Наркотизм в жизни и в массовом сознании Широкая распространенность употребления наркотиков в российском обществе=? свершившийся факт. Реакцию на него в самых различных общественных слоях трудно определить иначе, как «моральная паника». Такая реакция на наркотизм предопределена нашей культурной традицией: российская «культура опьянения» традиционно алкогольная. Отсюда существенное преувеличение как вреда, наносимого наркотиками, так и распространенности наркотизма в обществе, присутствующие в массовом сознании.
Количество лиц, зависящих от алкоголя, многократно превышает количество наркозависимых, доля которых не превышает 3% даже в регионах с наибольшим уровнем наркопотребления. Для большинства распространенных в российском обществе наркотиков вероятность формирования зависимости меньше, чем для алкоголя, в том числе и получаемого при употреблении легких спиртных напитков (пиво, джин-тоник и т.п.).
По степени социальной угрозы наркотики на территории России стремительно уступают лидирующие позиции эпидемии СПИДа. На определенном этапе динамики распространения ВИЧ-инфекции она оказалась тесно связанной с инъекционным употреблением наркотиков, однако сегодня ее путь передачи не исчерпывается инъекционным, а все в большей мере включают в себя гетеросексуальные половые контакты.
Тем не менее, проблема наркотизации населения России существует, и ее острота нарастает.
Врезка 1
В 2000 году на диспансерном и профилактическом учете в связи с диагнозом «наркомания» и употреблением наркотических веществ с вредными последствиями числилось 395 тысяч больных, что в 3,7 раза больше, чем в 1995 году (наиболее высокие темпы ежегодного прироста были отмечены в 1996v1997 годах=? 35v37%). При этом распространенность наркомании и немедицинского потребления наркотических веществ составила 274 человека на 100000 населения (в 1995 году=? 72, в 1999 году=? 229).
Рисунок 1в. Число больных наркоманией в России (на конец года)
Уровень первичной заболеваемости населения наркоманией в 2000 году достиг 86 человек на 100000 населения и возрос по сравнению с 1995 годом в 2,9 раза.
Таблица 1в. Заболеваемость населения наркоманией
 | 1995 | 1996 | 1997 | 1998 | 1999 | 2000 | 2000
в %
к 1995 | | Тысяч человек | | Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом «наркомания» | | Всего | 22,9 | 30,4 | 41,6 | 51,6 | 60,9 | 73,3 | 320,1 | | в том числе: | | Дети 0v14 лет | 0,10 | 0,15 | 0,23 | 0,16 | 0,19 | 0,22 | 225,0 | | Подростки 15v17 лет | 2,7 | 3,9 | 4,5 | 4,8 | 5,5 | 6,1 | 230,6 | | Кроме того, взято на профилактический учет в связи с употреблением наркотических веществ с вредными последствиями | | Всего | 21,6 | 27 | 39,2 | 47 | 52,4 | 51,1 | 236,6 | | в том числе: | | Дети 0v14 лет | 0,5 | 0,5 | 1,0 | 0,9 | 1,0 | 1,0 | 205,3 | | Подростки 15v17 лет | 7,0 | 8,8 | 11,0 | 12,3 | 11,8 | 11,0 | 160,5 | | На 100000 населения соответствующего возраста | | Взято под наблюдение больных с впервые установленным диагнозом «наркомания» | | Всего | 15,5 | 20,7 | 28,5 | 35,4 | 41,9 | 50,7 | 327,1 | | в том числе: | | Дети 0v14 лет | 0,3 | 0,4 | 0,8 | 0,6 | 0,7 | 0,8 | 273,2 | | Подростки 15v17 лет | 40,5 | 59,2 | 66,6 | 70,0 | 76,3 | 84,1 | 207,6 | | Кроме того, взято на профилактический учет в связи с употреблением наркотических веществ с вредными последствиями, тысяч человек | | Всего | 14,6 | 18,5 | 26,8 | 32,2 | 36,1 | 35,4 | 242,5 | | в том числе: | | Дети 0v14 лет | 1,5 | 1,4 | 3,4 | 3,1 | 3,5 | 3,8 | 249,3 | | Подростки 15v17 лет | 104,6 | 133,3 | 164,8 | 178,2 | 165,8 | 151,1 | 144,5 |
Таблица 2в. Число лиц, допускающих немедицинское потребление наркотических средств, психотропных и сильнодействующих веществ (по экспертной оценке МВД России), тысяч человек
| 1995 | 1996 | 1997 | 1998 | 1999 | 2000 | | Всего | 1357,2 | 1273,0 | 1537,9 | 2243,0 | 2222,5 | 2269,5 | | из них | | потребителей: | | героина | 0,013 | 1,1 | 9,4 | 148,6 | 248,9 | 507,4 | | опия | 183,2 | 298,4 | 442,1 | 699,6 | 630,6 | 606,8 | | производных конопли | 281,3 | 369,5 | 439,0 | 725,1 | 647,1 | 540,1 | | с диагнозом: | | «наркомания» | - | - | 164,8 | 357,1 | 356,1 | 698,2 | | «токсикомания» | - | - | 33,9 | 50,6 | 48,1 | 90,7 | Источник:
О наркопреступности и наркомании в России // Вопросы статистики »12, 2002, с. 60v65. |
Ни наука, имеющая дело почти исключительно с «медицинской моделью» наркопотребления, основанной на богатой клинической практике, ни государственные органы, делающие упор на карательно-ограничительные меры противодействия наркотизму, пока не в состоянии эффективно бороться с нарастающей опасностью наркотизма. Именно очевидная неэффективность действий ответственных за борьбу с этим относительно новым для России злом структур, сформировала настроения беспомощности, лишь усугубившие «моральную панику» в обществе.
