Авторы:
Илья Пономарев,
депутат Государственной Думы ФСРФ, председатель подкомитета по технологическому развитию Комитета ГД по информационной политике,информационным технологиям и связи
Михаил Ремизов,
президент Институтанациональной стратегии,
Роман Карев,
генеральный директор Институтанациональной стратегии,
Константин Бакулев,
руководитель аппарата подкомитетапо технологическому развитию Комитета ГД по информационной политике,информационным технологиям и связи
Москва
2009
1. Введение
Модернизациястала сегодня ключевым термином дня, главным словом эпохи. Такую же примернороль 20 лет назад играло слово «демократия». Модернизация сейчас, какдемократия тогда, должна, согласно распространенным представлениям, спастистрану, вывести ее к новым историческим рубежам и горизонтам развития.
В то жевремя, единого понимания модернизации в элитах нет. И очень важно, чтобы«модернизацию» сегодня не постигла та же участь, что «демократию» в начале1990-х гг., т.е. чтобы это понятие не было выхолощено, дискредитировано и непревратилось в свое отрицание.
Длязначительной части экономической и административной элиты модернизация – этопросто совокупность программ, позволяющих получить недорогое финансирование изгосударственного бюджета или от окологосударственных банков.
Крупныеотряды бюрократии нередко понимают модернизацию как локальную / точечную заменуаппаратных кадров – «не совсем правильных» чиновников на «совсем правильных»,т.е. принадлежащих к определенным группам / кланам. Это относится, во многом, ик бывшим крупным чиновникам, понимающим под модернизацией систему механизмов ихсобственного возвращения в той или иной форме в российскую власть.
Большаячасть статусного «экспертного сообщества» рассматривает модернизацию как поводдля получения новых бюджетов на написание аналитических и псевдоаналитическихдокументов.
Тем неменее, в ходе экспертной дискуссии в СМИ были высказаны и достаточно серьезныетезисы о модернизации. В основном, они сводятся к следующему.
· Модернизация – это система мер и мероприятий попреодолению экономического и технологического отставания России от некоторыхразвитых стран Запада (по списку); в связи с этим критерии и параметры модернизации,равно как и шкала оценки ее успешности могут формироваться только по отношениюк странам (группам стран), принятых за образец (модернизационный паттерн)
· Российская модернизация является экзогенной,так как обусловлена давлением внешних факторов, а не внутренней потребностью элит/ общества / народа в модернизации
· Множествостран мира (Япония, Южная Корея, страны ЮВАО, некоторые государства ЛатинскойАмерики) прошли путь экзогенной модернизации, и их опыт представляет для Россиисущественную (в некоторых элементах - определяющую) ценность
· Модернизация подразумевает отказ от любыхпредставлений об «особом пути» страны / цивилизации, хотя и предполагаетинтеграцию некоторых традиционных для данного социума ценностей и представлений
· Модернизация может привести к радикальному икачественному сокращению отставания от стран, принятых за образец, но никогдане приведет ни к «догонянию», ни к «перегонянию»; модернизация, в известномсмысле – это фиксация неизбежного, «справедливого» отставания от стран, принятыхза образец
· В экономической сфере модернизация неизбежноподразумевает импорт технологий как основу рывка (прорыва) на определенныхнаправлениях
· Модернизация – это краткосрочный илисреднесрочный (в зависимости от масштабов объекта модернизации) проект, имеющийчеткие временные параметры и границы.
Вышеприведенныетезисы, по нашему мнению, отчасти верны, но, в то же время:
- недостаточнополно отражают понимание сущности и целей модернизации;
- нераскрывают специфики российской модернизации в наши дни.
2. Определениемодернизации
Пониманиемодернизации как, прежде всего, смены поколений технологий (технологическогопрорыва) не вполне продуктивно, поскольку вопросо технологическом развитии упирается в вопрос о существовании общественнойсреды, способной к воспроизводству, внедрению и использованию технологий.Техника и каждый наблюдаемый в истории технологическийуклад есть, в своей основе, социальноеявление. Поэтому, сколь бы ни была важна технологическая модернизация,главным предметом модернизационной концепции является само общество. Точнее,определенный тип общества – обществомодерна.
Модернизацияв указанном смысле представляет собой процессформирования в рамках данного государства и в заданных историческихобстоятельствах общества модерна.
Данноеопределение позволяет избежать необходимости раскрывать понятие модернизациичерез привязку к внешним стандартам и странам, принятым за образцы, т.к.«общество модерна», с одной стороны, носит универсальный характер, с другойстороны – всегда привязано к данным историческим и цивилизационнымобстоятельствам.
Какправило, эталоном описания общества модерна служит комплекс «социальных,экономических и политических систем, которые сложились в Западной Европе иСеверной Америке в период между XVII и XIX веками и распространились на другие страныи континенты» (Шмуэль Айзенштадт). Однако это не означает, что всякая незападнаямодернизация является экзогенной – вынужденной или заимствующей. Отдельныечерты общества модерна проявляются в цивилизационных ареалах и историческихэпохах, далеко отстоящих от Нового времени (в частности, греко-римскаяантичность), в фазе перехода от аграрно-сословной цивилизации к городской.Больше того, модернизационные процессы Нового времени во многом вдохновлялисьименно этими далекими образцами и носили подчас откровенно «подражательный»характер. Не говоря уже о том, что дажев процессе экзогенных модернизаций в незападных странах происходит нетиражирование единой для всех современности, а формирование множественных(цивилизационных и национальных) моделей современности (о чем писал тот же Айзенштадт).
Вобщественных науках сложился обширный перечень типологических характеристикобщества модерна. В их числе:
-культурологические характеристики (рационализация общественного сознания,линейно-историческое мышление),
-социально-демографические (урбанизация),
-экономические (специализация труда, массовое товарное производство),
-коммуникационные (увеличение связности общества за счет новых коммуникаций –от средств массовой информации додорожной сети),
-административные (переход функций управления к рациональной бюрократии),
-этнонациональные (унификация общества на базе единого языкового и культурногостандарта),
-политические (формирование «арен публичности», превращение индивида /гражданина, а не общины / сословия / корпорации, в базовую единицу общества),
-правовые (монополизация законодательства, суда, легитимного насилия под эгидойгосударства).
Посколькуконцепция модернизации является не чисто описательной, а практическиориентированной, она обращена, прежде всего, к тем подсистемам современногообщества, которые могут быть построены (созданы) государством или реформированыим. К их числу относятся:
- системамассового образования,
- административнаясистема,
- массоваяармия,
- суды,
- системаисполнения наказаний,
- институционализированнаянаука,
- пресса
и такдалее.
