 |  | Фонд «Общественное мнение» |
121552, Москва, ул. Островная, д. 2; тел.: (495) 745-87-65; факс: (095) 745-89-03; e-mail: fom@fom.ru | ||
Две пятых наших сограждан (39%) называют себя бедными людьми, и почти половина из них (16% от выборки в целом) признают, что никогда не жили в достатке. Доля людей, проведших в бедности всю свою жизнь до сегодняшнего момента, почти одинакова среди молодых и пожилых (15 и 19% соответственно), среди москвичей и сельских жителей (14 и 15% соответственно). Так что «хроническая бедность» или, точнее, ощущение хронической бедности не имеет какой-то ярко выраженной возрастной или региональной специфики.
Называть себя «богатым» человеком в нашей стране не принято, да и в действительности, очевидно, богатых людей в России не так уж и много. По крайней мере, в ходе нашего опроса лишь 2% респондентов признали себя «богатыми», а большинство – 56% опрошенных – отнесли себя к категории людей со средним достатком. Больше половины тех, кто сегодня живет в достатке (55% этой группы), на каком-то этапе своей жизни прошли через бедность; вместе с тем, значительная часть наших граждан – почти каждый четвертый – никогда не ощущали себя бедными.
Большинство россиян живут в окружении людей, мало отличающихся от них по материальному положению. 71% опрошенных считают, что живущие рядом с ними люди имеют примерно тот же уровень достатка, и только 15% видят вокруг себя в основном более богатых людей. Мало кто из наших сограждан готов признать себя богаче окружающих, причем, как это ни удивительно, таковых поровну в группе «людей со средним достатком» и в группе «бедных» – по 5% соответственно.
А теперь обратимся к данным, позволяющим судить о том, как респонденты оценивают уровень бедности в стране в целом. Большинство опрошенных (58%) придерживаются мнения, что бедными являются более половины жителей страны, причем 8% относят к числу бедных более 80% населения России. В массовом сознании сохраняется устойчивое представление о том, что по сравнению с уже далекими советскими временами количество бедных в стране увеличилось. Такую позицию сегодня разделяют 68% опрошенных (отметим, впрочем, что за последние четыре года этот показатель снизилась на 10 п.п.); лишь 7% россиян полагают, что за последние 15 лет количество бедных в стране сократилось.
Преобладающим остается и представление, что общее число бедных людей в стране растет. Сегодня эту точку зрения разделяют 45% опрошенных. Обратим внимание, что чаще других о тенденции к увеличению количества бедных говорят жители мегаполисов – городов с населением свыше миллиона человек (56%). Противоположную точку зрения – что количество бедных в России сокращается – разделяют лишь 14% опрошенных. Четыре года назад из уст представителей российской власти прозвучало обещание сократить число бедных людей в России вдвое. Как нетрудно догадаться уже по приведенным данным, наши сограждане не склонны считать, что на этом пути достигнуты большие успехи: 80% опрошенных полагают, что власти своего обещания не выполнили, и лишь 8% готовы признать, что они со своей задачей справились.
Основной причиной бедности в стране, по мнению респондентов, являются «низкие зарплаты (пенсии)» – такое мнение, отвечая на соответствующий открытый вопрос, высказали 31% опрошенных. Еще 18% респондентов возлагают ответственность за бедность людей исключительно на власти, политику правительства: «государство загоняет нас налогами в тупик, сделали медицину платной»; «государство не уделяет внимания пенсионерам»; «неправильное использование сырьевых и природных ресурсов»; «неправильное распределение материальных средств»; «невразумительная политика нашей верхушки – президента, правительства»; «в России правительство ведет к бедности, обогащая себя»; «государство на нас наплевало».
