В современной России не очень важны компетенции, принципы экономической политики, экономика в принципе, но важен административный ресурс. Это доказывает и описанный изданием «Финмаркет» документ из недр аппарата главы «Роснефти» и бывшего «всесильного» вице-премьера по ТЭКу Игоря Сечина.
Суть в том, что «Роснефть» претендует на разработку большинства шельфовых месторождений углеводородов в российской части Арктики. Аппаратный смысл в следующем - «Роснефть» попросила ускорить выдачу ей лицензий, на что правительство отреагировало в духе «жирно будет». Сославшись на то, что уже имеющиеся проекты реализуются не то чтобы очень споро, а новые заявки госкомпании приведут к концентрации у нее трех четвертей шельфа и де-факто монополизации этого перспективного (так многие всерьез считают) сектора добычи углеводородов.
Остальное, что не получит «Роснефть», достанется «Газпрому», но и «Газпром» вполне может ощущать себя обиженным. Хотя Сечин, по данным «Финмаркета», вполне заручился поддержкой главы «Газпрома» Алексея Миллера и почти продвинул решение в свою пользу у Владимира Путина. По крайней мере, Путин наложил гневную резолюцию, адресованную Медведеву, Дворковичу и главе Контрольного управления АП Константину Чуйченко со словами «как будем работать?»
Правда, на участки претендуют еще и частники в лице «Башнефти» и особенно «Лукойла». Не прочь поучаствовать в разработке и иностранцы, включая крупнейшие транснациональные корпорации. И они на регулярной основе просят российское правительство пустить их на шельф. Вот только допускать их, несмотря на все просьбы, никто не собирается. Еще во время второго срока Владимира Путина были приняты поправки о стратегических отраслях и недрах «федерального значения», куда допуск частников и тем более иностранцев сопряжен с трудностями, почти несовместимыми с реальной разработкой.
К этим самым «федеральным» участкам недр отнесли месторождения урана, алмазов, редкоземельных металлов, никеля, кобальта, бериллия, лития, содержащие сведения государственного баланса запасов полезных ископаемых, а также извлекаемые запасы нефти — от 70 млн тонн, газа — от 50 млрд кубометров, золота от 50 тонн, меди — от 500 тыс. тонн. То есть почти весь российский шельф.
Еще в 2006 году на совещании у Владимира Путина тогдашние министры природных Юрий Трутнев и энергетики Виктор Христенко предлагали отдать освоение шельфа под контроль госкомпаний. Тогда был консенсус: «Газпром» и «Роснефть» поровну поделят шельфовые проекты. У Сечина, что подчеркивает вице-премьер Аркадий Дворкович, речи о равенстве уже не идет, речь идет о доминировании возглавляемой Сечиным «Роснефти».
Тогда же Россия в лице заинтересованных компаний и ведомств развернула активную (пропагандистскую и не только) кампанию по арктической тематике. Была организована пафосная экспедиция к хребту Ломоносова и несколько иных проектов как бы исследования Арктики. Был де-юре запущен проект освоения Штокмановского газового месторождения. Минприроды заявило, что в российском сегменте Арктики (это только Россия знает, что это такое) может (ключевое слово) находиться до 100 миллиардов тонн ресурсов.
Добыть их нелегко и дорого. По оценке бывшего главы «Роснефти» Сергея Богданчикова, освоение шельфа до 2050 года должно стоить России примерно 60 триллионов рублей. Такие прогнозы легко было давать в апреле 2008 года — нефть перла вверх, кредиты были дешевы. Тот же Богданчиков предсказывал скорое достижение цены в 250 долларов за баррель, глава «Газпрома» Алексей Миллер уже видел тысячу долларов за тысячу кубов газа и так далее. Казалось, что любые помпезные планы вот-вот можно будет реализовать безо всяких иностранцев и прочей кооперации.
Планы накрыло кризисом 2008 года. Выяснилось, что кредиты более нашим «национальным чемпионам» давать никто не торопится, а цена на нефть последовательно падает вниз и может упасть бог знает до каких пределов. Об арктическом шельфе не забыли, но планы его освоения ценой в два триллиона долларов были явно не по карману российским кампаниям, даже самым государственным.
Другая неприятность заключается в том, что продвинутых технологий для разработки шельфовых месторождений в России нет и все равно придется привлекать каких-то иностранцев в качестве партнеров, либо изобретать технологии самим, что потребует массу времени даже в случае успеха. В этом вопросе, правда, имеется и иное решение, которое «Газпром» попытался реализовать на Штокмане — привлечь западные компании к процессу разработки месторождения, но не к добыче собственно сырья.
Однако кризис всерьез поколебал позиции Сечина в плане «все разработаем сами», и российские чиновники были вынуждены отыгрывать назад. Больше того: стали пытаться войти в альянс с транснациональными нефтегазовыми гигантами. Усилия пока успехом не увенчались: сделка «Роснефти» с ВР была заблокирована российскими собственниками ТНК-ВР. «Роснефть», в свою очередь, теперь пробует выкупить долю ВР в российской компании, и есть основания полагать, что ей это удастся. Новые шельфовые запасы, кстати, могут пригодиться «Роснефти» при слиянии с ВР, поскольку капитализация ее существенно повысится.
По сути возвращается в обновленном виде государственнический тренд, столь любимый Игорем Сечиным и Владимиром Путиным. Идея состоит в создании компаний супер-чемпионов с последующей мировой экспансией. Арктический шельф в этом плане — дело десятое, тем более, что запасов его пока никто не видел и не добывал. Можно с этой логикой спорить, но Сечин явно попытается продавить свое видение, несмотря ни на какое правительство России.