Всовременной историко-социологической литературе вполне укоренился взгляд насовременное общество как на общество в основе своей созданное этими и имподобными «социальными машинами» –масштабными системами социализации человека и социальной коммуникации. Вэтом существенное отличие от средневекового общества, где «производство»человека как социального существа, так же, как и товарное производство,происходило не «промышленным», а «кустарным» способом (единственное исключениепредставляет, пожалуй, Церковь как институт сквозной и массовой социализации,во многом предвосхитивший школу, армию, бюрократию и даже нациюэпохи модерна).
При переходе к современной моделисоциализации, точнее, по мере ее успешной экспансии нанаселение модернизирующейся страны, в рамках последней формируется нация как культурно однородное и солидарноесообщество.
Соответственно,с технической точки зрения, процесс модернизации общества может быть понят какпроцесс построения базовых системсоциализации, представляющих собой инфраструктурный каркас современногообщества.
Такоепонимание модернизации позволяет расставить акценты в дискуссии о балансе междугосударством и гражданским обществом, централизацией и частной инициативой вмодернизационном процессе. Сложность общества модерна такова, что раскрытиеконструктивного потенциала частной инициативы в нем возможно только на базеширокой, комплексной инфраструктуры социализации и социального взаимодействия,выстроенной и поддерживаемой современным государством. В том случае, если этаинфраструктура работает относительно исправно, гражданское общество склонно незамечать ее, как человек не замечает воздух, которым дышит. В том случае, еслиона неисправна, больным оказывается не только само государство, но и обществово всех его сегментах.
Чтобыпроиллюстрировать этот тезис, вспомним, с одной стороны, позднесоветскийпериод, когда общество было склонно воспринимать базовые блага налаженнойсистемы социализации как естественную, «неотменимую» данность (при этомиспытывая острую фрустрацию из-за дефицита потребительских благ); а с другойстороны – период 1990-х гг., когда ни доступ к потребительским благам, нираскрепощение частной инициативы не могли компенсировать того провала базовыхсистем социализации, который произошел в постсоветский период.
Собственно,тот факт, что этот провал по сей день существует, и делает модернизацию стольактуальной темой для нашей страны.
3. Спецификароссийской модернизации
3.1. Ретроспектива
3.1.1. Имперский период
Россиявступила в модернизационный процесс так же, как и большая часть европейскихстран, в XVII веке,однако свой «фирменный стиль» российская модернизация обретает при Петре I – создателе регулярной армии, табели орангах, новой административной системы, Академии наук, инициаторе языковойреформы (алфавита и литературного языка). Именно эти и им подобные социальныепроекты предопределили «модернизационный прорыв» петровской эпохи, тогда как ееуспехи в технической и экономической сферах в значительной мере продолжали опытпредшественников.
ПреемникиПетра, по большей части, мыслили себя продолжателями его проекта. В численаиболее значимых модернизационных программ XVIII и XIX вв. следует отметить:
-развитие системы университетов, военных училищ, классических и реальныхгимназий, военных гимназий (в дальнейшем кадетских корпусов), народных училищ,(т.е. инфраструктуры качественного социально дифференцированного образования),
-административные реформы Екатерины II,Николая I,
-судебную, земскую реформы Александра II,
-военную реформу Александра II какэтап формирования общенациональной армии на принципах всеобщей мобилизации,
-принятие и реализацию программы строительства стратегической сети железныхдорог при Александре III,
-формирование основы высокой и массовой национальной русской культуры силами«творческой аристократии» и одаренных разночинцев,
-формирование элементов политического представительства при Николае II.
Этотперечень может быть существенно расширен. Для целей нашего доклада достаточнозафиксировать, что в начале XX века Россия стояла на пороге обществамодерна и современного национального государства. «Напороге» в данном случае означает, что она сформировала базовые шаблонысовременной социализации (инфраструктурный каркас общества модерна), но неуспела распространить их на все общество, т.е. полностью «ассимилировать»собственное общество в состояние модерна (можно сказать, ассимилироватьтрадиционное общество в нацию). На пути этого процесса стояли два серьезныхпротиворечия:
-социальное: противоречие между интересами социальных верхов, с одной стороны,модернизированных групп населения (начиная от профессиональной интеллигенции изаканчивая квалифицированным пролетариатом), с другой стороны, и крестьянскимбольшинством страны – с третьей (эти противоречия носили именно трехстороннийхарактер, что придавало им дополнительную сложность);
-национальное: противоречие между русской культурной основой сформированныхмоделей социализации (российская модернизация, как и все успешные европейскиемодернизации Нового времени, имела выраженную национальную основу) и интересамикрупных и многочисленных периферийных регионов империи, некоторые из которых(Финляндия, Польша) имели собственные национальные модели модернизации, другиеже (Средняя Азия, Закавказье) не имели таковых вовсе; однако и те и другиерешительно противодействовали ассимиляции, каковая была равнозначнамодернизации в условиях Российской Империи.
3.1.2. Советский период
Разрешатьназванные противоречия модернизационного процесса довелось уже большевикам; причемв разрешении первого противоречия они были куда более успешны, чем в разрешениивторого.
ПравителиСССР, в значительной мере, продолжили модернизационную траекторию царскойРоссии. При этом, с одной стороны, они катастрофически «обрубили» некоторыелинии развития, с другой – привнесли в опыт отечественного модерна такие черты,как массированная индустриализация, урбанизация, система всеобщего социальногообеспечения, всеобщего образования, развития научного знания, массоваяидеология и массовая партия (как основа управления, социальной мобильности исоциального контроля). В целом, советское общество было оригинальной версиейразвитого общества модерна, что вполне признавалось добросовестной частью егоидеологических и геополитических оппонентов, в частности, авторами теорииконвергенции (1950-60-х гг. - Джон Гэлбрейт, Раймон Арон), прогнозировавшими (аотчасти констатировавшими) сближение двух самостоятельных версий современногоиндустриального общества – советско-социалистической изападно-капиталистической.
3.1.3. Перестройка и постсоветский период
Вопросо том, считать ли переходный («перестроечный») и постсоветский опыт модернизационным, хотя бы в отдельныхотношениях, является дискуссионным. На наш взгляд, ответ на него должен бытьотрицательным. Несмотря на то, что одним из мотивов преобразований вперестроечное время служило ускорение экономического развития, а впостперестроечное – заимствование передовых социально-политических институтовзападных стран, именно в эти периоды из фокуса внимания государства (да иактивных слоев общественности) выпало главное содержание процессовмодернизации: формирование человека как полноценного члена общества(социализация) и формирование общества как внутренне связной и солидарной нации(нациестроительство). Миссия социализации человека и формирования нации былапровалена постсоветским государством (и это – на фоне неумолкающей риторики о«человеке как главной ценности» Новой России). «Отраслевые» кризисы 1990-х –армии, социальной сферы, образования и воспитания, государственногоадминистрирования, правового регулирования и т.д. – были симптомами ислагаемыми разрушения общества модерна в отдельно взятой стране. Поэтому мывполне солидарны с позицией таких исследователей, как Стивен Коэн, которые,вопреки «транзитологическому» шаблону, характеризуют социальную эволюцию напространстве бывшего СССР как демодернизацию. Потому возвращениев эпоху «перестройки» или в 1990-е годы, к чему призывают некоторыеотечественные идеологи, несовместимо с реальной модернизацией России.
