В 2015 году россияне потратили больше, чем заработали, на 420 миллиардов рублей, сообщает «Коммерсантъ» со ссылкой на статистику Росстата и Центра макроэкономического анализа и краткосрочного прогнозирования (ЦМАКП). В последний раз такая ситуация была в 1998 году.
Сообщается, что причин таких показателей несколько: это рост трат на сбережение, сокращение расходов на товары и услуги, а также быстрое погашение кредитов домохозяйствами. Издание отмечает, что это говорит о сохранении неадекватной модели расходов к уровню доходов у большей части домохозяйств, с другой стороны это свидетельствует о шоковой перестройке экономической стратегии домохозяйств.
Директор Центра социально-политического мониторинга Института общественных наук РАНХиГС Андрей Покида напоминает, что в течение последних нескольких лет наблюдалось повышение благосостояния населения Российской Федерации, рос уровень средней заработной платы, и люди имели возможность не только обеспечить себя всем необходимым, но так же еще и откладывать средства. «Последние год-два фиксируется падение средней заработной платы и в целом доходов населения. Но и в этом году, судя по той экономической политике, которая проводится, никаких существенных изменений не будет наблюдаться и не предвидится, поэтому скорее всего будет дальнейшее падение доходов населения», — считает он.
«Превышение расходов населения над доходами показывает, что население пока еще не адаптировалось к текущей кризисной ситуации, или же, вполне возможно, что в какой-то мере рассчитывало на временный характер такого положения в экономике. Но в дальнейшем снижение доходов населения можно предположить. В ближайшее время поведение граждан перейдет от потребительской модели к сберегательной, и граждане, наверное, будут ограничивать себя в каких-то крупных покупках, поездках, иначе те накопления и резервы, которые были созданы за последние годы, просто уйдут и исчерпаются в один-два года», — рассуждает эксперт РАНХиГС.
Он поясняет, что падение доходов населения и средней заработной платы также наблюдается еще и на фоне роста инфляции. «Дорожают продукты, товары, тот же бензин, ЖКХ — стоимость всего растет. Поэтому расходы перераспределяются и увеличиваются в этой сфере», — заключает Андрей Покида.
Доктор экономических наук Сергей Смирнов считает, что ситуацию никак нельзя назвать шоковой. «Скажем так, это скорее вялотекущий шок. Если сопоставить декабрь 2013 года и декабрь 2015 года, то это действительно может показаться шоком, но мы к нему шли очень плавно и поэтапно. Поэтому это не выглядит одномоментным шоком, это не разовая девальвация рубля, например. Это постепенное осознание того факта, что прежний уровень потребления уже недостижим и происходит постепенная адаптация в новых условиях падения реальной заработной платы на 10%, пенсионных выплат — на 4-5%»,— полагает он.
Смирнов считает, что сейчас домохозяйства определяют, что в сложившихся экономических условиях приоритетно для каждого из них: «Понятно, что приоритет — это еда, и мы должны употреблять определенное количество калорий ежедневно. Второе по приоритету — это все-таки одежда, если ботинки худые, а в брюках/колготках дырка, то наверное, надо обновляться. А после этого сложилась достаточно любопытная ситуация. Россияне, наученные кризисом 2008-2009 годов, не все, но многие стали больше сберегать», — говорит эксперт.
«То есть они осознали, что этот кризис всерьез и надолго (в отличие от кризиса 2008-2009 годов), что есть риск потери работы, есть риск сокращения доходов от занятости, который вполне материализовался, так как, помимо сокращения реальной заработной платы, еще увеличилось количество тех, кто работает в режиме неполного рабочего дня или находится в неоплачиваемых отпусках. Поэтому получилось то, чего всегда у нас в стране добивались прогрессивные руководители вроде Егора Тимурович Гайдара, а он стремился к тому, чтобы россияне вели себя адекватно.
До кризиса 2008 года был бум потребительского кредитования, вдруг грянул кризис, и выяснилось, что нечем платить по долгам, кредитам, займам. В данном случае люди, уже этим наученные, это все-таки не жизнь целого поколения, а всего чуть более пяти лет, они стали самостраховаться, потому что на государственную социальную помощь рассчитывать особо нечего. Предельный размер пособия по безработице был установлен в декабре 2008 года на уровне 4900 рублей. Понятно, что в регионах и в Москве на эти деньги не проживешь. Поэтому, на мой взгляд, это не шоковая ситуация, а люди просто начали более адекватно относиться к экономической действительности и правильнее оценивать те риски, которым они подвергаются», — рассуждает Смирнов.
Он замечает, что бывают и «совершенно экзотические» всплески, как, например, ситуация конца 2014 года, когда россияне массово скупали бытовую технику, а потом так же массово ее распродавали. «В декабре 2015 года тоже были какие-то катаклизмы, люди вдруг бросились что-то скупать, но уже не все и не в тех масштабах. Я связываю это не с шоком и рублем, а скорее с какими-то декабрьскими выплатами, когда завершается финансовый год и к этому привязываются все дополнительные выплаты доходов населения», — предполагает эксперт.
Прогноз, который экономист делает на 2016 год, оставляет желать лучшего: «Что касается перспектив, то очевидно, что этот год уж точно не принесет ничего хорошего, если не произойдет чего-то сногсшибательно положительного, если нефть не подорожает хотя бы до 80 долларов. Мы уже знаем, что произошло с доходами пенсионеров, которые почти в 3,5 раза недоиндексированы, мы знаем, что уменьшились доходы населения работающих пенсионеров, в том числе из-за отсутствия индексации пенсий, мы знаем, что по сравнению с прошлым годом, уменьшаться доходы по вкладам, потому что сейчас процентные ставки ниже, чем они в среднем были в 2014 году. Поэтому ничего хорошего нас не ждет. В дальнейшем, видимо, будет вялотекущее ограничение потребления», — резюмирует Сергей Смирнов.
Заведующая лабораторией исследований рынков труда и пенсионных систем Института социального анализа и прогнозирования РАНХиГС Елена Гришина подтвердила, что население пытается сохранить накопления: «Согласно статистике по сбережениям, они действительно растут. Это не очень объяснимо, но пока гипотеза такая, что население предпочитает сберегательную модель, то есть больше сберегать, чем тратить. Но при этом, с другой стороны все видят, что цены растут, и это вынуждает домохозяйства в большей степени тратить свои расходы на текущее потребление», — говорит она.
По ее словам, в этой ситуации стоит обратить внимание на то, кому удается сберегать средства: «То есть сейчас сберегают те, кто в момент экономического роста и подъема тратили и приобретали дорогостоящие товары и услуги, ездили в отпуск за границу, покупали машины, недвижимость и так далее. Сейчас это в большей степени просто деньги на счетах или на руках . Но ведь показатель сбережений по данным Росстата — это же показатель агрегированный, там учитываются не только сведения о вкладах, но и расходы населения на покупку скота и птицы, и это все складывается», — рассуждает эксперт РАНХиГС.
Елена Гришина также отметила, что в сбережения входит многое, и поэтому до конца выяснить и понять, какие именно факторы приводят к росту сбережений, однозначно нельзя. «Можно предполагать некоторые гипотезы : по одной из них, которая уже была озвучена, население продолжает придерживаться сберегательной модели, но в любом случае в перспективе можно говорить о том, что если кризис будет долгосрочным, такая модель не может продолжаться долго. То есть в конце концов приходится перестать сберегать и начать тратить на текущее потребление, ресурсы и сбережения откладывать бесконечно невозможно», — считает эксперт президентской академии.
