал участие в культурной и общественной жизни русской эмиграции “третьей волны”; его независимые и резкие литературные и политические суждения неоднократно вызывали бурную, доходившую до скандалов полемику в эмигрантской прессе. С конца 1980-х печатался на родине, часто приезжал в Москву; выступал в средствах массовой информации с острой критикой политических и экономических реалий России 1990-х.
Несмотря на приговор Верховного суда, изобретенная Синявским школа фантастического реализма нашла своих последователей в советской литературе еще в 1970-е (Владимир Орлов, Анатолий Ким и многие другие). В дальнейшем литературные концепции Синявского настолько органически вошли в современную русскую культуру, что лишь немногие вспоминают в связи с ними имя их автора. Немногие сегодня в состоянии оценить вклад “Абрама Терца” в “литературный процесс в России” (название одной из самых ярких его публицистических статей середины 1970-х). Но очень многие люди в нашей стране запомнили переломное значение “дела Синявского и Даниэля” в становлении российской гражданственности и личный вклад Андрея Синявского в этот перелом — честное и мужественное гражданское поведение человека, ввергнутого в какфкианский абсурд государственной политической расправы с инакомыслием.
Международное общество “Мемориал”
Статья из биографического словаря “Диссиденты Центральной и Восточной Европы”
СИНЯВСКИЙ АНДРЕЙ ДОНАТОВИЧ (8.10.1925, Москва – 25.02.1997, Фонтенэ-О-Роз, Франция).
Писатель, литературовед, критик. Автор повестей и рассказов, тайно напечатанных на Западе под псевдонимом Абрам Терц. Главный обвиняемый по делу СИНЯВСКОГО и ДАНИЭЛЯ, спровоцировавшему первую волну открытой протестной активности в СССР.
Сын профессионального революционера, до 1918 члена партии социалистов-революционеров. В 1943–1945 служил в армии. После демобилизации — студент, а затем аспирант филологического факультета МГУ.
В конце 1940-х – начале 1950-х МГБ пыталось использовать С. в качестве агента-провокатора в операции против его сокурсницы, француженки Элен Пельтье; он, однако, предупредил свой “объект” о намерениях госбезопасности и успешно провел вместе с ней рискованную игру по срыву чекистских планов (спустя несколько лет Э. Пельтье стала основным помощником С. в передаче за рубеж рукописей его “подпольных” произведений, а в 1984 эта история легла в основу одной из глав романа “Спокойной ночи”.
В 1952 защитил кандидатскую диссертацию; с 1953 и до ареста – научный сотрудник Института мировой литературы им. М. Горького АН СССР. Автор работ, посвященных творчеству В. Маяковского, М. Горького, Э. Багрицкого, советской литературе времен Гражданской и Великой Отечественной войн. В 1957–1958 вел на филологическом факультете МГУ семинар по русской поэзии начала ХХ века; в 1958–1965 преподавал русскую литературу в Школе-студии МХАТ. В 1960 выпустил (совместно с Игорем Голомштоком) книгу “Пикассо” — первое советское издание, посвященное жизни и творчеству этого ранее полузапрещенного в СССР художника. В декабре 1960 был принят в Союз писателей СССР. Приобрел известность как один из ведущих литературных критиков журнала “Новый мир”. В 1965 в серии “Библиотека поэта” было издано собрание стихотворений Б. Пастернака (первое после смерти поэта), с обширным предисловием С.; в дополнительных тиражах этого тома, выпущенных после ареста С., предисловие было снято.
С 1954 начал писать, а с 1956 – тайно передавать за границу рассказы, повести и эссе, которые не могли быть опубликованы в СССР.
В центральном для философско-эстетической концепции С. трактате “Что такое социалистический реализм”, анонимно вышедшем в 1959 в Париже, исследуется трагическое противоречие между возвышенным общественным идеалом, декларируемым коммунистической теорией, и средствами, используемыми для его достижения: “Чтобы навсегда исчезли тюрьмы, мы понастроили новые тюрьмы. Чтобы пали границы между государствами, мы окружили себя китайской стеной. Чтобы труд в будущем стал отдыхом и удовольствием, мы ввели каторжные работы. Чтобы не пролилось больше ни единой капли крови, мы убивали, убивали и убивали <...>. Достижения никогда не тождественны цели в ее первоначальном значении. Средства и усилия, затраченные ради цели, меняют ее реальный облик до неузнаваемости. Костры инквизиции помогли утвердить Евангелие, но что осталось после них от Евангелия?”. Социалистический реализм — художественный метод, отход от которого с 1934 считался в Советском Союзе серьезным идеологическим преступлением, — С. трактует как “телеологическое искусство”, “новый классицизм”. Он признает эстетическую ценность этого метода “в чистом виде”, его неразрывную связь с социокультурным феноменом тоталитаризма, но резко возражает против практиковавшегося советскими литераторами эклектического совмещения соцреализма с традициями “критического реализма” русской литературы XIX века. В качестве альтернативы предлагается изобретенный С. “фантастический реализм” — “искусство фантасмагорическое, с гипотезами вместо цели и гротеском взамен бытописания”, задача которого “быть правдивым с помощью нелепой фантазии”. С точки зрения С., только “фантастический реализм” способен адекватно передать абсурд тоталитарной действительности.
