1 декабря 2014 г. во время переговоров в Турции президент России заявил, что Россия не будет продолжать строительство газопровода "Южный поток", по которому, как планировалось, российский газ должен был поступать в Европу. Тогда же был подписан меморандум о строительстве аналогичного газопровода в Турцию. Западные аналитики рассуждают о том, чем чреват отказ от старого проекта, каково значение нового, а также какие у этого могут быть последствия – в первую очередь, для стран-участниц ЕС.
Традиционно анонимный комментатор в The Economist в немногословной заметке выразил мнение, что при всех своих недостатках такой поворот событий может благотворно сказаться на интеграции европейской энергетики. «Бесплатно, - оговаривает он, - это всегда приятно. Пусть многие и порицали геополитические обертоны вокруг строительства "Южного потока" через Черное море и Юго-Восточную Европу, однако этот проект обещал хорошие возможности. Акционеры Газпрома заплатили бы за его строительство, и поступающий по нему газ был бы дешевым, надежным и в достаточном количестве». Однако поведение России дало стимул к ускоренному развитию проекта Энергетического союза. Отвечающий за это еврокомиссар Марош Шефчович уже 9 декабря встретился с энергетическими лидерами из Австрии, Болгарии, Хорватии, Греции, Италии, Румынии и Словении, чтобы обсудить ускоренное воплощение планов по улучшению интеграции все еще сильно разрозненного регионального газового рынка.
Канадский аналитический ресурс GlobalResearch (традиционно критикующий политику США и НАТО) опубликовал очень развернутый материал британского аналитика Александра Меркуриса (Alexander Mercouris), среди прочего регулярно дающего комментарии каналу Russia Today. Меркурис по поводу известий о прекращении строительства газопровода описал историю энергетических отношений между Россией и Европой, из которой следует, что нынешний кризис – и в частности, энергетические проблемы – это продукт неудачного колонизаторского проекта. «В тот период [после распада СССР] считалось, что Россия станет отличным поставщиком энергии и сырья в Европу. Это был период великой европейской "газовой лихорадки", когда европейцы ожидали от России неограниченных и неиссякаемых поставок. В тот момент существенно увеличилось значение российского газа в европейской смешанной энергетике». Европейские лидеры, по словам Меркуриса, надеялись, что им удастся быстро приватизировать российские месторождения и пользоваться ресурсами, однако ожидание не оправдались, потому что Россия сохранила ресурсы за собой. Отсюда недовольство Россией со стороны Запада, которое в итоге привело к нынешнему кризису отношений, в частности и к отмене «Южного потока».
Комментатор Эндрю Макдоуэлл (Andrew MacDowall) из Financial Times высказал мнение, что история с «Южным потоком» еще далека от завершения. «Статус проекта "Южный поток" позиционируется как отсроченный и отклоненный, но необязательно мертвый, - цитирует Макдоуэлл аналитика из Centre for European Reform (CER) Рема Кортвега (Rem Korteweg). – Трубопровод не будет строиться по изначально запланированному маршруту через Черное море с выходом в Болгарии. Но может, тем не менее, возникнуть альтернативный через Турцию, который в итоге достигнет европейского рынка. Президент Путин упомянул о возможности создания турецкого газового узла. Это означает, что другие части "Южного потока" могут быть в перспективе достроены и связаны с Европой через Турцию. Не думайте, что Россия и Газпром отказались от своих попыток контролировать газовые потоки, идущие в Юго-Восточную Европу. Просто план изменился».
Заявление Путина о «Южном потоке», поясняет автор, следует воспринимать не изолированно, а в контексте заключенной в тот же день сделки между российской и турецкой газовыми компаниями о новом трубопроводе, по которому российский газ (63 млрд. кубометров в год) будет поступать в Турцию. Столько же, по планам, должно было поступать и по «Южному потоку», и это едва ли простое совпадение. Из этого 13 млрд. кубометров будут поступать в Турцию, а остальные 50 – в место поставки на границе с Грецией. По мнению уже упомянутого Кортвега, «отмена» «Южного потока» была продиктована как деловыми, так и геополитическими соображениями. Из-за падения цен на нефть у Газпрома возникли проблемы с финансированием строительства трубопровода, а из-за санкций оказался перекрыт доступ к финансированию с Запада.