Для того чтобы преодолеть эту ситуацию и повысить эффективность действий, нужны усилия в различных направлениях. Одно из них=? накопление как можно большей информации о различных аспектах наркопотребления и его субъектах, которые, по понятным причинам, стараются держаться в тени. С этой целью в последние годы в России был проведен ряд исследований. Настоящая статья знакомит с некоторыми результатами таких исследований. Одно из них проводилось в 6 областных центрах (
1), общее количество опрошенных составило 1647 человек: в Архангельске=? 234, в Твери=? 164, в Екатеринбурге=? 273, в Самаре=? 300, в Ростове-на-Дону=? 307, в Иркутске=? 369 человек. Это исследование позволило лучше представить себе типичный портрет российского наркопотребителя и обстоятельства, сопровождающие потребление наркотиков. Два других изучали наркоситуацию в Санкт-Петербурге (
2).
Как это начинается Стать наркоманом в сегодняшней России очень просто. Как показало изучение ситуации в петербургской студенческой среде, большинству студентов,=? 54% из числа никогда не пробовавших наркотики=? предлагали их попробовать. Более чем у 1/4 всех студентов имеются знакомые, друзья, постоянно употребляющие наркотики, среди учащихся, студентов других учебных заведений города, а у более чем 1/5=? среди студентов своего факультета. Около 1/10 респондентов имеет подобных друзей, знакомых среди студентов других факультетов ВУЗа или среди не учащейся молодежи города.
Таким образом, если студенты сами не употребляют наркотики, они все равно имеют высокую социально-территориальную близость с актуальными наркопотребителями.
Места и каналы приобретения наркотических препаратов по частоте их упоминания студентами=? наркопотребителями распределились следующим образом. На первом месте=? представители наркотической среды, «друзья, знакомые»=? 57%. Далее с одинаковой частотой следуют места отдыха (дискотеки, клубы), аптеки, учебное заведение и близлежащая от него территория (по 14%). Реже используются такие способы получения наркотиков, как самостоятельное изготовление (из полученного где-то «сырья») и покупка на рынках (соответственно 7% и 4%).
Около учебных заведений значительно чаще приобретают наркотики девушки, причем младших курсов. Довольно часто,=? в 21% упоминаний=? наркотики приобретаются в других местах.
Среди студентов, которым никто и никогда не предлагал попробовать запрещенные законом опьяняющие препараты, 77% считают, что сразу бы отказались от такого предложения. Около 1/10 при принятии соответствующего решения ориентировались бы на вид наркотика, и чуть больше=? на ситуацию, в которой делалось бы подобное предложение, а также на свое эмоциональное состояние.
Изучение подросткового наркотизма в Санкт-Петербурге показало, что в этом явлении почти не прослеживается влияние «социальной наследственности», т.е. восприятие моделей поведения, присущих другим членам семьи. Лишь около 2% подростков указали на систематическое употребление опьяняющих веществ членами семьи=? родителями, родными братьями и сестрами или, при создании собственной семьи,=? брачным партнером. Тем не менее, влияние семейной группы прослеживается, причем структура семьи оказывается важнее самого её наличия.
Родительское влияние выступает существенным противодействующим фактором только в отношении употребления галлюциногенов. Такое же воздействие оказывает наличие у подростков братьев и сестер, однако употребление препаратов конопли братья и сестры, наоборот, провоцируют. Создание собственной=? институционализированной или не институционализированной=? семьи вносит значительный «вклад» в подростковый популяционный наркотизм.