3.2. Своеобразие актуальных историческихусловий
Опытпостсоветской демодернизации определяющим образом влияет на модернизационнуюповестку сегодняшней России и служит одной из причин того, что опытмодернизаций прошлого – как эндогенной европейской модернизации XVII-XX веков,так и экзогенных модернизаций в странах «третьего мира» – может найти лишьограниченное применение в условиях России.
А)Первое кардинальное отличие состоит в следующем.
Всемодернизации прошлого сводились к трансформации традиционного общества (с егорелигиозной и трудовой этикой, отсутствием завышенных потребительских запросов,относительной прочностью семейных институтов и т.п.) в общества модерна. Этоотносится и к Германии XIX века,и к Японии эпохи Мейдзи, и к ВосточнойАзии и Латинской Америке второй половины XX века.
В современной России нет традиционногообщества. Оно разрушено в ходе нескольких предшествующих модернизацийстраны: от петровской до коммунистической (сталинской и хрущевской). Потому всовременной РФ фундаментом модернизации – впервые в истории – выступает обществопостмодерна, созданное на зыбкой базе абортированного советскогомодернизационного проекта.
Подобноеположение вещей предполагает, в частности:
-отсутствие прочного религиозно-этического фундамента модернизации;
-наличие первичного каркаса общества потребления, что само по себе усложняетлюбые модернизационные реформы, проекты и мероприятия;
-ползучую эрозию институтов государства, свидетельством чему служит крайневысокий уровень коррупции.
Всовременной России ценности общества потребления (постиндустриализированная«надстройка») сочетаются с архаизированной экономикой (деиндустриализированный«базис»). Именно приоритет потребительских ценностей и форм мышления (приотсутствии органически усвоенных традиционалистских стереотипов, унаследованныхот прошлого) представляется главным культурным препятствием российскоймодернизации: модернизация, особенно на первых этапах, предполагает безусловныйприоритет инвестирования / накопления над потреблением, «цивилизации труда» над«цивилизацией досуга».
ПоэтомуРоссии придется стать страной-пионером в деле построения общества модерна изобщества потребления, существующего на обломках прежних модернизационныхпроектов.
Этопотребует масштабных, фундаментальных реформ сразу в нескольких сферах, вчастности, таких как: высшее и среднее образование, научное развитие,государственная служба, военное строительство, правоохранительная система,судопроизводство, массовая культура и идеология.
Сдругой стороны, сегодняшняя модернизация России уникальна и тем, что будетпроисходить в стране, которая в прошлом уже осуществила несколько незавершенныхмодернизаций. Это значит, что в отличие от всех других стран мира мы можемопираться на отдельные элементы и институты общества модерна, созданные нашимиисторическими предшественниками и не полностью утраченные к сегодняшнему дню.
Б)Второе отличие исторических условий сегодняшней России от некоторых образцовыхмодернизационных проектов связано с ролью Запада. А в нашем историческом«сейчас» эта роль кардинально отличается от той, какую играл Запад в эпоху и вусловиях холодной войны.
Экзогенныемодернизации в странах «третьего мира» осуществлялись с помощью Запада какдонора развития и представляли собою программы интеграции отдельных участков «третьегомира» в «первый мир». Целью Запада в данном случае была стратегическая победанад «вторым миром» («лагерем реального социализма»), в том числе посредствомдемонстрации эффективности западноориентированных образцов и вариантовмодернизации.
СегодняЗапад, находясь в условиях однополярного мира, не заинтересован в модернизациистран, лежащих за пределами евроатлантической цивилизации, и потому не можетрассматриваться как реальный донор развития.
4. Перманентнаямодернизация как альтернатива демодернизации
Уместенвопрос: остается ли Запад при этом эталоном и ориентиром модернизационногоразвития? Во многих отношениях, несомненно, остается. Но с существеннойоговоркой, которая касается осознания симптомов демодернизации внутри самогозападного общества. Перечислим некоторые из них:
-деиндустриализация, в т.ч. в высокотехнологичных секторах экономики,
-вытеснение цивилизации труда цивилизацией досуга в массовой культуре, эрозияэтических оснований общества,
-практика мультикультурализма вместо ассимиляционной модели, геттоизация икультурно-этническая фрагментация общества,
- размываниесреднего класса, нарастание социальной поляризации,
-кризис сложившихся образовательных и воспитательных моделей.
Эти иим подобные процессы могут быть интерпретированы как признаки перехода в новоепостиндустриальное / постсовременное состояние, а могут – как сбои вцивилизации модерна (которой по-прежнему нет никаких позитивных исторических альтернатив).Но в любом случае они делают неадекватным наивное понимание модернизации какснятия кальки с текущего состояния западных обществ.
Если сам Запад способендемодернизироваться, то нас не может устраивать некритическое определение«модернизационного» через «западное».
Крометого, если мы фиксируем – на западном, но преждевсего на советском примере, – что развитые общества модерна подвержены угрозедемодернизации, то это ставит под вопрос постулат о необратимости результатовмодернизационного процесса. Они необратимы лишь в том смысле, что вернуться кустоям традиционного общества в прежнем виде невозможно, а вот утратитьзавоевания модерна – вполне возможно, и подчас пугающе легко.
Этозначит также, что ошибочным является представление о модернизации как ободнократном проекте, который, в случае своего успеха, заведомо не нуждается вповторении или возобновлении.
Еслимодернизация – процесс формирования общества модерна в конкретныхобстоятельствах места и времени, то модернизационные усилия государства должныбыть перманентными. Даже самыеуспешные на определенном этапе социальные модели могут изнашиваться современем, подвергаться эрозии и вырождению, пасовать перед новыми вызовами.
Обществомодерна, будучи уже сформированным, должно сохранять способность и решимость кревизии собственной системы институтов и – при необходимости – к ихреконструкции. Утрата этой способности и решимости есть застой в национальном и цивилизационном развитии. Тот самый застой.
5. Модернизацияи инноватизация
Неследует смешивать понятия «модернизация» и «инноватизация».
В светесказанного, можно разграничить их следующим образом: если инноватизацияпредставляет собой «подстегивание» экономико-технологического развития, томодернизация – создание фундаментальных, инфраструктурных (в самом широкомсмысле) предпосылок такого развития.
Разработкаи внедрение новейших технологий, создание нового технологического уклада естьне первая (по времени), но вторая задача модернизации. Бессмысленно, а подчас ивредно проводить инноватизацию в условиях отсутствия социальных и политическихинститутов, имманентных обществу модерна, поскольку только здоровый социум иполноценно развитый человек (человек как продукт общества модерна) можетправильно использовать достижения цивилизации.
