<…> борьба с «оуновцами» (от ОУН — «Организации украинских националистов») и другими украинскими повстанцами на Западной Украине, начавшаяся в 1944 году немедленно после освобождения этой территории Красной Армией, только внешне носила характер пограничной «зачистки» (ожесточенное сопротивление было оказано также в Западной Белоруссии и Прибалтике, особенно в Литве). Это были самые настоящие войсковые операции, с победами и провалами, с тысячами убитых и раненых, и санкционированная 31 марта 1944 года депортация членов семей оуновцев была лишь одним из средств (заметим: одним из важнейших средств) в этой борьбе.
Первый эшелон на 200 семей оуновцев был подготовлен к отправке в Минский и Советский районы Красноярского края еще в апреле 1944 года, то есть даже раньше, чем началась депортация крымских татар. По некоторым данным, уже в 1944 году число депортированных из Западной Украины превысило 100 тыс. чел. [1]
21 марта 1945 года председатель СНК Эстонии А. Вейнер обратился в Москву с предложением выселить из Таллина 700-750 чел. членов семей враждебного элемента [2].
16 июня Берия распорядился о первой после 1941 г. высылке из Прибалтики: речь шла о 323 членах семей «бандглаварей и активных бандитов» из Литвы [3], а также о 6320 главарях и членах повстанческих групп (последних выселяли в Коми АССР, Молотовскую и Свердловскую обл.) [4].
<…> Как известно, население аннексированных после войны территорий противилось политике советизации, в том числе и с оружием в руках. Борьба с вооруженным сопротивлением советской власти в послевоенные годы, конечно, не могла обойтись без такого испытанного средства, как депортации членов семей противников. Начали, естественно, с Западной Украины и Литвы, где сопротивление было особенно ожесточенным. В частности, продолжились депортации оуновцев из западных районов Украины. К середине ноября 1947 года оттуда было депортировано около 75 тыс. чел. [5]
Согласно постановлению ВС от 21 февраля 1948 года, спецпоселению подлежали семьи литовских бандитов и националистов, находившиеся на нелегальном положении, а также их пособники и кулаки с семьями. Контрольная цифра намеченных к «изъятию» составляла 12134 семьи, или около 48 тыс. чел. Местами вселения планировались Красноярский край, Иркутская обл., Бурят-Монгольская и Якутская АССР, местами трудоиспользования — главным образом лесозаготовительные предприятия. Операция, под кодовым названием «Весна», была проведена 22 мая, начавшись в Вильнюсе и Каунасе в полночь, а в уездах — в 4 часа утра. Всего было депортировано 49331 чел [6].
Постановление СМ от 29 января 1949 года санкционировало новую операцию по изъятию приблизительно 100-150 тыс. «буржуазных националистов» и членов их семей, замаскированную под плановые военные учения. На сей раз охватывалась вся Прибалтика, а самой операции, обещавшей быть втрое масштабнее прошлогодней «Весны», присвоили не менее романтичное кодовое название «Прибой». Об ее серьезности и масштабности говорит уже количество привлеченного личного состава МГБ и местного совпартактива — более 76 тыс. чел. (такой массовости со стороны выселяющих не было, кажется, со времен депортации чеченцев и ингушей!) [7].
Операцию провели повсеместно и одновременно — 25 марта 1949 года. К 18 часам 28 марта было фактически арестовано 29687 семей, или 89874 чел. [8] В общей сложности (с учетом довыселенных) всего в марте 1949 года было депортировано 30 630 семей, или 94779 чел., из них мужчин — 25708, женщин — 41987 и детей — 27084 чел. Их распределение между республиками выглядело так: из Латвии — 13 624 семей (42 149 чел.), из Эстонии — 7488 семей (20173 чел.) и из Литвы — 9518 семей (31 917 чел.). [9] Направлялись они в Иркутскую (25834 чел.), Омскую (22542 чел.) и Томскую обл. (16065 чел.), в Красноярский край (13823 чел.), Новосибирскую (10064 чел.) и Амурскую обл. (5451 чел.) и др. [10]
Всего же за 1940-1953 гг. из Прибалтики на спецпоселение было отправлено 203590 чел., в том числе 118599 чел. из Литвы, 52541 чел. из Латвии и 32540 из Эстонии [11]. <…>
Примечания
[1] Бугай, 1995, с. 204-209.
[2] Бугай, 1995, с. 219.
[3] Бугай, 1995, с. 215.
[4] Бугай, 1995, с. 219.
[5] Бугай, 1995, с. 236.
[6] Бугай, 1995, с. 226-229, со ссылками на: ГАРФ, ф. Р-9479, оп. 1, д. 427 и 569; ф. Р-8131, оп. 32, д. 7351; ф. 9401, оп. 1, д. 2949.
[7] Планирование и общее руководство операцией было возложено на начальника Главного управления внутренних войск МГБ генерал-лейтенанта П. Бурмака (подробнее см.: Стродс, 1999; Чебриков, 1996).
[8] Стродс, 1999, с. 133, со ссылкой на: РГВА, ф. 38650. оп. 1, д. 408, л. 124.
[9] Бугай, 1995, с. 230-231, со ссылкой на: ГАРФ, ф. 9401, оп. 2, д. 235, л. 27, 35. По данным справки председателя КГБ В.М. Чебрикова, представленной 23.09.1988 в Комиссию ПБ ЦК КПСС о репрессиях 1930-50-х гг., эта сумма (правда, за 1941-1953 гг.) несколько меньше — 195 707 чел. (Чебриков, 1996).
[10] Бугай, 1995, с. 231-232; Стродс, 1999, с. 134.
[11] По данным справки, составленной 16.12.1965 зам. начальника 2-го управления МВД СССР Кардашовым (см.: Бугай, 1995, с. 232, со ссылкой на: ГАРФ, ф. Р-7523, оп. 109, д. 195, л. 52, 53).