Наличие брачного партнера способствует формированию опыта употребления опиатов и кокаина. Проживание с родителями брачного партнера препятствует употреблению каннабиолов, но провоцирует употребление других не прописанных опьяняющих веществ. Братья и сестры брачного партнера препятствуют, так же как и собственные, употреблению галлюциногенов, но при наличии братьев и сестер партнера повышается употребление ненаркотических анальгетиков. Дети в такой подростковой семье так же провоцируют употребление опиатов, кокаина и анальгетиков при снижении употребления каннабиса. Расширенная семья подростка, включающая других, кроме названных, родственников, в целом, провоцирует употребление непрописанных опьяняющих веществ.
Возраст первой пробы опьяняющих веществ среди опрошенных подростков имеет нижнюю границу 11 лет. Более же половины подростков пробуют такие вещества в возрасте 14v16 лет. Согласно студенческому исследованию, возраст, в котором произошла первая проба не прописанных врачом опьяняющих веществ, для половины опрошенных составил 17v19 лет, и ещё для 35%=? 14v16 лет. Однако 3% респондентов указали возраст первой пробы до 7 лет, и 4%=? 20 лет и старше.
И среди подростков, и среди студентов для юношей возраст первой пробы наркотических/токсических препаратов был резко ниже, чем для девушек. Подростки=? юноши втрое чаще имеют опыт употребления наркотиков, чем девушки, и приобретают его в среднем на 2 года раньше. Различается по полу и структура потребляемых наркотических веществ. Среди подростков юноши чаще являются потребителями опиатов, тогда как девушки=? кокаина и других стимуляторов.
Что происходит дальше Среди идентифицированных наркопотребителей (
3) в 6 городах был проведен опрос (его проводили медицинские и социальные работники, а также психологи, имеющие опыт работы с наркопотребителями). В ходе опроса изучались характеристики потребления наркотиков, ассоциированного с ним сексуального поведения, особенности эпидемического процесса распространения ВИЧ-инфекции, а также информированности наркопотребителей.
В объединенном массиве опрошенных для 6 городов доля мужчин составила в среднем 75,9%, доля женщин=? 24,1%. Средний возраст=? 24,5 года, что указывает на преобладание молодых взрослых людей. Образовательный уровень опрошенных=? несколько выше общего среднего образования (среднее количество лет обучения=? 11,2).
Продолжительность инъекционного употребления наркотиков в среднем по всем городам составила 5,3 года. Средний возраст при первичном инъекционном употреблении наркотиков для объединенного массива=? 19,2 года.
В течение предшествовавшего опросу месяца героин употребляли в среднем 80,9%; эфедрон=? 21,6%; кокаин=? 4,2%; крэк=? 3,1%. Доля лиц, потреблявших героин и кокаин вместе, составляла в среднем 1,6%. 39,9% опрошенных потребляли самостоятельно изготовленные опиаты. Доля потребителей опиатов, предназначенных для медицинского употребления, в среднем была равна 11,5%.
Частота использования наркотиков инъекционным путем в предшествующий опросу месяц составила в объединенной выборке 4,7 раза в неделю, но она колебалась в очень широком диапазоне=? от 3 раз в неделю до 6 раз в день.
Что касается частоты использования «чужих», т.е. уже бывших в употреблении иглы и/или шприца в течение предшествующего опросу месяца, респонденты определили ее как «чаще всего», с колебаниями от «половины случаев» до «всех случаев» инъекционного введения наркотика. Такое совместное использование происходило: с постоянным сексуальным партнером=? в среднем в 18,4% случаев инъекционного введения наркотика; с малознакомым сексуальным партнером=? в 6,9% случаев; с приятелем=? в 31,9% случаев; с наркодилером=? в 5,8% случаев; с членом группы наркопотребителей=? в 25,6% случаев; со знакомыми по тюремному заключению=? в 4,7% случаев.
При этом от 90,0% до 98,6% опрошенных указали на наличие возможности получения новых, неиспользованных игл или шприцев. Большинство респондентов отметило, что они могут получить неиспользованные иглы и шприцы в аптеке (96,1%); около половины отметили роль программ обмена шприцев (44,8%).
Инъекционное потребление наркотиков служит в России главным путем распространения ВИЧ-инфекции. Однако за пределами основной риск-группы наркопотребителей ВИЧ распространяется в основном при гетеросексуальных половых контактах. В течение предшествующего опросу года половые сношения имело подавляющее большинство респондентов (до 97,6%). Общее число сексуальных партнеров за предшествующие опросу 12 месяцев составило в объединенной выборке в среднем 4 человека.