Однако отметим, что каждый четвертый опрошенный усматривает основную причину бедности не столько в недостатках властей и/или работодателей, сколько в определенных чертах менталитета и образа жизни, не позволяющих людям выбраться из трясины бедности – в лени, алкоголизме, необразованности: «лень – главная причина бедности людей»; «лень, и еще лень»; «лень, нежелание работать, зарабатывать» (18%); «от алкоголя и наркотиков»; «пить много стали»; «причина бедности – алкоголизм»; «поколение от безысходности спилось и ударилось в наркоманию» (4%); «бестолковость, нет образования»; «в их глупости»; «в их необразованности»; «в отсутствии высокой квалификации» (3%).
Однако преобладающей остается тенденция возлагать вину за бедность людей на государство. И проявляется это, в частности, в распределении ответов на вопрос: «стыдно ли в России сегодня быть бедным?». Большинство опрошенных – 53% – полагают, что быть бедным не стыдно, чуть более трети (37%) придерживаются противоположной точки зрения. Надо сказать, что установки россиян в этом вопросе остаются стабильными: четыре года назад распределение ответов было практически идентичным (53% против 39%). Нельзя не отметить один любопытный нюанс в распределении ответов на данный вопрос: позицию «быть бедным стыдно» чаще прочих разделяют не жители относительно обеспеченных крупных городов, а наоборот – жители села (43%), тогда как в мегаполисах заметно шире распространено мнение, что «бедность – не порок» (65%).
В заключение обратим внимание на парадоксальность суждений россиян о масштабах бедности в стране. С одной стороны, более половины опрошенных не считают себя «бедными» и при этом говорят, что люди рядом с ними имеют примерно тот же уровень достатка. С другой, – преобладающим остается мнение (в том числе и в группе людей «со средним достатком»), согласно которому большинство россиян являются «бедными» и число бедных растет.
Петр Бавин
Нынешние шестнадцатилетние – это юноши и девушки, рожденные в сложнейшее для страны время: в 1991–1992 гг. Сегодня они оканчивают школу и вскоре окажутся перед выбором: продолжать образование или начать работать. Больше половины россиян (57%) полагают, что представители этой возрастной когорты в большинстве своем нацелены на продолжение образования (чаще прочих так считает молодежь – 64% респондентов в возрасте 18–25 лет – и обладатели высшего образования – 63%) и только примерно каждый пятый думает, что они собираются работать по окончании школы (19%).
По мнению 74% респондентов, сегодняшние шестнадцатилетние не подготовлены к самостоятельной жизни, и только 17% уверены в обратном. Те, кому 16 лет было сравнительно недавно, 18–25-летние, значительно чаще остальных разделяют последнюю точку зрения (28%). Но уже респонденты 26–35 лет гораздо сдержаннее в оценках младшего поколения (19%).
Чуть менее трети опрошенных полагают, что шестнадцатилетние юноши и девушки вообще не строят планов на будущее (32%). Половина респондентов (50%) считают, напротив, что сегодня люди этого возраста строят планы, причем 20% полагают, что планы у них есть и на ближайшее, и на отдаленное будущее (28% думают, что горизонт планирования юношей и девушек ограничен ближайшим будущим, а 2% – что они смотрят только вдаль, пренебрегая краткосрочными планами).
У тех, кто верит, что шестнадцатилетние строят планы на будущее, мы поинтересовались, сбудутся или не сбудутся, по их мнению, эти планы. Решились делать прогноз далеко не все, но оптимистов среди них оказалось вдвое больше, чем скептиков (27% против 14%). Особенно высоко оценивают вероятность воплощения планов юношей и девушек в жизнь респонденты, которым сегодня 18–25 лет (39%).
Объясняя свой скептицизм относительно шансов молодых реализовать свои планы, пессимистично настроенные респонденты ссылаются как на объективные факторы («жизнь сейчас жестокая»; «нестабильность»; «политика не даст»; «может все упереться в деньги», «трудно устроиться на работу», «нет денег на обучение»), так и на завышенную амбициозность, неопытность, лень, слабохарактерность молодых и т. п. («слишком много хотят и сразу»; «не хватит на всех богатых женихов и невест»; «они подростки и не знают жизни»; «из-за лени и из-за нежелания»; «слабая сила воли»).
