Новый фильм Павла Лунгина "Остров", показанный сразу же после торжественного открытия 17 сочинского кинофестиваля "Кинотавр" - спорный, но, безусловно, яркий, смелый и цельный – не вошел в конкурсный показ. Это был так называемый «фильм-отркытие». Демонстрация конкурсных картин началась только вчера. Первыми на суд жюри были представлено два фильма - «Странник» (режиссер Сергей Карандашов) и «Человек безвозратный» (режиссер Екатерина Гроховская).
Жанр «Странника» определен как «мистическая драма», что представляется не совсем точным. Я бы назвал этот фильм православным триллером. Главный герой Федор скитается по миру, ищет смысл жизни и надеется обрести в душе покой и веру. Живет он то в лесу, то в бытовках и общается с людьми, находящимися за чертой бедности или попросту бомжами. Да нет же! Общается он прежде всего с собой или с какими-то высшими силами. Или со старцем, убитым в начале фильма. А откуда взялся этот старец? Неважно. Важно, что в фильме есть больной мальчик, которому сняться страшные сны мистического характера. Главному герою тоже, между прочим, снятся сны. И тоже про главное: про Откровение, про Чудо, про Путь. Все вместе получается очень серьезно, нравоучительно и страшно. Ну, как вам лучше объяснить? Представьте себе религиозную передачу на телеканале «Спас», снятую в стилистике «Дорожного патруля». Темно, камера дрожит, какие-то крики, трущобы, перепуганные лица. И потом – бац, и икона с Серафимом Саровским. Представили? Тогда переходим к следующему фильму.
«Человек безвозвратный» - фильм реалистический и конкретно жизненный. Без мистики. В провинциальном приволжском городе живут люди. Одинокая, развратная, но по-своему несчастная новая русская; молодой, красивый и по–своему несчастный курсант военного училища; женатый и несчастный в связи со своими гомосексуальными наклонностями бизнесмен; потом еще один персонаж, и еще, еще… Где-то к концу первого часа зрителю наконец-то удается запомнить всех действующих лиц и сообразить, что все они «неразрывно связаны между собой», что мир тесен, а Бог все видит. Поэтому все кончается хорошо. Одни умирают, другие встают на путь истинный, третьи обретают счастье, четвертым дана надежда. Короче, все не случайно и не зря. Бесцельно мучается только зритель.
Актеры играют так плохо, что в какой-то момент становится просто неловко смотреть на экран. Разговаривают персонажи примерно так. Простая честная русская женщина, обнаружив у себя смертельно опасную болезнь говорит: «Я буду лечиться, бороться за жизнь». Муж, честный офицер, узнав про недостойное поведение свое сына произносит: «Если он пойдет против закона – своими руками удавлю. Не дам позорить честь семьи». А несчастная и сексуально неудовлетворенная новая русская говорит своей маме: «Мне уже климакс из-за угла машет, а ты меня все еще жить учишь…» В ответ на что получает: «Ну и сатана ты у меня, Алевтина!» И вправду, сатана: как же можно так с матерью общаться?
Самое интересное, что народная, жизненная тематика продолжилась и после показа фильмов. В рамках культурной программы перед публикой выступала певица Пелагея, исполняющая русско-народные песни в эстрадном оформлении. Вот это было мило. Обаятельная молодая девчонка в модном топике азартно и весело зажигала: «Валенки, валенки, неподшиты – стареньки!» Замученные тоскливым православным мейнстримом кинокритики были довольны и бурно аплодировали. Надо думать, набрались сил, чтобы продолжить просмотр конкурсных фильмов.