При этом среди них «постоянный» партнер был в среднем 1, тогда как «коммерческих»=? 2, а «случайных»=? 3. Количество «коммерческих» партнеров доходит в объединенной выборке до 7, а количество «случайных» партнеров до 8.
Из числа опрошенных мужчин от 0,4% до 3,5% за предшествующие опросу 12 месяцев имели гомосексуальных партнеров.
Презерватив при сексуальных контактах используется далеко не всегда: чаще всего=? при сексуальных контактах с «коммерческими» партнерами (в среднем 76,4%), несколько реже=? при контактах со «случайными» партнерами (61,5%), и относительно редко=? при контактах с «постоянными» партнерами (43,1%).
Характеристики наркопотребления в 6 обследованных городах можно дополнить сведениями, полученными в ходе двух исследований, проводившихся в Санкт-Петербурге.
В частности, изучение наркопотребления у подростков показало, что среди них доля имеющих опыт употребления не прописанных врачом наркотиков и/или токсических веществ, достигает 85%.
Опыт употребления каннабиса имеет около 4/5 всех подростков. Доля подростков, имеющих опыт употребления стимуляторов, препаратов кокаина и галлюциногенов, а также органических растворителей сравнительно высока, однако еще выше доля лиц с опытом употребления атропиноподобных препаратов. Значительна и доля подростков, имеющих опыт употребления ненаркотических анальгетиков, что, возможно, отражает высокий уровень хронической патологии среди подростков города.
Наибольшее распространение среди молодежи Санкт-Петербурга, таким образом, получили такие наркотики, как производные каннабиса, опиаты и галлюциногены.
Согласно второму петербургскому исследованию, проводившемуся среди студентов, пробовали когда-либо в жизни наркотические и/или токсические препараты не по назначению врача 29% всех опрошенных. Значительно чаще это мужчины, и несколько чаще=? работающие или работавшие в прошлом.
По отдельным препаратам удельный вес пробовавших их студентов таков (от числа пробовавших хотя бы один раз в жизни, в порядке снижения их доли): каннабиолы=? 89%; стимуляторы=? 33%; ненаркотические анальгетики=? 30%; галлюциногены=? 28%; атропиноподобные препараты=? 21%; опиаты=? 9%; барбитураты=? 7%; летучие органические соединения (ЛОС)=? 6%.
На актуальное, то есть в течение последних 30 дней, употребление препаратов указали 22% студентов. Сравнение этой цифры с долей пробовавших наркотики/токсические вещества показывает, что лишь 7% перестали употреблять их после первой пробы.
Конечно, наиболее распространено среди актуальных потребителей опьяняющих препаратов употребление каннабиолов, составившее 79%. Далее по распространенности актуального употребления следуют стимуляторы,=? 21%, и ненаркотические анальгетики=? 14%. Последние из названных препаратов почти исключительно используют потребители младшей возрастной группы. На следующих местах по распространенности актуального употребления находятся кокаин=? 7%, галлюциногены и атропиноподобные препараты=? по 4%, и, наконец, опиаты=? 3%. Снотворные препараты и летучие органические соединения не входят в структуру актуального потребления вообще. Подобную структуру наркопотребления можно признать относительно благоприятной, поскольку в ней преобладают «легкие» наркотики, медленно приводящие к формированию зависимости.
Из числа актуальных наркопотребителей-студентов только 1 человек (3%) употреблял за последние 30 дней наркотик инъекционно. Легко заметить совпадение этой доли с долей потребителей опиатов. При этом данный потребитель использовал свой, «личный» шприц, но «чужую», уже использованную иглу.
Места, где используются препараты, распределились по частоте упоминания студентами-наркопотребителями следующим образом: в гостях у друзей, знакомых=? 57%; в местах отдыха (клубы, дискотеки)=? 39%; в учебном заведении=? 32%; в парке, парадной, то есть вне жилого помещения=? 21%; дома=? 19%; на работе=? 7% студентов-наркопотребителей.
Потребление наркотиков уже в подростковом возрасте порождает серьезные социальные последствия. Они определяются тяжестью проявления зависимости, которая, в свою очередь, обусловлена видом препарата и «стажем» его употребления, что также отражается в социальных исходах подросткового наркотизма. Употребление так называемых «легких» наркотиков, к которым относятся, прежде всего, препараты конопли, как правило, не имеет среди подростков тяжелых последствий=? утраты друзей (подруг) и близкого человека (конфиданта), нарушений здоровья и, соответственно, обращений за медицинской помощью.