Примером«инноватизации без модернизации» может служить ситуация тех сельских школ, гдеИнтернет прививается гораздо быстрее, чем коллектив квалифицированных учителей,набор бесплатных спортивных секций, элементарная культура быта и другиеэлементы «модернизационной» инфраструктуры.
Даже вболее благополучной социальной среде Интернет используется, в основном, не каксредство извлечения знаний и глобальная научная библиотека, а как средствопрожигания времени и, в лучшем случае, сетевой коммуникации. Повышениеинформационной активности соответствующей части общества отнюдь не гарантирует качестватакой активности. Напротив, возрастает риск того, что большинство сегодняшнихстудентов и школьников уже не смогут овладеть методом научного исследования,скрупулезного сбора информации, выделения важного и отсеивания лишнего. Словом,так и не станут «людьми модерна», в томчисле, из-за инноватизации, опережающей социализацию.
Точнотак же морально разложившейся, плохо обученной и плохо управляемой армии ни кчему новейшее высокоточное оружие.
Нанотехнологиикак спецпроект, вырванный из более широкого научного контекста, бессмысленны –корпоративный менеджмент, поставленный на место специализированных научныхсообществ, может потратить деньги только на представительские расходы инепрофильные активы.
Однимсловом, модернизация, на наш взгляд, касается в большей степени задачиоздоровления, отладки общественного развития, нежели его ускорения. Скоростьдвижения – не самоцель, особенно, если мы не управляем его траекторией.
6. Модернизацияэлит
Одна изспецифических черт современной российской ситуации (с учетом п. 3) состоит втом, что:
- современныероссийские элиты в целом являются элитами утилизации советского наследства ипотому не заинтересованы в модернизации;
-исторически сложившаяся природа российской власти позволяет Президенту РФ какнекоронованному монарху осуществить модернизацию элит в качестве предпосылкимодернизации страны в целом.
Необходимоотметить, что все масштабные модернизации в истории сопровождались превентивнымформированием модернизационной элиты.Это предполагает, во-первых, существенное обновление правящего слоя (старыеэлиты часто выступают противниками модернизационных мер), во-вторых,формирование в ядре элиты «авангардамодернизации» – группы единомышленников, консолидированной на базе общей этикии идеологии.
Применительнок условиям современной России необходимые черты модернизационной элиты видятсяследующим образом:
-внутренняя мобилизация по принципу: мобилизация– для элиты, либерализация – для общества (это может выражаться, например,в добровольном отказе от неприкосновенности частной жизни и ряда других правчастного лица при замещении определенных должностей, в случае с бизнесом – всниженной норме потребления и повышенной норме инвестирования и т.д.),
-лояльность нации, выраженная в преимущественно внутреннем инвестированиикапиталов (финансовых и социальных),
-ориентация на производительные и общественно необходимые виды деятельности(например, предприниматели и руководители ведомств должны конкурировать вразвитии подшефных технологий, а не спортивных клубов, гордиться атомнымипроектами и новой вертолетной площадкой в Усть-Урюпинске, а не успехамиподопечных в британской футбольной премьер-лиге),
-отраслевая компетентность, увеличение удельной доли «технократов» по отношению к«универсальным менеджерам», для которых управление в любой отрасли сводится фактическик определенной организации финансовых потоков,
-жесткая кадровая ответственность на базе прозрачных и публичных критериеврезультативности работы (на всех уровнях власти),
-открытость для ротации снизу, поощрение вертикальной мобильности.
Последнийпункт касается не только системных характеристик модернизационной элиты, но ипредпосылок ее формирования. Если модернизацияобщества требует превентивной модернизации элиты, то последняя, в свою очередь,требует превентивного создания механизмов вертикальной социальной мобильности,которые в современной России практически полностью отсутствуют либопарализованы.
7. Модернизацияв России – социальная реформация
7.1. Чрезвычайные меры в зонах социальногобедствия
Всегодняшней России процесс деградации человеческого потенциала ощутим не менееостро, чем в России 90-х: рост доходов в нулевые годы не мог компенсироватьрастущего износа прежних (советских) систем социализации. Следствиями являютсянаркотизация и алкоголизация населения, беспризорность (в т.ч. скрытая – приформальном наличии семьи), криминализация и архаизация бытовых укладов (в т.ч.из-за переизбытка неквалифицированной миграции из стран Средней Азии иЗакавказья), высокая смертность, кричащий дефицит социального доверия исолидарности и т.д.
Ростуровня жизни населения, ставший, по крайней мере, формально, основнымориентиром политики властей на протяжении уходящего десятилетия, не может бытьглавным путем решения этих проблем. Поскольку, во-первых, он крайненеравномерно распределен в обществе (т.е. фиксирует своего рода среднюютемпературу по больнице). Во-вторых, природа названных проблем связана в первуюочередь не с бедностью как таковой, а с десоциализацией (эрозией институтовсоциализации).
Дляхотя бы частичной нормализации положения государству предстоит принять рядчрезвычайных мер в соответствующих сферах социального бедствия. В частности,целесообразны следующие проекты.
Ликвидация беспризорности,реформа системы детских домов и приютов, в т.ч. с участием РПЦ и с учетом советскихпедагогических технологий.
Объявление войны организованнойпреступности, особенно в таких регионах, как Приморье, и повсей стране – в отношении этнических ОПГ и «наркомафий» (в значительной мере,это совпадающие категории). В частности, представляется разумным начать с того,чтобы восстановить специализированные подразделения по борьбе с организованнойпреступностью в МВД, переквалифицированные не так давно в «политическуюполицию» – отделы по борьбе с экстремизмом.
Ограничение низкоквалифицированной трудовоймиграции из регионов с архаическими культурными укладами (в т.ч. засчет жестких санкций в отношении соответствующих работодателей и обеспечениятрудовых/социальных прав мигрантов, что ликвидирует их конкурентоспособность нарынке труда).
Принудительное лечение наркомании иалкоголизма. Введение обязательного обследования отдельныхгрупп населения (в т.ч. школьников, студентов, военных, госслужащих) нанаркотическую и алкогольную зависимость и установление мер принудительноголечения (последние зачастую имеют не столько медицинское, сколькодисциплинарное значение, но от этого не менее действенны).
Реформа системы исполнения наказаний.Современная тюрьма превратилась в огромный механизм десоциализации, действиемкоторого прямо или косвенно затронуто до трети населения (а через экспансию соответствующейсубкультуры – и всё общество). В частности, необходимы меры по нормализацииусловий содержания заключенных, включая строительство системы новых, отвечающихевропейским стандартам пенитенциарных учреждений, развитию правозащитной,просветительской деятельности и системы трудовых поселений, снижению количествазаключенных за счет общенациональной «модернизационной» амнистии, профилактикиправонарушений, изменения санкций по некоторым статьям и т.д.
