В ночь с понедельника на вторник в Белграде было объявленооб аресте РадованаКараджича. Бывшего лидера боснийских сербов тринадцать лет разыскивали пообвинению в военных преступлениях и преступлениях против человечности (вчастности, речь шла о массовом убийстве боснийских мусульман в Сребренице иосаде Сараево). О его местонахождении ходили разные слухи. В том числеупоминалась и Сербия. Но мало кто из экспертов и простых граждан ожидал, чтоэто когда-нибудь произойдет.
Однако после недавнего прихода к власти новойправительственной коалиции, сформированной коалицией «За европейскую Се6рбию»(главная роль принадлежит Демократической партии (ДП) президента Бориса Тадича)и коалиции партий, объединившихся вокруг Социалистической партии Сербии (СПС), политическаяситуация в Сербии изменилась. Поворот во внутренней и внешней политике Сербиина вступление в Евросоюз связан не только с позицией ДП, но и с позицией СПС –наследницы Милошевича, которую ныне возглавляет Ивица Дачич. Ныне он занимаетпост не только первого вице-премьера, но и министра внутренних дел. Кроме того,в рамках реструктуризации органов исполнительной власти произошла смена ируководителя спецслужб. Эти измене6ния и сделали арест Караджича возможным.
События ночи с 21 на 22 июля 2008 г. можно поставить водин ряд с настоятельной просьбой министра иностранных дел Сербии Вука Еремеичаво время его недавнеговизита в Москву о выдаче вдовы Слободана Милошевича Мирьяны Маркович и ихсына Марко, обвиняемых в Сербии в уголовных преступлениях. А также намерениевернуть послов Сербии, отозванных из стран, признавших независимость Косово.Все это свидетельствует о значительных, а не поверхностных изменениях в соотношенииполитических сил и настроении сербского политического класса в целом.
После выборов в Сербии и формирования правительства сталоочевидно, что выдача разыскиваемых Гаагским трибуналом Р. Караджича, Р. Младичаи Г. Хаджича так или иначе неизбежна. Это понимали даже политики, которыесделали ставку на национализм. Вероятно, сейчас они попытаются сыграть нанастроениях определенной части сербского общества, которое рассматриваетКараджича, Младича и других, обвиненных в военных преступлениях, как национальн6ыхгероев. Телевидение показало кадры акции протеста в Белграде. Однако вряд ли подобныеакции будут масштабными и продолжительными. Изменилась ситуация, изменилосьсамо сербское общество.
Можно провести параллель с хорватским генералом АнтеГотовиной, которого также долго разыскивал трибунал в Гааге. После его ареста вХорватии состоялись акции протеста, которые быстро сошли на нет. Еще в одном отношениимежду Сербией и Хорватией здесь можно провести параллель – в поимке и выдаче вГаагу обвиняемых свою роль сыграли политические наследники руководителей,ответственных за происходившее в 1990-е годы, соответственно Милошевича иТуджмана – СПС и Хорватский демократический союз (ХДС) .
Националистически настроенные сербские политики и ихизбиратели считают арест Караджича предательством и сделкой с Западом.Сторонники правительственной коалиции, прежде всего – Демократической партии –большим успехом не только партии, но и Сербии в целом. События ближайших днейстанут первым серьезным испытанием и для правительственной коалиции премьера М.Цветковича, и для СПС, часть сторонников которой вряд ли поддержит этот шагсвоего лидера. Однако необходимо подчеркнуть, что это был шаг, продиктованныйинтересами Сербии и сербского народа. И речь здесь идет не о «прозападнойполитике», «национальном предательстве» или «либерализме». Речь идет о потребностяхсамих сербов.
Этот решительный шаг властей Сербии резко повысит ее статусв международном сообществе. Соседям - прежде всего, Боснии и Герцеговине, атакже Хорватии - продемонстрирована готовность непредвзято оценить недавнее прошлое,каким бы болезненным оно ни было. Ситуация на постъюгославском пространствестанет более стабильной. Улучшатся перспективы Сербии в отношении стольнеобходимую ей европейскую интеграцию.
Мы не стали бы называть арест Караджича историческимсобытием, как это сделали некоторые политики. Это эмоциональное преувеличение. Ноего арест после тринадцати лет поисков (вопрос о том, где и как он скрывался,могли ли его поймать раньше и почему этого не было сделано,пока оставим в стороне), безусловно, очень важен. И для Сербии, и дляполитико-психологической обстановки на Балканах. Этой ночью многие людиповерили в справедливость и неотвратимость ответственности за свои деяния. Втом числе и для политических руководителей. Историческим же будет юридическивыверенный, обоснованный приговор, который может вынести только суд.