Опрошенные россияне склонны считать, что большинство сегодняшних шестнадцатилетних не интересует ситуация в стране (57%), и только 28% респондентов уверены в обратном.
Респондентам также были заданы открытые вопросы о том, какие ценности старшего поколения являются для сегодняшних шестнадцатилетних юношей и девушек своими, близкими, а какие – чужими, далекими. Стоит отметить, что довольно многие – 9% опрошенных – говорили о наследовании представителями этой возрастной когорты семейных ценностей (тогда как об отказе от последних сказали лишь 2%). Примечательно также, что установка на достаток, материальное благополучие, обычно воспринимающаяся как примета нового поколения, нередко интерпретируется участниками опроса как соответствующая ценностям старших (8%).
В то же время в числе ценностей, присущих старшему поколению, но чуждых сегодняшним шестнадцатилетним, особенно часто упоминались патриотизм (13%), трудолюбие (8%), воспитанность (9%), честность, порядочность (7%) – тогда как в противоположном контексте (в ряду ценностей, наследуемых нынешними юношами и девушками) о них говорили гораздо реже: о патриотизме и трудолюбии – по 4%, о воспитанности – 3%, о честности, порядочности – 2%.
Кроме того, в представлении некоторых респондентов, «мало у молодежи духовного начала» (5%), коллективизма, сплоченности, взаимовыручки (2%), преданности идеалам, самоотверженности (2%). Наконец, обвиняя шестнадцатилетних в отсутствии скромности и целомудрия, респонденты используют традиционный набор упреков («нет у них ничего святого, кроме сигарет, пива, водки»; «пьянка, гулянка»; «пьянство, наркотики, поведение»).
Лариса Паутова
На позапрошлой неделе в Санкт-Петербурге состоялся двенадцатый Международный экономический форум. Большинство опрошенных россиян (55%) впервые услышали об этом событии от интервьюера. Четверть респондентов, по их словам, «что-то слышали», и только 17% – знали о прошедшем форуме (4% затруднились ответить на этот вопрос). Осведомлённость россиян о прошлогоднем экономическом форуме была такой же: в июне 2007 года доли содержательных ответов на аналогичный вопрос составили соответственно 54, 24 и 19% (затруднившихся ответить было 3%).
Среди тех респондентов, кому было что-то известно о форуме, – а они составили 41% от всех опрошенных – подавляющее большинство (32% по выборке, что на 4 п.п. меньше, чем год назад) думают, что это важное для нашей страны событие, 4% не считают его таковым, 5% затруднились с ответом.
Из осведомлённых о Международном экономическом форуме россиян половина (21% от числа опрошенных) слышали речь Д. Медведева на его открытии, 19% – не слышали, а 2% не смогли вспомнить, слышали или нет. Большинство тех, кто речь Д. Медведева слышал (13%), сказали, что она им понравилась, 3% её не одобрили, а 5% затруднились оценить это выступление главы государства.
Елена Васильева
О том, что сегодня во многих российских школах действуют попечительские советы, «знают» 13% респондентов, еще 18% «что-то слышали» об этом. О существовании таких структур лучше других осведомлены высокообразованные граждане (21% из их числа «знают» и 22% «что-то слышали»). Именно они чаще остальных высказывают убеждение, что попечительские советы нужны современным школам (48% ответов в этой группе, в то время как в целом по выборке мнение о необходимости таковых разделяют 38% опрошенных). Граждане, у которых есть дети, или внуки, или другие близкие родственники, учащиеся в школе (таковых в нашей выборке 46%), также достаточно часто высказывались в пользу попечительских советов (в 44% случаев).
Число противников попечительских советов невелико – 8%, а более половины респондентов (54%) затруднились высказать определенное мнение на этот счет[1].
