После недавнего урагана, обрушившегося на США, и картин бедствия, показанных по телевидению на всю страну, президент Буш объявил курс на решительную борьбу с бедностью как социальным явлением. Однако недавние события во Франции, пережившей волну беспорядков и волнений, наглядно демонстрируют другую крайность – к чему может привести растущее социальное государство, финансируемое все более и более обременительными налогами. «Полит.ру» публикует статью директора исследований социального обеспечения и здравоохранения в Институте Катона Майкла Тэннера «Уроки французского социального государства», в которой автор обращается к основным проблемам, связанным с широком социальной программой, практикуемой во Франции, которая долгое время была и остается примером для подражания в американской социальной политике. Впервые статья была опубликована в Washington Times 15 ноября 2005. Перевод настоящего материала предоставлен русским проектом Института Катона.
В то время как во Франции начинается очередная неделя гражданских волнений и беспорядков, среди американцев существует соблазн просто расслабиться и насладиться этим зрелищем. В конце концов, Франция никогда не устает читать нам лекции о недостатках нашего общества.
Тем не менее, следует серьезно задуматься о причинах волнений – из них американские политики могут вынести ряд важных уроков.
Американские либералы (имеются в виду сторонники большего государственного вмешательства в экономику и расширение социальных программ США – Примеч. Пер.) зачастую рассматривают европейскую систему социального обеспечения как пример для подражания в американской социальной политике. Для среднестатистической семьи из 4 человек с низкими доходами государство оплачивает большую часть ренты и выделяет более 1,200 долл. в месяц через различные социальные программы. Безработные получают еще больше. Во Франции действует общенациональная система здравоохранения, пенсионеры получают немалую пенсию.
Однако, несмотря на все это, во многих французских мусульманских общинах царят насилие, преступность, бедность и безработица. В немалой степени вину за это несет драгоценная французская система социального обеспечения, поскольку, хотя государственное социальное обеспечение и сделало жизнь бедняков более сносной, оно никак не подготовило их к тому, чтобы суметь самостоятельно подняться по социальной лестнице, улучшить свое материальное положение и обрести надежду на будущее.
В этом обществе бедняки многое получают задаром, но мало чем владеют и имеют немного возможностей по-настоящему улучшить свою жизнь; в этом обществе нет ни социальной, ни экономической мобильности. Уровень безработицы во Франции все последние годы превышал 10%, однако уровни безработицы среди бастующей молодежи еще выше – в среднем более 20%, а среди некоторых групп иммигрантов превышают 60%. Общий уровень экономического роста не дотягивает даже до половины американского.
Эти экономические невзгоды могут быть порождением французской налоговой системы и чрезмерного экономического интервенционизма государства. Налоговое бремя во Франции – одно из наиболее тяжелых в Европе – социальные государства не даются задешево. Высший уровень маржинальной ставки налога – 48%. При включении в расчет налога на заработную плату, общий уровень налогов, которые выплачивают французы, достигает более 65% от их дохода. Предельная ставка налога на корпорации равна 34%. Есть также 19.6%-ный налог на добавочную стоимость (НДС). В целом, налоги составляют 44% французского ВВП, и даже этого не хватает на французскую систему социального обеспечения. Государственный долг Франции превышает 68% ВВП – это не беря в расчет отдельные нефондируемые обязательства (обязательства, не финансируемые из текущего бюджета – Примеч.Пер) французской системы социального обеспечения – этот долг, который по оценкам некоторых экспертов превышает 200% ВВП.
Более того, французскому бизнесу приходится нести непосильное бремя государственного регулирования и ограничений, которые делают французский рынок труда одним из наиболее жестких и неповоротливых среди развитых стран.
Минимальный уровень оплаты труда во Франции примерно вдвое больше американского. Рабочая неделя ограничена 35 часами. Французские работники пользуются правом на минимальный 5-недельный отпуск и 36 недель оплачиваемого отпуска по семейным обстоятельствам или беременности с предоставлением дополнительного неоплачиваемого времени. Для работодателя чрезвычайно тяжело уволить французского работника. Процедура увольнения подвергается строгим бюрократическим ограничениям. В результате, французские компании весьма неохотно нанимают новых работников. В среднем, в США создается больше новых рабочих мест в частном секторе за месяц, чем во Франции за год.
Также излишняя щедрость французской социальной системы не дает стимула безработным искать новую работу. Результатом становится растущее число бездельников и разочарованных в жизни бедняков, которые мало чем связаны с обществом в целом.
Безусловно, мы видели те же результаты и в Америке. После урагана «Катрина» выяснилось, что за последние пять лет на Луизиану было потрачено более 10 миллиардов долл. в различных социальных программах, однако в Новом Орлеане все также рос огромный класс безработных бедняков, неспособных эффективно справится с последствиями урагана.
Ураган «Катрина» спровоцировал новые дискуссии в Америке о том, как следует подойти к решению проблемы бедности, которая все еще существует во многих американских городах. Как сказал президент Буш в телевизионном обращении из Нового Орлеана, «Все мы увидели по телевидению, что в этом регионе присутствует множество людей, живущих в условиях глубокой бедности. Мы обязаны бороться с этой бедностью путем решительных действий».
Решительные действия – это правильно, однако важным вопросом было бы: какого рода решительных действий мы хотим. И здесь, смотря на Францию, можно вынести важный урок: растущее социальное государство, финансируемое все более обременительными налогами, не решение наших проблем.
Перевод А. Красинской, Институт Катона
Оригинал статьи: Welfare lessons from France by Michael D. Tanner
