«В России работают десятки конкурентоспособных технологических бизнесов, особенно в крупных региональных центрах (Санкт-Петербург, Казань, Томск, Омск, Новосибирск и др.), с годовыми оборотами 10-100 млн долл США, со зрелыми технологическими продуктами, руководители которых до сих пор даже не задумывались о том, чтобы сделать свой бизнес глобальным. Возможно, просто потому, что не знают как к этому подступиться, - сказал генеральный директор и председатель правления ОАО «Российская венчурная компания» Игорь Агамирзян в рамках Интернет-конференции на сайте «Открытое инновационное сообщество». - Вот таким бизнесам РВК и напрямую, и через свои фонды обязательно окажет поддержку. Более того, кластерные венчурные фонды по приоритетным направлениям модернизации, которые сейчас создаются РВК, одним из своих приоритетов имеют именно эту задачу».
В ответ на просьбу привести пример удачных и неудачных венчурных инвестиций фондов, созданных с участием РВК, Игорь Рубенович отметил: «В качестве одного из самых показательных проектов можно назвать портфельную компанию фонда «ВТБ фонд венчурный», созданного с участием капитала РВК, а именно — «Русские навигационные технологии» (http://www.rnt.ru). Эта компания, создавшая оригинальную технологию мониторинга транспорта на основе систем спутниковой навигации ГЛОНАСС/GPS, прошла все классические этапы венчурного инвестирования и в прошлом году вышла на IPO на специализированной площадке ММВБ, подтвердив капитализацию в полтора миллиарда руб. Более того, за истекший год доходы компании удвоились, что говорит о перспективности бизнеса и умелом управлении. Что касается неудачных проектов, то таких в практике РВК пока еще не было, наши фонды еще не выходили из каких-либо проектов по причине их бесперспективности. Но, очевидно, что со временем они появятся, так как эмпирическое правило «3-3-3-1» универсально и означает, что из каждых 10 проинвестированных проектов три принесут убытки, три будут балансировать на уровне безубыточности, три дадут умеренных доход и только один «выстрелит», принесет сверхдоход, ради которого, собственно, бизнесмены с крепкими нервами и занимаются венчурным бизнесом».
«Венчурные инвестиции по определению никогда не станут привлекательными для массовых частных инвесторов, - сказал руководитель РВК, предостерегая от неоправданных ожиданий. - Причина очевидна — слишком велики риски, к чему массовый инвестор не готов. Мне как-то попадались цифры, что средняя доходность по государственным облигациям Казначейства США за последние 50 лет составила около 2 процентов годовых. Вроде совсем немного. А средняя доходность венчурных инвестиций в экономику США за тот же период составила «минус» 0,2 процента. То есть если брать «среднюю температуру по больнице», то венчурные инвестиции убыточны и уступают даже сверхнадежным и потому малодоходных гособлигациям. Однако мы превосходно понимаем, что таким усреднением результатов успешность венчурной отрасли измерить нельзя. Были среди венчурных инвесторов те, кто невероятно выиграл, вложившись в Apple, Google, Microsoft и другие компании, и те, кто потерял свои деньги».
Игорь Агамирзян отметил: «Мы ждем прихода на российский венчурный рынок квалифицированных инвесторов, знающих и понимающих рынок венчурных инвестиций, умеющих просчитывать риски и идти на них. Для России будет вполне достаточно, если в ближайшие 5-7 лет будут созданы и начнут активно работать несколько десятков венчурных фондов, способных совокупно инвестировать в стартапы по 2-4 млрд долл США в год, а также появится несколько десятков тысяч бизнес-ангелов. Мы планируем, что часть новых венчурных фондов будет создана в рамках частно-государственного партнерства, прежде всего — с участием капитала РВК».
В ответ на недоумение читателей, почему при признаваемом многими научном и инженерном потенциале, руководители венчурных фондов жалуются на недостаток проектов Игорь Агамирзян отметил: «Инвестируют не в проекты, инвестируют в бизнесы. А дистанция от блестящей научной или технологической идеи до устойчивого бизнеса огромна». В России, как это уже случилось в некоторых других странах, произойдет определенная смена установок: «Ученый или инженер перестанут считать, что кто-то (государство или частный бизнес) должен дать им денег для проведения исследований или разработок ради удовлетворения их собственного любопытства, а начнут думать, как коммерциализировать свои знания и умения, создать успешный технологический бизнес. И тогда появится действительно много потенциально прорывных инновационных проектов, в которые можно будет инвестировать. Впрочем, таковые уже есть и сейчас».
«Просто в идею, даже самую замечательную, ни российский, ни иностранный инвестор не вложат ни рубля, ни цента, соответственно. И это — разумное поведение, - отмечает один из наиболее опытных российских экспертов в области управления проектами в сфере новых технологий. - Повышенный риск венчурных инвестиций оправдывается только потенциальной сверхдоходностью технологического проекта. А потенциальная сверхдоходность достигается наличием в проекте четырех основных компонентов: интеллектуальной собственности, которую возможно защитить на важнейших рынках в глобальном масштабе; внятной бизнес-модели; эффективной команды проекта и возможности вывода проекта на международный рынок, его глобализации. К сожалению, во многих российских проектах с двумя-тремя компонентами из вышеперечисленных бывает не все гладко. Однако если проект хорошо проработан и упакован, получить инвестиции от российского венчурного фонда ему наверное, даже проще, чем для аналогичного бизнеса за рубежом. Хотя бы потому, что конкуренция среди инновационных проектов за деньги венчурных инвесторов в России пока еще не велика. Более того, скажу даже так: предложение «венчурных денег» на российском рынке на сегодняшний день существенно превышает квалифицированный спрос со стороны инновационных компаний».