Перераспределение средств из сферы большогоспорта в сферу массовой физкультуры, развитие системы бесплатных(для детей и подростков) и дешевых (для взрослых) спортивных секций. А такжеиных массово доступных секций, кружков, образовательных центров.
Поощрение массового «низового» туризма, каквнутри страны, так и заграничного. Развитие внутреннего туризма, воссозданиетуристических клубов и ассоциаций. Дотирование поездок на отдых бюджетникам,студентам, иным социально уязвимым, но при этом активным категориям населения.
Обязательная дифференциация программподдержки рождаемости по регионам. В регионах аграрногоперенаселения (существенная часть ЮФО) поддержка рождаемости контрпродуктивна(там речь должна идти об иных формах социальной поддержки), тогда как врегионах демографического бедствия (большая часть Центральной России, Поволжья,Сибири, Приморья) она должна быть на порядок более широкой и интенсивной.(Например, представляется целесообразным заменить сертификаты на «второгоребенка» оплатой по пенсионному типу солидных – ощутимых с точки зрениясемейного бюджета – детских пособий, начисляемых в зависимости от возрастаребенка).
7.2. Формирование базовых системсоциализации, адекватных времени и стране
Меры,подобные вышеперечисленным, еще не означают модернизации как таковой. Онипредставляют собой противодействиедемодернизации, что чрезвычайно важно, но не достаточно. Модернизация жесоциальной среды требует, на наш взгляд, капитальной реконструкции тех базовыхсистем социализации, которые определяют облик современного общества. Преждевсего – системы образования, армии,государственной службы.
Тонаследство, которое мы получили в этих сферах, было, в целом, весьма добротным– особенно если учесть, что российская армия, школа, бюрократия пережили заодин век два революционных обрушения, сохранив при этом относительнуюдееспособность и ядро традиций.
Однакоэти системы не могут не нуждаться в качественном обновлении хотя бы потому, чтоте модернизации, в ходе которых они были созданы,
во-первых,отстоят от нас весьма далеко во времени, т.е. отвечали во многом иным вызовам иусловиям;
во-вторых,во многом были обнулены при двойном разрыве исторической преемственности (1917 г., 1991 г.);
в-третьих,не всегда и не во всем были удачными.
Поэтомусегодня нам приходится констатировать, что:
-средняя школа не справляется с качественным массовым образованием ивоспитанием,
-высшая школа – с производством востребованных обществом категорийпрофессионалов и, особенно, с производством элиты,
- армияв социальном отношении превратилась в аналог тюрьмы, «отстойник» для низших имаргинальных слоев населения, они производит массированную десоциализациюпризывного контингента и не справляется с воспроизводством офицерского корпусадолжного профессионального и этического уровня,
- в системегосударственной службы коррупция стала не отклонением, а нормой (системообразующимпризнаком).
Модернизационныйподход к названным проблемам означает проектирование новых систем в данной сфере (по петровскому примеру), с учетоманалогичного отечественного и зарубежного опыта. Для того чтобы модернизация непревратилась в «коренную ломку», это проектирование должно происходить в триэтапа:
1) Разработка детализированной концепциипреобразований в соответствующей сфере;
2) Реализация концепции преобразований насоциальных моделях (на локальных примерах);
3) Массированноевнедрение - тиражирование успешныхмоделей с постепенной заменой прежних систем.
Содержательноерассмотрение возможных преобразований применительно к каждой конкретной сфередолжно производиться отдельно. Здесь же лишь отметим, что модернизация предполагает решимость создавать новое общество (в видеочагов, эпицентров «новой жизни») без превентивно-революционного разрушениястарого.
8. Модернизацияв России – экономическая реформация
Однимиз проявлений стратегии, которую мы обозначили в одном из предыдущих разделовкак «инноватизация без модернизации», является попытка формированияпостиндустриальных секторов экономики без реконструкции ее индустриальногокаркаса. «Постиндустриализм» без «индустриализма» будет, в самом лучшем случае,крайне узким, анклавным (страна не может сформировать полноценную экономикузнаний, если не использует эти знания в собственномпроизводственно-практическом опыте) и не сможет обеспечить поступательное исвязное развитие всего общества.
Последнеенемыслимо вне развитой индустриальной системы (разумеется, на современномтехнологическом уровне, а не на уровне середины прошлого века), поэтому неоиндустриализация – один из важнейшихаспектов модернизации.
Такаяпостановка цели ставит целый ряд сложных вопросов. В частности – отехнологическом потенциале (доступе к технологиям) и о рыночных нишах для новойиндустриализации в мировом хозяйстве. Речь идет о двух парах альтернатив. Овыборе ориентации
А) навнешние рынки сбыта или на внутренний рынок,
Б) на импорттехнологий или на собственный научно-технологический потенциал.
Категорическийвыбор в каждой из этих пар не вполне уместен, но определенные акцентырасставить необходимо. Рассмотрим их поочередно.
А)Выбор приоритета: экспорт или импортозамещение?
Некоторыеэксперты справедливо отмечают, что внутренний российский рынок недостаточен длятого, чтобы обеспечить количественные и качественные параметры промышленногороста, аналогичные корейскому, японскому и, тем более, китайскомуэкономическому чуду; а также, что импортозамещение не будет долгосрочноуспешным без ориентации на внешние рынки.
Этаперспектива выглядит вроде бы привлекательно. Однако внешние рынки промышленнойпродукции заняты, «затоварены», и одним из главных факторовконкурентоспособности на них является дешевая рабочая сила. Т.е. выбор в пользу экспортно ориентированнойиндустриализации будет означать поддержание (а то и организацию) режимаискусственной бедности населения. Что проблематично не только сполитической и этической точки зрения, но и с точки зрения эффективности. Делов том, что бедное население может быть производительным, дисциплинированным,трудоспособным только на выходе из традиционного общества – таковым оно и было,например, в Южной Корее и ряде других стран Восточной Азии на этапеиндустриализации. Но в России традиционное общество и все связанные с нимконкурентные преимущества давно и необратимо утрачены. В наших условиях высокуюпроизводительность труда может дать только «европейский», а не «азиатский»подход к рабочей силе, т.е. ставка не надешевизну рабочей силы, а на ее квалификацию, инновационность,производительность.
Этоозначает, что приоритетной на данном этапе должна быть ориентация на внутреннийрынок (масштабное импортозамещение) при необходимой компенсации рисков ииздержек этой стратегии. В частности, возможны:
- экстенсивноерасширение внутреннего рынка за счет региональной экономической интеграции,
- егоинтенсивное расширение за счет развития платежеспособного спроса со стороныгосударства, бизнеса, населения, а также опережающего развития инфраструктуры,
-радикальная демонополизация условий хозяйственной деятельности внутри страныпри взвешенном протекционизме в отношениях с внешним миром.
