Президент Грузии Михаил Саакашвили по-прежнему «откровенно склоняется к военному, силовому варианту решения проблемы Южной Осетии». Об этом сегодня в интервью «Независимой газете» заявил президент этой непризнанной республики Эдуард Кокойты, уже почти неделю находящийся в Москве. И события последних дней показывают, что это не очередное политическое заявление, а скорее констатация реальных политических процессов.
А продолжение политики, по Клаузевицу, — война. И ее, по данным единого пресс-центра Южной Осетии, Грузия готова развязать со дня на день. Блиц-криг должен начаться сразу с трех направлений для захвата стратегических высот. С этой целью к границам республики стянуты около 16 тысяч военных, еще 3 тысячи находятся в грузинских селах на осетинской территории. В дополнение к уже введенной технике планируется переброска к границам Южной Осетии установок «Град» и «Ураган». Осетия обвиняет Грузию в подготовке не только к боевым действиям, но и к масштабной провокации. В последние три недели грузинская сторона активно способствовала возвращению в села женщин и детей, которые уехали во время летних столкновений. При этом грузинские боевые позиции сосредоточены именно в густонаселенных местах. Судя по всему, предполагается большое количество жертв именно среди мирного населения, что даст грузинской стороне повод требовать международного вмешательства в конфликт.
«Фактически мы имеем как бы две Грузии, — говорит Кокойты, — одна подписывает документы, а другая, только-только встав из-за стола переговоров, тут же навязывает нам новую войну». Президент ЮО отметил, что хотел бы по итогам готовящихся переговоров с грузинским премьером Зурабом Жванией подписания «конкретного документа, который реально гарантировал бы невозобновление огня на линии грузино-осетинского противостояния». «Только ведь такого настроя с грузинской стороны не видно. Более того, новое руководство Грузии на практике отказывается даже от выполнения ранее достигнутых соглашений, в том числе и тех, которые были подписаны здесь, в Москве, 2 июня и 15 июля нынешнего года. — констатировал он. — Согласитесь, трудно разговаривать с людьми, которые утром говорят одно, в обед думают уже по-другому, а к ужину начинают готовиться к войне».
Анализируя вариант возможного противостояния, Кокойты заявил, что в августе «грузинские военные, похоже, думали, что это будет легкая прогулка по Южной Осетии», но просчитались. «Воевать мы умеем и готовы. Но лучше до этого дело не доводить. Проблему Южной Осетии можно решить мирно», — уверен Кокойты. У него «есть основания надеяться», что в ближайшее время «Осетия станет единой и неделимой частью России. «…Саакашвили как-то предложил мне даже пост вице-президента Грузии — в обмен на смягчение позиции. Я вам так скажу: даже если Эдуард Кокойты станет президентом Грузии, Южная Осетия все равно никогда не вернется в состав этой страны. Народ Южной Осетии этого не допустит», — уверен Кокойты.
Судя по всему, Саакашвили и сам понимает, что если конфликт перейдет в военную фазу, «блиц-крига» не получится. Сегодня президент Грузии сделал демонстративное заявление на встрече с личным составом Мухрованского батальона Минобороны, расположенного в 20 километрах восточнее Тбилиси; касалось оно, впрочем, всех вооруженных сил страны. «Все дезертиры, которые по разным причинам в предыдущие годы оставили свои воинские части, будут освобождены от уголовного преследования и смогут продолжить службу без каких-либо последствий», — заявил Саакашвили, подчеркнув, что «строительство и укрепление армии остается первоочередным приоритетом государства». Конечный адресат демарша понятен: «потенциальных противников», кроме Южной Осетии, у Грузии к данному моменту вроде бы нет.
А Россия, гражданами которой являются 98% населения Южной Осетии? Похоже, что на официальном уровне конфликт попросту не замечается — тишь да гладь. Сегодня (без особого информационного повода) официальный представитель МИДа России Александр Яковенко заявил, что Россия выступает за активное развитие отношений с Грузией. Какую роль в этих отношениях сыграет Южная Осетия, не уточнялось.