Сегодня в российских школах роль попечительских советов сводится главным образом к материально-финансовому вспомоществованию. Между тем, поясняя в ответах на открытый вопрос, почему они считают, что для чего в школах нужны попечительские советы, респонденты (те из них, кто разделяет мнение о необходимости этих советов) чаще всего говорили о контролирующих функциях в сфере воспитания – о том, что эти советы должны поддерживать дисциплину, порядок, нормальные взаимоотношения между учителями и учащимися: «воспитание детей требует вмешательства независимых людей»; «будет больше порядка в школе»; «неуважение к работе учителя, молодежь распущена, грубая»; «безобразия в школе, дисциплина чтоб была, воспитывать уважение к школе и учителям» (7%).
Мнение, что деятельность попечительских советов должна иметь самое непосредственное отношение к основным, содержательным вопросам школьной жизни – школьному воспитанию и образованию (а не сводиться к «периферийной» материально-финансовой поддержке), – звучало и в других ответах. Так, 4% респондентов говорили о том, что представители попечительских советов должны заниматься детскими проблемами («для индивидуальной помощи ребенку»; «защищать интересы учеников»; «оказывать помощь учащимся в сложных ситуациях»; «раскрывать индивидуальные особенности детей»; «чтобы лучше было детям»). Некоторые респонденты (2%) расширяют сферу компетенции попечителей до участия в учебном процессе («должны влиять на подходы к системе обучения»; «для улучшения образования»; «организовать процесс обучения наилучшим образом» и т. п.). Были и суждения (впрочем, немногочисленные – 1%), которые «ориентировали» попечителей на внеклассную работу со школьниками («нужны для проведения внеклассной работы с учениками»; «они будут отслеживать, чем занимаются школьники в свободное время»; «организовывать детские мероприятия»; «больше развит досуг учащихся»; «будут дополнительные кружки, чем курить по подворотням»).
Довольно часто попечительские советы понимались как помогающая инстанция, поддерживающая школу и школьную администрацию в решении разнообразных проблем (без уточнения характера последних): «для более эффективного решения проблем»; «в помощь школе»; «затруднения в школах»; «помощь в делах школы»; «школу нужно поддерживать» (5%); «для помощи учителям»; «одни учителя не справляются»; «чтобы помогать администрации школы»; «директору за всем не уследить»; «это помощь школьному педагогическому коллективу» (2%).
Суждений, в которых помощь попечителей ограничивалась финансово-бытовыми вопросами, звучало на удивление немного: «помогать финансово»; «спонсировать школу»; «для улучшения материального состояния школы»; «нужны меценаты, нужны спонсоры. Финансовые трудности в школах, денег выделяется мало, поэтому нужны спонсоры» (2%); «решать хозяйственные вопросы»; «чтобы школу сделать лучше, ремонт делать, улучшить состояние школы»; «благоустройство школ»; «в школе всегда чего-то не хватает, а советы будут помогать, ремонт проводить» (1%). Кроме того, 2% респондентов говорили, что попечители должны помогать детям из малоимущих и неблагополучных семей («помощь должна оказываться детям с низким материальным уровнем»; «распределять помощь нуждающимся»; «следить за детьми, как они живут в неблагополучных семьях»).
Респонденты, таким образом, наделяли попечительские советы, во-первых и преимущественно, учебно-воспитательными функциями, во-вторых (в меньшей степени), функциями материально-бытовой поддержки. Наконец, на основании ответов респондентов можно выделить третью группу функций – «политических», предполагающих соучастие попечителей в управлении школой и контроль с их стороны за деятельностью школьного педагогического коллектива. Так, 4% участников опроса настаивали на том, что «контроль за всем нужен, администрации одной нельзя доверять» («для контроля над деятельностью преподавателей»; «контроль за неправильными деяниями преподавателей в отношении учащихся»; «чтоб не было со стороны преподавателей предвзятости»; «для контроля деятельности администрации школ»; «директор чтобы не делал все что хочет»). Некоторые видят в попечительских советах демократический институт самоуправления («вносят элементы самоуправления»; «власть не должна быть централизованной»; «коллегиально дела решат быстрее и правильнее» – 1%); другие – фискально-контролирующий орган («в деятельность этих советов закладывать контроль за государственным финансированием»; «контролировать расходы»; «контроль за распределением средств, которые собирают с родителей для нужд школы»; «наши школы тоже стали коррупционированные, надо следить за тем, куда идут деньги родителей» – 1%).