Всевышеперечисленное, на наш взгляд, не только возможно, но и необходимо. Наряду сэтим, одна из главных задач развития, ориентированного на внутренний рынок,состоит в преодолении его сегодняшней региональной «разорванности», чтоозначает:
- во-первых,восстановление связности российского социально-экономического пространства засчет массированного инфраструктурного развития и поощрения горизонтальныхмежрегиональных форм сотрудничества,
-во-вторых, сглаживание экономического неравенства между различными регионамиРФ, в том числе за счет «прикрепления» капиталов к территориям (регистрациикрупнейших компаний-налогоплательщиков в тех регионах, где расположены ихосновные промышленные активы, и иных мер).
Вместес тем, экономическая стратегия неоиндустриального проекта не должна ограничиватьсямасштабами внутреннего рынка.
Главный,на наш взгляд, путь разрешения обозначенной дилеммы (внешний или внутреннийрынок?) состоит в создании монопольных факторов в мировом масштабе, т.е. втаком использовании особенностей российской экономики / территории / общества,которое позволит занять эксклюзивные ниши в системе глобального спроса.
Вкачестве примеров таких ниш могут быть рассмотрены следующие.
Новая энергетика. УРоссии есть уникальное сочетание ресурсов и отраслевого научно-технологическогопотенциала, позволяющее ей стать лидером инновационной энергетики врегиональном масштабе (на пространстве бывшей Российско-Советской Империи). Вэкономическом отношении отечественный ТЭК должен перейти к экспорту продукта, ане сырья; в технологическом отношении основная роль в формировании новогооблика отечественной энергетики должна принадлежать целому ряду недавноразработанных технологий в области малой атомной энергетики, переработкитоплива и нетопливных отходов, которые сейчас практически не находят примененияи существуют по большей части в опытно-промышленных установках.
Трансконтинентальный транзит.Россия должна использовать свое уникальное положение между двумя ведущимицентрами развития – ЕС и Восточной Азией, кратчайшее расстояние между которыми пролегает через российскуютерриторию. Рынок грузоперевозок между ними огромен, как по физическому, так ипо финансовому объему. Сегодня РФ не использует этот потенциал. Даже импорттоваров в РФ из КНР происходит преимущественно морским путем (в т.ч. черезфинские порты). РЖД контролирует ориентировочно 0,2% грузопотока ЕС – ВосточнаяАзия. Эта доля может вырасти, по предварительным оценкам, до 20%, т.е. в 100раз (!) – в случае реализации проекта по строительству новойтрансконтинентальной железнодорожной магистрали по территории РФ(предположительно, от одного из российских портов в Приморье до одного изевропейских портовых центров) на базе технологий скоростного железнодорожноготранспорта. РФ может сформировать уникальный по своим масштабам континентальныйхаб. Данный проект («континентальный хаб») укрепит партнерские отношения РФ свосточно-азиатскими и европейскими центрами силы и станет локомотивом развитиядля целого ряда российских территорий и смежных отраслей. Учитывая высокуюкапиталоемкость, он может быть реализован только совместно с иностранными –например, с южнокорейскими и немецкими – партнерами.
Экологически ориентированное сельскоехозяйство. Ориентация российской пищевой промышленности на стандарт«органик» обеспечит ей значительно более высокую конкурентоспособность навнешних рынках, чем «массовая» рыночная стратегия. Вместе с тем, на данномэтапе приоритетной задачей является массированное импортозамещение иобеспечение продовольственной безопасности (прежде всего, в дешевом и среднемценовом сегменте).
Экологический туризм.Естественным преимуществом в этой сфере может стать задействование потенциалаобширных слабо затронутых цивилизацией природных пространств.
Информационные технологии. Информационнаядемократия. Одна из главных конкуретных возможностей в этойсфере – производство эксклюзивного программного продукта. Целесообразносоздание национальной операционной системы на базе Linux и стандартов open source с небольшим базовым пакетом приложений (впервую очередь офисных, а также Интернет-бразуера) и обязательное использованиеее в государственных и муниципальных учреждениях. Это может сделать РФ одним излидеров в продвижении стандартов, основанных на open source во всем мире, и разрушителем монополии Microsoft. Разрешение использования натерритории РФ файлообменных сетей (P2P-сетей) превратит РФ в цитадель и оазис «информационной демократии», чтопослужит демократизации доступа к информации, росту креативного потенциала страныи укреплению позиций РФ в мировом общественном мнении. В дальнейшем возможенразмен данного козыря в переговорах с ведущими глобальными центрами влияния вобмен на отдельные преференции и изменения правил доступа к информации вглобальном масштабе. Россия может также занять эксклюзивную нишу и в другихразработках, например, в сфере компьютерных игр.
Гуманитарные технологии представляютсобой потенциально неограниченный спектр эксклюзивныхниш, поскольку творческая способность всякого конкретного человека иобщества, в случае ее успешной реализации, является по определению монопольнымфактором. Речь может идти, в частности, об экспорте услуг образования (в случаеуспеха в построении новой образовательной модели), о формированииинфраструктуры непрерывного образования, о продвижении на внешние рынкиклассической и современной русской литературы (учитывая, что по негласномумеждународному «разделению гуманитарного труда» Россия считается именно«литературной» страной), о формировании сильных школ в дизайне (так,итальянское лидерство в этой сфере носит в значительной мере рукотворныйхарактер, будучи плодом одной из модернизаций, проведенных в 1920-е гг.), оновом подходе к брендированию российских городов и природных ландшафтов дляразвития туризма и так далее.
Б)Проблема доступа к технологиям.
Этоодно из главных ограничений новой индустриализации. Импорт промышленныхтехнологий может быть хорошим решением в тех случаях, когда он осуществим наприемлемых условиях – политических, финансовых и иных. Однако он явно не можетбыть панацеей для новой индустриализации, поскольку, как правило, доступен лишьв отношении устаревших технологий, и то далеко не всегда (вспомним недавнийпрецедент с продажей Opel, когдадоступ к далеко не самым передовым технологиям автомобилестроения стал главнымкамнем преткновения в международной сделке). Как правило, лидеры развитияготовы продавать нам лишь устаревшие технологии. Поэтому заведомаяпреимущественная ориентация на импорт создаст не догоняющую, а вечно отстающуюиндустриализацию. Базовой ставкой государства должна быть опора на остаткисоветского научно-технического потенциала для формирования национальнойинновационной системы.
Дляэтого, в частности, представляется целесообразным:
- развитиесистемы академгородков (финансирование существующих и строительство новых), сприданием им функций образовательных центров.
- опережающееразвитие нескольких ведущих университетов с повышенными стандартами требований(к преподавателям и студентам) и повышенными стандартами оплаты.
-размещение (по американскому опыту) регулярных заказов на научные разработки открупнейших государственных ведомств (Минобороны, МВД, ФСБ, Министерствообразования и др.).
-создание национальной биржи – полноценной площадки для венчурных размещений,где государство в лице научной комиссии и соответствующего ведомства по научныминвестициям, а также заинтересованные корпорации будут покупать пакеты акций вперспективных проектах, обеспечивая тем самым финансирование их развития.