Однако уже употребление галлюциногенов сопровождается распадом ближайшего круга межличностного общения=? утратой друзей (подруг) и конфиданта. Использование же для достижения опьянения летучих органических соединений приводит и к тяжелым медицинским последствиям=? проблемам со здоровьем и обращением за медицинской помощью, а также к внутрисемейным конфликтам. Использование ненаркотических анальгетиков оказалось ассоциированным не с медицинскими, а с социальными исходами=? увольнением с работы или с оставлением учебы, арестами и задержаниями милицией, что заставляет предположить у определенной части подростков употребление анальгетиков с целью купирования абстинентного синдрома, по-видимому, при опиатной зависимости.
«Стаж» наркотизации «утяжеляет» медицинские исходы наркотической зависимости. Проблемы со здоровьем, приводящие к обращению за медицинской помощью, возникают среди подростков при начале употребления наркотиков и/или токсических веществ в возрасте 11v13 лет.
Как относятся к такого рода проблемам окружающие? Если судить по ответам на вопрос: «Если бы ваш близкий друг (подруга) стали бы употреблять наркотики-» петербургских студентов, то более половины опрошенных стремились бы убедить его (её) отказаться от наркотизации; ещё 1/5 посоветовала бы обратиться за помощью к специалисту, и более 1/10 не изменили бы своего к нему (к ней) отношения. Только 2% оборвали бы в этом случае все контакты с другом (подругой). Эти ответы свидетельствуют о довольно высоком уровне толерантности студентов к наркопотребителям и о преобладании тенденции «помогающего» поведения в отношениях с ними.
Обобщенный портрет наркомана Анализ результатов, выполненный по шести включенным в исследование городам, позволяет составить некоторый «обобщенный портрет» российского наркопотребителя из крупного города. Это молодой мужчина, получивший среднее образование и пытавшийся продолжить учебу. Он употребляет наркотики инъекционно в течение 5 лет, причем перешел на инъекционный способ употребления в возрасте чуть старше 19 лет. Чаще всего это опиатный наркоман, использующий либо героин, либо самостоятельно приготовленный наркотик. Значительно реже это потребитель стимуляторов=? эфедрона или кокаина, крэка. Очень невелика среди наркопотребителей доля лиц, одновременно употребляющих героин и кокаин.
Такой обобщенный наркопотребитель использует наркотики инъекционно практически ежедневно, иногда прибегая к уже использованным другими иглам и шприцам. Их он обычно заимствует у приятеля, члена группы наркопотребителей или у сексуального партнера, хотя почти всегда при необходимости может получить неиспользованные ранее иглы или шприцы по официальным, легальным каналам.
Для типичного российского наркопотребителя характерна высокая сексуальная активность. Лишь изредка это мужчина=? гомосексуалист. Российский наркопотребитель обычно имеет «постоянного» сексуального партнера, однако не пренебрегает «случайными» и «коммерческими» сексуальными связями. В этих связях он одинаково часто выступает в качестве как продавца, так и покупателя сексуальных услуг за деньги или наркотики.
В «постоянных» сексуальных связях российский наркопотребитель практикует безопасный секс с такой же частотой, как обычный молодой житель, например, Санкт-Петербурга, не прошедший специального обучения. В сексуальных связях повышенного «риска»=? «случайных» и «коммерческих»,=? частота использования им приемов безопасного секса повышается пропорционально воспринимаемой угрозе заражения. Действительно, такой наркопотребитель хорошо информирован о «факторах риска» заражения ВИЧ.
Город на город не похож Хотя по многим характеристикам обследованные города во многом схожи, между ними существуют и заметные различия.
Архангельск. Выборка по этому городу оказалась заметно смещена в сторону лиц с высоким образовательным статусом. Они имеют существенно меньший «стаж» инъекционного употребления наркотиков и значительно более поздний возраст, в котором началось инъекционное употребление.
Архангельские наркопотребители чаще употребляют инъекционно героин, кокаин, а также их сочетание, крэк и эфедрон, но реже=? опиаты как самостоятельного приготовления, так и предназначенные для медицинского применения.
Частота использования ими «чужих», т.е. уже использованных игл и/или шприцов в течение предшествующего опросу месяца существенно ниже, чем в среднем по изучаемым городам. Новые, неиспользованные иглы и шприцы они чаще приобретают у других потребителей наркотиков, друзей, сексуальных партнеров, по программе обмена шприцев, в больнице, у лиц, постоянно делающих инъекции, родственников и членов семьи, в аптеках, крадут или приобретают в магазинах, но реже покупают на улицах, у медицинских работников или наркодилеров.