Альтернативы российскому газу есть, но они развиваются очень медленно. Nabucco, которым занимаются США, проектировался годами. Проекты по добыче сланцевого газа либо оказались заблокированы политической оппозицией, либо натолкнулись на геологические препятствия. Немного более многообещающе в плане прогресса выглядит проект Трансадриатического газопровода, по которому азербайджанский газ поступал бы в Италию через Балканы. Однако пропускная способность этого газопровода недостаточна, чтобы обеспечить Европу газом.
«Думаю, все разумные инвесторы будут и дальше учитывать "Южный поток" как вполне вероятную реальность, - цитирует Макдоуэлл Луку Орешковича (Luka Oreskovic), возглавляющего центр Eastbridge Strategies, занимающийся анализом обстановки в странах Центральной и Восточной Европы. – Размах подготовительных работ к строительству "Южного потока" был настолько внушителен, что едва ли можно ожидать, что все это пойдет насмарку. Вполне вероятно, что не в таком уж далеком будущем наступит день, когда проведение газа через Украину – а это все еще страна на грани экономического коллапса, которая, скорее всего, будет еще долго зависеть от экономических субсидий, в том числе и дешевого газа во имя политической стабильности, - снова станет рискованным сценарием. На том этапе – и с учетом того, что российский газ останется самым дешевым для Восточной Европы... - "Южный поток", вероятно, снова станет привлекательной перспективой для Юго-Восточной Европы как альтернатива более дорогостоящим источникам».
Наконец, еще один анонимный автор из The Economist: Intelligence Unit высказывает предположение, что сам факт отказа от проекта «Южный поток» был манипуляторским ходом, призванным напугать ЕС, дабы тот пошел на уступки. Он также ссылается на распространенное наблюдателей среди мнение, что отмена проекта была продиктована тем, что у Газпрома нет средств строительство в условиях западных экономических и финансовых санкций. «Но вот дальнейшие заявления российского президента были уже довольно интересны», - продолжает автор и производит расчеты кубометров газа, сходные с теми, о которых говорилось выше. Иными словами, речь идет о том, чтобы провести газ в Европу через Турцию.
«Важность и последствия путинского внезапного объявления станут более понятны в течение нескольких последующих недель, - поясняет автор. - Пока нет никакой уверенности в том, что Россия отказалась от идеи поставок газа в Юго-Восточную Европу по новому газопроводу; более того, Россия была просто обязана отказаться от проекта "Южный поток" из-за проволочек со стороны ЕС и болгар». А стратегическое партнерство с турецкой компанией Botas как раз может оказаться очень полезным, с точки зрения совместного финансирования строительства. Правда, пока непонятно, есть ли на это средства у Botas.
«Тем не менее, это решение знаменует серьезное отступление от существующей бизнес-модели Газпрома. Для этой компании "Южный поток" был воплощением желания владеть своей собственной транзитной инфраструктурой, на которую она могла бы полагаться. Более того, Газпром избегает посредников и настаивает на сохранении газа в своей собственности вплоть до границы каждого покупателя. Создание узла означает, что рынки больше не будут сегментированы таким образом. Также это значит, что цена будет определяться предложением и спросом, а не так, как сейчас, - индексацией нефтепродуктов». Botas, в свою очередь, имеет шанс стать крупным игроком на газовом рынке, потому что он уже участвует в поставках азербайджанского газа в Европу. Газпром, конечно, этому не рад, но едва ли в настоящий момент российская компания может позволить себе большую разборчивость.
Помимо собственно альтернативных проектов газоснабжения, автор также говорит о двух более общих моментов, с которыми по итогам отмены "Южного потока" сталкиваются европейские государства. Во-первых, возникает вопрос о том, в каком положении окажется Украина в новой схеме торговли газом. Россия действительно может найти новые маршруты для строительства газопроводов. На территорию Украины как страны-транзитера, таким образом, покушаться пока не будут, но это не гарантирует того, что таких покушений не будет в перспективе. Второй момент – это перспективы российских газовых поставок в Европу. Россия уже давала понять, что собирается укреплять связи с неевропейскими рынками, в первую очередь с Китаем. Здесь может выйти так, что Россия в принципе постарается вообще переключить свои газовые поставки с Запада на Восток, вместо того чтобы использовать восточные рынки в качестве дополнения к западным.