Как было отмечено выше, 8% респондентов считают, что попечительские советы в школах не нужны. Объясняя свою позицию (также в форме ответа на открытый вопрос), они либо высказывали общее сомнение в пользе такого рода организаций («лишняя головная боль»; «без них обходились всегда»; «бесполезно»; «считаю формализмом все это»; «там мало действия, больше разговоров»; «у них нет функций, только все на бумаге»; «это ничего не изменит» – 2%), либо квалифицировали их как новый способ сбора денег с родителей («это вымогательство денег»; «только деньги собирают, обдираловка очередная»; «так как сводится к тому, что родители платят попечительские взносы» – 1%), либо отстаивали «суверенное» право школьного педагогического коллектива управлять жизнью школы и, следовательно, нести ответственность за решение ее проблем: «учителя сами знают, как им работать, нечего им мешать»; «не нужно учителям мешать воспитывать детей»; «лишних нянек школе не нужно»; «все вопросы могут решить администрация школы и родители»; «школа, директор должны сами справляться»; «пускай школа со своими проблемами справляется сама» (1%).
В ответах, приведенных выше, был затронут один из наиболее существенных аспектов деятельности попечительских советов, связанный с их правами и полномочиями. Как известно, сегодня в школе решающее слово по всем вопросам принадлежит, как правило, директору и школьной администрации, и 29% респондентов считают, что так и должно быть. Сторонников более демократичной практики, когда по некоторым вопросам школьной жизни решающее слово принадлежит попечительским советам, несколько меньше – 20% (значительная часть респондентов – 43% – затруднились ответить на вопрос, а тем 8% респондентов, которые считают попечительские советы не нужным школе органом, вопрос не задавался).
Респондентов, «наделивших» попечительские советы правом решающего голоса, спросили, на какие именно вопросы школьной жизни это право должно распространяться. По мнению 2% респондентов – на все вопросы. Впрочем, чаще люди ограничивали приоритет мнения попечителей конкретными сферами, в числе которых: финансирование и расходование средств («в вопросах финансового использования»; «в финансировании школы и контроле за использование финансов»; «распределение финансовых средств»; «деньги тратить иногда надо, над этим чтоб был контроль» – 4%), быт, благоустройство, материальное оснащение учебного процесса («во всех стройках, ремонтах»; «в хозяйственно-бытовых, при распределении денег на ремонт»; «по ремонту, по мебели, компьютерам»; «…оснащении школ оборудованием»; «…снабжением всем необходимым» – 2%); воспитание школьников («в вопросах воспитательного характера»; «когда речь идет о дисциплине»; «в воспитании нравственности» – 3%), организация их досуга (2%), вопросы, касающиеся учебного процесса, взаимоотношения между учителями и учащимися, питание школьников, помощь детям из малообеспеченных семей и пр. (по 1%).
Судя по ответам респондентов на открытый вопрос о том, каким должен быть состав попечительского совета, многие люди видят эту структуру как расширенный вариант родительского комитета. По мнению 43% респондентов, в нее должны входить «близкие родственники»; «…родители»; «матери и бабушки учеников»; «хорошие родители». Некоторые «включили» в попечительские советы школьную администрацию (15%). Остальных социальных агентов называли значительно реже: представителей местной власти упомянули 6% респондентов, спонсоров – 4%, сотрудников правоохранительных органов – 2%, представителей общественных организаций – 2%, политиков и депутатов, руководителей предприятий – по 1%.
