Российские компании смогут размещать свои акции исключительно за рубежом. Снятие ограничений на размещение на западных биржах — мера вынужденная, поскольку введенные в прошлом году ограничения привели к размещению россиян через оффшоры. Теперь признано, что госрегулирование финрынков неэффективно.
Россия снимает ограничение для компаний на размещение акций за рубежом. Ранее государство установило лимиты количества акций, которые компания может разместить за границей. Все остальные акции надо было размещать на российских биржах. Российским компаниям можно разместить за рубежом не более чем 25 процентов от уставного капитала и не более чем половина из пакета акций может быть размещена за границей. Для стратегических компаний и компаний осуществляющих геологоразведку и разработку недр на участках федерального значения — 25 и 5 процентов, соответственно.
Ограничение размещения за рубежом — мера давно практикуемая российскими властями. Целью ее провозглашалось повышение привлекательности российского фондового рынка. Практически все признают, что российский фондовый рынок (да и финансовый сектор в целом) слаб. Серьезно снижались лимиты уже несколько раз — первый раз еще в 2001 году. В июле 2008 года на фоне разговоров о том, что российский рынок является «островком стабильности» и в него надо вкладывать во время серьезной лихорадки на мировых площадках, лимиты снизили с 70 процентов (в случае государственной регистрации акций) до 30. Тогда властям почему-то казалось, что кризис не затронет Россию. Перестало казаться уже в сентябре 2008 года.
Нынешние нормы действуют с апреля 2010 года. Тогда президент Медведев начал активно педалировать идею создания в Москве международного финансового центра. Смысл затеи был понятен: заставить компании размещать акции в России, чтобы добиться большей привлекательности российских фондовых площадок. Чтобы фондовый рынок стал больше. С этой же целью планировалось и слияние российских бирж РТС и ММВБ, которое де-факто завершилось лишь недавно. Эксперты правительства полагали, что конкуренция двух площадок делает систему совершения сделок слишком дорогой для консервативных инвесторов и слабо соответствующей международным требованиям по надежности.
Красивая идея повышения привлекательности отечественного фондового рынка и выход в перспективе на конкуренцию с глобальными площадками (власти всерьез рассчитывали и, кажется, рассчитывают до сих пор потягаться с Гонконгом и Франкфуртом) на поверку оказывается не вполне состоятельной. Особенно с учетом того, что механизм повышения привлекательности был избран крайне спорный — госрегулирование.
«Как регулятор вы ограничиваете доступ отечественных компаний к финансовым рынкам и таким образом ограничиваете конкурентоспособность собственной экономики. Когда регулятор очнется в следующем году, часть российских компаний уже выйдет на листинг через офшоры, чтобы обойти контроль российской юрисдикции», заявлял в апреле 2010 года в интервью Financial Times глава банковского подразделения Citigroup в России Ираклий Мтибелишвили.
Так и произошло. По подсчетам «Коммерсанта», лишь четыре из тринадцати российских компаний, размещавших свои акции на иностранных площадках за последний год, были в российской юрисдикции. Остальные — размещались через оффшорные структуры.
После чего и последовало поручение Дмитрия Медведева по итогам Петербургского форума. Он поручил правительству до 1 сентября «обеспечить отмену ограничений на размещение и организацию обращения эмиссионных ценных бумаг российских эмитентов за пределами Российской Федерации». Что ФСФР и сделала в довольно сжатые сроки — поручения были опубликованы 1 июля.
Можно сколько угодно ругать либерализм и говорить о том, что он безнадежно устарел, но и госрегулирование не является панацеей при экономическом развитии. Заставить инвесторов ходить строем — задача трудно выполнимая в современных условиях. Скорее, их можно заставить бежать бегом из страны в разные стороны. С этим наши власти периодически прекрасно справляются.