Приоритетдолжен отдаваться развитию опережающих и закрывающих технологий, способныхсформировать элементы нового экономико-технологического уклада.
Одно изпреимуществ самостоятельного инновационного развития (перед стратегией импортатехнологий) состоит в том, что, по мнению ряда ведущих мировых экономистов,глобальный экономический кризис связан с исчерпанием потенциала роста,заложенного в прежнем лидирующем технологическом укладе (т.н. «новой экономики»).Соответственно, сугубо догоняющая «инноватизация» будет попыткой включиться впочти завершенную гонку. Новые центры глобального роста, с высокойвероятностью, будут связаны с элементами нового технологического уклада.
Пока онне сформирован, никто не может с уверенностью предугадать его параметры.Однако, поскольку его основой служат потребности общества (в недостаточной мереудовлетворенные существующей экономикой), можно предположить, что лидирующими вперспективе могут оказаться следующие направления.
Медико-биологические технологии. Продление активнойжизни. Существующие технологии в этой сфере носят во многомзакрытый характер и сверхдороги, однако, по мере их развития и появлениясоответствующего запроса, возможна их «массовизация», поэтому целесообразноактивное включение в их разработку.
Альтернативная энергетика. Потребностьв преодолении чрезмерной инфраструктурной зависимости современной экономики отнефти вполне явно обозначена лидерами развития, но пока не реализована.Преимущества РФ в этой сфере уже упомянуты выше (программа «Энергетическаясверхдержава»).
Альтернативная урбанизация. Современныймегаполис представляет собой все менее удобное место для жизни, во многихотношениях – начиная с экологической, заканчивая транспортной исоциально-психологической. Осознание этого активизирует поиск и апробациюальтернативных моделей урбанизации (программа «Город будущего»).
УРоссии есть потенциал развития по всем указанным направлениям. Независимо оттого, какой именно будет лидирующая отрасль будущего, эти направления не могутне быть востребованы в новом технологическом укладе.
В нашемслучае, как мы полагаем, основное внимание следует уделить новой философииосвоения пространства, в которой могут быть соединены перспективыальтернативной энергетики и альтернативной урбанизации. Так, технологии малойатомной энергетики и переработки отходов уже сегодня делают возможным созданиенебольших городов на «автономном питании», технологии связи облегчают удаленнуюзанятость, строительные технологии качественно удешевляют малоэтажное жилье,транспортные технологии позволяют развивать инфраструктуру малой гражданскойавиации, скоростных железных дорог, речных транспортных артерий, что всовокупности способно сделать «трудное» и разбросанное российское пространствоболее компактным и связным.
Такимобразом, научно-технические возможности для новой концепции освоенияпространства существуют уже сегодня. Отстающим звеном остаются социальные,организационные технологии и шаблоны мышления.
9. МодернизацияРоссии – политическая реформация
Либеральнаядемократия не является необходимым и, тем более, - достаточным условиеммодернизации (в логике предложенного выше понимания модернизации, сам фактприближения политической системы к западным образцам не равнозначенмодернизации).
Тем неменее, модернизация в России вряд ли может обойтись без политической реформы,которая важна как фактор
-формирования модернизационной элиты,
-создания механизмов вертикальной социальной мобильности,
-выработки эффективной модели управления модернизационным процессом.
Начнемс последнего. Управление модернизацией в целом и отдельными модернизационнымипроектами в частности целесообразно выстроить по принципу разделения двух типов«модернизационных структур»:
-«чрезвычайных органов управления» для решения неотложных проблем (таких, какбеспризорность, организованная преступность и т.д. - см. п. 7.1),
-«стратегических штабов» по разработке перспективных программ (новаяобразовательная модель, концепция военного строительства, альтернативнаяурбанизация и т.д. – см. пп. 7.2 и 8).
Структурыпервого рода обеспечивают противодействие демодернизации, структуры второгорода – собственно модернизационное развитие. Эти структуры должны действоватьпараллельно друг другу и, главное, – параллельно регулярной бюрократии, которойнельзя поручать модернизацию.
Фактически,модернизационные структуры обоих типовпредставляют собой параллельную вертикаль власти, подчиненную непосредственно ПрезидентуРФ и отвечающую за реагирование на наиболее острые вызовы, а также за стратегиюразвития России. Тогда как функция регулярной бюрократии сводится кподдержанию и обслуживанию уже существующих, сложившихся социальных систем. Чтоявляется жизненно важной, но по определению не модернизационной миссией.
Поэтомукрайне важно, чтобы модернизационные структуры не мешали регулярной бюрократии,а регулярная бюрократия – модернизационным структурам. Координация деятельноститех и других и расстановка приоритетов в конфликтных случаях являетсяпрерогативой президентской власти (правительство РФ как коллегиальный органисполнительной власти замыкает на себя только регулярную бюрократию).
Каждыйиз трех функциональных сегментов в этой модели («чрезвычайки», «стратегическиештабы», «регулярная бюрократия») нуждается в активной ротации кадров и долженбыть оснащен механизмами вертикальной мобильности. В числе мер по обеспечениюэтих процессов могут быть названы следующие.
Активизация механизмов внутри- имежпартийной конкуренции. Партии нуждаются в более активнойвнутренней ротации кадров, качественном непрерывном политическом образовании, повышенииуровня участия и ответственности за кадровую политику органов власти. Партийнаясистема в целом должна стать более представительной за счет заполнения рядапустующих социально-идеологических ниш (например, ниша бывшей «Родины», нишаСПС образца 1999 г.и т.д.). Это может происходить как путем эволюции существующих партий, так ипутем создания новых. Миноритарные партии должны формироваться как точки сборкиответственной оппозиции с перспективой прихода к власти (хотя бы черездесятилетия – по японскому образцу). Для этого уже сегодня им необходим регулярныйдоступ на телевидение, режим постоянной дискуссии между ответственнымиполитиками, инкорпорирование в свой состав политизированной интеллигенции илидеров мнения с разных флангов. Для обеспечения устойчивости партийной системыпри повышении ее конкурентности, может быть подписана рамочная межпартийнаяконвенция (как своего рода система коммуникативных табу по ряду тонких вопросов государственной политики).
Увеличение полномочий парламента. Вт.ч. кадровых (по обсуждению и утверждению / назначению кандидатур членовправительства, руководителей иных государственных игосударственно-корпоративных структур) и контрольных (механизмы парламентскогорасследования, механизмы контроля над использованием государственнойсобственности, деятельностью стратегически важных корпораций и т.д.).
Усиление федеральной роли региональных элит. Вт.ч., через введение прямых выборов по одномандатным округам в Совет Федерации.
Формализация ответственности бюрократии.Выработка системы официальных и публичных критериев / индикаторов для оценкидеятельности применительно к ряду ответственных государственных должностей, атакже механизма санкций и поощрений на ее основе.
