После известий о выходе США и ядерной сделки с Ираном цены на нефть на мировых рынках поднялись. Аналитики дают различные объяснения тому, каким образом это явление может быть связано с происшедшими событиями и каким может стать колебание цен на нефть в среднесрочной перспективе.
В связи со случившимся Европейский банк реконструкции и развития (ЕБРР) повысил прогноз цен на нефть на 2018 и 2019 год до уровня в 75-80 долларов за баррель, сообщило информационное агентство РБК. ЕБРР связало эти изменения именно с выходом США из ядерного соглашения с Ираном. В то же время главный экономист ЕБРР Сергей Гуриев заявил, что хотя прогноз был повышен на 5-10 долларов, после нефть упадет в цене до уровня в 55 за баррель.
Кроме того, Международное энергетическое агентство (МЭА) пришло к выводу, что если США восстановят санкции против Ирана, отмененные в рамках ядерной сделки, то это может сказаться на баланса на нефтяном рынке. Этот вывод был обнародован на сайте агентства.
Добавим: июльские фьючерсы нефти марки Brent 9 мая в ходе торгов на бирже ICE в Лондоне превысили 77 долларов за баррель, и это случилось впервые с ноября 2014 года, показали данные биржи.
Прокомментировать для «Полит.ру» происшедшее и перспективы динамики нефтяных цен согласился Рустам Танкаев, член комитета Торгово-промышленной палаты РФ по энергетической стратегии России и развитию ТЭК. По его оценке, скачок цен на нефть произошел в результате переоценки трейдерами значения Ирана как игрока на мировом нефтяном рынке и не означает долговременного подъема.
«Во-первых, надо сказать, что Иран на международном рынке нефти не является крупным игроком. Уже достаточно давно – еще в середине 2000-х годов – потребление нефтепродуктов в самом Иране очень сильно выросло, так как они производят очень много автомобилей (до миллиона штук в год). Соответственно, тогда упал и экспорт нефти из Ирана, причем упал настолько сильно, что Ирану пришлось менять бюджетную политику.
В этой стране ранее 85% населения жило на дотации, а дотации платили из нефтяных денег. Когда нефтяные деньги стали кончаться, дотации пришлось отменить. Возникла политическая напряженность, и частично дотации пришлось вернуть – в виде, если не ошибаюсь, неких компенсаций. Но все равно сильная напряженность сохранялась, и власть КСИР (Корпус Стражей Исламской революции, то есть вооруженные силы Ирана – прим. ред.) и аятоллы спасли только американцы, которые ввели санкции против них. Без этого все в Иране бы развалилось.
После того, как были введены санкции, в течение полутора лет западные компании не хотели уходить из Ирана и цеплялись за все проекты. Но все-таки их вынудили уйти оттуда, и из-за того, что компании ушли, экспорт нефти из Ирана немного снизился. Правда, тут он снизился незначительно; к тому же, он и так не превышал миллиона баррелей в сутки, а снизился до 800 тысяч баррелей. Это примерно соответствует уровню 35 миллионов тонн в год, то есть совсем маленькая цифра.
На рынок она как таковая не влияет. Но далеко не все понимают, что Иран на рынке является маленьким игроком. И когда происходят какие-то изменения подобного сорта, обычного трейдера тревожат мысли, что Иран – член ОПЕК, крупная нефтедобывающая страна и так далее, а значит, на рынок случившееся может повлиять. Таковы их ожидания, но на деле это не так. Поэтому тот скачок цен, который мы сейчас видим, связан, скорее, не с Ираном, а с общим обострением ситуации на Ближнем Востоке.
Нынешняя администрация Соединенных Штатов явно идет на это обострение: мы все видим и обстрелы, и ужесточение военной ситуации в Сирии. В том числе и обострение действий против Ирана. С Ираном сейчас произошли достаточно неприятные вещи: их объекты на территории Сирии были очень сильно обстреляны Израилем. Речь я веду именно об этом тотальном обострении, а не конкретно об одном Иране с его ядерной программой.
Теперь о том, чего можно ожидать.
Ближний Восток, конечно, очень важен для нефтяного рынка, но пока затронуты страны, которые поставляют очень немного нефти. Собственно говоря, из участников событий только одна страна является достаточно серьезным игроком на нефтяном рынке – это Ирак. Поэтому я думаю, что нынешний подъем цен вряд ли долго продлится.
Вообще при ответе на этот вопрос нужно следить еще за одним показателем – ценой золота в долларах. Дело в том, что мы пользуется ценами на нефть, выраженными в долларах, а доллар сам по себе очень неустойчив по отношению к золоту. 75% колебания цены на нефть обычно составляют колебания курса доллара по отношению к золоту, и только 25% – это чисто рыночные механизмы.
Так что если золото будет дешеветь (соответственно, доллар по отношению к нему – дорожать), то цена на нефть может упасть достаточно быстро. Если же доллар по отношению к золоту будет дешеветь, то высокая цена в долларах может долго продержаться. Потому что, как вы понимаете, в одном барреле маленьких и худеньких долларов помещается значительно больше, чем больших и толстых.
Словом, факторов, влияющих на результат, тут как минимум два (на самом деле, конечно, больше).
Ну, и что может быть на среднесрочную перспективу? Высокие цены нефти (а они реально выросли) приведут к тому, что начнет быстро расти добыча сланцевой нефти в Соединенных Штатах и добыча битумов в Канаде и Венесуэле. Эти битумы потом перерабатываются в синтетическую нефть, которая уходит на мировой рынок.
Это все – дорогая нефть. Если говорить о сланцевой нефти – то из-за технологии добычи, а если о синтетической нефти – то потому, что битумы уже проходят одну стадию переработки, а это тоже стоит денег. И есть еще один вид дорогой нефти – это нефть, которую добывают на глубоком шельфе. Ее добыча тоже оживится и ее объемы на мировом рынке увеличатся.
В принципе, когда цены были низкими, объемы добычи такой дорогой нефти с себестоимостью выше 50 долларов за баррель упали примерно до 7%. При достаточно хорошей конъюнктуре добыча поднимается до 10%. Если цены будут достаточно высокими в течение длительного промежутка времени, то объем добычи такой дорогой нефти может превысить 10%. А это уже – очень серьезный фактор для нефтяного рынка, потому что предложение нефти на мировом рынке резко вырастет. Соответственно, предложение начнет превышать спрос, и цены начнут падать.
Равновесный уровень цен для сегодняшних технологий и цены доллара составляет где-то 65 долларов за баррель. Вокруг этой цифры и может колебаться цена, причем колебания в ту или иную сторону вполне возможны уже хотя бы потому, что существует рынок фьючерсов, на котором играют спекулянты. На этом рынке нет ни капли нефти и никогда не было, однако он «раскачивает» нефтяной рынок, и в результате цены колеблются достаточно сильно. Нефтяные компании пытались с этим бороться, но победить биржевых спекулянтов они не могут», – сказал Рустам Танкаев.
По последним данным, министр финансов США Стивен Мнучин заявил, что у покупателей иранской нефти осталось время до ноября (то есть 180 дней) на завершение закупок. После начнут действовать санкции, введенные в связи с выходом США из ядерной сделки. По словам министра, послабления для некоторых стран возможны и после ноября, если они «резко сократят импорт нефти из Ирана». О каких конкретно странах шла речь, он не уточнил.
