На фестивале «Киношок», который проходит в Анапе, показали удивительный фильм молодого режиссера Эмилиса Веливиса (Emilis Velyvis) «Zero» (Литва). Картина участвует в фестивальном конкурсе «Кино без кинопленки».
Режиссер утверждает, что этот полнометражный фильм снят на 20 тысяч долларов. Верится в это с трудом, потому что кино получилось таким, что дух захватывает. Как нашу «Пыль» сняли за 3 тысячи – это мне понятно, Маринка Потапова рассказывала. А как этот за 20 – не понятно совсем. Приглашаю всех присоединиться к моим сомнениям, только неизвестно где еще можно посмотретьфестивальные фильмы. Эмилис говорит, что Zero вышел на DVD в Лондоне, попросите знакомых поискать и привезти. Или вот я нашел в Интернете. Фильм отличный. Зрители немного растерялись сначала, думали что этот фильм - просто чернуха, как у нас говорили в перестройку, потому что в нем бандиты –наркоманы -проститутки, которые даром, что говорят по–литовски, но матерятся по-русски так, как нам и не снилось. А потом зрители поняли, что это фильм международного тарантино-жанра. Даром, что режиссер молодой, кино вышло очень ловкое по драматургии. Например, один из главных героев, распоследний гад и поганый эгоист, но с огромной жаждой жизни – попадает в лапы бандитов за долги. Они ему отрубают мизинец, обещают и дальше рубить каждый день по пальцу. Если б это была чернуха, то в фильме бы показали как режущий-рубящий предмет превосходит эпителий и косточку конечности. Однако эти ненужные подробности режиссер не показывает, зато придумывает отличный ход. Этот герой, гадский жизнелюб, прижимая тряпку к окровавленной ране, говорит бандитам – вы мне палец только отдайте! Те спрашивают – чего ты сказал?! Он говорит – ну отдайте мой палец-то, вам он ни к чему, а я врачам отнесу, может у них еще получится мне его назад пришить. Это шикарно по драматургии – жертва одним вопросом переворачивает ситуацию, и что называется, теперь жертва строит своих мучителей. Только, казалось бы, они распоряжались его жизнью и смертью, как он загнал их в тупик – отдать ему палец - значит согласиться, что все эти ужасные пытки – какая-то детская игра, не отдать – получается, что они - жмехеры. И у них, конечно, аж горло перехватывает от такой наглости. Высокий класс. А режиссер Михаил Дубилет, которому удалось посмотреть еще какой-то короткометражный фильм Эмилиса, пересказал его отличный сюжет. Один дяденька забежал в магазин, увидел, что продавцов нет и решил чего-нибудь быстро стибрить. Украл он унитаз и скрылся с ним в общественном туалете. А в этом туалете какой-то бандитский босс назначил важную встречу и при предварительном осмотре помещения обнаружил подозрительно запертую кабинку. Пытался угрожать закрывшемуся, но тот держал оборону, потом гангстер выломал дверь, а дядя так дал ему по голове краденым унитазом, что убил на месте. По-моему, великолепно, все как в жизни.
Денег на фильм «Zero» он получил за продакт-плейсмент от водочной фирмы и фирмы Nokia. С виду Эмилис Веливис - вылитый аналитик РБК-ТВ Андрей Жаров, а поди ж ты, снимает такое неприличное кино!
Перед фильмом режиссер сказал, что он впервые снял полнометражный фильм, впервые в России и впервые на фестивале «Киношок».
Олег Попов: Вы молодой (Прим. – 1979 г.р.) и в России раньше не бывали – откуда вы знаете русский язык? И как получилось, что вы стали заниматься кино?
Эмилис Веливис: Язык в школе выучил. В кино я пришел, думаю, как и все люди: они когда–то начинают писать сценарии, потом говорить об этом со своими друзьями, друзья обычно помогают. У меня было много практики. Я закончил художественную академию в Вильнюсе, потом в учился Варшаве, еще учился в Штутгарте, потом практиковался и в Польше и в Германии.
ОП: Мне как среднему человеку стыдно, но я ничего не знаю про литовский кинематограф.
ЭВ: Баниониса знаете?