Сексуальное поведение архангельских наркопотребителей характеризуется существенно большим количеством как «коммерческих», так и случайных партнеров. В «коммерческом» сексе они значительно чаще выступают продавцами сексуальных услуг и реже=? покупателями. Кроме того, они существенно лучше информированы о «факторах риска» заражения ВИЧ.
Тверь. Для тверских наркопотребителей характерен более высокий образовательный статус. Среди используемых ими инъекционно наркотиков заметно преобладает героин, включая и его совместное употребление с кокаином. Все остальные наркотические препараты представлены значительно меньше.
Тверские наркопотребители существенно реже используют «чужие» иглы и/или шприцы. Новые, неиспользованные иглы и шприцы они чаще приобретают по программе обмена шприцев, а также в аптеках, при значительно меньшем использовании всех других путей приобретения.
Для их поведения в «коммерческом» сексе значительно более характерна покупка сексуальных услуг за деньги или наркотики. Их знания о «факторах риска» заражения ВИЧ существенно выше средних значений для шести городов.
Екатеринбург. Здесь выборка исследования существенно смещена в сторону младшей возрастной группы. Соответственно ниже оказался и «стаж» инъекционного употребления наркотиков, и возраст первой инъекции.
Частота использования различных наркотических препаратов у екатеринбургских наркопотребителей статистически не отличается от средних значений по шести городом. Вместе с тем у них значительно выше частота использования наркотиков инъекционным путем, но ниже=? частота использования «чужих» игл и/или шприцев.
Сексуальное же поведение екатеринбургских наркопотребителей существенно отлично от средних значений. У них несколько выше общее количество партнеров за предшествующие опросу 12 месяцев. Это касается, прежде всего, «коммерческих» партнеров, хотя и количество «случайных» партнеров больше.
В «коммерческом» сексе екатеринбургских наркопотребителей отличает чрезвычайно высокая активность при продаже сексуальных услуг за деньги или наркотики и меньшая активность при их покупке.
Самара. Выборка исследования в этом городе значительно смещена в сторону лиц с низким образовательным статусом. Среди самарских наркопотребителей выше «стаж» инъекционного употребления. Виды препаратов, употребляемых инъекционно, у них несколько отличаются от средних значений по шести городам, за счет, прежде всего, самостоятельно изготовленных опиатов, а также опиатов, предназначенных для медицинского применения, героина с кокаином. Соответственно, здесь ниже доля потребителей стимуляторов.
Частота использования наркотиков инъекционным путем здесь также выше, однако применение «чужих» игл и / или шприцев, напротив, ниже.
Новые, неиспользованные иглы и шприцы самарские наркопотребители чаще приобретают у медицинских работников, в магазинах, у работников фармацевтических фирм, наркодилеров, людей, постоянно делающих инъекции наркозависимым, в больницах, у родственника или члена семьи, друзей, в аптеке, у сексуального партнера, на улице, но реже=? по программам обмена шприцев и у других наркопотребителей.
Сексуальная активность самарских наркопотребителей выше усредненных данных по шести городам, причем равномерно за счет как «постоянных», так и «коммерческих», и «случайных» партнеров. «Коммерческий» секс здесь реже предполагает и покупку, и продажу услуг за деньги или наркотики. Возможно, в Самаре распространены какие-то другие виды оплаты сексуальных услуг, например, продукты питания или одежда.
Уровень знаний самарских наркопотребителей о «факторах риска» заражения ВИЧ заметно ниже, по сравнению со средними значениями для объединенной выборки.
Ростов-на-Дону. Здесь выборка оказалась сильно смещенной по двум параметрам=? возрасту, в сторону старшей возрастной группы, и образованию, в сторону лиц с более высоким образовательным статусом. Отсюда и «стаж» инъекционного употребления, и возраст начала такого употребления здесь существенно выше.
Ростовские наркопотребители значительно реже используют героин, кокаин и крэк, но чаще=? опиаты, как изготовленные самостоятельно, так и предназначенные для медицинского применения, эфедрон.
Значительно реже они используют «чужие», т.е. уже использованные иглы и шприцы. В сфере сексуального поведения им присуща несколько меньшая вовлеченность в «коммерческий» секс, оплачиваемый деньгами или наркотиками.