Обеспечение научной / экспертной основыгосуправления и публичной политики. Необходимо создание вокруггосударства (на базе советского и американского опыта), а также при партийныхструктурах (на базе германского опыта) широкой сети высококачественных истатусных научных институтов для обеспечения компетентности государственной ипубличной политики и взаимного перетока кадров между госаппаратом, партийной иакадемической средой.
- Развитие интеллектуальнойобщественно-политической среды. В частности, путем создания / поддержки качественныхнаучно-публицистических изданий общенационального значения, сетиинтеллектуальных клубов объединяющих ученых, чиновников, предпринимателей,публичных политиков (клубы могут носить как гуманитарно-идеологическуюнаправленность, так и инновационно-техническую).
- Образовательный ценз для бюрократии. Втом числе – через введение экзаменационных испытаний на замещение значительнойчасти государственных должностей (что поощрит вертикальную мобильность,поскольку ограничит доступ для «своих» на соответствующие должности). Вподкрепление этой меры, необходимо развитие системы непрерывного образованиядля госслужащих.
10. Выводы
1.Модернизация представляет собой
- непроцесс развития технологий (вопрос не в технологиях как таковых, а в социуме,способном их воспроизводить и использовать себе во благо),
- неснятие кальки с современного состояния западных обществ (во многих отношениях,они тоже подвержены риску демодернизации и регресса),
а процессформирования / реформирования в конкретных обстоятельствах места и временибазовых социальных институтов, образующих каркас общества модерна.
В ихчисле – система массового образования, административная система, армия, суды и системаисполнения наказаний, институционализированная наука и многое другое, о чемговорится в настоящем докладе.
Главнаямиссия модернизации – полноценная социализация человека и формирование нациикак культурно однородного и солидарного сообщества на базе этих и им подобныхинститутов.
2.Институты общества модерна, которые существуют в современной России, в основномне справляются с вышеназванной миссией, поскольку те модернизации, в ходекоторых они были созданы,
во-первых,отстоят от нас весьма далеко во времени, т.е. отвечают во многом иным вызовам иусловиям;
во-вторых,во многом были обнулены двойным разрывом исторической преемственности (1917 г., 1991 г.) и, что особенноважно для нас, процессом демодернизациив постсоветский период;
в-третьих,не всегда и не во всем были удачными.
Поэтомув существенной части базовые институты модерна в России должны бытьспроектированы и сформированы заново с учетом лучшего отечественного изарубежного опыта. В особенности это касается системы образования, армии,государственной службы. Такая постановка вопроса ставит сегодняшнюю модернизационнуюповестку – по масштабу задач – в один ряд с петровской и советскоймодернизациями, заложившими базовые социальные «чертежи» для России эпохимодерна.
3. Методологияэтой модернизации предполагает формирование очагов, эпицентров, моделей новогообщества без превентивно-революционного разрушения старого общества. Т.е.выверенное движение в три этапа:
- разработкадетализированной концепции преобразований в соответствующей сфере;
- реализацияконцепции преобразований на социальных моделях (на локальных примерах);
- массированноевнедрение (тиражирование успешных моделей) с постепенной заменой прежнихсистем.
Взращиваниеростков общества будущего может оказаться бессмысленным в случае прохождения«точки невозврата» в процессах демодернизации, после которой будущее для наскак целостной нации может не наступить. Поэтому работа «на перспективу» должнасопровождаться принятием со стороны государства экстренных и чрезвычайных мер вточках и зонах социального бедствия (моральное и физическое здоровье населения,низкая рождаемость в регионах «коренной» России и высокая смертность, положениемалых городов и депрессивных регионов, неконтролируемая миграция и так далее).
4.«Модернизация» в указанном значении не равнозначна «инноватизации». Если последняяпредставляет собой «подстегивание» экономико-технологического развития, томодернизация – создание его фундаментальных, инфраструктурных (в самом широкомсмысле) предпосылок. Она касается в большей степени задачи оздоровления, отладкиобщественного развития, нежели его ускорения. Инноватизация, опережающаямодернизацию (и связанную с ней социализацию человека), не может бытьпо-настоящему эффективна, примеры чему мы находим в современном обществе.
Непредставляется продуктивной попытка формирования постиндустриальных секторовэкономики без реконструкции ее индустриального каркаса. Постиндустриализм безиндустриализма не будет вполне успешным и не сможет обеспечить поступательное исвязное развитие всего общества.
5.Дилемма, обсуждаемая российскими политиками и экспертами – «модернизация – этолиберализация или мобилизация?», должна быть разрешена по формуле:либерализация – для гражданского общества, мобилизация – для правящих элит.Одной из предпосылок формирования модернизационной элиты, ориентированной наценности национального развития, является создание механизмов вертикальноймобильности. В частности – через активизацию внутри- и межпартийнойконкуренции, внутриаппаратной ротации на базе четких критериев ответственностии результативности чиновников, легализацию публичной политики, укрепление ролипарламента и региональных элит, развитие научной / экспертной инфраструктурыгосударственной политики, публичной интеллектуальной среды, и т.д.
6.Решение другой часто обсуждаемой дилеммы модернизации – «о приоритетнойориентации промышленной политики на внутренний или внешний рынок» – состоит всоздании монопольных факторов в мировом масштабе, т.е. в таком использованииособенностей российской экономики / территории / общества, которое позволитзанять эксклюзивные ниши в системе глобального спроса.
В числетаких ниш могут быть новая энергетика, трансконтинентальный скоростной транзит,экологически ориентированное сельское хозяйство, информационные технологии(построение общества информационной демократии), гуманитарные технологии. Однаиз предпосылок формирования монопольных факторов в мировом масштабе –преимущественная ориентация на элементы будущего технологического уклада, т.е.на новые (не исчерпавшие себя) точки роста: продление активной жизни человека (live technologies), альтернативная энергетика,альтернативная урбанизация.
7.Управление процессом модернизации (в целом и отдельными модернизационнымипроектами) может быть обеспечено формированием параллельной вертикали власти,замыкающейся непосредственно на Президента России и состоящей из двух типов«модернизационных структур»:
-«чрезвычайных органов управления» для решения неотложных проблем (таких, какбеспризорность, организованная преступность и т.д.),
-стратегических штабов по разработке перспективных программ развития страны(новая образовательная модель, концепция военного строительства, альтернативнаяурбанизация и т.д.).
Этиструктуры должны действовать параллельно друг другу и, главное, – параллельнорегулярной бюрократии. Функция последней сводится к поддержанию и обслуживаниюуже существующих, сложившихся социальных систем. Что является жизненно важной,но по определению не модернизационной миссией.
Поэтомукрайне важно, чтобы модернизационные структуры не мешали регулярной бюрократии,а регулярная бюрократия – модернизационным структурам. Координация деятельноститех и других и расстановка приоритетов в конфликтных случаях являетсяпрерогативой президентской власти.
