29 марта в Вашингтон должен приехать президент Турции Реджеп Эрдоган, который будет участвовать там в саммите по ядерной безопасности. Wall Street Journal по этому поводу писал, что турецкая сторона очень заинтересована в том, чтобы Эрдоган во время этого визита встретился с президентом США Бараком Обамой. Американская сторона пока не выражает большого энтузиазма по поводу организации такой встречи.
В другом материале Wall Street Journal, опубликованного в преддверии визита Эрдогана, обсуждается специфика американско-турецких отношений. Автор отмечает, что до недавнего времени Обама и Эрдоган тесно сотрудничали по некоторым международным вопросам, но потом начались принципиальные разногласия. В первую очередь, это касается сирийского конфликта. Турция с самого начала настаивала на том, что корень всех зол в Сирии – это президент Башар Асад, поэтому его необходимо сместить, США должны поддержать его оппонентов. США это делали, но в гораздо меньшем объеме, чем рассчитывал Эрдоган, поэтому результат вышел для Турции неудовлетворительным.
Далее, важное направление взаимодействия между Турцией и Западом – это миграционный кризис. Турция сейчас приняла больше беженцев из Сирии, чем остальные страны: порядка 2,6 млн. человек. Для европейских лидеров этого мало, и они пытаются добиться, чтобы Турция принимала новых беженцев. В частности, обсуждается помощь Турции со стороны Европы в размере $6,6 млрд., чтобы прекратить дальнейший приток беженцев в страны ЕС. США, хотя они и не столкнулись сейчас с таким наплывом беженцев, как Европа, тоже рассчитывают на то, что с помощью Турции удастся смягчить международный кризис. Между тем, на Западе распространены подозрения, что Турция хочет использовать этот миграционный кризис в качестве рычага, чтобы добиться членства в ЕС.
Еще одна проблема – это отношение Турции к сирийским курдам. США считают их своими главными союзниками в борьбе против «Исламского государства» (ИГ, террористическая организация, запрещена в РФ), а Эрдоган считает их террористами, которые помогают турецким курдам. В связи с этим Эрдоган пытается навязать США ультиматум: либо они сотрудничают с курдами, либо с Турцией.
Кроме того, Турция настаивает на том, чтобы на севере Сирии была создана безопасная зона, где можно было бы разместить беженцев, которые сейчас находятся в Турции. США систематически отвергают такие предложения, потому что для этого США и их союзники должны будут объявить там также бесполетную зону, а это чревато недоразумениями с Россией, которые никому не нужны.
В свою очередь, США хотят, чтобы Турция перекрыла границу с Сирией, которую ИГ использует для пополнения своих сил и запасов. Для этого США добиваются, чтобы турецкая сторона сотрудничала с сирийскими курдами, находящимися по другую сторону границы, что, с точки зрения Турции, совершенно неприемлемо.
Также WSJ отмечает, что война в Сирии – это не единственный источник напряженности в американско-турецких отношениях. Еще один источник – это внутриполитическая обстановка в Турции. США недовольны новой волной арестов (в том числе задержаний журналистов) и нарушениями свободы слова в Турции. Это, в свою очередь, связано с тем, что Эрдоган пытается устроить в стране негласный политический переворот, изменив баланс полномочий в пользу президента.
Наконец, еще одна часть повестки в отношениях США и Турции - это конфликт между правительством и турецкими курдами. Официально США признают Рабочую партию Курдистана террористической организацией и не возражают против применения против нее военной силы. На неформальном уровне США стремятся добиться того, чтобы Анкара избегала при этом жертв среди мирного населения.