Иркутск. Выборка исследования в этом городе смещена в сторону младшей возрастной группы. Ниже и возраст, в котором у респондентов произошло первое инъекционное употребление наркотика.
Среди используемых наркотических препаратов здесь резко преобладает героин при меньшей доле всех других употребляемых инъекционно наркотиков. Существенно реже иркутские наркопотребители используют «чужие» иглы и шприцы. Новые, неиспользованные иглы и шприцы они сравнительно чаще приобретают на улицах и в аптеках. Соответственно, все остальные источники получения новых игл и шприцов представлены меньше. Особенно велико это различие по программам обмена шприцов, друзьям, другим наркопотребителям, магазинам, медицинским работникам, сексуальным партнерам и больницам.
Врезка 3
Заболеваемость и распространенность наркологической патологии среди населения имеют отчетливые региональные различия: наиболее высоки они в территориях, сопредельных со странами, являющимися производителями наркотиков, а также там, где проходят основные пути их проникновения в Россию. К таким территориям относятся регионы Южной и Западной Сибири (Тюменская, Томская, Кемеровская, Курганская области, Алтайский край), Восточной Сибири (Иркутская область), Дальнего Востока (Хабаровский край), Северного Кавказа (Краснодарский край), а также наиболее крупные города и порты (Москва, Санкт-Петербург, Калининград).
Таблица 4. Распределение субъектов Российской Федерации по уровню заболеваемости населения региона наркоманией в 2000 году
Уровень заболеваемости населения наркоманией
(взято под наблюдение больных с впервые в жизни установленным диагнозом на 100000 населения) | Число регионов, единиц | Наименование регионов с минимальным и максимальным значением в группе | | Менее 29,9 | 42 | Эвенкийский автономный округ, Агинский Бурятский автономный округ, Корякский автономный округ (0,0), Чувашская Республика (29,4) | | 30,0v59,9 | 26 | Ивановская область (30,2), Томская область (58,0) | | 60,0v89,9 | 12 | Пермская область (62, 1), Алтайский край (87,4) | | 90,0v119,9 | 4 | Приморский край (97,8), Тюменская область (118,3) | | 120,0 и более | 5 | Иркутская область (121,5), Ханты-Мансийский автономный округ (161,7) | Источник:
О наркопреступности и наркомании в России // Вопросы статистики »12, 2002, с. 60v65 |
Что думает об антинаркотической политике петербургский народ
85% опрошенных петербургских студентов воспринимают наркоманию, то есть сформировавшуюся зависимость от наркотика, как серьезную социальную угрозу, и только 9%=? как индивидуальную угрозу для «слабых» людей.
Что они думают при этом об антинаркотической политике, воспринимают ли ее, знают ли об ее существовании? О существовании подобной политики на уровне своего учебного заведения говорит 1/10 опрошенных, однако более половины считают, что ее не существует, а более 1/3 затрудняются ответить на этот вопрос. В существовании антинаркотической политики на уровне города уверены уже более 2/5 респондентов, и только менее 1/3 считают, что ее не существует. Несколько более 1/4 затрудняются дать ответ. Уверенность в существовании антинаркотической политики на уровне России в целом высказывает уже почти 1/2 опрошенных, и по 1/4 либо считают, что такой политики не существует, либо затрудняются дать ответ.
Таким образом, чем дальше от сферы непосредственного социального опыта располагается оценка существования антинаркотической политики, тем большую уверенность в ее существовании высказывают студенты.
Сравнение этих данных с данными другого петербургского исследования показывает, что студенты, по сравнению с молодежью города в целом, считают антинаркотическую политику существующей=? на уровне города вдвое, а на уровне страны=? в два с половиной раза чаще.
Что думают опрошенные в ходе двух исследований петербуржцы о конкретных мерах антинаркотической политики?
Для студентов характерна тенденция к ригоризму по отношению к наркопотреблению. Большинство из них высказывается за ужесточение юридической ответственности за нелегальное производство и распространение наркотиков (4/5) и даже за их употребление (2/5). Однако по сравнению со всем населением этот ригоризм у студентов выражен меньше. Так, при опросе всего населения ригористичную установку к производству и распространению наркотиков демонстрируют более 9/10 респондентов, более 6/10 выступают сторонниками применения карательных мер к употребляющим наркотики.
Большинство (3/5) опрошенных студентов поддерживает распределение государственных расходов с акцентом на третичную профилактику, т.е. на лечение и возвращение к жизни лиц, уже страдающих наркоманией. В этом отношении они не отличаются от всей молодежи города.
