Разбирать сочинения литераторов-любителей должны только специальные люди на закрытых семинарах. Но публикация этого рассказа подана как событие знаковое и, чего уж, политическое. Надо отзываться.
В МК за 21 сентября опубликован рассказ Юрия Лужкова (без регалий, раз уж литератор). Сюжет простой и трижды рождественский: один инвалид был мужественным, победил болезнь и научился лечить ее у других. Другой человек, который в молодости издевался над инвалидом, вскоре стал инвалидом сам, причем - как раз по ходу очередных издевательств над первым. Но первый человек - после того, как достиг успехов в своем деле - поставил на ноги и его. Потом второй человек тоже стал знаменитым в области лечения инвалидов. И, главный моральный пойнт: второй, работая у первого помощником, позже ушел от него, потому что не смог снести укоров своей совести за то самое детско-юношеское издевательство.
Если бы тут был просто рассказ, то все в порядке. Ничем не хуже, допустим, Сенчина, Шаргунова или Прилепина. Вообще, автор вполне начитан и, наверное, любит Платонова. Например: «Урод он был моральный, Коля Фаронкин, и, сдается мне, осознавал это в глубине небольшой своей души, но именно это и злило его, и кипятило его скудный разум.» Но ситуация, конечно, не в том, а в контексте. Потому что этот контекст обильно расписан в промежутке между названием опуса («Небо смотрит на нас») и собствтенно текстом.
Врезка такая: «На свой день рождения Юрий Лужков подарил читателям “МК” новый рассказ Сегодня, 21 сентября, мэру Москвы исполняется 74 года. Юрий Лужков публикует в “МК” свой новый рассказ. По отдельности оба этих факта не являются чем-то экстраординарным. Очередной день рождения мэра... Коллектив “МК” искренне поздравляет Юрия Михайловича! Очередной рассказ в газете... Юрий Лужков пишет нам, пожалуй, почаще, чем иные штатные авторы! Но вот чтобы мэр Москвы отметил свой день рождения рассказом в газете — это все-таки редкость. Так что, дорогие читатели, ловите момент».
Вообще, это милая особенность определенных слоев российской журналистики. Ну вот непременно «подарил». Впрочем, тут может иметься с виду, что автор отказался от гонорара. Нет, мой скепсис вовсе не относится к тексту, а именно к манере его представления. Дело в том, что когда вот в таком объеме выставляется авторство, то это чрезмерно сближает первое лицо рассказа с самим автором, а тогда начинается когнитивный диссонанс: «Мы стали уже седыми».
Ну вот так читается, что поделать. Соответственно, все неизбежно начинает быть относимым на счет подсознательных интенций автора. Вот о ком это в данный исторический момент: «Он был посильнее меня, но это ровно ничего не значило, потому что я его ненавидел, а он меня недооценивал». Или вот так: «Мы стали уже седыми, и, надо сказать, его ведомственная слава осталась камерной по звучанию. Удивляться тут не приходится, потому что основная слава достается, как широко известно, каким-то “звездам”. Ну да, жили без славы — и не пропали».
Взрослые дядьки о какой-то славе... И не обидится ли, например, Кобзон? Конечно, с текстами сложнее, чем с журналистами - в тексте скажешь и то, чего говорить не хотел. Ну это такой чисто гуманитарный совет, что ли: не надо лезть на чужую территорию, это ж не Москва даже.
Короче, лучше бы все было порознь: мэр и литература. Не потому даже, что простодушные литераторы - и даже политики - неизбежно и того не желая предъявят публике свой Внутренний Мир. Кого, собственно, он может интересовать. Просто читается все по-другому.
Вот же о каких замечательных инвалидах с таким сочувствием пишет литератор Лужков. Но как, собственно, обстоят дела по этой части у мэра Лужкова? Пандусы для колясок в городе, лифты или хотя бы те же пандусы в метро? Или тут надо рассуждать о том, как мэрское подсознание ощущает свою вину и, не найдя более конструктивного способа, избавляется от нее через этот рассказик? Или он как раз советует им справляться своими силами?
И о названии. «Небо смотрит на нас» - это из песни Бутусова «Негодяй и ангел». Кто уж тут ангел, а кто негодяй - неведомо, а заканчивается так:
«И каким ты был, таким и умрешь,
Видать ты нужен такой
Небу, которое смотрит на нас
С радостью и тоской».