Ирина Шмерлина
Подавляющему большинству опрошенных россиян (86%) приходилось слышать о том, что на Земле происходит глобальное потепление. При этом две трети респондентов (67%) считают, что в последние годы климат на планете действительно теплеет; в то же время 15% опрошенных полагают, что в действительности такого потепления не происходит, а 18% затрудняются оценить климатические изменения.
Половина опрошенных (51%) отмечают повышение среднегодовой температуры в своем регионе, пятая часть (20%) не видят изменений в местной погоде, а 13% полагают, что за последние несколько лет среднегодовая температура даже понизилась.
Далее тема глобального потепления обсуждалась, естественно, только с теми, кто считает, что оно действительно происходит. Большинство из них (50% по выборке в целом) полагают, что глобальное потепление негативно влияет на жизнь человечества, и лишь немногие считают его влияние позитивным (5% по выборке) либо отрицают какое-либо влияние этого процесса на жизнь людей (3%).
При этом половина считающих глобальное потепление реальным рассматривает его исключительно как результат человеческой деятельности (33% по выборке в целом), более трети – как результат сочетания действия антропогенных и природных факторов (25% по выборке), и лишь некоторые (8%) полагают, что изменение климата всецело обусловлено естественными природными процессами. В ответах на открытый вопрос о причинах глобального потепления также упоминались как естественные, так и антропогенные факторы. Чаще всего респонденты говорили о загрязнении окружающей среды («воздух загрязняют»; «землю всю химией потравили» – 17%) и в целом о негативных последствиях «вмешательства людей в природу» (16%). В числе вредоносных для климата аспектов человеческой деятельности респонденты называли «техногенный фактор», «развитие индустрии» (7%), «вмешательство в космическое пространство» (5%), варварское отношение к природе (3%), «неразумное и нерациональное использование природных ресурсов» (2%), а также испытания оружия и техногенные катастрофы (по 1%). Вместе с тем, многие полагают, что глобальное потепление – это естественный природный процесс (5%), результат разрушения озонового слоя (3%), природных аномалий («изменение местоположения Земли на солнечной орбите» – 2%) либо влияния Солнца (2%). Есть среди респондентов и те, кто трактует изменение климата как Божье наказание и свидетельство приближения конца света (менее 1%).
Глобальное потепление воспринимается большинством респондентов (53% по выборке в целом) как представляющее опасность для человечества – в далеком будущем (29%) или в скором времени (24%); 2% полагают, что повсеместное изменение климата опасности не представляет. Причем большинство считающих глобальное потепление реальным полагают, что человек не способен его остановить (36% по выборке в целом), а треть (21%) – придерживаются обратной точки зрения. Тем, кто считает противостояние потеплению возможным, был задан открытый вопрос о том, что именно может сделать человечество. Респонденты говорили о необходимости бережного отношения к природе в целом («меньше загрязнять воздух, беречь природу» – 7%) и разумного подхода к использованию природных богатств (1%), об ограничении и контроле производственных выбросов и внедрении новых систем очистки (5%), очищении атмосферы (1%), усовершенствовании технологий, замене «бензина на другое топливо» (3%). Кто-то высказывался за прекращение вырубки лесов, ограничение ядерных испытаний и полетов в космос (1%), а кто-то отмечал, что необходимо «всем странам серьезно отнестись к этой проблеме и объединить усилия» для решения проблемы глобального потепления на международном уровне (1%).
Марина Иванова
[1] Вопросу о необходимости попечительских советов предшествовал небольшой комментарий интервьюера, в ходе которого разъяснялось, что попечительские советы – это общественные организации, которые создаются при школах и принимают участие в деятельности последних. После этого комментария вопрос «Как Вы считаете, российским школам нужны или не нужны попечительские советы?» задавался всем респондентам, в том числе и тем, кто впервые услышал о существовании подобного рода структур от интервьюера (65%) или затруднился припомнить, слышал ли он когда-либо о таковых (4%).