ОП: Кто же не знает Баниониса! А что сейчас происходит в литовском кино, и как оно устроено? Например, в России всё как-то понемногу обустраивается, но при этом очень много условностей – объявленные цифры бюджетов и сборов условные и т.п. Но иначе, наверное, просто не получится. Однако, какой-никакой прокат и производство есть. А как выживает литовское кино? Есть ли индустрия сама?
ЭВ: Нет. Потому что рынка нет. Я зарабатываю рекламой. Власть финансирует фильмы тех, кого она знает. Молодым очень сложно. Это, правда, везде так. Но у нас есть альтернативная возможность финансирования – продакт-плейсмент.
ОП: У нас тоже этим занимается, но этого же не хватает на фильм?
ЭВ: На фильм всегда не хватает.
ОП: А фильм, который вы привезли – какова его судьба? Это фестивальный фильм?
ЭВ: Да.
ОП: Мне фильм очень понравился. И безусловная его заслуга – что он всем понятен, и у нас, и в Польше, и в Германии.
ЭВ: Там показывали.
ОП: Ну и как?
ЭВ: Очень хорошо. Сейчас идут переговоры с американцами, они хотят купить права на римейк. Фильм вышел на DVD в Лондоне. Это фильм вообще немного «бритовский». Мне нравятся Гай Ритчи, Тарантино и Иньяриту. У них нестандартная драматургия.
ОП: А из русских?
ЭВ: Нравится Балабанов. Я у него тоже немного учился и Дубилет учился (Прим. – режиссер Михаил Дубилет появится в разговоре немного позже).
ОП: Когда вышел фильм «4» Хржановского, ему кинокритики говорили на пресс-конференциях – ну что же вы Илья, мы и родителей ваших знаем и помним вас, когда вы еще под стол ходили, а вы снимаете такие гадости про русский народ? Вас в Литве не ругают, что вы делаете чернуху, хотите очернить литовский народ?
ЭВ: Всякие критики бывают. Одни сказали, что очень много мата, но когда хочешь сделать реальность – это не портит. Другим очень понравилось, потому что здесь есть немножко иронии. Литва - маленькая страна - в любой истории все со всеми оказываются связаны.
Наташа Четверикова: А чего, прямо по-русски у вас так ругаются?
ЭВ: У нас и побольше ругаются.
ОП: И еще вставляют в литовскую речь все время «короче» и «давай».
ЭВ: Мы говорили как раз на эту тему сейчас с коллегой.
Михаил Дубилет: Я его пытаю весь день сегодня, чтобы понять этот феномен. Михаил Дубилет меня зовут, я тоже режиссер. Наша студия (Прим. - Wise Arts Studio) выпустила полнометражный фильм, а потом мне захотелось снять короткометражный. Его привезли на «Киношок», называется «Пульс» (Прим. - участвует в конкурсе "Шорт-шок"). Получается, что литовцы восприняли из русского языка мат, но используют его на уровне бытовой ругани. То, что для нашей интеллигенции считается чем-то нестерпимым, для них – нет, например, как Эмилис говорит, послать на три буквы – это все равно, что для нас - послать в задницу. Мы можем позволить себе посылать друг друга в задницу – это нормальная форма. Поэтому нужно настроить в голове соответствующий фильтр, тогда получается смотреть Zero. Эмилис показывал мне предыдущий фильм, там у него - тоже самое и я целый день хожу, это осмысляю. Мы слышим с экрана русский мат, но это – литовская брань, а не русский мат.
ЭВ: Есть очень много молодых людей, которые не умеют по–русски говорить, не понимают по-русски. Но русским матом говорят. В литовском нет своего мата. (Олег Попов - а вот еще интересная штука - благодаря, видимо, обилию русского мата на сайте британского он-лайн магазина, указано, что язык фильма - русский! Это, конечно, художественное преувеличение, что благодаря мату. Просто англосаксы ленивы и нелюбопытны: продавец думает, и чего я буду париться, рассказывать покупателям, что есть такая страна - Литва, все равно, покупатели ничего не понимают.)
ОП: Я дурацкий вопрос задам – почему фильм называется Zero.
ЭВ: Zero – это ноль. Потому что все идет кругом.
Как говорил Михаил Дубилет, мы интеллигентные люди и можем себе позволить посылать друг друга в задницу. Но если кто-то предложит вам сходить на фильм Эмилиса Веливиса, забудьте на минуту, что вы интеллигентный человек, не посылайте его в задницу, а примите приглашение. Удачного просмотра!
