«Первый канал» опять немного поменял владельцев. Когда один государев человек продает акции государственного телеканала другому государеву человеку, что оно означает? Очевидно, сложность элитаристских раскладов в кругу людей, олицетворяющих и даже являющихся государством «Россия».
Процитируем ради честности заметку «Коммерсанта» (информация сильно эксклюзивная): «О том, что "Национальная Медиа Группа" (НМГ) приобрела у одной из структур Millhouse LLC блокпакет акций ОАО "Первый канал", "Ъ" рассказал источник, близкий к сделке. По его словам, речь идет о покупке 100% долей в уставном капитале ООО "Растрком-2002", владеющего 25% акций телеканала. Покупателем выступило ЗАО НМГ, в собственности которого уже находятся два федеральных телеканала — 68% РЕН ТВ и 72% ТРК "Петербург — Пятый канал"».
Факт поддается анализу, но довольно слабо. Вернее вилок слишком много. В случае с медиа-бизнесом ясности в России еще меньше, чем с остальными отраслями экономики. Это только кажется, что государство контролирует телевизор, через который вещает массам ради сохранения рейтингов себя любимого. И что газеты мало читают — только кажется. Даже просто по структуре собственности сложный вопрос — владеет ли государство телевидением? Наверно. Наверняка оказывает влияние, но право собственности...
Государство напрямую владеет относительно небольшим пакетом «Первого», например. Остальная часть контрольного пакета проходит через ИТАР-ТАСС и структуру под названием ТТЦ. То есть контроль есть. Остальное исторически называют пакетом Романа Абрамовича, который тот выкупил у Бориса Березовского в ходе операции по изъятию активов последнего в пользу государства.
Зачем Абрамовичу был нужен «Первый канала» (ну или там ОРТ)? Бог его знает. Политическая ставка? Вероятно. Расчет на рост прибыльности и реализацию пакета в дальнейшем? Весьма возможно. Он просто держатель чужих активов? Не исключено. Та же группа вопросов возникает и относительно Ковальчука и ответы приблизительно такие же. Это уж не берем в расчет то простое обстоятельство, что «персонифицированные» «олигархи» зачастую представляют интересы группы партнеров (да, неравных, младших, но партнеров). У Абрамовича, как минимум, Швидлер имеется. Кто-то еще? Бог весть.
Еще цитата из «Коммерсанта»: «Сумму сделки стороны не раскрывают, однако источник "Ъ", близкий к банку "Россия", утверждает, что за акции "Первого" НМГ заплатила около $150 млн. По его мнению, это "вполне рыночная цена, соответствующая данным независимой оценки актива, проведенной прошлой осенью в ходе due diligence". "Могу поздравить коллег НМГ с отличной сделкой",— прокомментировал президент "ПрофМедиа" Рафаэль Акопов. Но, похоже, сделка оказалась удачной не только для покупателя, но и для продавца. Напомним, что в 2001 году структуры Романа Абрамовича приобрели 49% "Первого канала" у Бориса Березовского за $175 млн, то есть весь телеканал тогда был оценен в $357,1 млн».
Цифра будоражит, а тезис кажется откровенно ложным: весь канал ныне оценивается в 600 миллионов долларов. Два «Коммерсанта» по цене на момент покупки Алишером Усмановым в 2006-м году. 12 «Твоих дней», и (внимание!!!) - 1/7 рыночной стоимости «СТС-медиа». Суммарный рейтинг несопоставим (у всех каналов «СТС-медиа» он ниже и существенно). «Газпром-медиа» (там кроме НТВ туча всего, правда, но все остальное не такое крупное) Дмитрий Медведев в 2007 году — тогда еще в статусе первого вице-премьера - оценил в 7,5 млрд долларов, то есть в 12 «Первых каналов». Выручку глава холдинга тогда оценивал по итогам 2006 года в без малого 900 миллионов. Выручка «Первого» сегодня, по оценке источников «Коммерсанта», вдвое больше - 2 млрд. «Рамблер-медиа» (там телевизора толком не имеется) до кризиса стоил порядка 400 млн, РБК — больше миллиарда.
Оценка «Первого», таким образом, не имеет к рыночной стоимости почти никакого отношения. Ну представьте — потребление выросло с момента предыдущей сделки в несколько раз, как и доходы населения. А «Первый канал», вопреки остальным медиа-игрокам не вырос даже вдвое.
Наличие у Ковальчука акций трех (контроль лишь в двух) каналов что означает? Тоже сложный вопрос. Вопреки ожиданиям никакого медиа-переворота менеджмент НМГ не совершил. Ни в плане политики «Пятого» и «РЕН-ТВ», ни в плане политики в стране. Если и была хитрая задумка, она не очень обнаруживается — какая-то она слабо уловимая.
На выходе имеем — непрозрачная структура, принадлежащая непрозрачной структуре, покупает пакет акций непрозрачной структуры у еще одной непрозрачной структуры за маленькие (чтобы не сказать смешные) деньги. Увы и ах, бизнес по-русски.
В системном виде ситуация может быть описана чуть иным образом. Дано: Абрамович — близкий властям бизнесмен — помогает государству победить вполне конкретного Березовского. И выкупает важный медиа-инструмент, стоимости у которого вообще-то нет, потому как это один из максимум двух федеральных каналов с общим охватом. За это он, скажем, сидит на «Сибнефти». Потом, правда, продает ее по сумасшедшим на тот момент деньгам — за 13 миллиардов, хотя та сделка тоже из разряда покупки блокпакета «Первого канала». На выходе: группа «друзей Путина» - крупные медиа-магнаты и банкиры, у которых в банке много всяких красивых пакетов акций хранится, перекупают пакет телеканала за непонятную, но абсурдную сумму.
Нам это позволяет вывести только то, что одно в исходном тезисе неверно. Абрамович и Ковальчук — они тоже люди государственные. Группы влияния, это «государство» составляющие, с ним себя ассоциируют и с ним соотносятся в народном сознании. То, что интересы у них сильно разные, - так это только промеж них и ясно. А нам стоит запомнить, что Путин, Ковальчук, Абрамович, министр чего-то там и директор контрразведки — они являются государством в одинаковой степени. Государством «Россия». В котором находится одноименный банк «друзей Путина».