Около 7/10 студентов выступают противниками даже частичной легализации наркотиков, но около 1/2 являются сторонниками программ «снижение вреда». Активными противниками подобных программ является, однако, почти 1/5 студентов. При опросе всего населения более половины не поддерживают возможность правовой легализации «легких» наркотиков (меньше, чем среди студентов), а 2/5 негативно относятся к политике «снижения вреда» (тоже меньше, чем среди студентов). В то же время среди опрошенных во всем населении более половины считают необходимым увеличение государственных расходов на лечение и реабилитацию наркозависимых.
В целом, по сравнению с представителями своей возрастной группы во всем населении, студенты чаще убеждены в существовании системы государственных мер по борьбе с наркотизмом, менее ригористичны к наркопотребителям и готовы поддержать любые антинаркотические программы, которые представляются им потенциально действенными.
Опрос среди всего населения Санкт-Петербурга показывает, что лица среднего возраста чаще прочих воспринимают наркотическую ситуацию, сложившуюся в городе, как острую, напряженную и угрожающую, не видят в действиях властей ни города, ни страны целенаправленной антинаркотической политики.
Уровень ригоризма, как в отношении нелегального производства и распространения наркотиков, так и в отношении их употребления, также повышается с увеличением возраста. Оценка приоритетности расходования средств на лечение и реабилитацию наркозависимых, напротив, с увеличением возраста снижается. Она наиболее высока в группе молодых взрослых (но не подростков). Такой же закономерности подчиняется и поддержка политики легализации наркотиков. Однако поддержка программ снижения вреда с возрастом нарастает.
Чем выше уровень образования респондентов, тем чаще наркотическая ситуация в городе воспринимается как острая, напряженная и угрожающая, и тем выраженнее позитивное отношение к программам лечения и реабилитации наркозависимых. Предпринимаемые властными структурами меры по борьбе с наркотизмом в качестве целенаправленной антинаркотической политики чаще воспринимают лица либо с очень низким, либо с достаточно высоким образовательным статусом, а поддержка политики легализации в целом снижается с ростом образования.
Уровень ежемесячного душевого дохода также связан с отношением к контролю наркотизма.
В низкодоходной группе населения с повышением уровня дохода повышается и уровень восприятия наркотической ситуации в городе как острой, напряженной и угрожающей, антинаркотические меры властных структур чаще воспринимаются как целенаправленная политика, отмечается рост ригоризма в отношении правонарушений, связанных не только с производством и распространением, но и с употреблением наркотиков, приоритет в расходовании средств отдается лечению и реабилитации наркозависимых, снижается поддержка политики легализации. Следует, однако, заметить, что при максимальном уровне дохода для этой группы населения характерен, напротив, рост либерализма и сопряженная с ним более «спокойная» оценка наркотической ситуации в городе.
Для высокодоходной группы населения с ростом душевого дохода меняется восприятие антинаркотической политики уже на уровне страны=? меры государственного управления по контролю наркотизма чаще не воспринимаются как целенаправленная политика. В целом в данной группе населения с ростом дохода нарастает и ригоризм.
Еще одним фактором, существенно дифференцирующим население по отношению к контролю наркотизма, выступает социально-групповая принадлежность. Наиболее острой, напряженной и угрожающей наркотическая ситуация в городе представляется руководителям, служащим со средним специальным или высшим образованием и домохозяйкам. Антинаркотические меры городских властей как целенаправленную политику чаще воспринимают служащие со средним специальным образованием и учащиеся, а деятельность органов государственного управления=? лица свободных профессий. В обоих случаях об отсутствии такой политики чаще говорят предприниматели.
Наиболее ригористичны в отношении правонарушений, связанных с производством и распространением, а также с употреблением наркотиков, служащие с высшим образованием, предприниматели, руководители и домохозяйки, а наименее=? представители свободных профессий. Служащие же с высшим образованием, а также лица свободных профессий чаще прочих отдают приоритет в расходовании государственных средств лечению и реабилитации уже заболевших, тогда как предприниматели чаще прочих не поддерживают это направление расходования средств.
Политику легализации «легких» наркотиков чаще поддерживают представители свободных профессий, а отвергают=? руководители. Сторонниками программ «редукции вреда» чаще выступают предприниматели и пенсионеры, тогда как противниками=? представители свободных профессий и лица, оказывающие услуги.
Таким образом, для высокой социально-классовой позиции характерна консервативность взглядов на контроль наркотизма. Однако лица с новым для российского общества социальным статусом,=? предприниматели и лица свободных профессий,=? чаще разделяют присущую низкой классовой позиции либеральную установку на контроль наркотизма.