Для реализации этой программы создает Абрама Терца, не просто псевдоним, а своего рода литературного двойника. Фантастические рассказы и повести Терца издавались за рубежом с 1959, имели громкий успех задолго до разоблачения и ареста С., были переведены на основные европейские и азиатские языки. В течение ряда лет КГБ усиленно разыскивал автора этих произведений, подключив к этому, по-видимому, и свою зарубежную агентуру.
8.09.1965 был арестован. 5.01.1966 Секретариат ЦК КПСС по предложению КГБ и после согласования с руководством Союза писателей СССР принял решение о проведении открытого судебного процесса над С. и арестованным одновременно с ним за аналогичное “преступление” его другом Юлием ДАНИЭЛЕМ. Этим же решением предопределялась и мера наказания: лишение свободы. Сразу вслед за решением ЦК в советской печати была развернута широкомасштабная кампания против обоих “отщепенцев” и “литературных перевертышей”, достигшая своего апогея в дни судебного процесса и продолжавшаяся еще несколько недель после его окончания.
10–14.02.1966 дело слушалось в Верховном Суде РСФСР. И в ходе процесса, и в последнем слове С. решительно отказался признать себя виновным, отстаивая право писателя на творческую свободу и заявляя, что “к художественной литературе нельзя подходить с юридическими формулировками”. Суд признал подпадающими под действие ст. 70 ч. 1 УК РСФСР две повести Терца (“Суд идет” и “Любимов”) и фрагменты статьи С. “Что такое социалистический реализм”. Приговор – 7 лет лишения свободы.
Дело СИНЯВСКОГО и ДАНИЭЛЯ стало одним из центральных событий 1965–1966. Оно потрясло мировое общественное мнение, в том числе, и прокоммунистически настроенные круги западной интеллигенции. А внутри СССР вызвало беспрецедентную волну индивидуальных и коллективных протестов, включая “митинг гласности” 5.12.1965 на Пушкинской площади в Москве (это первое в стране публичное выступление в защиту права многие исследователи считают начальной вехой правозащитного движения в СССР). От аналогичных протестов, которые годом ранее вызвало дело Иосифа БРОДСКОГО, кампания 1965–1966 отличалась не только масштабами, но и отказом от “келейности”: в Самиздате циркулировали письма и выступления в защиту С. и Ю. ДАНИЭЛЯ, многие из которых были обозначены авторами как “открытые”, и последние слова подсудимых на процессе.
Из записи суда, сделанной их женами, откликов советской и мировой прессы, писем протеста и других материалов, связанных с делом СИНЯВСКОГО и ДАНИЭЛЯ, А. ГИНЗБУРГ составил в 1966 “Белую книгу” – документальный сборник, ставший первым в ряду многих подобных изданий о политических процессах. Последующие события привели к новому витку протестной активности.
Отбывал срок в мордовских политических лагерях. Написал в лагере две книги: “Прогулки с Пушкиным” и “Голос из хора” – и начал работу над третьей, “В тени Гоголя” (все эти книги, в которых автор сохраняет литературную маску Абрама Терца, представляют собой уже не беллетристические произведения, а эссе или литературоведческие трактаты). В конце шестого года заключения хлопоты его жены Марии Розановой и отбывшего свой срок Ю. ДАНИЭЛЯ, обратившихся к властям с прошениями о помиловании С., возымели результат: Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 20.05.1971 он освобожден от дальнейшего отбывания наказания и 8.06.1971, за 15 месяцев до конца срока, выпущен из лагеря.
В течение следующих двух лет живет в Москве, продолжает писать. Не имея возможности публиковаться ни легально, ни, как раньше, нелегально, он принимает решение эмигрировать. 10.08.1973 выехал на постоянное место жительства во Францию.
Преподавал русскую литературу в Сорбонне. В 1974–1975 – член редколлегии журнала “Континент” (вскоре вышел из состава редколлегии вследствие острого идейно-политического конфликта с главным редактором Владимиром МАКСИМОВЫМ). Постоянно печатался (в обеих своих ипостасях) в журнале “Синтаксис” (Париж), основанном и редактируемом М. Розановой. Вел непрерывную полемику с представителями национально-патриотического течения в русской эмиграции (в частности, с А. СОЛЖЕНИЦЫНЫМ): “...в условиях советского деспотизма русскому интеллигенту подобает, на мой взгляд, быть либералом и демократом, а не предлагать какой-то иной вариант нового деспотизма... наше призвание – оставаться сторонниками свободы”.
Написал и выпустил в эмиграции ряд книг, среди них наибольшую известность приобрел автобиографический роман “Спокойной ночи” (1984), в котором С. описал становление и жизнь своего литературного alter ego. Первые публикации в СССР — в сборнике “Цена метафоры, или Преступление и наказание Синявского и Даниэля” (Москва, 1989; в книгу включены произведения, опубликованные на Западе в 1959—1966, и последнее слово С. на суде).
Начиная с января 1989 неоднократно приезжал на родину. После октября 1993 он — один из наиболее жестких критиков ельцинской России.
Роль писателя в обществе, согласно С., — это роль “отщепенца”, “изгоя”, “преступника” (имя Абрам Терц заимствовано из блатного фольклора), “диссидента”. В этом смысле он и себя воспринимал как диссидента — не только по отношению к советскому режиму, но и по отношению к эмигрантской среде и бытующим внутри значительной ее части идеологическим и мировоззренческим табу. Отчасти поэтому выход в свет почти каждой новой книги С. сопровождался литературным скандалом: сначала в эмиграции, а начиная с 1989 — и на родине.
Д.И. Зубарев
