Экономика циклична: после кризиса начинается рост, за которым следует бум, затем спад — и новый кризис. Этот кризис сопровождается дополнительной проблемой — пандемией. Поэтому вопросы, которые придется решать, не такие, как обычно. Полит.ру публикует пять ключевых задач, на которых эксперты рекомендуют сконцентрироваться, когда кризис пойдет на спад.
Глава ЦБ Эльвира Набиуллина заявила о серьезном падении совокупного спроса, который необходимо будет поддержать. Правда, сейчас это делать в массированном порядке рано, так как люди находятся в самоизоляции. Это нужно сделать после отмены карантина, и ЦБ готов применить необходимые меры денежно-кредитной политики.
«Мы поддерживаем прямые выплаты, но не печатание денег. Наша цель — сохранить зарплаты, сохранить сбережения, прямые бюджетные выплаты, а кредитно-денежная политика должна следить за тем, чтобы не росли цены», — отметила Набиуллина.
Кризис — неизбежное явление, так как экономика по-другому не может перейти на новый технологический уклад, когда меняется ситуация с точки зрения технологического прогресса, рассказал Полит.ру директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ Георгий Остапкович. Уходят технологии, которые прослужили 8–12 лет с предыдущего кризиса, приходится делать рискованные инвестиции, и экономики уходят в кризис, но они потом благополучно, как правило, из него выходят. Для России вопрос в том, какова будет интенсивность деловой активности после кризиса, — и здесь государство должно помочь, считает Остапкович.
«Нам нужно воспользоваться моментом и уходить с сырьевой иглы, ориентироваться на обрабатывающую промышленность с высокой добавленной стоимостью. А для этого нужны кадры и производительность труда, человек должен быть здоровый, умный, грамотный. Поэтому нужно увеличивать резко долю вложений в человеческий капитал. И эти вложения вернутся за счет производительности труда, за счет высокотехнологичных производств. У нас же пока доля вложений в человеческий капитал — здравоохранение, образование, науку — всё еще довольно низкая», — сказал Полит.ру директор Центра конъюнктурных исследований ВШЭ.
«Я думаю, человечество победит эту пандемию, но только после того, как большая часть населения пройдет вакцинацию, — пишет Билл Гейтс в своей колонке в The Economist. — До того момента жизнь не вернется в норму. Даже если правительства отменят обязательную самоизоляцию, а компании откроются, человек не утратит своего естественного отвращения к возможности заразиться. В аэропортах не стоит ждать больших толп, на стадионах будет пусто, а мировая экономика будет переживать депрессию, так как спрос останется низким, а люди будут постоянно консервативны в расходах». Как считает Гейтс, по мере того, как темпы пандемии снижаются в развитых странах, они нарастают в развивающихся, и там дела будут хуже. Там меньше рабочих мест, которые можно перевести на дистанцию, меры социальных дистанций также не сработают. Вирус распространится быстро, и система здравоохранения не сможет позаботиться обо всех заболевших. COVID-19 переполнил больницы таких городов, как Нью-Йорк, но только в одной больнице Манхэттена коек интенсивной терапии больше, чем в большинстве африканских стран. Миллионы людей могут умереть.
«Лучшая аналогия для сегодняшнего дня — это 10 ноября 1942 года. Британия одержала свою первую победу на суше. Уинстон Черчилль сказал тогда в речи: "Это еще не конец. Это еще даже не начало конца. Это, скорее, конец начала"», — заключил Гейтс.
Именно так звучит главная тема нового номера The Economist. Авторы статьи считают, что государственные заимствования в богатых странах выросли до уровней, которые в последний раз наблюдались лишь после Второй мировой войны. Домохозяйствам и компаниям выписано чеков на триллионы, при этом экономика не работает, сборы налогов сжались. России это касается в меньшей степени, но это пока. Последствия пандемии потребуют огромных расходов, а не «затягивания ремней», особенно в медицинской области. Уже сейчас принимаются первые меры: закупка машин, автомобилей, оборудования, звучат слова о реформе страховой системы. Расходы понадобятся и для поддержки бизнеса и людей. Их проблемы не закончатся, а скорее, возобновятся после пандемии — необходимо будет строить заново. Да, у нас есть резервы, но балансировать бюджеты будет непросто еще несколько лет.
Как отмечает ректор Российской экономической школы Рубен Ениколопов в РЭШ сборнике статей «Экономическая политика во времена COVID-19», часть компаний вынуждена либо частично, либо полностью остановить свою работу как вследствие вводимых ограничений, так и из-за нарушения производственных цепочек.
«Одновременно сокращаются инвестиции со стороны компаний из-за возникающих проблем с ликвидностью и из-за того же самого роста неопределенности. При этом падение спроса и производства подпитывают друг друга, увеличивая масштабы кризиса. Государство может не допустить раскручивания этой нисходящей спирали за счет активного вмешательства через масштабные бюджетные и денежно-кредитные интервенции. Тогда кризис будет иметь V-образную форму с достаточно быстрым восстановлением после отмены ограничительных мер. В противном случае, особенно если кризис приведет к серьезным проблемам в финансовом секторе, он может принять L-образную форму и превратиться в затяжную депрессию», — отмечает Рубен Ениколопов.
